На поляне развели костёр. Гур снова сварил кашу с оставшейся тушёнкой, достал продукты из корзинки, понюхал ещё чуть тёплую лепёшку и зажмурился от удовольствия. Взял кинжал у Като, нарезал лепёшки, сыр и мясо, выложил на большой лист.

Во время еды переговаривались, вспоминали прошедший день.

Малой задумчиво посмотрел на костёр и озвучил вопрос, который давно витал в воздухе, но никто не решался спросить:

— А что будет, если с нами здесь… ну, что-то вдруг случится?

Гур кашлянул пару раз, подкидывая ветки в огонь. Остальные посмотрели на Стаса.

— Слушайте, я в обычные игры играю, — Стас развёл руками. — Понятия не имею. Предположу, что просто очнёмся дома — это же корпоративная приблуда, должно быть всё безопасно.

Он помолчал немного и добавил:

— Но проверять не хочется, если честно.

— Интересно, а сколько времени мы здесь? — спросила Эль, дожёвывая лепёшку и отряхивая крошки с колен.

— Точно не скажу, — ответил Стас. — Здесь время иначе течёт. Но дома, наверное, ещё вечер.

— Или уже ночь, — сказала Като. — Мы тут двое суток уже вроде.

— А по ощущениям неделю уже, не меньше, — добавил Гур.

Захар слушал разговор краем уха. Почему-то сегодня внутри ощущалась пустота. Он чувствовал остальных — их страхи, сомнения, но как-то отдалённо, как за толстым стеклом. Рука непроизвольно потянулась к груди, сжала майку — тапка под ней не было.

Он вспомнил, как мама подарила их. «Носи смотри, а то знаю я тебя…». Он посмеялся про себя, глядя на помпончики, но потом привык. Ногам тепло, а смотреть на него дома всё равно некому.

«Надеюсь, что дома я в них». Захар попытался порассуждать мысленно на тему: «что будет, если с ними что-то вдруг», но всё происходящее было настолько нереально, что он плюнул.

— Ты чего загрустил? — Като смотрела на него уже с полчаса. Что-то с ним происходило, и она не знала, что.

— Да так, — сказал Захар. — Тапочки вспомнил, как мама их подарила.

Никто ничего не сказал. Только Малой подвинулся ближе, протянул лепёшку.

— Держи, — сказал он. — С молоком объедение. Ты ж сегодня наш герой.

— Я? — удивился Захар.

— Конечно. Добыл топор, достал еды, спас детей. В смысле, тоже участвовал.

Захар взял лепёшку, откусил и запил парным молоком. Настоящим. Или почти настоящим. Отличать правду от вымысла становилось всё сложней.

— Ну, ладно, — сказал он. — Герой — так герой, спасибо.

— Не за что, — ответил Малой и отхлебнул из листа-кружки горячий чай, который в котелке заварил Гур.

Все немного приуныли после неясных перспектив, убрали в инвентарь остатки еды и отправились спать. Стас остался дежурить.

Захару спать пока не хотелось, и он сидел у костра, подбрасывая ветки. И думал о том, как изменилась его жизнь за… несколько часов, или дней, или минут? Герой… Здесь все героями стали, а что потом? Когда они выйдут отсюда? А там всё как прежде — работа, ипотека и телевизор.

Внутри зазудело что-то нехорошее, тягучее, зашумело в ушах.

Он схватился по привычке за грудь — пусто. Несколько раз вдохнул глубоко — вроде отпустило.

«Может, прав был Гур? Это мой талисман был? Гнев зашкаливал — а я спокоен. Да ерунда, психосоматика просто».

Он подбросил в огонь веток и пошёл сменять Стаса.

А тот сидела на бревне, и, кажется, не замечал ничего вокруг. Перед ним светилось открытое меню, и он с огромной скоростью тыкал в него пальцами, листая страницы.

— Ну и сторож, — усмехнулся Захар. — Нас всех вынесут, а ты и не заметишь.

— Я всё слышу, — Стас даже не глянул в сторону Захара. — И вижу. Про боковое зрение слышал?

— А то. Иди уже отдыхай, — сказал Захар. — Я подежурю.

— Ага, ща, — буркнул Стас, не отрываясь. — Я пока меню поизучаю. Не может быть, чтобы тут ничего не было.

— Так всё уже пересмотрели.

— Значит, не всё, — Стас на секунду поднял голову. Взгляд был усталый, но упрямство геймера в нём читалось отчётливо. — В каждой игре есть скрытые разделы. Не может не быть. Я должен найти хоть что-нибудь. Ты дежурь, а я ещё поищу.

Он снова уставился в экран. В десятый раз открывал инвентарь, гильдии, правила, настройки, пытался искать горячие клавиши.

— Капец, — вздохнул Стас. — Ничего. Хотя бы что-то найти, чтоб понять, как отсюда выбраться.

Захар сел рядом и уставился взглядом в темноту джунглей.

— А я уже привыкаю. Как будто сто лет здесь.

Стас помолчал. Потом закрыл меню и посмотрел на огонь.

— А ещё точка эта жёлтая. По всем данным это ещё один игрок. Цвет точки такой же, как у нас. Почему он не с нами?

— Ты про того, кого мы в джунглях видели?

Стас повернулся к нему.

— Расскажи ещё раз. Что именно ты там почувствовал?

Захар закрыл глаза, вспоминая.

— Боль. И гнев. Гнев прям зашкаливал. И он боится чего-то сильно. Я так и не смог понять, чего — эмпатия пока слабо прокачана.

Стас задумался. Потом снова открыл меню, пробежался быстро по кнопкам. Долго листал. Захар уже хотел спросить, не надоело ли, как Стас замер.

— Нашёл, — тихо сказал он.

— Что?

— Список участников тестирования. Семь человек.

— Нас шестеро, а не семеро, — возразил Захар.

Стас развернул экран — на нём светился список:

«Участники тестирования (активные):

1. Гурген Маркович (Гур) — роль: воин

2. Екатерина Сергеевна (Като) — роль: лучник

3. Владислав Викторович (Малой) — роль: разведчик

4. Эльвира Викторовна (Эль) — роль: маг

5. Станислав Петрович (Стас_Всех_Порву) — роль: танк

6. Захар Андреевич (Смотрящий) — роль: не определена

7. Илья Тимофеевич (Илья) — роль: командир. Местоположение: неизвестно».

— Командиров нам только не хватало, — хмыкнул Стас. — Ещё один начальник.

— А почему «неизвестно»?

— Понятия не имею. Говорю же — странное что-то здесь.

Они помолчали.

— И что делать? Может, если мы вместе будем — выпустят быстрее? — спросил Захар.

— А что мы можем? Он не идёт к нам — значит, не может. Или не хочет. В любом случае, система задания выдаёт — значит, прогресс идёт потихоньку. Посмотрим, что завтра выдаст — там уже решать будем.

— Думаешь?

— Не знаю. Но другого плана у меня нет.

Захар посмотрел в темноту. Там, за деревьями, мерцала жёлтая точка. Он снова почувствовал тупую, ноющую боль.

— Иди отдыхать, — сказал он Стасу. — Завтра разберёмся.

Стас кивнул, отключил меню и отправился спать.

Захар остался один. Сидел и думал о жёлтой точке. Какой он, тот, кто должен быть их командиром. И что с ним, почему не идёт к своему отряду.

Он закрыл глаза и попытался представить того, кто там, в темноте.