Отряд уже стоял рядом с Захаром, оценивая обстановку.

— Кто это? — прошептала Като.

— Начальник мой. Николай Степанович, — также шёпотом ответил Захар. — Только не спрашивай, что он тут делает — сам в шоке.

А тот уже подходил ближе, широко раскрыв руки и улыбаясь той самой душевной улыбкой. В руках держал стильный кожаный саквояж.

— Дорогие мои, отдел корпоративной заботы отправил меня к вам обеспечить экипировкой.

Он посмотрел уже серьёзней на Захара:

— Комаров, а ты про отчёт не забудь. Весь отдел на тебя смотрит.

Пока Захар пытался понять, в какой реальности он сейчас находится, начальник уже открыл саквояж, а над его головой повисло табло:

«Обнаружен специальный NPC. Тип: корпоративный. Образ взят из базы данных турфирмы «Жгучий экватор». Начальник отдела продаж. Пора доставать кошельки. Если есть».

Стас, глядя на табло, буркнул:

— А кошельки нам не выдали.

И тут же замолчал, глядя, как Николай Степанович достаёт из саквояжа нечто. Это была кираса. Та самая, из Доты. Кожаные ремешки, бронзовые заклёпки — всё как положено.

— Это же Ассаулт, — Стас смотрел на кирасу и понимал, что без неё не уйдёт. Будет торговаться с начальником Захара до последнего.

— Ну что, молодой человек, танк без брони — непорядок. Пять тысяч сто двадцать пять монет давайте, и она ваша.

И он снова по-отечески улыбнулся.

Пока Стас прикидывал, можно ли в джунглях добыть денег, Като прищурилась и подошла ближе к Николаю Степановичу:

— Ну мы же с вами взрослые люди, где мы в джунглях денег найдём? Давайте сразу перейдём к делу — что мы можем ещё предложить?

И посмотрела на Захара в упор — мол, твой же начальник, подключайся. Тот нехотя поддакнул:

— Николай Степанович, давайте я отработаю, как выйдем отсюда.

— Молодец, что напомнил, Комаров! Отчёт. Только сегодня и только для вас действует акция — кираса в обмен на отчёт. Время акции — два часа. Время пошло.

Захар попытался возразить, что у него здесь нет данных, но Стас уже открыл карту, и скользил по ней пальцем:

— Так, три точки. Где отчёт — неизвестно. Надо разделиться.

Все с непониманием смотрели на него.

— Обычное задание. Принесём отчёт — получим Ассаулт. А он, между прочим, бонусы всему отряду даёт.

— Молодец, Стас_Всех-Порву, правильный ход. А часики-то тикают.

Стас скривился, но промолчал — время дорого.

— Ну, надо — так надо, — вздохнул Гур. — Чем мы можем помочь?

— Разделиться надо, а то не успеем. Точки рядом, но в разных сторонах все.

Они разделились и пошли к точкам: Гур с Эль, Захар с Като, Малой со Стасом.

Захар шёл в новых лаптях рядом с Като, посматривая на карту — точка была уже рядом.

«Интересно, а как бы Ниночка тут смотрелась, — вдруг подумал он. — В этих джунглях, с каннибалами…»

Представил её в белой блузке, юбке до колен, с её мягкой, почти извиняющейся улыбкой — не смотрится.

Посмотрел на Като — та шла, легко переступая через ветки. Кинжалы за поясом, за плечами лук, который она так и не опробовала. Она словно вжилась в эту роль, получая от этого удовольствие.

«А с такой и в джунгли можно», — подумал он, но тут же отогнал мысль, переключившись на карту.

Точка уже была совсем рядом, как раздался крик Малого:

— Ста-а-ас!

И следом крик Стаса:

— Стой, Малой! Не подходи!

Като с Захаром переглянулись и кинулись в сторону, откуда доносился крик. Добежали минут за десять. С другой стороны джунглей подбегали Эль с Гуром.

А посредине небольшой полянки, усыпанной песком, на пеньке лежала офисная папка с надписью «Квартальный отчёт». Рядом с папкой стоял Стас, по пояс ушедший в песок.

— Он отчёт увидел и как рванёт, — тараторил Малой. — Я только следом хотел, а тут он раз — и провалился.

Като прыснула от облегчения, но тут же приняла серьёзный вид.

— Это зыбучие пески, — сказала она. — Тут главное — без паники.

— Очень познавательно, — буркнул Стас. — Без тебя бы не разобрались. Делать-то что? Меня затягивает вообще-то.

— Ну ты же умник, сам и думай, — Като пожала плечом.

— Нашли время собачиться, — Гур уже осматривал ближайшие ветки, — Малой, давай попробуем вон ту сломать. И ни одной лианы, как назло.

— Стас, ты пока не шевелись, — испуганно смотрела на него Эль. — Я в кино видела. Чем сильнее шевелишься, тем быстрее затягивает.

Стас снова хотел огрызнуться, но промолчал.

Захар в это время смотрел то на свои ноги, то на Стаса, то на Гура с Малым, которые уже сломали ветку и тащили её к Стасу. Подходить близко было опасно — везде был песок.

Гур попытался бочком подойти ближе к Стасу, но тот замахал руками:

— Не надо, а то и тебя затянет, — и провалился ещё сантиметров на пять.

Попробовали дотянуться веткой до Стаса, но длины не хватало.

— Тут ветки мало, — Гур старался не показывать страха, но он читался в глазах.

Като уже перестала дуться и лихорадочно вспоминала всё, что знала про Африку и зыбучие пески из памятки для туристов.

— Стас, слушай меня внимательно! — крикнула она, делая шаг вперёд, но не приближаясь к опасному месту. — Не борись! Не дёргайся! Распредели вес! Ляг на спину!

— Да пробовал уже! — песок доходил ему почти до груди.

— Ты должен увеличить площадь сцепления! Раскинься звездой!

Стас зажмурился и медленно, очень медленно начал откидываться назад, одновременно раскидывая руки в стороны. Ногами старался не шевелить, чтобы не создать лишнего движения.

— Не помогает, — прохрипел он. — Всё равно засасывает.

— Тогда не двигайся вообще! — крикнула она в ответ, и в голосе её прозвучала паника, которую она пыталась скрыть. — Ты не один! Мы что-нибудь придумаем!

— Что? — спросил Гур, и его голос прозвучал глухо, обречённо. — Что мы придумаем? У нас нет верёвки, нет досок, нет ничего. Есть меч, который не достанет, есть лук, стрелы, которые не помогут. И магия, которая сейчас бесполезна.

Эль всхлипнула, Малой дёрнулся к Стасу, но Гур ухватил его за руку.

— У нас есть лапти, — тихо сказал Захар.

Все повернулись к нему. Посмотрели с сомнением — вдруг гнев и на мозги разрушительно действует.

— Что? — не понял Малой.

— Лапти. Мои лапти, — повторил Захар, уже стягивая их с ног. — Они из лиан. Их Эль обработала. Они прочные, длинные. Если их расплести и связать…

Он замолчал, разглядывая плетение, прикидывая что-то в уме.

— Они не выдержат моего веса, — сказал Стас скептически. — Это же не альпинистская верёвка.

— А я укреплю, — обрадовалась Эль, что может быть полезной. Она уже протягивала руки к лаптям. — Ещё раз обработаю. У меня уже лучше получается.

— А мы на конце петлю сделаем, — продолжал Захар. — Ты сможешь петлю на себя накинуть?

Стас представил себе это. Руки уже почти на уровне песка. Если петля упадёт рядом…

— Разве что на шею, чтоб не мучиться, — пробурчал он, но беззлобно. — Накину. Хоть на запястье. Если дотянусь.

«Смотрящий. Хитрость +1».

— Не дрейфь, геймер, — сказал Гур. — Дотянешься.

Захар сел на корточки прямо на тропинке и начал быстро расплетать лапти.

— Ты чего? — спросил Гур, глядя, как лапти превращаются в верёвочки. — Босиком останешься?

— А что? — Захар усмехнулся, не поднимая головы. — Я уже привычный. Да и вы новые можете сделать.

Получилось семь полосок лиан. Должно хватить.

— Эль, — сказал он, протягивая ей полоски. — Теперь ты. Укрепи их.

— Это я мигом, — она взяла полоски, сжала в обеих руках. Закрыла глаза, сосредоточилась.

Сначала ничего не происходило. Потом полоски начали светиться — слабо, едва заметно, но с каждой секундой свечение становилось ярче. Эль что-то шептала — то ли заклинание, то ли просто слова поддержки самой себе.

Через минуту она открыла глаза, разжала ладони. Полоски лежали на её руках, тёплые, гладкие, и казались даже толще, чем были.

— Готово, — сказала она, протягивая их Захару.

«Эль. Магия +1. Лапти: повышенная прочность. Теперь их можно использовать как верёвку».

Гур крепко связал их морским узлом.

— Ты же продажник, а не моряк, — буркнул Малой, но смотрел с уважением.

Гур дёрнул верёвку, проверяя. Узел держал.

«Гур. Ловкость +1».

— Готово, — сказал Гур, делая петлю на конце.

— Бросай, — сказал Стас. Песок доходил ему уже до подмышек.

Гур размахнулся и бросил.

Петля пролетела мимо, шлёпнулась в песок в полуметре от Стаса.

— Ещё раз, — сказал Стас.

Гур подобрал верёвку, смотал, примерился снова. Бросил.

Петля упала прямо на плечо Стаса.

— Есть! — закричал Малой.

Стас, не дыша, начал подтягивать петлю к руке. Пальцы скользили по песку, не слушались, дрожали. Но он справился — нацепил петлю на запястье.

— Затягивай! — крикнул Захар.

Стас дёрнул свободной рукой. Петля затянулась, впилась в кожу.

— Теперь тяните, — сказал он сквозь зубы.

Гур, Малой и Захар взялись за верёвку. Като подбежала, вцепилась сзади в плечо Гура. Эль за ней, обхватив Като за талию.

— Ну, потянули репку, — скомандовал Гур, перехватывая верёвку поудобнее. — Раз, два, три!

Они рванули. Стас не сдвинулся. Песок держал мёртвой хваткой, как будто не хотел отпускать добычу.

— Ещё поднажмите! — крикнул Стас, чувствуя, как верёвка врезается в запястье.

Второй рывок. Сильнее. Песок затянул Стаса ещё на сантиметр. Петля впилась в запястье до крови, рука начала распухать, синеть.

— Так не вытащим, — сказал Гур, отпуская верёвку. — Он засасывает сильнее, чем мы тянем.

— Тебе надо расслабиться, — сказал Захар. — Полностью. Чтобы тело не сопротивлялось. Мы сейчас верёвку ослабим, а ты постарайся расслабиться. Стать мягким, как вода.

— Ты с ума сошёл? — спросил Стас, открывая один глаз. — Если вы меня отпустите, я утону.

— Не утонешь. В песках не тонут. А если расслабишься — песок перестанет тебя затягивать.

— Откуда ты знаешь? — голос Стаса звучал устало, почти безразлично.

— Ниоткуда, — честно сказал Захар, и в голосе его не было ни капли сомнения. — Просто в голове возникло. Как ощущение. Что так правильно.

Стас посмотрел на него. На Гура, который держал верёвку с таким лицом, будто решалась судьба мира. На Като, которая закусила губу и не дышала. На Эль, готовую в любой момент броситься на помощь. На Малого, который сжимал лук и трясся мелкой дрожью.

— Ладно, — сказал он. — Ослабьте. Но ненадолго.

Гур и Малой медленно, сантиметр за сантиметром, ослабили верёвку. Стас почувствовал, как давление на запястье уменьшилось. Песок всё ещё держал, но перестал затягивать.

— А теперь расслабься, — сказал Захар. — Полностью. Представь, что ты не в песке, а в воде. Тёплой, приятной. Лежишь и смотришь в небо.

Стас зажмурился. Представил. Сначала не получалось. Но он заставил себя. Расслабил плечи. Потом шею. Потом ноги, которые давно уже не чувствовал.

Песок замер.

— Получилось, — одними губами прошептал Стас.

— Не шевелись, — сказал Захар. — Мы сейчас тебя медленно потянем. Не рывками. По сантиметру.

Они начали тянуть. Медленно, плавно, давая песку время отпустить.

Стас подался вверх. На пару сантиметров. Потом ещё. Песок не сопротивлялся — он просто стекал с одежды, с волос, с лица, как вода.

— Ещё немного, — прошептал Стас.

Потянули ещё. И ещё. Медленно, мучительно, но он поднимался. Сначала показалась шея, потом плечи, потом грудь. Песок сыпался с него, оставляя на одежде сырые разводы.

Через пять минут он уже лежал на твёрдой земле, тяжело дыша, глядя в небо мутными, уставшими глазами. В руках держал заветную папку, которую успел схватить в последний момент.

«Стас_Всех_Порву. Выносливость +3. Всем, кроме Смотрящего — выносливость +1. За командную работу».

— За мучения накинули, — выдохнул Стас, и губы его дрогнули в слабой улыбке. — У нас время ещё есть на задание?

Като покачала головой:

— Ты еле выжил, а туда же, — но открыла табло. — Пятнадцать минут в запасе.

Эль опустилась рядом с ним на колени, посмотрела на его руки. Кровь, ссадины, грязь. Глубокая борозда на запястье от верёвки. Кожа вокруг посинела, рука опухла.

— Полежи, — сказала она мягко, — а я полечу пока.

Она положила ладони на его запястье, закрыла глаза. Свечение пошло сразу — ровное, тёплое, успокаивающее. Стас почувствовал, как боль отступает, как опухоль спадает, как кожа затягивается.

— Спасибо, — сказал он, когда Эль убрала руки. — Всем. Вы лучшие.

— Не за что, — ответил Захар. — Ты бы для нас сделал то же самое.

Стас хотел что-то сказать — может, пошутить, может, съязвить, но передумал. Только кивнул. Отвёл глаза, чтобы никто не видел, как они вдруг увлажнились.

— Ладно, — сказал он, поднимаясь. — Хватит нежностей. Побежали, успеем ещё.

На поляне Николай Степанович уже собирался закрывать саквояж.

— Ай, молодцы, успели ведь, — улыбнулся он, забирая у Стаса папку с отчётом. — Получите, молодой человек. Забота о сотрудниках — наша первоочередная задача.

И он протянул Стасу кирасу. Тот дрожащими руками взял её, прижал крепко к себе и с благодарностью посмотрел на отряд.

— Ну а тебе, Комаров, на правах твоего начальника… — и он снова полез в саквояж. Достал оттуда пару кроссовок. — Держи, потом отработаешь.

Захар только хотел сказать, что не ожидал такой заботы, как вдруг Николай Степанович замерцал, стал полупрозрачным и пропал.

— Спасибо, — успел вслед ему шепнуть Захар.

* * *

Комната без окон

«Костюм» смотрел на «кучерявого», играя желваками.

— У нас в этих песках ограничитель стоял. Максимум на метр должен был уйти, — оправдывался «кучерявый». — Не понимаю, как так вышло.