Последняя заколка вписалась в сложную прическу с тихим щелчком. В зеркале отражалась не я, а императрица — в платье цвета ночного неба, усыпанном серебряными вышитыми звездами. Служанки, проворные, как мыши, завершали последние штрихи. Воздух в покоях пах пудрой, воском и нервами.

— Ваше величество, все почти готово, — произнесла Беатрис, поправляя складку на моем рукаве. Несмотря на ровный тон, я знала, что за напускным спокойствием скрывается беспокойная натура, мысленно просчитывая список всего и вся в сотый раз. — Среди гостей будут, как вы знаете, акросийские послы. А также делегация из Дарсии.

— А ферзенцы? — в шутку с нескрываемым изумлением спросила я. Столько народа... И именно мне предстоит удерживать их внимание на себе, потому что Наиль, скорее всего, опять будет под градусом.

Она сделала небольшую, но значимую паузу.

— Нет, они не ответили на приглашение, как известно, у наследного Жака случился конфликт с его величеством на фоне морских торговых путей, посему...

— Я поняла тебя. Не обязательно все проговаривать, — до сих пор неловко перед Беатрис. Я, к сожалению, упустила почти два года в обязательной программе обучения для императрицы. А ей приходится тащить меня, считай, за волосы.

— М-да, что тут скажешь... Ну хотя бы признала свою глупость сама.

— Акросийских послов вполне достаточно и без ферзенцы.

— Отношения между Акросом и Дарсией… остаются сложными, — добавила она, не вдаваясь в причины. Дипломатичный шифр, означающий «ждут любого повода для скандала».

— Собрать за одним столом кошек и собак? О чем думает твой муж? Особенно беря в расчет такой большой праздник! Хотя... С другой стороны, пусть. Будет на что посмотреть, главное — подливать вовремя.

Я мысленно вздохнула, смирившись с бабкиной терминологией, разглядывая свои перчатки, которые держала для меня Маргарет.

Будучи акроссийской аристократкой по рождению, она лишь легким движением брови показала свою позицию в данной ситуации. На лице не было ни тени беспокойства, лишь наблюдательное безразличие. Её совершенно не волновали старые распри своей родины, и вот странно: почему?

Мне как уроженке Бонисии небезразлична судьба своей родины, тогда как ей словно наплевать. Я, конечно, плохо осведомлена о причинах такого отношения девушки, но это опять же странно.

— Так, может, она вовсе не намерена возвращаться? Замуж выйти за Кристика намеревается, а там и титул, и богатство, и кровь голубая. Вот как надо... Но ты права. Не волноваться за место, откуда ты родом, так-то непатриотично, что ли.