В 1895 году в Париже, бурлящем прогрессивном городе, два брата устроили новый аттракцион. Огюст и Луи Люмьер арендовали бильярдный зал на первом этаже Grand Café, чтобы продемонстрировать свой вариант двигающихся картинок. Какими только средствами ни пытались ранее создать иллюзию движущихся изображений. Французский фотограф Луи Эме Лепренс первым в 1888 году догадался нарезать фотографии, прикрепить их к полоске бумаги и пропустить через них свет. Томас Эдисон запатентовал свой кинетоскоп в 1891 году, а начиная с 1894 года устраивал публичные показы. На какое-то мгновение человеческий глаз сохраняет изображение после того, как мы его увидели, этот феномен известен как инерция зрения. В результате, если человек видит больше 12 кадров в секунду, создается иллюзия движения. Эдисон показывал 48 кадров в секунду, поэтому его устройство было шумным. Люмьеры остановились на 16–20 кадрах в секунду и приспособили механизм швейной машинки, чтобы переходы стали более плавными. Сегодня мы рассматриваем эти показы в качестве одной из отправных точек современного кинематографа.

С 1895 года мы смотрим на мир через движущиеся изображения на киноэкране. Мир, который мы видим, был, в свою очередь, сформирован тем, каким мы видим его в кино, на телевидении и в сегодняшних цифровых сетях. Разница только в том, что если раньше для того, чтобы посмотреть на экран, нам приходилось специально куда-то идти, то теперь экраны следуют за нами повсюду. В этой главе железные дороги и цифровые медиа рассматриваются в качестве двух сетей, формирующих разные взгляды на мир. Железнодорожная сеть, сделавшая возможной индустриальную революцию, появилась в 1840-х годах и в паре с присоединившимся позднее кинематографом создала единую форму визуального мира. Сегодня сети, распространившиеся благодаря интернету, создают другой мир, который мы видим на маленьких пиксельных экранах. Мы знаем, как развитие железных дорог изменило мир, но мы только-только начинаем ощущать и понимать влияние культуры портативных экранов.