Квасцов свинтил, оставив меня допивать кисловатое пиво под соленые сушки. Я, если честно, не такое люблю. Предпочитаю легкое, с отчетливой горчинкой. Еще нравится бархатное, с привкусом карамели, чуть сладковатое. Но опять же, кружечку хорошо выпить в жару, очень оно тогда вкусное. Вот только не разбавленное же хлебать. Поморщился, глядя на оставшуюся в бокале жидкость, никакого желания допивать, ладно бы лето на дворе.
Помню, в той жизни довелось как-то на летом стройке поработать в Ростовской области. Жара под сорок почти, а мы крышу делали, считай, постоянно на солнце. Вода из артезианской скважины, чуть солоноватая, жажду вообще не утоляла. Пьешь и не можешь напиться, только внезапно начинаешь ощущать, где у тебя находятся почки.
Вот тогда я и понял, как «вкусно и свежо пиво» может быть. Мы на остановку электрички мимо пивного ларька шли. Ну, такая себе точка, рассчитанная на расходящихся по домам работяг с соседних заводов. Вместо бокалов поллитровые кружки были. Зато там кружку выпьешь и с облегчением чувствуешь — впервые за день тебя наконец-то отпустила жажда. Кайф в этот момент я ловил неимоверный, несмотря на то, что пиво было средненькое. Больше одной кружки я не пил, хватало ее, потому как со второй тут же хмелел.
А сейчас вообще зима, на улице под минус двадцать давит, хотя еще вчера было выше девяти. Не та погода, чтобы по пивным класса «Мутный глаз» шататься. Сейчас бы глинтвейна горячего, да со специями, вот это дело.
— Эй, студент, а ну уважь труженика, метнись кабанчиком за кружкой, — какое-то нетрезвое тело оторвало меня от размышлений, обдав густым перегаром.
У-у, как все запущено, нельзя пиво с водкой в такой пропорции мешать, коктейль «Ерш» никому на пользу не идет. То ли совсем зенки залил деятель, то ли просто захотелось над кем-нибудь поизмываться. Но морда у типчика опухшая, видать не первый день синячит. И группа поддержки из пятерых таких же алкашей в мою сторону нехорошо поглядывает, предвкушающе. Ситуация для таких мест привычная до оскомины. Тут сразу отпор нужно давать, вот только тело передо мной больно здоровое, облапит, хрен отцепишься. Как бы отвязаться от него, не доводя до скандала? И какой он нафиг труженик? Все руки в небрежно набитых партаках.
— Нет у меня денег, — ответил сухо.
— Это же ты в моей Катьке бегаешь? Я тебя узнал! Ах, ты ж падла, — взревев, потянул грабки к моей груди мгновенно перешедший в стадию агрессии краснорожий алкаш.
Ну, Квасцов, ну, затейник, замечательное место для встречи выбрал. Вот же, любитель по шалманам шариться. Чем ему «Валдай» не угодил? Да мало ли нормальных ресторанов в Москве? Сели бы где-нибудь, да поговорили нормально, так нет же.
Я оставшиеся пару глотков пива в сторону выплеснул и без замаха впечатал дно кружки в лоб скандалисту. А хорошие кружки делают в Советском Союзе, увесистые, солидные. Бумкнуло гулко, показывая пустоту черепушки. У неожидавшего решительного отпора от студента алкаша ноги подогнулись, и он непринужденно уселся на заплеванном полу, мечтательно уставившись куда-то вдаль. Наверное, что-то хорошее увидел или отдохнуть решил. Зато кружке хоть бы хны, вообще не пострадала.
Поставил посуду на столик, наклонился к поверженному алкоголику, проверил пульс на шее. Ага, жилка бьется, живой. Подхватил пакет и быстрым, но спокойным шагом вышел из помещения. На улице оказалось неожиданно пустынно. Ну, да, при минус двадцати просто так колобродить у крыльца пивной не слишком тянет. За дверью взревели — похоже, до дружков скандалиста дошло, что операция по запугиванию молодого лоха пошла не по сценарию.
Я быстренько пробежался вдоль фасада, нырнул за угол бара. Вовремя успел. С шумом распахнулась дверь.
— Где он, падла?
— Вон он, гад, побежал, — и сразу же послышался нестройный грохот ног вперемешку с отборными матами, требовавшими мочить меня, нехорошего.
Аккуратно выглянул из-за угла — плотная группа алкоголиков совершала забег в сторону ближайшего тротуара с прохожими. Ну, не знаю, насколько у этого спортивного общества «Трудовые резервы» запала хватит, там же целых двести метров бежать, в таком состоянии это далековато. Не знаю, кого они там заметили, но вообще-то на дороге сейчас никого нет. Может, решили, что я за деревья забежал?
Спортсмены из общества «Трудовые резервы», кадр из кинокомедии «Джентельмены удачи»
Хмыкнул под нос и отправился в противоположном направлении, прикрываясь строением. Сделаю крюк через соседний квартал до станции метро. Нет, ну а что мне было делать? Устраивать драку не вариант. Вызовут милицию, меня же потом сделают виноватым. Просто так уйти бы мне не дали, вцепились, обобрали по полной, еще и раздели. Если что, в милиции они заявят, что просто ошиблись, а драку начал именно я, значит и спрос с меня. Еще и свидетели бы нашлись из завсегдатаев. А «если драка неизбежна, лучше быть первым». Золотые слова! Вроде бы человек, сказавший их, сейчас в Германии служит. Эх, с ним бы познакомиться. Вот был бы прикол, если бы он был моим куратором в Москве! Но, кто знает, может еще и доведется руку пожать, я ведь не собираюсь спокойно на диване сидеть и ничего не предпринимать.
Нет, вообще даже по таким заведениям можно спокойно ходить, но только не одному. Компания нужна, человека три оптимально. Тогда никто не привяжется. Хулиганы предпочитают одиночек, вот тогда сразу попадаешь в группу риска.
А вообще сейчас хулиганья хоть отбавляй, с ним и в Москве можно чуть не в центре встрять. Приятель рассказывал про нехитрую схему, которой нынче гопники пользуются. Где-нибудь на не слишком людной улице к одинокому прохожему пристает подросток субтильной наружности с предложением купить кирпич.
Большинство народа фишку знает и предпочитает откупиться, отдав копеек двадцать. Если откажешься, шибзд начинает обзываться матерно и крайне обидно, но негромко, а то и грязью может одежду запачкать, на ботинок плюнуть. Расчет на то, что возмещенный прохожий обидчику леща отвесит. Хулиганам только этого и нужно. Налетают и начинают метелить втроем, а то и вчетвером одного, могут даже ногами. Если увидит милиция, то у них железная отмазка:
— Увидели, как вот этот паразит ребенка избивает, вступились. А кто бы мимо прошел?
И тут же получается, что они благородные Робин Гуды, а прохожий полный подлец и аморальный тип. А суды обычно особо не разбираются, им проще пятнадцать суток или штраф прохожему впаять. Будешь ерепениться, могут и строже наказать. Хотя все прекрасно понимают, в чем дело, и милиция и судья, просто так удобнее, не нужно тратить время и силы. Тут единственное может помочь — хорошие связи, которые вовремя вмешаются, но они далеко не у каждого есть.
Уже без эксцессов дошагал до станции метрополитена, пора в театр, контрамарка у меня на отличное место — 5-й ряд партера, в центре зала. Сцену будет видно во всех деталях. Приятно, что Миронов позаботился, такие места получают только действительно уважаемые люди. Нельзя никак опаздывать, обидится человек, да и самому интересно спектакль посмотреть.
В той жизни я записным театралом не был, разве что в детстве одно время частенько бегал в ДК Судостроителей, у меня, то ли тетушка, то ли знакомая мамина там работала, вот мне билеты и доставались. Хотя в памяти больше остался тот интерес, что вызывали кукольные спектакли, которые к нам в детский садик привозили. В детстве марионетки кажутся живыми, им искренне сопереживаешь, это с возрастом теряешь восхитительную наивность и начинаешь понимать, как незамысловат был сюжет.
А сейчас мне неожиданно понравилось ходить на представления. Все же, в отличие от кино, спектакли всегда хоть немного, но отличаются друг от друга, да и само действие происходит вот сейчас, буквально в десятке метров от тебя, а на условность окружающего пространства можно не обращать внимания, в конце концов, есть ведь воображение. И немало значит уровень артистов, а я теперь имею возможность увидеть игру настоящих мастеров.
Успел заблаговременно, еще добрых полчаса оставалось до начала, так что успел перекусить в буфете и общественные удобства посетить. Ну, а как иначе? Не вскакивать же потом посреди спектакля, и вполголоса извиняясь, пробираться к выходу из зала, стараясь стать как можно незаметнее, но прекрасно понимая, что на тебя сейчас половина зрителей пялится.
Прямо вспоминается эпизод из моего нежного детства, когда меня впервые мамина знакомая взяла с собой в главный городской кинотеатр. «Факел» он назывался. Я маленький, мне все интересно. Вот я и расспрашивал про все, что видел. В том числе и почему дяденьки и тетеньки спускаются куда-то вниз из холла. А дело в том, что туалеты в кинотеатре были в подвальном помещении, куда вели две широкие лестницы. Это мне и объяснили максимально доступным для малыша способом и естественно шепотом, потому как юная тетушка жутко стеснялась такие неприличные слова произносить.
— Вон оно чего, — подумал маленький я, — Понял!
И когда увидел солидного мужичка с обширной лысиной, поднимающегося наверх по лестнице, громко и радостно закричал на весь обширный вестибюль, заполненный народом, дабы поделиться новыми знаниями:
— Тетя Лена, тетя Лена, а вон дядя уже пописал и покакал!
Еще и пальцем на виновника моего импровизированного бенефиса показал. Мне-то в пять лет, как с гуся вода, а вот несчастная молоденькая и симпатичная тетя Лена, стала внезапно красной как рак. И бедный мужик с раскалившейся лысиной, ему тоже можно было посочувствовать. Да уж, дал я тогда жару.
Спектакль «Прощай, конферансье!» оказался о труппе артистов и их жизни перед самой войной и после того, как она начинается. Даже не заметил, как меня захватило действие. Жаль, что других звезд театра сатиры в спектакле не задействовано, вроде Папанова или Державина. Но заметил Романа Ткачука и Валерия Гаркалина. Оба много играли в фильмах, а потому очень узнаваемые, правда, для меня Гаркалин в первую очередь запомнился по фарсу «Ширли-Мырли», поэтому подсознательно так и ждал, что он сейчас что-нибудь отчудит на сцене в стиле Василия Кроликова. Глупость, конечно, но подсознание — оно такое, с логикой не дружит.
После спектакля меня провели за кулисы к Андрею. Собрался он быстро.
— Сейчас съездим к Славе Зайцеву. Один из лучших модельеров и мой хороший знакомый, если даже сам не возьмется, то подскажет к кому обратиться.
Ну, кто же про Зайцева не слышал? Он уже на коне, обшивает лучших людей столицы. Согласится ли поработать с каким-то студентом? Как-то сомнительно.
— А не поздно к нему ехать? — озвучил я часть сомнений.
— Нет, он часто на работе допоздна задерживается, я позвонил, предупредил, что будем. Сказал, что подождет.
Эх, была, не была, поедем.
— А куда мы? — догадался я спросить только, когда мы в такси сели.
— На проспект Мира, в «Дом моды», Слава там сейчас художественным руководителем.
Не сразу понял, куда мы приехали, только через некоторое время пришло узнавание. В этом мире я еще на проспекте не был, разве что мимо проезжал. Прикинул, а ведь тут от дома Миронова по меркам Москвы всего ничего. Пешком за полчаса можно дойти, это если неспешным шагом, а ежели ускориться, то и двадцати минут хватит.
Зайцев ожидаемо встретил нас скептически. Точнее, Миронова с распростертыми объятиями, а вот на меня посмотрел с нескрываемым удивлением, когда Андрей сообщил о моей просьбе. Думаю, нечасто к уже весьма известному модельеру приводят студентов в роли заказчиков. Скорее всего, сначала он подумал, что я представитель золотой молодежи. Потому и заговорил с напором, объясняя, что он занят. Впрочем, предложил дать адреса пары хороших портних-надомниц.
— Слава, ты не понял, я прошу сделать, как мне, — задушевным тоном обратился к нему Миронов, — Это мой хороший друг, и весьма известный писатель. Он из Магадана приехал на несколько дней. Парень молодец, учится, интереснейшие книги пишет, статьи в газеты и журналы.
Модельер внимательно посмотрел на меня и неожиданно произнес:
— Ну, ладно, давайте посмотрим. Что вы, собственно, хотите?
Начал объяснять про свадьбу, про мое желание подарить невесте шикарное платье на торжество.
— Ну, а сама девушка где?
— Увы, у нее сессия. Это я смог вырваться на неделю.
— Но как, по-вашему, я должен шить? — изумился мэтр, — Без примерок, без объекта. Надо же видеть заказчицу, чтобы понять, что ей пойдет.
— У меня есть всем мерки и фотографии невесты, — торопливо произнес я, доставая из кармана записную книжку.
— Фотографии! Нет, что он говорит, — возмущенно фыркнул модельер.
— Ну, ты же профессионал, Слава. — умоляюще произнес Миронов, — Посмотри, прошу тебя.
Зайцев посмотрел на Андрея и неожиданно успокоился, забрав у меня книжку с вложенными в нее снимками. Некоторое время он задумчиво рассматривал фотографии с Алисой во всех ракурсах, потом прочитал записи.
— Хм, а вы сами, молодой человек, что вы думаете по поводу наряда?
— Вообще ничего не думаю, мастер, — повинился я, — Девочки мне пытались рассказать, но я ничего не понял. Я что тут написано совершенно не разбираю, для меня тут словно по-китайски написано.
— Да уж, — модельер внезапно развеселился, — А вы хоть представляете, во что вам платье обойдется?
— Это неважно, я неплохо зарабатываю. Вот, только вчера гонорар за книгу получил. Если хотите, мастер, то я могу часть заплатить чеками.
— Книги у Саши в США издаются, — пояснил Миронов, объясняя мою состоятельность.
— Интересное предложение, а сколько времени на пошив?
— Свадьбы назначена на 17-е января.
— Нет, ну это несерьезно! — экспрессивно выкрикнул Зайцев, — Ко мне люди за полгода записываются, на примерки приезжают. А тут по фотографии и неизвестно кем сделанным меркам и меньше месяца. А ведь платье еще в Магадан нужно доставить! И что получится? А потом все будут говорить, что Вячеслав Зайцев сшил какой-то мешок!
— Слава, Слава, успокойся, — Миронов успокаивающе накрыл ладонью руку модельера, — Ты можешь, я знаю.
— Да, я могу! И все же девушка должна пройти примерку. Мало ли где подогнать нужно будет.
— А если я ее отправлю в начале января к вам на пару дней?
— Разве что так. Но вы, молодой человек, мне сильно задолжаете!
— Готов на любые условия.
Постригли мои финансы неплохо, нужно сказать. Предварительно договоренность на тысячу рублями и еще пятьсот чеками, а чеки сейчас с рук продаются эдак один к пяти, если не больше. Точно не знаю, не продавал. Но, не жалко, пусть наша свадьба станет для Алисы «что-то особенного», как говорил герой Сергея Юрского в мюзикле «Интервенция» [1]. Денег все равно хватает, а тратить их практически некуда.
Вышли на улицу с Мироновым, как назло ни одного такси. Я даже расстроился, поздно уже, из-за меня Андрей голодный. Тот вдруг рассмеялся:
— Да шут с ним, с такси, тут трамвай как раз до моего дома идет. Поедем, жена хотела тебя увидеть, я ей сказал, что это ты меня уговорил курить меньше. Поужинаешь у нас, потом вызовем тебе такси.
Пришлось соглашаться, тем более остановка оказалось совсем рядом. Только подошли, как подъехала дребезжащая «Татра» с номером 7 на окне. Андрей, перед тем как зайти в салон шапку поглубже натянул, и на сидении устроился у самого окна, наклонив голову. Ну, понятно, узнают, задергают. Я сразу вслед вошел, закинул горсть мелочи в кассу, отмотал два билета, потом пробил их в компостере. Сел на то же сидение так, чтобы прикрыть Миронова.
— Тут седьмой и пятидесятый маршрут ходят, — пояснил артист, — А останавливается прямо перед моим домом. Я иногда езжу, но только когда пассажиров мало.
Он чуть виновато улыбнулся. Да, народная любовь и широкая известность имеет и свои минусы.
Жена Миронова действительно встретила меня по-доброму, сразу же захлопотала на кухне. А я и не против — сегодня даже не обедал, ограничившись кружкой не самого хорошего пива с несколькими бубликами. Разве же это еда для молодого, растущего тела?
— Мне Андрей сказал, что это вы повлияли на него, убедив перестать курить?
— Ну, не все сразу, я за постепенный отказ, чтобы не было сильной встряски для организма, — пояснил я.
— Даже так хорошо, — Лариса с улыбкой посмотрела на мужа, — Он столько раз мне обещал, а выполнить не мог, как ни пытался. А у вас получилось. Как вам так удалось?
— А с корыстными намерениями это сделал. Надеюсь, что когда-нибудь вы с Андреем сыграете в фильме по моему сценарию. А зачем мне больной главный герой? Мне здоровые артисты нужны, — отшутился я, переключая интерес собеседницы.
— А по вашим сценариям уже снимали фильмы? — заинтересовалась Голубкина.
— Снимали, — не стал отпираться, все равно позже узнают, — В этом году две картины сняли, одну в кинокомпании TriStar Pictures, а вторую в Columbia Pictures.
Смог я поразить звездную семью. Я ведь раньше даже Миронову про сценарии не рассказывал. Проговорили допоздна, меня даже отпускать не хотели, предлагали остаться ночевать. Все же решил ехать, у меня на завтра тоже дела запланированы.
В среду с утра рванул в «Мир», где меня обрадовали, решение по переводу первой книги «Плоского мира» есть, книга поставлена в план на следующий год. Ну, вот, я опять выступил в роли переводчика, на этот раз художественного произведения. Пошутил, что могу перевести и продолжение. Ну, а чего, мне вчера как раз «Безумную звезду» предали, кстати, с подписью автора.
Зашел в юридический отдел, поговорить с Вольфычем, подарил ему свою последнюю книгу, похвастался, что завтра иду на премьеру, посетовал, что контрамарки две, не знаю, кому вторую отдать. Кончилось тем, что предложил ее Жириновскому. Ну, а чего, знакомства нужно укреплять. Так-то есть кому подарить, но все люди семейные, неудобно только одного супруга на спектакль звать. А Вольфыч сейчас в разводе, официальный холостяк. Пусть он и говорил потом, что фактически брак сохранялся, но не зря же он именно в это время себе детей на стороне заимел.
На обед съездил в гостиницу, решил отдохнуть до вечера, на спектакль только к пяти. Разве что взял у коридорной утюг, да костюм освежил, а потом ботинки надраил хорошей импортной ваксой — нужно выглядеть безупречно.
Контрамарку я Жириновскому заранее отдал, чтобы не ловить его потом у входа. Все же он не девушка, а я не влюбленный юноша. Пришлось брать такси. Нет мне и в метро нормально, я не комплексую, но помнут костюм же, сейчас как раз час пик начинается, народ после трудового дня начинает разъезжаться из центра по спальным окраинам.
А сегодня первый день премьеры, обычно по такому случаю в театре все свои — известные артисты, завсегдатаи из особо уважаемых, представители столичной богемы, партийная номенклатура, большие чины. Человек со стороны на такое мероприятие не попадет, потому как строго по приглашению. Это потом, через недельку уже можно билет взять, хотя все равно непросто, в московских театрах всегда спрос предложение превышает.
Народ начал собираться задолго до представления, много известных людей. Заметил в толпе Рязанова, Никулина, Басов мелькнул. Подходить, конечно, не стал, они меня не знают. Вот к тем, кому бы представлен, пусть хотя бы и шапочно, тут уже без проблем. Подошел, поздоровался, удалился, ловя на себе недоуменные взгляды окружающих знаменитости людей. Заодно с Никулиным меня познакомили, я, воспользовавшись случаем, высказал знаменитому клоуну свое восхищение. Миронов тоже среди гостей обнаружился, сам ко мне подошел. Я заметил, что многие на меня стали кидать заинтересованные взгляды, видя, что я дружески с советской звездой общаюсь.
Тут, как раз и Вольфыч нарисовался, мы, переговариваясь с ним, фланировали по фойе, время от времени раскланиваясь со знакомыми. Место у меня в этот раз на третьем ряду, рядом с центральным проходом. Перед началом спектакля, на сцену вышел Захаров, кратко рассказал историю спектакля, а потом вызвал меня на сцену. Пришлось идти, хорошо, я уже натренировался перед людьми выступать, под взглядами не теряюсь. Толкнул небольшую речь, о том, как польщен, что мое произведение будут исполнять на подмостках такого прославленного театра, в своем спиче лизнул самого Захарова и артистов, задействованных в постановке. Ну, положено так, не мной заведено, не мне и отменять.
Между прочим, на роль главного героя Захаров Караченцева утвердил, хозяйку гостиницы играет Пельтцер, оператора Ларри Виктор Проскурин. Еще в спектакле Абдулов и Алферова задействованы. Прямо интересно, что получилось.
— Так выходит, это по твоему сценарию постановка? — спросил Жириновский, когда я на свое место вернулся.
— Я изначально для фильма его писал, — пояснил я, — А Захаров уже для сцены переделал, поэтому сценарий с двойным авторством.
В антракте уже люди стали сами к нашей небольшой компании подходить, знакомиться. Даже пару приглашений получил на богемные тусовки. Ну, не знаю, если получится, то посещу, а нет, так нет.
В принципе за три дня со всеми важными вопросами разобрался, остались в основном мелочи, которыми занимался до конца недели. На улице резко потеплело до минус девяти, так что мотаться по столице стало намного комфортнее. Съездил в банк, в «Березку», в «Балатон» и «Лейпциг», набив пару коробок всякими венгерскими овощными консервами и банками с зеленым горошком. Что поделаешь — дефицит, приходится тащить через всю страну.
Созвонились со мной с Лубянки, сообщили, что книгу мою поставили в план, весной должна выйти. Куратор поинтересовался, не буду ли я против, если первую часть опубликуют, как отдельную повесть в «Искателе». Я возражать не стал, еще чего не хватало. Более того, согласился с тем, что они сами сократят текст для журнального варианта. А чего спорить, все равно гонорар-то я получу.
До конца недели сделал все остальные намеченные пункты, еще раз съездил к Зайцеву, который показал мне эскизы и образцы ткани. Я сфотографировал, чтобы Алиске передать. Опять выслушал ворчание мэтра по поводу чрезмерной срочности и подарил ему книгу о путешествии по Америке. На квартирники так и не поехал, замотался и забыл про приглашения.
Домой вылетел в субботу 20-го. Как раз успею зачет сдать, один у меня все-таки баз автомата остался. Потом еще с ребятами из агитбригады нужно будет репетиции провести. Ну, и поработаю над книгами. Приснилось мне в гостинице начало истории про мальчика, который переехал с родителями в Севастополь и нашел тропку, ведущую в Зурбаган. Может получиться добрая и забавная фантастическая книжка для детей. Думаю предложить ее в «Уральский следопыт». Немного будет перекликаться с крапивинскими историями, но стиль у меня совсем другой. Так что дел по-прежнему много, не хотят они уменьшаться. У меня получается в точности, как говорила Белая Королева Алисе: «Приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте, а чтобы куда-то попасть, нужно бежать как минимум вдвое быстрее!» [2]
[1] очень необычный фильм-буффонада, снятый в 1968-м году режиссером Геннадием Полокой на киностудии «Ленфильм», но показанный советским зрителям только в 1987 году. Интересен тем, что в нем снимался Владимир Высоцкий и Сергей Юрский
[2] Льюис Кэрролл «Алиса в Зазеркалье»