Глава 20

Держась на некой дистанции, мы присоединились к чете Лентонов и Волстену за общим столом. Хоть я и была уверена, что прошлой ночью нас никто не видел, при встрече с ними я не могла скрыть своего смущения.

Мои щеки жутко запылали.

— Ночь прошла прекрасно? — спросила Овендия, заметив нас.

Я остолбенела. Я не понимала, откуда она узнала про нас с Кемироном.

Мои щеки запылали сильнее, приобретая пунцовый оттенок.

— Крепко спала, дорогая? — напомнила мне о своем вопросе Овендия. — Пыльца пурпурных роз помогает лучше, чем любое снотворное.

После пояснений я почувствовала облегчение.

— Спала, как младенец, — вырвалось у меня. — Ваши розы просто потрясающие. Лучшие, что я видела в своей жизни.

Я не удержалась и посмотрела на Кемирона.

Уголки его губ подозрительно подрагивали в улыбке, в глазах сверкали смешливые искорки. Вспомнив, сколько всего наговорила Овендии, я едва не застонала в голос.

Мои сбивчивые рассуждения о цветах после нашей ночи с ним могли звучать весьма провокационно.

Вот только это действительно был один из лучших моментов моей жизни.

Беседа за завтраком проходила спокойно. Неловких ситуаций не возникало. Мы наслаждались блюдами, я интересовалась, чем занимается чета Лентонов помимо выращивания цветов. На острове, кроме выстроенных особняков, никаких ресторанов я не заметила.

Оказалось, развлекательные заведения вместе с гостиницей располагались в другой части острова. С этой стороны острова на обширных территориях распаханы поля, которые арендует простой люд. Они обрабатывают землю и делятся урожаем, который владельцы поместьев выгодно продают на материках.

После завтрака мы перешли в гостиную на чашечку кофе, где Кемирон обратился к Гароту:

— Нам нужны сведения о той самой леди. Не вынуждай меня вызывать тебя на допрос.

Мистер Лентон покачал головой.

— Наш остров входит в состав вашего королевства, но не подчиняется монарху. Пройдут месяцы, прежде чем вы сможете добиться чего-то существенного.

— Ради Ядвиры я готов нарушить парочку законов и лично доставить тебя на допрос в королевское ведомство.

— Кемирон, друг мой, законы и устав королевским драконам нельзя нарушать. Мне придется немедленно доложить о проступке королю.

Мое сердце сжалось. Наши переговоры заходили в тупик.

— Мы не знаем, на кого охотится убийца, — ответил ему Кемирон. — Я не готов рисковать жизнью Ядвиры.

— И я не готов, — горячо заверил его призрак. — Однако закон есть закон.

— Ради спасения невесты я готов переступить через него.

Караул!

Ситуация ухудшалась с каждой минутой.

Я умоляюще посмотрела на Овендию. Она выглядела расстроенной и тем не менее продолжала молчать, находясь на стороне мужа.

— Вам лучше уехать.— Гарот вышел в коридор и велел лакею подготовить нам карету.

Он только усугубил и без того непростую ситуацию.

Это поняла не только я.

Глаза Овендии наполнились слезами. Она вытащила из кармана платочек и аккуратно промокнула им уголки глаз.

Золотистая вышивка на краях платка показалась мне смутно знакомой.

Не помня, где я могла видеть похожие узоры, почувствовала странную, едва уловимую энергию, исходящую от лоскута. Ощущаемые отголоски энергии выглядели родственными по магической структуре.

Что не имело никакого смысла.

— Успокойся дорогая. Гости скоро нас покинут, — приблизился к супруге Гарот.

Похоже, супруга впервые не разделяла его радости, потому как снова расплакалась.

— Ядвира, почему вы не сводите глаз с моей жены? И вам нужен платок? Скажите, и вам принесут другой.

У меня вырвался нервный смешок. Он и близко не представлял, насколько прав.

— Мне нужен конкретно этот платок.

— Зачем он вам понадобился? — хмуро посмотрел на меня мистер Лентон.

Его супруга не была столь категорична и протянула мне хлопковый лоскут.

— Этот предмет не принадлежит вашей жене, — беря его в руки, произнесла я.

В нем ощущалась родная, созвучная мне магия.

— Этот платок, вероятнее всего, принадлежит ее высочеству Лиетре. А ей он достался от здравствующей королевы. Он полностью пропитан магией моей матери.

— Ты узнала ее столько лет спустя? — усомнился в моих способностях Гарот.

— Родственная магия созвучна. Я узнаю ее где и когда угодно.

— Не порви платок, дорогая, — ласково сказала Овендия.

Я посмотрела на свои сжатые руки. Костяшки пальцев побелели. Безусловно, я не настолько сильная, чтобы разорвать зачарованный клочок ткани, но пальцы расслабила.

— Ядвира, ты выглядишь немного бледной, — озаботился моим самочувствием Кемирон. — Принести тебе бодрящий отвар?

— Не стоит, — отказалась я. — В переплетении магических линий проскальзывает чужеродная энергия.

Кемирон подошел и присел рядом со мной на диван.

— Расскажи мне о своих ощущениях, — попросил он.

— Я чувствую связь, похожую на привязку к духу.

— Разве дух усопшего можно привязать к предмету? — заинтересовался Гарот.

— Нельзя, — подтвердил Волстен, чьи знания о потустороннем мире были обширными. — Дух должен сам привязать себя к маяку. Обычно это нечто дорогое для него.

— Давайте посмотрим, кто не захотел расстаться с платком, — произнес Кемирон, вставая на ноги.

Меня внезапно охватило стремление к экспериментам и я протянула ему лоскут. Обычно лучшее время для вызова духа приходится на полночь, сейчас же стояло раннее утро. Поэтому для ритуала призыва Кемирону могло понадобиться связующее звено.

— Мне придется сжечь платок, — предупредил меня он. — Магический связующий поток необходимо высвободить.

— Просто сделай это, — решительно произнесла я, сожалея об уничтожении связующей частички с матерью.

Слуги вынесли ковер из комнаты, и Волстен начертил на полу схему вызова духа. Положив платок в центр круга, испещренного древними символами, Кемирон произнес заклинание вызова.

Символы на полу засияли, выжигая краску и обугливая дерево.

— Ядвира, подумай о своей маме, о вашей связи с ней, — попросил он меня.

В мгновение ока воспоминания из детства наполнили мою душу. Я вновь ощутила аромат свежих пирожных, которые мы часто готовили вместе с мамой, и слышала звуки наших веселых песен.

Голубоватое свечение охватило контур круга. Лоскут в его центре охватил огонь, быстро превратив в пепельную пыль. От вытянутых рук Кемирона исходило сияние.

В его глазах сверкали золотистые искорки силы. Он сосредоточенно смотрел на бьющий в потолок столб света, восходящий из центра круга.

Сработало.

Призрак явил себя!

Осталось его удержать.

Я потянулась к магическим потокам, пытаясь подчинить их себе. Следовало напитать их родственной силой.

Переплетения заклинания сопротивлялись. Пришлось приложить кучу усилий, чтобы мои старания окупились.

Свет в центре магического круга начал понемногу угасать. Воздух передо мной задрожал. Столб света рассеялся, и мы наконец увидели мужчину в безупречно скроенном костюме, держащего трость с набалдашником в форме дракона.

Каждая черта его лица выглядела для меня чрезвычайно знакомой.

— Папа?

— Ты ожидала увидеть кого-нибудь другого? — с теплотой в голосе спросил он. — Волстен, и ты здесь?

— Разве я мог пропустить такую встречу? — тотчас откликнулся он.

Чувствовалось, он сильно скучал по старому другу.

— Вы нашли убийцу моей жены? — спросил папа, обращаясь к Кемирону.

— Разве ваша жена умерла не естественной смертью? — вопросом на вопрос ответил он.

— Ее убили.

Папа подошел к краю светящегося контура и протянул ко мне руку. Я хотела, но не могла коснуться ее, чтобы не нарушить заклинание призыва.

— Дочка, мне нужно многое тебе рассказать. Ты ведь понимаешь?

— Конечно, папа, — смахивая слезы, ответила ему.

— Твою маму похитили. Она пропадала всего несколько часов, и потому никто мне не поверил. Твоя мама не помнила, где находилась и как очутилась на пороге нашего дома. Ночью у нее началась горячка. Целитель при осмотре выявил у нее полное истощение магической искры и наличие неизвестного яда. Через несколько дней она умерла. Я долго искал ее убийцу и почти вышел на его след. Лорд Гавин Крошлем единственный, кто поверил мне. От подобного недуга скончалась его сестра. Перед смертью мне удалось установить связь с частичками магии твоей матери, Ядвира. Потом за мной явился королевский конвой и меня убили.

— Безоружного? — пораженно уставилась на папу.

— Увы. Кто выпустил смертельный заряд я не видел, стоял спиной к ним.

— Волстен, узнай, кто нес дежурство в тот день, — холодно произнес Кемирон и затем посмотрел на меня. — В отчете указано, что лорд Вотск оказал сопротивление. Нужно узнать, в чем оно заключалось.

— Ради старого друга я сделаю все возможное, — заверил Волстен. — Я найду виновных и сам лично покараю их.

Фигура отца начала меркнуть.

— Папа! — потянулась к нему. Наши вытянутые пальцы разделяли миллиметры. — Мне очень вас с мамой не хватает.

— И нам тебя, — грустно улыбнулся он. В его глазах блеснули слезы. — Твоя мама ничего не помнит о том дне. Возможно, это и к лучшему. Мы гордимся тобой, дочурка.

Следующие его слова предназначались Кемирону. Его ранее ласковый тон стал суровым:

— Не обижай нашу девочку, дракон. Хорошенько заботься о ней.

— Я прослежу за этим, — взял на себя обязательство перед ним Волстен. — Она мне уже как дочь.

— Помни, мы с мамой оба любим тебя, Яда, — с этими словами отец исчез.

Я громко всхлипнула, из моих глаз ручьями потекли слезы.

— Иди сюда, любимая, — обнял меня Кемирон. Его голос был наполнен нежностью.

Я знала, называя меня любимой, он не лукавил.

После того, как я немного успокоилась, хозяева велели слугам помочь нам со сборами в дорогу.

— Поздравляю. Вы получили, что хотели, — без злобы произнес Гарот, напоминая мне, что самое сложное впереди.

Поимка убийцы.

Он ни словечком не упрекнул жену за совершенную оплошность с платком.

После того, как вещи были отнесены в карету, мы попрощались с четой Ленстонов и покинули их гостеприимный особняк. Позже и остров.

Наша поездка и то, что случилось, напоминало сон. Я повидалась с отцом, сблизилась с Кемироном и познакомилась с чудесной парой.

Неужели жизнь действительно налаживалась?

— Пойду в последний раз полюбуюсь на остров, — оставил нас Волстен, как только воздушное судно начало отдаляться от земли.

Провожая его взглядом, я осознавала, что нас намеренно оставили наедине.

Похоже, я не ошиблась.

Кемирон подошел ко мне.

— Как себя чувствуешь, Ядвира? Выглядишь бледной.

Уловив беспокойство в голосе, попыталась придать лицу безмятежное выражение.

— Я в порядке. Просто немного устала, но в целом все хорошо.

— Неужели виной тому я и наша прошлая ночь? — умышленно заставил меня покраснеть Кемирон.

Зато я сразу перестала грустить.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — с умным видом ответила я.

Взгляд Кемирона медленно скользнул к моим губам, вызывая у меня легкое волнение вперемешку с предвкушением.

— Хочешь, я тебе напомню?

— Тебе не кажется, что это слишком рискованно? — заметила я. — На воздушном судне полно народа. Кто-нибудь может увидеть нас целующими, и тебе придется спешно жениться, спасая мою репутацию.

— Звучит заманчиво, — не испугался Кемирон. — Может быть, это то, чего я больше всего хочу — видеть тебя своей женой.

Его губы прикоснулись к моим, и мне стало совершенно безразлично, кто нас увидит.

Вскоре наше уединение нарушили. Мы приближались к штормовым облакам. На мостике требовалась помощь Кемирона. Капитан не мог управлять воздушным судном и усмирять мощь стихии. Штатного воздушного мага сняли с этого путешествия, так как полет запросил сам герцог Даригил.

Несколько часов корзину нещадно трясло. В небе сверкали молнии и стоял лютый грохот.

Подумав, что мне страшно, Волстен прилетел ко мне, оставив любование разыгравшейся стихией.

Ближе к вечеру буря успокоилась, и я вошла в столовую, куда меня позвал Кемирон. Приглашение доставил один из членов экипажа.

Небольшое помещение окутывал аромат роз. Зеленые лозы с распустившимися бутонами покрывали целую стену изумрудной листвой.

Морозный ветерок проникал через приоткрытый люк в потолке. Смешиваясь, эти ароматы создавали невероятно приятную композицию. Появилась идея повторить нечто подобное на балу.

Находясь в отъезде, я не знала, успела ли Равила закупить новые фейерверки радости. После прибытия собиралась это выяснить.

За декоративной перегородкой я обнаружила готовый ужин на столе. Повар не прятался в каморке во время грозы. Он вдохновенно готовил.

— Выглядит потрясающе, — проговорила я, вдыхая аромат запеченной тыквы под соусом и восхитительного чайного отвара.

Волстен спиной ко мне уже сидел за столом. Перед ним стояла тарелка с супом. Его нетерпеливый взгляд был устремлен на Кемирона.

— Давай приступать к ужину. Ядвира не сильно огорчится, что мы начали без нее, — капризничал призрак.

Я и впрямь не обиделась, понимая, что это его попытка сохранить некую связь с реальностью. С помощью таких мелочей он чувствовал себя хоть немного живым.

В столовой никого, кроме них, не было, поэтому я подошла к Кемирону и поцеловала его.

— Молодец, девочка, — похвалил меня за смелость призрак.

Кемирон одобрительно хмыкнул и вернул поцелуй.

— Теперь садись и наслаждайся ужином, — отодвинул он для меня стул.

Я не имела ничего против и села рядом с ним. Блюда на вкус оказались просто объедение.

Ковыряясь ложкой в своей тарелке, призрак отстранился от нас и выглядел слишком серьезным.

— О чем задумался, Волстен? — посмела я назвать его по имени.

— Ее высочество устроит тебе во дворце допрос. Нужно придумать для нее правдивую легенду, объясняющую, где ты целые сутки пропадала.

Стоило ему об этом упомянуть, и в моей голове как шестеренки закрутились различные идеи. Я не тешила себя иллюзиями. Я точно знала, Лиетра обязательно спросит, где я ночевала.

Нужная идея пришла мне в голову к концу ужина. В аккурат перед тем, как член команды сообщил о нашем скором снижении.

Мы подлетали к королевству.

— Я скажу ей правду, — огорошила мужчин.

— Ты о чем? — верно поступил, не поверив мне на слово Кемирон.

— Скажу Лиетре, что летала на воздушном шаре на романтическое свидание с женихом. Волстен находился постоянно с нами в качестве дуэньи.

Мое предложение понравилось мужчинам. Простившись с ними, я поднялась в дамскую комнату и занялась тщательной подготовкой своего внешнего вида к приезду.

Приземление воздушного судна отдалось ощутимым толчком. С улицы донеслись гневные крики, постепенно затихшие. Чуть позже мне сообщили об ожидающей карете, готовой отвезти меня во дворец.

На выходе, в дверях, я встретила Кемирона. Он как раз направлялся ко мне.

— Пришел меня проводить? — спросила я, не в силах сдержать игривые нотки в голосе.

— Не только, — наклонился и поцеловал меня Кемирон.

Поддавшись чувствам, я обняла его, наслаждаясь этим коротким мгновением.

— Орвик отвезет тебя во дворец, — разжимая объятия, произнес он.

— Почему не ты? — чувствуя недосказанность, спросила я.

Кемирон погладил меня по щеке и с грустью в голосе произнес:

— Лучше, если это сделает он. Мы избежим много лишних сплетен и сбережем твою репутацию.

Я начала понимать, почему Орвик так рассердился. Он заметил мое отсутствие, свел факты воедино и обнаружил, кто стоит за моим исчезновением.

Застегнув шубу под самое горло, вместе с Кемироном спустилась вниз. На улице стоял морозец, светило солнышко.

Под бдительным оком брата я забралась в карету, махнув рукой на прощание Кемирону. Сев напротив меня, Орвик велел кучеру трогаться.

— Ядвира, ты совершенно потеряла голову от любви к Даригилу? О чем ты думала, соглашаясь на полет с неженатым мужчиной? — гневался братец.

— С нами находился Волстен.

— Серьезно? Считаешь себя самой умной?

— Точно не глупой, — резко ответила ему, устав оправдываться. — Не понимаю, почему ты злишься?

Орвик тяжело вздохнул и своим тяжелым взглядом заставил меня замереть на месте.

— Я забочусь о твоем благополучии. Герцог Даригил, с которым у тебя официальная договоренность, не входит в число моих доверенных лиц. Он преследует свои цели, на твои чувства ему плевать.

Я не стала с ним спорить. Моя вера в Кемирона осталась неизменной. Я чувствовала, он не предаст меня.

Дальше поездка прошла гладко.

По возвращении во дворец, я заметила, что в его стенах царила необычная тишина. Гости, предвкушая предстоящий бал, рано разошлись по своим комнатам. Слуги в невзрачной униформе тщательно прибирали в гостиных, наводя порядок.

Я сразу направилась в свою комнату. Не терпелось снять наряд и переодеться во что-то более удобное. Проходя мимо темнеющих окон, я наблюдала, как ночной ветер колышет деревья в саду.

Поднявшись в свою комнату, я сменила надоевшее платье на домашний халат. Я не планировала спускаться к ужину и поэтому позволила допустить себе вольность в одежде, планируя лечь пораньше спать.

Забросив грязную одежду в корзину для стирки, вернулась в комнату, рассчитывая почитать перед сном.

Однако чтение пришлось отложить.

В дверь постучали.

Я в недоумении приподняла брови, и близко не представляя, кто пришел в это время. Для ужина было слишком рано, а для визитов — слишком поздно.

Открыв дверь, я увидела в коридоре Равилу с подносом в руках. Ее лицо выражало беспокойство и заботу. Она не проронила еще ни слова, а я уже почувствовала прилив благодарности к ней за ее поддержку.

Я подумала, что тебе захочется поесть, — сказала она, ставя поднос на столик рядом с моей кроватью. — Узнав, что ты пригласила Гримельду на бал, наша повариха изрядно подобрела. Она приготовила для тебя чудесный ужин, состоящий из твоих любимых блюд.

Подскочив к подруге, крепко обняла ее.

— Спасибо тебе, Равила. Ты постоянно заботишься обо мне.

— Как ты о нас, — с теплотой отозвалась она.

Отпустив ее, я осмотрела поднос, заставленный тарелками.

— Поужинаешь со мной? — спросила у Равилы.

— Прости, не могу. Завтра важный день, и многое нужно успеть сделать.— Улыбнувшись, она убежала по делам.

В комнате витали соблазнительные ароматы, от которых заурчало в животе. Пододвинув стул ближе к столу, я принялась ужинать. Наслаждаясь каждым кусочком, чувствовала, как усталость медленно овладевает мной.

К концу трапезы мои глаза сильно слипались.

Поплескав в лицо холодной воды, я забралась вместе с ногами в кресло и открыла смету за пирожные, которую Кемирону предстояло оплатить.

Огонь в камине приятно потрескивал, создавая уютную атмосферу. Шелест страниц убаюкивал, и по мере изучения сводки глаза отяжелели, пока наконец не закрылись.

Понимая, что засыпаю, оставив отчеты на следующий день, я забралась в кровать. Закутавшись в одеяло и закрыв глаза, погрузилась в мир сновидений.