Флинн Доусон укладывал вещи в свой чемодан и жалел, что не может поручить сборы помощнику. Он был так поглощён последними слияниями, что почти не думал об отдыхе с семьёй.

Возможно, дело было не в самом слиянии, из-за которого он мысленно избегал этой темы. Рак его матери тоже сыграл свою роль. Она планировала эту встречу, чтобы отметить свой день рождения, но все понимали, что эта поездка станет последним воссоединением всей семьи перед её смертью. Флинн не мог не думать о поездке как о подготовке к похоронам.

Его сёстры, Кеннеди и Пейдж, со слезами на глазах готовили программы для внуков и отдавали дань уважения матери. Флинн должен был выступить со своей речью в пятницу вечером. Но на самом деле он хотел сказать матери, чтобы она вернулась в клинику Майо для продолжения лучевой и химиотерапии. Множественная миелома неизлечима — существуют лишь постоянные курсы лечения, которые оттягивают неизбежное. Возможно, ей удалось бы продлить жизнь ещё на пару лет, а её семья в ней нуждалась.

Развод Марко должен был стать ещё одним сложным моментом этого воссоединения. Он никогда не говорил родителям, что Дейзи ушла к другому мужчине. Сейчас не было смысла расстраивать мать. Братья и сёстры договорились держать развод в секрете, поэтому Марко придумал предлог для отсутствия Дейзи: её сестре сделали экстренную операцию, и ей понадобилась помощь с детьми.

Марко, скорее всего, всю неделю будет жалеть себя, и Флинну придётся следить за каждым своим словом, чтобы случайно не проговориться родителям.

Да, эта встреча была полна всех составляющих идеального отпуска.

У Флинна зазвонил телефон.

«Вспомнишь солнце — вот и лучик».

Звонила Дейзи.

Он положил пару ботинок в чемодан и ответил на звонок.

— Привет.

В трубке повисла долгая тишина, прежде чем Дейзи заговорила. В её голосе звучали слёзы и сильное волнение.

— Флинн, я знаю, что ты, вероятно, ненавидишь меня за всё, что произошло, и я тебя не виню, но ты должен выслушать меня.

«Выслушать её?»

Зачем она ему звонила, и сколько ещё у неё могло быть уважительных причин бросить Марко и закрутить роман со школьным приятелем?

— Я слушаю. — Он открыл ящик с носками и достал несколько пар.

— Я поступила неправильно, — сказала Дейзи. — Я сожалела об этом каждый день в течение последнего месяца.

— Только за последний месяц?

Она не упоминала о двух месяцах до этого, когда сбежала с как-его-там.

— Когда я уходила, я думала, что Марко будет бороться за наш брак, бороться за меня. Но он даже не позвонил, чтобы обсудить условия, которые я указала в документах о разводе. Семь лет брака — и он стёр всё это несколькими росчерками пера.

Флинн направился к гардеробной. Она была размером с небольшую спальню — слишком большой, если честно. В ней буквально терялась одежда.

— Если ты не хотела развода, тебе не стоило подавать на него.

Она прерывисто вздохнула.

— Ты не представляешь, каково мне было в Монтане. У Марко была работа и друзья, у него была своя жизнь. У меня не было ничего. Я целыми днями сидела без дела. После окончания ординатуры я превратилась во вдову при живом муже. Он работал по восемьдесят часов в неделю, а когда возвращался домой, всё, чего ему хотелось, — это спать. Я продолжала говорить ему, что мне одиноко, но ему было всё равно. Он ясно дал понять, что работа для него на первом месте, а я — где-то в конце списка.

Флинн перебирал рубашки, выбирая те, которые меньше мнутся.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — Пыталась ли она переманить его на свою сторону? Звонила ли она так же Кеннеди и Пейдж? — Послушай, что бы ни произошло между тобой и Марко, это касается только вас двоих.

Дейзи всхлипнула, словно задыхаясь от эмоций.

— Я говорю тебе это, потому что хочу, чтобы ты помог мне наладить мой брак.

«Эм… что?»

Рука Флинна замерла на вешалке.

— Исправлять ситуацию нужно было ещё до того, как в дело вмешались юристы.

Она снова всхлипнула.

— Парам обычно дают период ожидания перед окончательным оформлением развода — шесть месяцев раздельного проживания. Я хотела, чтобы Марко понял, насколько серьёзны наши проблемы. Хотела заставить его взглянуть им в лицо, потому что ничто другое, казалось, не привлекало его внимания. Но по какой-то причине судья отменил срок ожидания и ускорил рассмотрение дела.

Флинна охватило чувство вины. Именно он ускорил развод. После того как Дейзи подала заявление, он уехал в Монтану навестить брата. Марко был так зол, что хотел поехать в Такому, где остановилась Дейзи, и избить её нового парня. Флинну пришлось спрятать ключи от машины. Когда Марко не работал, Флинн таскал его с собой куда угодно, смотрел с ним спортивные передачи — всё, лишь бы тот не думал о Дейзи и о том, что она делала в Такоме.

Флинн не хотел, чтобы Марко полгода мучился из-за последствий неудачного брака, поэтому позвонил и выписал несколько чеков, чтобы ускорить процесс.

Чувство вины исчезло так же быстро, как и появилось.

— Ты ушла от Марко к другому мужчине. Если ты хотела что-то изменить в браке, ты выбрала странный способ.

В трубке послышались всхлипывания. Он никогда раньше не слышал, как плачет Дейзи, и его раздражало, что её голос звучал так сломленно.

— Я бросила Марко не ради Джеффа. Я просто сказала, что Джефф заботился обо мне больше. Он был рад проводить со мной время онлайн. Я сказала, что навещу его, когда буду в Такоме. Но из этого ничего не вышло. Я не могла поддерживать отношения с Джеффом, когда всё ещё любила Марко.

Флинн немного смягчился и положил в чемодан несколько рубашек.

— Тебе следовало рассказать это Марко, а не мне.

— Он не станет слушать. Он убеждён, что я изменяла ему, пока мы были женаты.

Флинна снова накрыло чувство вины…

~ ~ ~

— Вы знаете, почему многие предприятия терпят крах? — спросил Флинн. Его компания «Бейнбридж Кэпитал» выкупала неэффективные предприятия и снова делала их прибыльными.

Марко ковырялся в картофельных чипсах.

— Ты же собираешься использовать это как метафору брака, правда?

— Иногда продукт перестаёт быть эффективным в условиях современной экономики…

Марко хмыкнул.

— Поговори со мной, когда у тебя будет девушка дольше, чем несколько месяцев. Ты никогда так не увлекался, — он изобразил пальцами в воздухе кавычки, — «товаром». Бизнес — это не то же самое, что брак.

— Но так же часто, — продолжал Флинн, игнорируя протест брата, — предприятия терпят крах из-за ядовитого руководства. Сотрудники могут сделать лишь ограниченное количество для успеха компании, если руководство саботирует их. Казалось бы, такое должно происходить редко. Казалось бы, менеджеры должны хотеть, чтобы их компании процветали. Но правда в том, что иногда люди недальновидны, некомпетентны или просто больше заинтересованы в управлении своими личными империями, чем в том, чтобы компания работала. И когда это происходит, единственное, что остаётся, — начать всё заново с новым руководством.

Марко отложил пакет с чипсами — ему больше не хотелось есть.

— Я не могу просто проводить собеседования с новыми людьми на должность, связанную с браком. Ты не понимаешь.

Возможно. Но погружение в жалость к себе не приносило Марко никакой пользы.

— Я не понимаю женщин? — Флинн усмехнулся, поднимая пакет с чипсами. — Со сколькими женщинами встречался ты по сравнению со сколькими — я?

— Именно это я и хотел сказать. Главное — хорошо провести время. Никаких обязательств.

Неправда. Ну, во всяком случае, не совсем. Флинн был слишком занят работой, чтобы остепениться. Он откусил чипс.

— За эти годы я кое-что узнал о женщинах. Например: если вы узнаёте, что женщина изменила вам, она, вероятно, делала это и раньше — и можете быть уверены, что сделает это снова.

Марко выпрямился, и в нём вспыхнула искра гнева.

— Ты думаешь, Дейзи изменяла мне раньше?

В памяти Флинна промелькнули две его бывшие девушки: подруга со студенческих лет, которая слишком сблизилась с его соседом по комнате, и совсем недавно — Одри, организатор мероприятий, устроившая несколько частных вечеринок, пока он был в отъезде, одна из которых прошла с участием французского шеф-повара по имени Филипп.

— Не знаю, — ответил Флинн. — Но могу сказать: к тому времени, как ты ловишь кого-то на хищении средств из своей компании, можешь быть уверен — это не первый раз.

Марко кивнул, и его подбородок выдавал решимость.

— Возможно, ты прав. Иногда она выбегала из дома, не сказав мне, куда идёт.

~ ~ ~

Однако теперь Дейзи звонила Флинну и утверждала, что он ошибался насчёт её прошлых поступков. Она не была склонна ко лжи или преувеличениям, поэтому, когда настаивала:

— Я не изменяла Марко, — он невольно задумался, а вдруг это правда.

— Джефф был просто другом, который меня выслушал. Он помог мне разобраться, чего я действительно хочу. И я поняла, что это Марко.

Флинн вздохнул и потёр лоб. Не причинил ли он больше вреда, чем пользы, пытаясь помочь Марко пережить расставание? Возможно, они бы уже снова были вместе, если бы не он.

— Я позвоню Марко и попрошу его перезвонить тебе.

— Я хочу большего. Я хочу поехать на семейную встречу.

Это было слишком серьёзным требованием.

— Всё по-прежнему начинается завтра? — спросила она. — В Канкуне?

Его родители начали планировать воссоединение, когда Дейзи и Марко ещё были женаты, поэтому она знала подробности.

— Я не уверен, что твоё появление будет хорошей идеей.

Семейная встреча — не лучшее место для решения семейных проблем, особенно учитывая, что братья и сёстры скрывали от родителей происходящее.

— Если я смогу увидеть Марко лицом к лицу, — продолжала умоляюще Дейзи, — тогда смогу убедить его, что наш брак стоит спасти. Мне нужно извиниться перед ним должным образом — лично, а не через сообщения или телефонные звонки.

Возможно, она была права. Флинн знал, что брат не разлюбил Дейзи. Но обрадуется ли он ей или разозлится? Может быть, он будет безумно счастлив. Может, та тяжесть, которую он носил в себе, наконец исчезнет. Вероятно, стоило хотя бы позволить ей попробовать.

Она снова судорожно вздохнула.

— Кроме того, я люблю твою маму. По крайней мере, хочу попрощаться.

Дейзи знала, что Марко скрывает подробности развода от родителей, и согласилась, что им не нужен дополнительный стресс. Что бы ни случилось, Флинн был уверен: она не станет намеренно делать ничего, что могло бы расстроить его мать.

— Как называется курорт? — настаивала Дейзи. — Просто скажи.

Флинн стоял над чемоданом, держа в руках рубашки и размышляя.

— Пожалуйста? — спросила она дрожащим голосом.

— «Плайя-дель-Соль». — Флинн не мог отказать плачущей женщине. — Но ты услышала это не от меня.

— Ты лучший.

Это было не так. Но если он поможет Дейзи, возможно, сможет исправить тот вред, который причинил их браку раньше.

— Не говори Марко, что я приеду, — сказала она, и её голос заметно повеселел. — Я хочу сделать ему сюрприз.

Да, он будет удивлён.

— Я не скажу ему.