Ада

Пронзительный крик прорезал осеннюю ночь.

Адреналин захлестнул меня, и я с силой рванула вперед, в ушах звенело от громкого крика.

— Деррик, прекрати, придурок! — закричала Челси, одна из моих одноклассниц, промчавшись мимо нас в своем распутном наряде зайчика, пьяно спотыкаясь на кукурузном поле. За ней бежал парень из нашей школы, который по иронии судьбы был одет в костюм оборотня, и забрасывал ее конфетами с кукурузой.

Как и дюжина других учеников школы Халлоу, отправившихся на городскую тыквенную ярмарку, они были пьяны.

Я была трезвой из всех. Единственная, кто не веселилась. Но я уже привыкла быть странной.

Этого нельзя избежать, когда ты происходишь из длинного рода ведьм, столь печально известного, что у нас была своя собственная легенда. Мы ведь не были настоящими ведьмами, а если и были, то потерялись где-то по семейной линии. Единственное, что умела варить моя мама, это самогон. Но со времен повального увлечения ведьмами в Новой Англии женщин в моей семье стали называть ведьмами. В последних поколениях они добавили еще несколько слов. Изгой, чудачка. Шлюха — самое новое, благодаря тому, что моя мать-пьяница занялась новой профессией в городе, когда отец ушел.

— Все, чтобы оплачивать счета. — сказала она, когда я впервые узнала об этом от одного из жестоких мальчишек в школе, который видел ее у себя дома, "развлекающей" его отца.

Кто-то так сильно толкнул меня в ребра, так что я споткнулась и была вынуждена пытаться устоять на месте. Я подняла голову и посмотрела на знакомое лицо, которое смотрело на меня. Его темные глаза злобно сверкали из-под шляпы.

— Отвали, Лукас. — прошипела я.

Лукас был главным придурком в группе, которую я назвала "Хикки из Халлоу-Хилла", — банде хулиганов, которым доставляло удовольствие превращать мою жизнь в ад.

Я была уверена, что большинство из них оставили бы меня в покое, если бы не этот придурок. Он все еще злился из-за того, что случилось в первый день моего первого курса. Тот загнал меня в угол за школой, совершенно пьяный и искавший то, что я не продавала. Он переспал не с той сучкой не в тот день и получил за это перелом носа. Меня чуть не исключили за это, что было возмутительно. Это мне пришлось защищаться от парня на три года старше и в два раза массивнее меня, а все потому, что у него, похоже, была аллергическая реакция на слово "нет".

На следующий день все мальчики, да и некоторые девочки тоже, называли меня шлюхой. Ох уж эта гребаная ирония. Я думала, что когда он закончит школу два года назад, мучения закончатся. Но нет. Лукас не собирался уезжать из города в колледж. Вместо этого он остался в Халлоу-Хилле, чтобы работать на отца на его ферме. Все мальчишки-старшеклассники по-прежнему боготворили его. В двадцать один год он мог угостить их всех выпивкой. Для них он был как Бог.

Лукас тихонько насмехался про себя, и от его дыхания, пахнущего водкой, у меня свело живот. Я напряглась, готовая дать отпор, если он решит меня ударить. По крайней мере, на этот раз были свидетели. Большинство из них были придурками, но, по крайней мере, Челси могла бы поручиться за меня, если бы что-то случилось.

Вдалеке от меня Деррик запутал хихикающую Челси в кукурузных стеблях. Она игриво отшлепала его и села, выковыривая из волос кукурузные конфеты. Ее смех утих, а глаза сузились сквозь маску кролика, когда ее внимание привлекли мы.

— Оставь ее в покое, Лук.

— Что? Я ничего не делаю, только предлагаю ей выпить. — он толкнул бутылку водки в мою сторону, вероятно, надеясь, что я вздрогну, когда он сделает слишком агрессивное движение. Его губы разжались, когда я даже не дернулся.

— Ну же, маленькая шлюшка Мур. Разве ты не хочешь вырасти и стать такой же, как мама? Выпей. — я вздрогнула от такого прозвища. Я не собиралась быть похожей на свою мать. Я собиралась сделать то, чего до меня не делала ни одна женщина из Мура. Окончить школу и уехать из этого города.

— Я в порядке, спасибо. — сказала я, изобразив слишком сладкую улыбку. — Я здесь не для того, чтобы нажираться в хлам, а потому, что приняла твое дурацкое пари. После сегодняшнего вечера ты будешь должен мне двести баксов. Надеюсь, папочка платит тебе достаточно за уборку свиного дерьма, чтобы ты мог заплатить.

Остальные мои одноклассники собрались вокруг нас. Ну, кроме Челси и Деррика, которые улеглись, их спутанные ноги виднелись из-за ряда кукурузы, где звук небрежных поцелуев был настолько громким, что его можно было услышать за шелестом стеблей.

Все остальные приковались к Люку, ожидая, что он предпримет. Его челюсть напряглась, а зубы громко заскрипели. Обычно я не испытывала ни малейшего страха перед хулиганом, но от того, что он был одет как Фредди Крюгер, у меня заколотилось сердце. И не потому, что его полосатый свитер или полустертый грим были хоть сколько-нибудь пугающими, а потому, что кожаные перчатки он сделал из настоящих лезвий, которые нашел на своей ферме.

Несколько раз моя мама приходила домой с синяком под глазом и другими синяками. Отец Лука был одним из ее частых клиентов, поэтому я точно знала, что он был пьяницей, который любил избивать женщин. Яблоко от яблони недалеко падает, так что я не сомневалась, что Лукас воспользуется своим когтем Крюгера. Один удар этой штукой, и мне конец.

— Посмотрите на Аду, она до смерти напугана. Белая, как призрак. — гоготнул Деррик, заглядывая сквозь кукурузные стебли. Он издал громкое "ой", а затем понизил голос. — Эй, куда ты, детка?

— Ухожу от тебя. Ты ведешь себя как придурок.

Через мгновение появилась Челси, ее маска была слегка сдвинута, а из растрепанных волос торчало несколько кусочков сушеной кукурузной шелухи.

Я снова обратила внимание на Лукаса и драматично закатила глаза.

— Я похожа на призрака, потому что это мой костюм, олух. — огрызнулась я на него.

Челси снова подошла к нам, поправляя маску.

— Вы, ребята, все засранцы. Она уже приняла пари, чтобы пойти на Хэллоуин сегодня. Неужели нужно было заставлять ее наряжаться в костюм предка? Как-то неуважительно, если хотите знать мое мнение.

— Как это неуважительно? — возразил кто-то. Я не посмотрела, кто это сказал, была слишком занята тем, что сдерживала смертоносный взгляд Лукаса.

Он смотрел на меня с непоколебимой ненавистью.

— Потому что самая первая ведьма в роду Мур умерла в эту ночь сотни лет назад. После этого ни одна женщина из рода Мур не осмеливалась ходить в тыквенный сад, пока прапрабабушка Ады не отправилась туда более ста лет назад. Она вернулась обратно голой и безумной, бормотала что-то о дьяволе с тыквенной головой. Ее отправили в психушку, и больше ее никто никогда не видел. Так что, похоже, Хэллоуин — не лучшая ночь для их семейства.

Пальцы Лукаса в перчатках обвились вокруг горлышка бутылки с водкой, металлические когти звякнули о стекло, когда он поднес ее к губам и сделал большой глоток. Он зашипел сквозь стиснутые зубы, и водка потекла по его подбородку.

— Дело в том, что мне плевать. Никто не заставлял Аду принимать пари, не заставлял ее кончать. Не то чтобы кто-то винил ее за то, что она не пришла, тем более что Тыквоголовый неравнодушен к шлюхам Мур.

Я вздрогнула, но не от жестокого оскорбления, которое он использовал для меня. По какой-то причине мне было неприятно, когда кто-то называл Джека Кэллоуэя Тыквоголовым. Может быть, потому, что мне было в какой-то степени жаль его, даже если он умер сотни лет назад. Конечно, в городе его называли чудовищем, но не потому, что он был монстром в буквальном смысле. Он был мужчиной-колдуном, но, судя по рассказам, единственным его преступлением была бурная сексуальная жизнь с моей прародительницей Адалиной Мур — женщиной, в честь которой меня назвали.

Я задрожала от холода, который не имел ничего общего с хрустящей осенней ночью. Я не могла избавиться от ощущения, что мне не следовало находиться здесь в эту ночь, как ни в какую другую. Может, мне стоило послушать их, когда они сказали держаться подальше от тыквенного сада на Хэллоуин. Вместо этого я решилась на глупую авантюру, нарядиться, как мой предок, в платье того времени, и отправиться в тыквенный сад в канун Дня всех святых. Задача заключалась в том, что, если Джек не появится, это докажет, что призраков не существует, как я неоднократно утверждала.

Я должна была не обращать внимания на маленькие тревожные звоночки в моем сознании, чтобы заткнуть всех остальных и доказать им раз и навсегда, что нет никакого призрака с тыквенной головой, который преследует каждого в тыквенном саду, ожидая возвращения Адалин Мур. Жаль, что я не верила в призраков.

Здесь, в этом дерьмовом городе, с этими дерьмовыми людьми, для меня ничего не существовало.

Я почти желала, чтобы Джек Кэллоуэй был настоящим, чтобы он забрал меня подальше от этой дыры. Куда бы он ни забрал меня, даже если это будет сам ад, там должно быть лучше, чем здесь.