— Что значит, её врач не сможет приехать?! — рявкаю я.

Тип, стоящий в ногах у моей жены, едва обращает на меня внимание, потому что его взгляд намертво прикован к её «сокровищнице», и я уже готов заехать ему по челюсти.

— Она за городом, — говорит доктор. — Я дежурю, а ребёнок уже идёт. Так что, прошу прощения, мне нужно помочь вашей жене.

— Конор, — шипит Айви сквозь тяжелое дыхание. — Всё в порядке.

— Ничего не в порядке, — настаиваю я. — Он не перестает пялиться на тебя.

Доктор смотрит на меня и качает головой, как будто это я здесь не в своём уме.

— Он должен пялиться, — настаивает Айви. — Из меня ребёнок выходит, если ты не заметил. Так ты собираешься мне помочь или нет?

Когда я встречаюсь с ней взглядом и вижу, какую боль она испытывает, до меня доходит, какой я осёл. Но мне всё равно это не нравится. Я не хочу, чтобы этот идиот был хоть сколько-нибудь близок к ней.

— Ооооох, — стонет она.

Я забываю обо всём, из-за чего только что злился, бросаюсь к ней и хватаю за руку.

— Всё хорошо, любовь моя. Ты отлично справляешься.

Она с шипением выдыхает ещё пару раз и зажмуривается, пока этот извращенец, притворяющийся врачом, даёт указания. Я не слышу ни слова, потому что сосредоточен только на своей жене. Моей прекрасной жене, которая рожает нашего ребёнка.

Я убираю волосы с её лица и целую в лоб, надеясь успокоить, но её тело снова содрогается, и она случайно бьёт меня в лицо, когда голова дергается вперед.

— О Боже, Конор... — Она моргает, в ужасе глядя на меня, и я не понимаю, что происходит, пока не чувствую, как что-то течет по моему лицу.

Горячая кровь хлещет из носа, металлический привкус покрывает губы. В тот же момент я слышу, как доктор говорит что-то про «ещё одно последнее усилие». А потом бросаю взгляд туда, вниз, между ног Айви, и там всё выглядит так же, как пол в подвале Рипера.

Кровь. Так много крови.

Это последняя мысль, которая проносится у меня в голове, прежде чем я рухнул на пол.

— Арчер, знакомься, это твоя младшая сестрёнка, Кили.

— Кили, — повторяет он, округлив глаза от изумления, и протискивается в пространство рядом со мной.

Я обнимаю маленького парня свободной рукой и держу их обоих, пока Айви наблюдает за нами с сонной улыбкой с другого конца комнаты.

— Теперь ты старший брат, — говорю я Арчеру. — Это значит, что ты должен всегда присматривать за сестрой и защищать её. Понимаешь, что это значит?

Арчер кивает, поглаживая её крошечный лобик.

— Я буду присматривать за ней, как ты присматриваешь за нами, пап. Буду читать ей сказки на ночь, а когда она подрастет, прослежу, чтобы она съедала свои овощи.

Я улыбаюсь и слегка прижимаю его к себе.

— Извините, — в дверях показывается медсестра. — Я больше не могу их сдерживать. Вы не против, если они войдут?

Я смотрю на Айви, она смеётся и кивает.

— Пусть заходят.

Не успевает медсестра даже отойти в сторону, как комната наполняется моими братьями с женами, все они пришли с подарками. Коробки и пакеты бросают где-то в углу, пока они по очереди берут на руки малышку и позируют для фото, как будто они не самые грозные мужчины во всём Бостоне.

— Похоже, ты отлично справился, — Кроу окидывает взглядом мой перебинтованный нос. — Даже если и получил боевое ранение.

— В следующий раз я буду лучше, — заверяю я его.

Он усмехается, достает из пальто фляжку, и мы пьём за здоровье Кили и за нашу семью. А это настоящая семья. Всё, что я люблю, находится прямо здесь, в этой комнате, и я сделаю всё, чтобы защитить это. Встретившись взглядом с Айви, я понимаю, что она тоже это чувствует.

— Ты дал ей жизнь, за которую стоит бороться, — Кроу сжимает моё плечо. — Давно пора.