16

—Маумамааумм… — пыталась я кричать, отчаянно слюнявя ладонь, взявшую мой рот в плен.

— Да тихо ты! — раздался недовольный голос, который был мне знаком.

— Гхарасххгоаоа… — ещё сильнее заартачилась я, пытаясь вырваться из его сильных рук.

Тем временем раздался протяжный скрип, и мы оказались в темноте, густо пахнущей сыростью, плесенью и чем‑то едва уловимо ягодным.

Мой рот наконец был освобождён, а сильная рука отпустила дрожащее от страха тело.

— Какого лихо?! — закричала я, запалив огненный шар. Прежний рассеялся в самый неподходящий момент.

— Могу задать тебе тот же вопрос, Раска Хвоя! — прищурившись, отчеканил темноволосый напыщенный индюк.

— Я первая спросила!

— А я первый сюда пришёл!

— Идиот! — не выдержала я и треснула похитителя по плечу. — Ты меня напугал до полусмерти!

— Какие мы нежные! — цокнул он. — Не надо совать нос куда не попадя!

— Тебя спросить забыла… — фыркнула я, осматриваясь. — Где это мы?

— В одной из кладовых потайного хода, — пожал плечами парень.

— И что ты здесь делаешь, Гасар?

Ничего не ответив, следопыт с нарочитым вниманием принялся разглядывать паутину на стенах.

— Гасар? — вновь повторила я. — Одной жаркой встречи с дознавателем тебе не хватило?

— Не напоминай! — поморщился студент.

— Я жду ответов! Или желаешь вновь предстать пред очами тора Борислава с объяснениями? Во второй раз, думаю, легко не отделаешься…

— Будто в первый раз отделался?! — усмехнулся Гасар.

Я перевернула деревянное ведро, валявшееся в углу, и уселась на него сверху. Подперев подбородок ладонью, уставилась на следопыта в ожидании объяснений.

— Ты ж не отстанешь! — тяжело покачал он темноволосой головой, привалился к стене и взглянул на меня. — Что ты хочешь знать?

— Всё! — довольно причмокнула я. — Что это за место?

— Потайной ход. Я же сказал.

— Больше подробностей! Ненавижу, когда тянут кота за яй... язык!

— При строительстве академии наши основательницы продумали системы потайных ходов. Они словно паутина оплетают всё здание. Уж не знаю, зачем им это было нужно…

— Понятное дело, зачем! — фыркнула я насмешливо, перебив этого недотёпу. — Они уже однажды были коварно преданы мужчинами. Должен же у них был быть козырь в рукаве на случай, если ваша братия вновь решит пойти на них войной. Всё‑таки академия — не женское дело. Это не мои слова, если что!

— Угу… — не особо меня слушая, пробубнил следопыт.

— Ты‑то как про этот ход узнал?

— Старый план здания в библиотеке нашёл. Лежал на самом видном месте. Я ж следопыт, мне карты читать, что раз плюнуть. Вот и решил проверить.

— Проверил на свою голову!

— Ну не скажи. Эти ходы уже год как верную службу мне служат. Вернее, служили. Теперь‑то за мной присмотр особый.

— О чём ты? Чем тебе эти пыльные коридоры помочь могут? Акромя пыльной чахотки и встречи с насекомыми и грызунами в них ничего не сыщешь!

— Хм, — тяжело вздохнул следопыт. — Дай слово, что никому не расскажешь!

— Я, Раска Хвоя, даю слово, что никому не открою тайну Гасара Варьяка! — громко отчеканила я, пальцем нарисовав в воздухе замысловатый знак. Он на мгновение вспыхнул огнём, а затем рассеялся.

— В общем, я этот потайной ход частенько использовал. Слышала что‑нибудь о вечорках Гара?

— Ты про сборища идиотов, которые раз в месяц устраивают шумные вакханалии и не дают спать остальным? — кисло скривилась я.

— Именно! — с гордостью цыкнул этот индюк. — Это я их устраиваю!

— Даже не удивлена, — покачала я головой. — Только твоя чумная головушка могла до такого додуматься.

— Ты злишься, потому что тебя туда ни разу не приглашали, — надменно поднял одну бровь Гасар, нагло мне подмигнув.

— Вот ещё! — вскочила я с ведра, служившего мне стулом. — Я что, похожа на глупую курицу, которая променяет сон на странную компанию напыщенных индюков?!

— Одни оскорбления… — покачал головой следопыт. — Думаю, ты определённо ко мне неровно дышишь!

— Закатай губу! — разъярённо помахала я кулаком прямо перед его носом. — Зачем тебе для твоих вечорок потайной ход‑то понадобился?!

— Договор у меня с одним деревенским мужиком имеется. Настойки я у него покупаю. Тайник в лесочке у нас есть: он там свои бутыли оставляет, я — оплату.

— И чтобы в лесочек незамеченным выпорхнуть, ты по этой каменной кишке, как крыса, и пробирался… — догадалась я.

— Опустим твои дурацкие эпитеты, — недовольно передёрнул плечами Гасар. — Но в общем‑то ты права. К тому же настойки можно было здесь оставить, а в нужный час достать. Не стану же я огромные бутыли у себя под кроватью хоронить.

— С тебя станется! — усмехнулась я. — Так вот почему здесь ягодами пахнет…

— Ага... Я здесь не так давно смородиновую настойку разлил. Так жалко было…— протянул он жалобно, но слов сочувствия от меня так и не дождался.

— А сейчас‑то чего здесь забыл? Неужто горячие объятия дознавателя не подсказали, что с вечорками надобно бы повременить?!

— Подсказали! Уж поверь, справно подсказали! Не за тем я сюда пришёл. Улики мне нужно было уничтожить… — тихо прошептал следопыт, отодвигая одной ногой ящик, за которым притаилась стеклянная бутылка с красной жидкостью. — Я ректору соврал… — поджав губы, признался Гасар. — Сказал, что ходы для своих любовных дел использовал. Всё ж в этом случае можно и на снисхождение рассчитывать... Дело-то молодое… А вот с алкоголем в академии так просто не получится разобраться. Это куда более серьёзный проступок. За такое меня и с последнего курса под зад пинком вышвырнуть могут.

— Тут ты прав, — почесала я задумчиво макушку. — Ну давай ликвидировать твою улику и пойдём отсюда. Меня этот запах уже доконал.

— Что??? — удивлённо нахмурилась я, когда Гасар замялся.

— Жалко выливать. Она три серебрушки стоила.

— И что ты предлагаешь?

— Не хочешь попробовать знаменитую малиновую настойку Виса? Вку‑у‑у‑сная…

— Я вообще‑то не пью, — свела я брови к переносице, грозно смотря на манящее стекло бутылки. — Но малиновую, пожалуй, попробовать можно. Чуть‑чуть!

— Я тебе много и не предлагаю! — улыбнулся Гасар, откупорил напиток и протянул его мне.

Запах был приятный. Свежо пахло сладкой малиной. Запаха алкоголя не было слышно вообще.

— Вкусно! — удивлённо выдохнула я, покатав на языке терпкую жидкость. — Очень вкусно!

— А то ж! — гордо, будто сам готовил эту настойку, проворковал следопыт, забрал у меня бутыль и сделал смачный глоток прямо из горла.

— Ещё хочу! — хихикнула я, вновь усаживаясь на ведро.

Передав мне бутыль, Гасар устроился на ящике напротив. В упор глядя на меня, он прошептал:

— А ты ничего такая! И почему я всегда думал, что ты серая мышь?

— Потому что ты дурак! — проглотив розовую жидкость, выдохнула я, и мы, не сговариваясь расхохотались.