До самого вечера меня никто не тревожил. То ли боги решили дать передышку после столь насыщенного утра, то ли обитатели дворца готовили мне новые ловушки.

После вкусного ужина, который мне, как и ранее, принесла калфа с безликой служанкой, в мои покои пришёл Рихимли-ага.

— Ойнаси Айин, я сопровожу тебя в хамам. Будь добра, хотя бы сегодня обойдись без приключений.

— Будто это я их ищу, — фыркнула я. — Они сами меня находят.

Ага недовольно скривился, но промолчал. Взмахнув рукой в сторону дверей, он вышел в коридор. Я посмотрела в сторону многочисленных подушек, среди которых обычно пряталась моя золотая помощница. Пойдёт ли змейка со мной? При слугах я боялась выдавать её присутствие, поэтому надеялась, что та сама поймёт немой вопрос, прочитав его в моих глазах. Вот только я никак не могла найти её золотую головку.

— Ойнаси Айин! — требовательно позвал меня ага из коридора, и я со вздохом поплелась за ним. Что ж, придётся надеяться лишь на себя и свои силы.

Если бы я только знала, к чему приведёт, казалось бы, рядовое посещение хамама!

Перед входом в бани меня ждала Ясык. В руках она держала свёрток из ткани. Как я догадалась, сменная одежда для скромной меня. Невольно вспомнилось прошлое посещение хамама. Бр-р-р! Даже как-то расхотелось идти внутрь, где уже раздавались весёлые голоса наложниц.

— Я провожу тебя до твоего места, — сделав ударение на слове «твоего», сообщила мне калфа. — А после уйду за фруктами и напитками. Прошу, Айин, не вступай ни с кем в конфликты, пока меня не будет!

Я улыбнулась.

— А когда придёшь, можно и поконфликтовать?

Ясык махнула на меня рукой и тоже улыбнулась, сообразив, что я всего лишь пошутила.

— Повернись спиной, я помогу расстегнуть блузку.

Я послушно повернулась и сделала глубокий вдох. Сами бани здесь были настоящим раем для тела и души, но вот наполнение людьми подкачало, сводя на нет всю атмосферу хамама, призванную расслабить и подарить максимальное удовольствие от процедур.

Переоделась я с помощью калфы довольно быстро. Поймала себя на мысли, что уже привыкла к помощи других при переодевании. А ведь мне, привыкшему к самостоятельности человеку современности, это всё было дико и в новинку.

Ясык, окинув придирчивым взглядом мою фигуру, кивнула своим мыслям и повела меня в сторону купален. Стоило переступить порог бань, как нас обступил густой пар, насыщенный ароматами эфирных масел.

Снова эти разграничения по цветам подстилок, стайки сбившихся девушек и звонкий смех, который мгновенно замолкал, стоило нам с Ясык пройти мимо. По моей коже поползли неприятные мурашки. Я физически ощущала на себе взгляды, полные яда и ненависти. Но что я им всем сделала? За что такая всеобщая дружная нелюбовь?

Учитывая неудачный опыт посещения хамама, в этот раз я решила не лезть на рожон и всячески игнорировать присутствие посторонних поблизости. Ясык довела меня до горячего камня, показала купальню, в которой я могу понежиться и распарить косточки, и ушла, пообещав вернуться с едой и напитками.

Сидеть на тёпленьком было приятно, но я решила переползти в купель и насладиться мягким воздействием горячей воды на кожу. Скинув с плеч тонкий халат, я опустилась в каменную чашу и даже заурчала от удовольствия. Красота! Вода была идеальной температуры. Градус выше — и было бы нестерпимо горячо, а градус ниже — я бы не смогла лежать в купели дольше пары минут. Я всегда любила горячий душ, даже летом. Потому мне было очень приятно, что здешние температуры столь удачно совпадали с моими личными предпочтениями.

Сама не заметила, как расслабилась и задремала. Форма каменной чаши была сконструирована таким образом, что даже заснув в ней, человек не рисковал бы утонуть. Я погрузилась в дрёму, словно через мягкую вату, слушая отголоски чужих разговоров. Мысли лениво ворочались в моей голове, вяло перетекая от образа генерала Уруса к бумагам с именами моих родителей, от изображения Богини-матери до наглого принца-тирана. Слишком много неизвестных вокруг моей особы напрягало, хотелось больше ясности и определённости, но в клубах пара, насыщенного эфирными маслами, соображалось очень туго.

Из одурманивающей неги меня вывел нарастающий гул голосов. С неохотой открыв глаза, я моментально пришла в себя. Мою каменную чашу со всех сторон обступили галдящие девушки, а по правую руку надо мной высилась злобной статуей Зинайат. Первая кадын принца и местная королевишна.

— Тебе мало было предупреждения? — прошипела Зинка, поджав губы.

— Я снова заняла чужое место? — спросила я, хлопая ресницами. Но я точно знала, что выбрала именно ту купель, которую мне показала Ясык. В этот раз ошибки не было!

— Ещё хватает наглости притворяться невинной овечкой! — воскликнула Зинайат, и остальные загалдели, поддерживая свою предводительницу.

— Тебе здесь не место!

— Ты здесь никто!

— Выскочка!

Оскорбления сыпались со всех сторон, и я уже даже не следила за тем, чей рот отпускает в мою сторону грязные ругательства.

— Может, вы всё же ответите, в чём меня обвиняют на этот раз? — спросила я, нахмурившись. Вести разговор, находясь в положении снизу, было не очень комфортно. Но и встать я не могла, потому как тесный кружок обступивших купель наложниц не позволил бы мне встать в полный рост.

— Ты посмела позариться на то, что тебе не принадлежит! — ответила за Зинайат девушка, стоявшая рядом с первой кадын его высочества.

— И на что же? — ехидно уточнила я. Неужели мне сейчас предъявят за Уруса, генерала моего?

— Принца! — удивив меня, ответила та же девушка, за что удостоилась осуждающего шипения со стороны Зинайат. Очевидно, та не хотела раскрывать мне причину своего недовольства.

— Принца? — Я не удержалась и засмеялась. — Да он мне совершенно не нужен, забирайте его!

Ох, зря я так открыто выказала неуважение к всеобщему любимцу. Не знаю, кто отважился первым распустить руки, но уже через мгновение меня вытянули из купели — кто за волосы, кто за руки, кто за ноги. Я чувствовала, как под сжатыми на моих конечностях пальцами разливались свежие синяки, но о них я волновалась в последнюю очередь.

Выволочив из купели, эта стая оголтелых девиц прижала меня к стене. Обступив плотным кружком вокруг, они создали непроходимый барьер, мешая мне сбежать.

— Раз ты настолько глупа, чтобы понять первое предупреждение, будем действовать более решительно, — процедила сквозь зубы Зинайат. Выбросив руку в сторону, она схватила услужливо поданный кем-то канделябр и поднесла горящие свечи к моему лицу. — Придётся изуродовать твоё красивое личико, чтобы больше ни один мужчина не стал жертвой твоего непомерного эго!

Я дёрнулась в сторону, но сзади была стена, а сбоку — тупые курицы, загородившие путь на свободу. Взгляд застилали мокрые пряди волос, которые я не могла убрать, потому что мои руки держали прижатыми к стене. Мокрая ткань неприятно липла к телу, сковывая движения, а лицо уже опасно припекало от близости огня свечей.

Канделябр в руках Зинайат пошатнулся, и та придвинула его ещё ближе ко мне. Мои влажные волосы зашипели, отдавая остатки влаги под воздействием высокой температуры огня. Я с ужасом поняла, что у этих идиоток хватит ума, чтобы сотворить из меня живой факел.

И закричала.

Слишком многое произошло в следующее мгновенье, чтобы я могла понять порядок событий.

От моего истошного крика девушки, стоявшие ближе всего ко мне, закрыли уши и, наконец, отпустили меня. Я тут же инстинктивно вскинула руки, защищая лицо. Да, обожгло внешнюю сторону предплечий, но это было неважно.

Вместе с неконтролируемым страхом я ощутила, как внутри меня разрослось до максимума, а после взорвалось горячее тепло. Моя магия, как я поняла позже. Она не просто нашла выход и потекла по венам, ища свободу. Нет, она хлынула настоящим цунами! Снося на своём пути всякую преграду.

Громкие крики, мельтешащие девицы и враз очистившееся вокруг меня пространство.

Только ощутив некоторую свободу возле себя, я открыла глаза. И снова заорала. Потому что стояла одна посреди превратившегося в огненную печь коридора, стены которого полыхали от пола до потолка.

И из этих тёмных клубов и языков пламени ко мне буквально вылетел Урус, генерал Маккады.

Змей, чтоб его, Великий да Крылатый!

И в том, что последнее было не просто красивой фигурой речи, я теперь убедилась воочию. Потому как генерал буквально летел, а за спиной у него, цепляя стены и потолок, раскинулись огромные крылья!

Урус за доли секунды преодолел расстояние, разделяющее нас. Его сильные руки оторвали меня от земли, словно пушинку, прижали к груди, в которой яростно билось встревоженное сердце, а после Урус рванул вместе со мною куда-то вверх. Я завизжала, понимая, что сейчас размажусь о потолок, так как даже самый крепкий череп человека не устоит против каменных стен, но…

Мы просто вырвались в небо. Наверное, генерал создал мгновенный портал, иначе я никак не могла бы объяснить, как из первого или второго этажа дворца мы смогли абсолютно беспрепятственно очутиться высоко в небе, среди пушистых облаков.

— Замолчи, прошу, — скривившись, будто от боли, попросил Урус. И я захлопнула рот. Действительно, чего это я ору?

Может, потому что под ногами не ощущалось никакой опоры, а земля находилась так далеко, что дворец превратился в кукольный домик? Или потому, что ещё не отошла от того, что всего минуту назад меня хотели спалить заживо? Но всё это ушло на второй план, когда я осознала, что, едва спасшись от огня, так бездарно могу погибнуть от падения с огромной высоты.

И снова закричала.

Ответом мне было громогласное утробное рычание. Я так удивилась, что даже заткнулась. Урус подбросил меня вверх, а я, кажется, окончательно потеряв голос и просто крича уже только в своей голове, взлетела ввысь, чтобы через мгновение быть подхваченной огромной когтистой лапой.

Погодите, что⁈

Я вцепилась в единственную опору и с ужасом подняла взгляд наверх. Надо мной хлопали и свистели огромные крылья, раз в десять больше тех, что были за спиной у Уруса, когда он ещё сохранял остатки человечности. Крупное брюхо крылатого ящера методично вздымалось от дыхания, а где-то там впереди изрыгала пламя и чёрный дым морда дракона.

Ох, мамочки!

В книгах это было совсем-совсем иначе! Захотелось выстроить в ряд всех своих попаданочек и не только, вынужденных по воле писателя взаимодействовать с крылатыми ящерами, и слёзно попросить у них прощения за свою фантазию.

Нет, драконы — это вовсе не забавно. Это безумно страшно!

Восхититься полётом? Поразиться небывалой мощи мифического существа? Нет! Я хотела лишь одного — ощутить под ногами родную твердь земли и бежать отсюда куда глаза глядят.

Сверху было сложно понять, сколько километров мы пролетели, но когда дракон начал спускаться, я снова ощутила железные тиски паники. Как он приземлится? Не размажет ли лапой по земле, опустив всю тяжесть огромной туши на хрупкую меня?

К счастью, не размазал.

С удивительной для существа подобных размеров грацией дракон застыл всего в метре от земли, разжал когтистую лапу, выпуская меня на свободу, а после этого взмыл в небо.

Я не успела осмотреться и понять, куда меня приволокло его драконье генеральшество, когда на покрытую мозаикой дорожку опустился Урус, — уже в человеческом обличье. Даже крылья за спиной исчезли и больше не смущали меня своей инородностью. Обычный мужчина.

Хотя какой там обычный?

— Ты в порядке? — спросил меня генерал, а я не смогла ничего ответить. И не потому, что не хотела или не знала, что сказать. Нет. Просто в моём горле не осталось никаких звуков. Не стоило так долго и самозабвенно орать!

Я молча кивнула. Жива, цела и почти здорова — моральное потрясение и отказавшие голосовые связки не в счёт. С остальным разберёмся позже.

— Тогда идём, — Урус не стал церемониться и расшаркиваться, лишь накинул мне на плечи свой кафтан, скрывая мою банную «тогу» от посторонних глаз. На ручки тоже не взял, что неожиданно меня расстроило. Что-то быстро я привыкла к тому, что этот мужчина таскает меня на руках! Пора включать трезвый рассудок и думать, как выжить, а не теряться в розовом зефире от каждого прикосновения этих волшебных смуглых рук…

Мотнув головой, я поспешила за удаляющимся по мозаичной дорожке генералом, попутно пытаясь понять, где мы оказались. Впереди маячило красивое трёхэтажное здание с округлыми крышами на башенках, напоминающих застывшие шапочки капелек молочного шоколада. Множество колонн, арок и кустовой зелени, почти как во дворце повелителя, но чуть скромнее по размаху. Может, загородная вилла самого генерала? Неужели он привёз меня к себе домой?

В другое время я бы смогла по достоинству оценить архитектуру и ландшафт мини-дворца, куда меня привёз Урус, но сейчас я бросала все ресурсы организма на то, чтобы просто идти вслед за единственным мужчиной, которому могла доверять в этом мире.

Оказавшись в приятной прохладе холла, я вздохнула и пошатнулась. Перед глазами заплясали чёрные точки — предвестники скорого обморока.

— Проведи ханым в гостевые покои, — услышала я спокойный голос генерала и моргнула, прогоняя мушки.

Урус остановился перед склонившимся в глубоком поклоне слугой в зелёной чалме, распахнутой на животе безрукавке, не скрывающей смуглое тело, и просторных шароварах.

— Айин? — А вот теперь генерал, наконец, обратил на меня внимание. По промелькнувшему в лазурных глазах испугу я поняла, что моё состояние не укрылось от бдительного ока генерала. — Ты в порядке? Сейчас я вызову лекаря, он тебя осмотрит.

Я кивнула, и это было последнее, что я запомнила.

В следующий миг блаженная тьма завладела моим сознанием, даже не дав понять, упала я бревнышком на каменный пол или меня успели подхватить на руки.

А жаль, я бы очень хотела снова ощутить эти самые руки на своей талии…

Очнулась я в кровати, чем-то похожей на ту, что была во дворце у генерала. Роскошные ткани и в то же время приятная глазу аккуратность и даже некоторая аскетичность вокруг выгодно отличали эту спальню от напичканных каменным кружевом и обилием украшений дворцовых покоев. За окном розовели облака, подкрашенные лучами восходящего солнца. Это сколько же я пролежала в отключке?

Я застонала. Виски будто тисками кто-то сдавил, а в горле пересохло.

— Ханым пришла в себя? — Надо мной склонился уже знакомый мне по первому визиту во дворце лекарь повелителя. Или как там в прошлый раз его представлял Урус. Страшная высохшая мумия с острым взглядом — Йетэмек Ильгиз.

— Пришла, — проскрипела я и закашлялась. — Воды…

Мне тут же всунули в руку прохладный бокал и помогли привстать в кровати, надёжно подоткнув со всех сторон подушками, чтобы я не упала обратно. Заботушка.

Меня пронзило ощущение дежавю. Ведь почти идентичная встреча с врачом была в покоях Уруса в то злополучное утро, когда я очнулась не в своём мире и не в своём теле.

Выпив воды, я почувствовала себя лучше. Тиски, сдавливавшие мою голову, немного ослабли, и я смогла взглянуть на застывших у постели мужчин без тумана от недавнего обморока.

Урус уже успел переодеться и теперь стоял передо мной в тёмно-красном халате, расписанном золотой вязью. Тёмные волосы были убраны в свободный хвост, поэтому та самая серьга, впечатлившая меня при первой нашей встрече, теперь виднелась отчётливо и предельно ясно. Красивая. И как же ему шла! Никогда бы не подумала, что мужчина с серьгой в ухе может выглядеть настолько сексуально и возбуждающе.

Только присутствие мумии Йетэмека останавливало меня от романтических фантазий со мной и генералом в главных ролях.

— Так ты говоришь, это следствие эмоционального взрыва?

Судя по всему, очнулась я посередине разговора. Важного разговора, потому как дело касалось моего здоровья.

— Именно, — лекарь кивнул Урусу. — Мощный всплеск магии, сильное психологическое потрясение буквально высушили ханым до дна. Нам очень повезло, что от колоссального напряжения, которому подверглись сосуды и узлы ханым, они не истончились и не перегорели. Ханым могла потерять едва обретённую магию, и уже безвозвратно.

Я вздрогнула. Нормально так меня приложило. А ведь я только начала получать удовольствие от своих волшебных выкрутасов.

— Что теперь делать? — Урус выглядел потерянным и взволнованным. Как родитель, который впервые привёл заболевшего ребёнка к врачу и теперь не знает, как помочь своему чаду. Вся надежда на врача, который видится кем-то вроде бога. Если поможет справиться с болезнью, конечно.

— Как я говорил, ханым невероятно повезло, что каналы не были разрушены. Более того, вся сеть магических каналов окрепла и достигла своего правильного состояния. Теперь дело обстоит лишь за обучением контролю. Как психологическому, так и физическому, ибо магию нужно чувствовать не только сердцем, но и разумом. Это маг должен управлять силой, а не сила — магом.

Последние слова лекарь адресовал мне, и я смутилась. Ну да, виновата, не сдержалась. Но кто смог бы остаться спокойным, когда его пытаются сжечь заживо? Или ладно, не сжечь — но покалечить так точно!

— Я понял тебя, — ответил за меня Урус и сделал приглашающий на выход жест рукой. — Оставим ханым. Я пришлю сюда служанку, которая поможет ханым Айин привести себя в порядок, а мы пока продолжим нашу беседу в трапезной.

Мужчины вышли, как и обещал Урус, оставив меня одну. А вскоре в спальне появилась очередная безликая служанка в салатовом одеянии. Девушка помогла мне раздеться, провела до купальни и вымыла мои волосы, пока я осторожно оттирала с кожи следы копоти и крови. К моему удивлению, никаких ран и даже ссадин на руках не оказалось. Словно мне на кожу нанесли очень качественный гримм, а сама я осталась под ним целая и невредимая. Удивительно!

Минут через двадцать я была готова присоединиться к Урусу и Йетэмеку в трапезной. Девушка молча проводила меня по красивому светлому коридору в просторное помещение, в центре которого располагался широкий низкий стол, заставленный серебристой и медной посудой, блестящей в солнечных лучах, проникающих через распахнутые окна.

— Присаживайся, — кивнул мне Урус и хлопнул в ладоши. Ко мне тут же подлетел слуга и начал споро выкладывать передо мной на широкое блюдо угощения, напитки и столовые приборы.

Судя по тому, что при мне мужчины разговаривали лишь о погоде да делах государства, вопрос по моему здоровью они уже решили. Жаль, что без меня.

Я с аппетитом съела густой сырный крем-суп, парочку сдобных булочек с румяными боками, несколько рисовых шариков с яйцом и зеленью внутри. На десерт был подан кусочек воздушного пирога с фруктовым повидлом, а к пирогу в пару меня угостили наваристым ароматным травяным чаем.

Невероятно вкусный и сытный… завтрак?

В очередной раз я подивилась тому, как долго пробыла без сознания. Или же меня погрузили в лечебный сон, чтобы заживить мои раны? Надо обязательно спросить у Уруса. Потом, когда этот мерзкий лекарь оставит нас одних.

Закончив трапезу, Йетэмек, будто почувствовав моё желание, встал и откланялся, сказав, что навестит нас следующим вечером.

Урус не стал задерживать лекаря, и довольно скоро моё желание побыть с генералом наедине осуществилось.

— Как ты? — спросил Урус, усиленно делая вид, что ему всё равно, что я отвечу. Я даже внутренне улыбнулась. Приятно, чёрт побери, когда мужчина волнуется о твоём самочувствии! Пусть и пытается это столь неумело скрыть.

— На удивление вполне сносно. — Я вытянула руки вперёд и покрутила запястьями, показывая чистую кожу. — Я думала, останутся следы…

Урус нахмурился и поджал губы. Да, не самые приятные воспоминания. Интересно, наказали ли виновных? О чём я решила узнать сразу, не откладывая дела в долгий ящик.

— Могу я спросить?

— Да, конечно. — Морщинка между бровей Уруса немного разгладилась, а в глазах засветилось любопытство.

— Те, кто сделал это со мной… — Я запнулась, увидев, как на красивом лице генерала снова появилось хмурое выражение. — Они будут наказаны или, как и в прошлый раз, им всё простят?

— Айин, — Урус тяжело вздохнул. — Принц Хаин проследит, чтобы виновные понесли наказание, но…

— Но это снова ничему их не научит, — закончила я за Уруса. — Потому что никто по-настоящему их не накажет.

— Именно поэтому теперь ты будешь жить здесь, — отчеканил генерал и встал со стула. Я поспешила тоже выйти из-за стола, потому как сидеть в одиночестве в пустой трапезной не хотелось. Да и, откровенно говоря, я планировала разговорить Уруса и узнать о нём самом побольше. Слишком долго он сбегал от меня, пора воспользоваться столь удачно подвернувшейся возможностью и узнать своего спасителя получше.

— Урус, — начала я и запнулась. Непривычно было называть его по имени, да и вдруг нельзя?

— Да? — Тёмная бровь вопросительно изогнулась, а у меня даже дыхание спёрло в груди. Ну нельзя быть таким сексуальным! Я же совершенно забываю всё, о чём планировала спросить!

— Могу я узнать, это — ваш дом? Здесь живёт ваша семья?

— Это мой дом, — кивнул генерал. — А семья… у меня нет семьи, кроме его величества и его высочества.

— Не понимаю, — я мотнула головой. — Вы же не родственник принца… Или?..

— Слава богам, нет, — улыбнулся генерал. — Но так вышло, что наши с тобой судьбы похожи. Я рано остался один, потеряв всех близких. А повелитель взял меня под своё крыло и воспитывал подле принца, как родного сына.

— Ничего себе, — пробормотала я, по-новому взглянув на Уруса и его взаимоотношения с принцем. Стала понятна безрассудная смелость в общении генерала с наследником. Если они с детства росли вместе, неудивительно, что в их общении царила такая неформальная вольность и вседозволенность.

Однако в свете того, что я узнала, мне стало ещё более непонятно, почему Урус превратился в мишень для заговорщиков. Чем мумиям из обители помешал сирота, на которого обратил свою благосклонность повелитель?

— А как так вышло, что повелитель вообще узнал о вас? Я о том, что… ну, уверена, в Маккаде достаточно сирот разных возрастов и пола, чем вы выделились из общего числа обездоленных детей? Не примите за оскорбление, просто мне интересно…

Урус улыбнулся, но улыбка его была печальной.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, Айин. Да, я не был простым сироткой без роду и племени. Род сан Ялин всегда верой и правдой служил трону, занимая важные посты. Мой отец был личным советником повелителя и его близким другом. Поэтому, когда единственный сын лучшего друга остался сиротой, повелитель, не раздумывая, забрал меня к себе. Он заменил мне отца, дал лучшее образование и хорошую должность при дворе. Мне грех жаловаться на свою судьбу. Пусть боги и забрали у меня родителей, но я не остался один.

И хотя генерал не выглядел потерянным, мне стало безумно жаль того Уруса, который, будучи мальчиком, остался один в этом огромном недружелюбном мире. Ему очень повезло, что он родился в семье советника повелителя. А ведь всё могло закончиться куда плачевнее.

От переизбытка чувств я подошла к Урусу и обняла его, прислонившись к его груди. Говорить ничего не хотелось, любые слова сейчас были бы лишними. Но я надеялась, что Урус поймёт мой внезапный порыв и не оттолкнёт. В конце концов, у него с Айин действительно много общего.

Кто поймёт сироту лучше такой же сироты?

Я вздрогнула, когда на мою голову легла ладонь генерала. Он мягко погладил меня по волосам и прижал к себе, а я закрыла глаза, наслаждаясь размеренным биением его сердца.