- Лея! Лея, да дыши же ты!

Окрик и резкий запах заставили очнуться. Я резко отдернула голову, сморщившись от боли и неимоверной, резкой вони. Голова болела так, будто мои мозги плавили.

- Ну, слава богам! – Тирел облегченно выдохнул и убрал какую-то баночку из-под моего носа. – Ты можешь встать?

Я попробовала, и с трудом поднялась в положение полулежа. Голова трещала как колокол, а мои конечности совершенно окоченели и теперь не слушались.

– Холодно, – пожаловалась я.

Вампир тут же подал мне тонкое покрывало и помог укутаться, а затем начал искать что-то в своем лекарском шкафу, гремя склянками. К моменту, когда я очнулась, Алигиэрин уже ушла, и мы остались вдвоем.

- Твой сташ – это настоящая русалочья шкатулка сюрпризов. Извлекать что-либо оттуда опасно. Что ты вспомнила, Лея? – поинтересовался друг.

- А ты не знаешь? – спросила я едва слышно. Слова причиняли боль в затылке, и говорить сейчас было трудно.

- Я не обладаю силой демонов, Лея, - спокойно ответил Тирел, подавая мне ложку с какими-то каплями, которые он, отсчитав, накапал из пузатого флакона. – Мне в твои воспоминания не заглянуть. Надеюсь, ты вспомнила то, что хотела?

- Не совсем, - призналась я, послушно принимая лекарство.

Воспоминания действительно были не совсем теми, которые я хотела увидеть. Но поняла, что нужного не найду. К сожалению, я не видела, как леди Евгения передала копии книг лорду Гринн-Драммару, будучи маленькой, иначе вспомнила бы в первую очередь. Ведь именно с этой целью попросила Тирела мне помочь. Сейчас же очень хотелось знать, что было в следующую встречу виконтессы и лорда Гринн-Драммара. Эльфы, несомненно, были причастны к событиям в нашем королевстве, и я была свидетельницей важных моментов прошлого. Поэтому считала важным вспомнить и знать, что было дальше.

Головная боль благодаря зелью Тирела понемногу отступала, и через полчаса я почувствовала себя намного лучше.

- Что ты узнала? – спросил меня вампир, присаживаясь рядом. Но нам не дали договорить: свисток боцмана созывал всех на палубу, и я поспешила на сигнал тревоги.

Тревога оказалась учебной. Наш капитан к этому времени проснулся и теперь принялся усердно обучать экипаж. Команда суетилась, занимая свои места.

- Лечь в дрейф на левый галс, идем на бейдервинд, лейтенант. Обходим скалы, - услышала я приказ Тенебрея, стоявшего ко мне спиной.

- Есть, капитан! – отрапортовал первый лейтенант и принялся командовать младшими офицерами: - Кливер-шкоты слева выбрать! Гика-шкот стянуть! – и все вокруг пришло в движение.

Приказ был принят, и мичманы, повторив команду, следили, чтобы матросы правильно переносили кливера — косые треугольные паруса и фок-паруса на левый борт. Я засмотрелась на работу команды и курсантов.

Впереди нас действительно высились скалы, и если бы мы держались прямого курса, мы бы прошли мимо них, даже не заметив. Однако капитан серьезно воспринял обязанности по обучению курсантов, и решил изменить курс корабля, сделав петлю. В обычных условиях это было бы бессмысленное предприятие, но оно необходимо для отработки навыков поворотов и маневрирования корабля в учебных целях.

- Завал-тали перенести! – зычно крикнул лейтенант Миторис, как только предыдущая команда была выполнена.

Корабль заметно накренило, когда ветер при смене курса начал дуть в паруса справа.

- Выбрать завал-тали! Травить гика-шкот! Стянуть бизань-гика-шкот!

Я остановилась возле лейтенантов пехоты, Стомиана Гохре и Герарда Сарима, которые также с интересом наблюдали за происходящим. Оглянувшись, я не обнаружила «Дюну» в поле зрения. Хотя возможно, второй учебный корабль не был виден за высокими барханами?

- Мы оторвались от «Дюны» и ушли вперед, - сообщил мне дракон, поняв, что я ищу. В голосе друга проскользнула нотка гордости и самодовольства. Я помнила, что Том принимал непосредственное участие в переоснастке корабля, и теперь, видимо, очень гордился тем, что его труды были не напрасны. — Мы идем быстрее, Лея, и уже опередили второй корабль минут на двадцать.

Капитан обернулся услышав Стомиана, и посмотрел на нас.

- Приготовиться к бою! – отдал он приказ лейтенанту Гохре, ибо именно он сейчас нёс боевую вахту и должен был командовать канонирами.

Маневрирование было завершено. Корабль взял новый курс и быстро приближался к острым скалам, одиноко торчащим из песка.

Не успела я что-либо спросить с кем нам воевать, если вокруг никого нет, как Том поторопил меня:

- Лея, по местам! – и уже более громко, повторил: – Готовиться к бою! Канониры, на позиции!

Снова прозвучал боцманский свисток, и я стремглав бросилась на нижнюю палубу, к своему отделению артефакторов-артиллеристов, которые уже выстраивались в шеренгу у пушек по обеим сторонам палубы. Хотя вахта сейчас была и не моя, во время боевой тревоги все офицеры обязаны были находиться на своих местах. Я отвечала за пушки правого борта нижней палубы и канониров, которые ими управляли.

- Открыть порты! Выкатить пушки! - приказала я своему подразделению. Канонирами левого борта командовала Алигиэрин, уже находившаяся на месте, когда я спустилась. А к нам на нижнюю палубу спрыгнул Элдрин, полностью проигнорировав ступеньки.

- Нижняя палуба, цель по правому борту! Залп по скалам! Цель – вершина. Ее нужно сбить, – сообщил нам дроу-мичман. Канониры левого борта поспешили присоединиться к нам для помощи, поняв, что стрелять им со своего борта сейчас не придется.

- Артефакты заря-жай! – приказала я, чувствуя себя немного неуютно от необходимости командовать курсантами и солдатами старше себя. Но меня слушали беспрекословно. И артефакторы поспешили вставить боевые амулеты-накопители в выемки орудий для магического залпа. Не обошлось без казусов, что вызвало заминку. Новички-курсанты перепутали накопители.

Мы уже приблизились к скалам и были готовы пройти мимо них. Осмотрев палубу и быстро проверив готовность к выполнению приказа, я отдала следующую команду:

- Цель – вершина скалы. Пальба по порядку от кормы к носу!

Сейчас такой порядок стрельбы казался мне логичным. Дым от орудий не будет мешать остальным артиллеристам наводить орудия на цель, учитывая направление ветра. Послышались ответные сообщения.

- К стрельбе готов! — сообщали мне канониры по мере готовности.

- Первый, пли! — приказала я, и тут же раздался залп, а за ним последовали другие. Мы с Элдрином и Алигиэрин припали к окну порта, наблюдая за результатом.

Первый огненный шар попал в скалистый пик, едва зацепив его справа, и взорвался искрами, нанеся скале минимальные повреждения. Остальные попадания были более точными и откололи несколько частей от скалы. Следом раздался залп пушек верхней палубы, а у нас появилось время для перезарядки.

- Мы должны свалить скалу, — недовольный результатом пробурчал Элдрин. Но я и не ожидала, что мы собъём вершину с первого раза. Она была слишком массивной.

- Перезаряжай! — тут же скомандовала я, отходя от порта. Канониры поспешили к арсеналу накопителей-амулетов.

- Берите кристаллы с земляным аспектом, — приказала я, поняв, что огонь не очень эффективен против скалы. И Алигиэрин немного растерянная от происходящего, услышав меня, поспешила раздать канонирам необходимое, чтобы они больше не напутали.

Снова поступили сообщения о готовности к стрельбе. В этот раз всё прошло без заминок.

- Пли! – выкрикнула я и снова поспешила к порту.

Полетели заряды, высекая из скалы куски гранита. Атака оказалась более успешной. Удары орудий верхней палубы вновь последовали за нашими, высекая искры огненных заклинаний и нанося гранитному врагу еще больший урон.

Корабль отдалялся от нашей цели, а мы так и не смогли свалить пик. Его основание, истонченное нашими ударами, держалось подобно голове горного тролля на толстой, массивной шее.

Артефакторы, не дожидаясь команды, перезаряжали пушки. Часть снарядов третьего залпа летела мимо. Неопытные курсанты, не умея наводить оружие на смещенную цель, промахивались. Однако третий залп еще сильней истончил основание скалы, но не смог свалить ее. Нужен был один хороший и точный удар, чтобы окончательно обрушить её. Однако с того расстояния, на которое мы отошли, под углом, и во время качки корабля попасть в цель было очень сложно. Давать команду на еще один залп всем бортом – необоснованная растрата снарядов, ведь треть предыдущих пролетела мимо. Поэтому схватив еще один камень-накопитель с земляным аспектом я подбежала к пожилому и опытному гному-артефактору, которого знала.

- Мириг, нам нужно одно очень точное попадание, — обратилась я к канониру. Он когда-то был главным канониром на флагманском исследовательском корабле моего отца, но теперь, вследствие травмы колена, не мог служить на боевом корабле и перевелся на учебный.

Гном взглянул на меня с прищуром и быстро зарядил пушку, начав прицеливаться и поворачивать дуло. Курсанты и солдаты прильнули к портам, боясь пропустить самое интересное. С верхней палубы несколько раз пальнули, как и я, поняв, что нужен один точный выстрел. Первый залп с верхней палубы не достиг цели, а второй попал в еще крепкое основание.

Я очень хотела поторопить канонира-гнома, так как цель с каждой секундой становилась все дальше. Однако я не могла этого сделать, чтобы не отвлечь лучшего стрелка на корабле и не сбить его концентрацию. Гном прицелился, положил руку на кристалл-накопитель и добавил в него собственную магию, тем самым увеличивая силу запала. Раздался выстрел, и пушка дернулась сильнее обычного, отскакивая по инерции назад. Снаряд полетел к скале, казалось, что выше нужного, но на подлете стал постепенно уходить вниз и, в итоге, попал точно в тонкое основание «головы». Усиленный заряд, вспыхнув земляной магией, высек фонтан осколков, и «голова» пошатнулась. Мы все затаили дыхание, понимая, что этого может быть недостаточно. Попадание казалось слишком незначительным по сравнению с размерами самой скалы. Но раздался треск, будто гром грозы; тонкое основание просело, ломаясь, и шапка скалы медленно начала крениться, а потом с оглушительным грохотом свалилась, несколько раз перевернулась и упала на землю.

- Ура-а! – взревели канониры, обрадованные этой «победой» и принялись поздравлять друг друга с выполнением задания.

- Получилось! – одновременно воскликнули Алигиэрин и Элдрин, стоявшие рядом со мной. А к нам по трапу спустился Стомиан.

- Канониры, построиться на верхней палубе! – приказал лейтенант.

На верхней палубе нам устроили краткий разбор итогов выполнения задания. Канонира Мирига Тарна похвалили за точно произведенный выстрел, а меня — за смену огненных залпов на залпы с земляным аспектом. После этого рядовые канониры были распущены, и остались только сержанты.

- Время между выстрелами составляет от пяти до шести секунд, сержанты, - сообщил нам капитан. – Это слишком много. Если бы мы вели бой с настоящим противником, нас бы расстреляли. После обеда возобновите тренировки и сократите время между выстрелами до трех секунд. Это ваша задача на сегодня. Лейтенанты Гохре и Сарим проконтролируют исполнение моего приказа. Все свободны.

- Есть, капитан! - ответили мы слаженно и поспешили разойтись.

До обеда оставалось немного времени, и я решила переодеться и посвятить его себе.

Алигиэрин в каюте не было, и я с удовольствием обнаружила, что здесь работает артефакт охлаждающий воздух. Разница была ощутима уже сейчас. Это порадовало, так как после полудня должна была начаться жара, и находиться в маленькой душной каюте было бы некомфортно. Далеко не на всех песчаных кораблях были такие условия.

По старой привычке я решила переодеться. По установившейся традиции, легионеры и матросы после отхода из форта меняли форму на более свободную. Уже во время тревоги некоторые опытные солдаты были в одежде немного отличающейся от официальной формы. В походе на это закрывали глаза, понимая, что находиться в военном кителе все время было довольно неудобно. Я переодела рубашку и вместо кителя надела тунику, сшитую по образцу формы. Матросы еще надевали на головы тканевые тюрбаны, с защитой для лица, которые в дневную вахту лучше балаклав защищали голову от солнцепека и сухого ветра.

Переодевшись, я уселась на койку чтобы помедитировать. Погрузившись в спокойствие собственного сознания, я начала размышлять о прошлом. Детская память была весьма избирательной: некоторые моменты прошлого помнились отчетливо, другие оставались смазанными или размытыми образами, а третьи я вовсе не помнила. Именно поэтому мне понадобилась помощь Тирела, обладающего гипнотическими способностями. Однако я не хотела лишний раз беспокоить вампира. Друг относился ко мне слишком заботливо и порой излишне опекал, поэтому я не всем хотела с ним делиться. Для начала мне нужно было разобраться во всем самой.

Что касалось лорда Гринн-Драммара, то этот эльф оставил у меня в памяти самые тревожные воспоминания. Ледяной маг пугал меня даже сейчас. Зная теперь, что эльф уже тогда являлся высшим Светлым лордом, я понимала, что этот подсознательный страх появился не просто так и был обоснован. Маг был опасен. Неудивительно, что даже леди Евгения боялась его. Эльф занимался интригами и политикой ещё во времена королевы Сесилии, а после её смерти продолжал это делать в Риордании от лица короля Нелласа, найдя рычаги давления на леди Бофор. Он без колебаний обрёк своего младшего брата-бастарда на смерть, уговорив ведьму провести ритуал пробуждения магии.

Он каким-то образом был связан и с текущими событиями. Опыты с демонами-паразитами, скорее всего, начались из-за распространения ведьмовских записей, которые скопировала леди Бофор и распространила по приказу эльфа. Понимая это, я мысленно радовалась тому, что лорд Гринн-Драммар сейчас мёртв (по словам Корина он убил Светлого лорда). И как я ни пыталась осудить Тенебрея за это, не могла заставить себя сожалеть по-настоящему.

Теперь же мне очень хотелось вспомнить, что произошло с молодым эльфом дальше. Выжил ли он? И приходил ли лорд Гринн-Драммар еще раз к ведьме? Несомненно, маленькая я вряд ли хотела с ним встретиться снова, но будучи взрослой, я понимала, что если бы я была свидетелем тех событий, они могли бы дать ответ на вопросы о происходящем сейчас.

Отбросив все лишние мысли, я вновь и вновь напрягала память, пытаясь собрать осколки воспоминаний воедино. Нет, лорда Гринн-Драммара я больше вспомнить не могла, а вот воспоминания о его младшем брате у меня имелись.

Я видела тело молодого эльфа на столе в лаборатории леди Бофор. Он корчился и извивался от боли и страданий. При этом в воспоминания постоянно лезли мысли о небольшой куколке-обереге в моей руке, а к горлу подступал тугой комок, отчего тело холодело от страха. И больше ничего. Я не могла самостоятельно восстановить воспоминания, как ни пыталась. Осознав бесполезность своих усилий, я выдохнула и вышла из транса.

Корабль снова маневрировал, и я чувствовала как меняется курс из-за смещения центра тяжести. Пробил корабельный колокол, оповещая о смене вахты и времени обеда, и я поднялась. Выйдя в коридор, столкнулась со Стомианом.

- Лея, идем на обед, - позвал меня лейтенант и направился в сторону кают-компании.

- Эм-м, Стомиан, - позвала я дракона.

Гохре остановился и обернулся ко мне.

- Сержанты едят с младшими офицерами в кубрике, - напомнила я другу. Том мотнул головой, открыл дверь и кивком пригласил меня внутрь.

- Вы с Эрин будете есть с нами, - сообщил он мне. – Таков приказ Корина… то есть капитана.

Что ж, это было приятнее, чем обедать с матросами, к тому же мой дядя всегда говорил, что приказы капитана корабля не обсуждаются.

За столом уже сидели Тирел, Алигиэрин, первый лейтенант Миторис, третий лейтенант минотавр Терон Мустакас, главный штурман орк Рыор Труст и шкипер гном Прет Друкан. Вероятно, остальные офицеры отсутствовали за столом, так как были на вахте. Риф, назначенный стюардом, в это время расставлял посуду. Непривычная работа оборотню явно не нравилась, и он с удивлением смотрел на столовые приборы, будто видел их впервые, и не знал в какой последовальности выкладывать.

Корин вышел из своей комнаты, сменив китель на длинный балахон, который он надел поверх рубашки. Сев за стол и окинув взглядом небрежную сервировку, поправил тарелку ровнее, а затем поменял местами вилки, ложки и ножи, которые оборотень выложил неправильно. Я не удержалась от улыбки, наблюдая за этим. Раньше я уже замечала, что мой бывший жених отличался определенным педантизмом и не терпел небрежности в некоторых вопросах. Хотя он терпеливо и спокойно относился к простоте, он требовал порядка и соблюдения церемоний даже в этом.

Риф тем временем внес супницу в каюту. Все отнеслись с пониманием к тому, что оборотень делал все неуклюже и неправильно. Однако его неуклюжесть и озадаченный вид при выполнении непривычной работы вызвали улыбки у тех, кто привык к правильному обслуживанию и знал, как оно должно быть.

Хотя оборотни составляли многочисленную расу королевства, аристократический слой среди них практически отсутствовал. Даже альфы стай жили довольно скромно по меркам большинства рас. Дома глав общины были, конечно, больше остальных и напоминали усадьбы аристократов, но даже в них прислуги не было. Большой дом служил для принятия под опеку слабых членов общины: детей-сирот, стариков, а также потерявших свою пару женщин. Каждый член общины в доме при этом выполнял работу по мере своих сил, принося пользу семье вожака и стае в целом. Женщины-вдовы готовили еду, вели хозяйство и выхаживали маленьких сирот. Когда дети становились постарше, альфа отдавал их в другие семьи, где их воспитывали наравне с собственными детьми. В стае никто не прислуживал остальным. Забота была скорее проявлением инстинктов. Поэтому Риф не имел большого понятия об аристократическом этикете. Базовые манеры он скорее всего получил в городской магической школе и академии, поэтому сейчас откровенно тушевался и будто совершенно забыл, что да как должно быть.

Когда оборотень едва не опрокинул суп на третьего лейтенанта, остальные предпочли самостоятельно наливать себе похлебку в тарелку половником, когда стюард подносил супницу. Корин смотрел на это мрачно и недовольно, но молчал, делая вид, что всё было так, как должно. Молчали и остальные, дабы не давать повода для наказания стюарда за ненадлежащее выполнение должностных обязанностей.

Из-за Рифа обед прошёл молчаливо, ибо все молчали, чтобы не смеяться, и обед затянулся. Оборотень не понимал, когда следует убирать тарелки и подавать другие блюда. Поэтому приходилось некоторое время просто сидеть за столом в ожидании. От нечего делать я достала из кармана шнурок-амулет леди Элине. Я задумчиво вертела его в руках, катая бусину между пальцами и размышляя, стоит ли надевать его снова.

Задумавшись, совершенно не обратила внимания на возвращение оборотня и на его неловкие попытки разложить еду как можно аккуратнее по тарелкам. Итогом моей невнимательности стало то, что Риф опрокинул мой стакан и столкнул вилку со стола.

- Упс! – произнес незадачливый стюард, понимая, что снова сделал все не так, как надо. – Прости Лея, я сейчас новую вилку принесу!

И будто ошпаренный, он умчался за новым прибором. Я вздохнула, поставила стакан на место, промокнула салфеткой мокрую скатерть и полезла под стол за упавшей вилкой. Делать это было необязательно и, по сути, не имело смысла, но я тоже любила порядок, и лежащая под столом вилка вносила разлад в мою внутреннюю гармонию. Столовый прибор упал дальше, чем я полагала, и пришлось сначала его искать, а потом тянуться, чтобы достать. К этому времени Риф вернулся.

- О! Знакомый шнурок! Корин, у тебя такой же?