В полосе наступления 5-й ударной армии возвышалась высота с отметкой 277,9, прозванная в народе Саур-Могилой. Подступы к ней просматривались на расстоянии до 30–40 км. Задачи по овладению Саур-Могилой были возложены на 96-ю гвардейскую стрелковую дивизию.

Преодолев первую полосу глубоко эшелонированной немецкой обороны, части 96-й гвардейской стрелковой дивизии, которой командовал гвардии полковник С.С. Левин, устремились в сторону населенного пункта Ка линовка и высоты Саур-Могила. На участке 2-й гвардейской армии в образовавшуюся брешь был введен 4-й гвардейский механизированный корпус. 19 августа советские дивизии вплотную приблизились ко второй полосе обороны противника. Прорыв достиг 24 км в глубину и до 16 км по фронту. 20 августа 291-й гвардейский стрелковый полк майора Н.К. Гладкова достиг Калиновки и хутора Семеновского. 293-й гвардейский стрелковый полк также вышел в район Калиновки. 21 августа 295-й гвардейский стрелковый полк подполковника А.М. Волошина овладел западной окраиной Калиновки и южными скатами высоты 183,0.

Подступы к Саур-Могиле прикрывали высоты с отметками 196,0 и 183,0. 60-й гвардейский танковый полк под командованием подполковника М.А. Кокки получил приказ сосредоточиться в Кривой балке и совместным ударом с 107-м гвардейским стрелковым полком 34-й гвардейской дивизии овладеть высотой 196,0[315].

Противник всеми средствами старался отрезать советские войска, вклинившиеся вглубь его обороны в юго-западном направлении в районе Донецко-Амвросиевки. Жестокие бои на подступах к Саур-Могиле начались 22 августа. После артиллерийской подготовки бойцы пошли в наступление. Рано утром 231-я отдельная штрафная рота получила задание провести разведку боем в направлении хутора Саур-Могильского. Прикрывали ее действия – подавляли огневые точки противника – артиллеристы 291-го гвардейского стрелкового полка и минометчики батареи под командованием капитана Г.В. Паливоды.

Немецкое командование перебросило на этот участок свежие силы – 13-ю танковую дивизию из Крыма, 9-ю танковую и 258-ю пехотную дивизии из группы армий «Центр». Противник пытался отрезать и окружить выдвинувшиеся вперед соединения 5-й ударной армии. 23 августа танки противника прорвали советские боевые порядки. Противотанковые батареи вели с ними бой в полуокружении. Первые номера расчетов уничтожали танки, а подносчики снарядов отсекали вражескую пехоту огнем из автоматов. Один из полков 33-й гвардейской стрелковой дивизии атаковали вражеские танки и пехота. Несколько танков и до взвода пехоты стали подходить к штабу. Артиллеристы и рота автоматчиков, охранявшие штаб, преградили им путь[316].

Командование 5-й ударной армии принимало меры, чтобы не дать возможности противнику смять советские фланги. 27 августа в боевые порядки была введена 271-я стрелковая дивизия. В оперативную группу вошли 96-я гвардейская и 387-я стрелковые дивизии.

Ранним утром 27 августа после артиллерийской подготовки 291, 293 и 295-й гвардейские стрелковые и 234-й гвардейский артиллерийский полки 96-й гвардейской стрелковой дивизии перешли в решительное наступление. Гвардейцам ставилась задача прорвать немецкую оборону на линии высот 196,0 и 183,0 и выйти в балку Тырловатая, а потом атакой с запада на восток овладеть хуторами Луганский и Гараны.

На протяжении всего дня продолжались упорные бои. Противник регулярно открывал плотный автоматный и артиллерийский огонь, неоднократно переходя в контратаку.

В один из моментов сражения комсорг 1-го стрелкового батальона 293-го гвардейского стрелкового полка гвардии младший лейтенант П.Н. Ленецкий, после ранения командира роты, взял на себя управление подразделением, но во время боя тоже получил ранение. Несмотря на тяжелое состояние, Ленецкий не ушел с поля боя. В момент приближения немецких танков он сумел из противотанкового ружья подбить один из них. Этим действием комсорг внес замешательство в рядах противника. Через два дня Ленецкий погиб[317].

В ходе решительного штурма в ночь на 28 августа гвардейцы овладели высотами 196,0 и 183,0. Дорога к высоте 277,9 – Саур-Могила – была открыта. В 07:25 гвардейцы заняли хутора Луганский и Гараны и стали закрепляться на достигнутых рубежах. Потеряв возможность нанести непосредственный удар во фланг частям 96-й гвардейской стрелкой дивизии, противник отошел и занял оборону по восточным скатам и гребням высот 207,3, 242,2, 214,3, а также на высоте с тремя курганами и высоте 277,9.

Расположение господствующих высот на резко пересеченной местности дало возможность противнику организовать здесь оборону с расчетом на долговременное сопротивление каждого своего опорного пункта, постоянно поддерживая контратаки своих пехотных частей огнем орудийных расчетов внутри гряды высот. Контроль противника над указанными высотами позволял ему прикрывать свои коммуникации с севера на юг вдоль линии Снежное – Ремовские рудники – шахта № 1. В районе хутора Саур-Могильского немцы сосредоточили 10 танков и 4 самоходные установки «Фердинанд»[318].

С целью овладения высотой Саур-Могила командир 96-й гвардейской стрелковой дивизии гвардии полковник С.С. Левин поставил следующие задачи: 295-й гвардейский стрелковый полк должен был с запада обойти хутор Саур-Могильский; 293-му гвардейскому стрелковому полку следовало ударом с юго-востока занять хутор Саур-Могильский, после чего необходимо было выйти к высоте 277,9; 291-й гвардейский стрелковый полк должен был прямым ударом с юга атаковать Саур-Могилу.

На рассвете 29 августа полки 96-й гвардейской стрелковой дивизии, действуя в соответствии с поставленными задачами командира дивизии, перешли в наступление и после упорного боя овладели хутором Саур-Могильским, а также ближайшими подступами к высоте Саур-Могила. К 12:00 291-й и 293-й гвардейские стрелковые полки вышли на рубеж юго-восточнее высоты 277,9, а 295-й гвардейский стрелковый полк занял территорию юго-западнее высоты. Правее гвардейцев Левина действовали части 34-й гвардейской дивизии, слева – 127-й стрелковой дивизии[319].

Противник, опираясь на заранее подготовленные рубежи, продолжал удерживать ключевую высоту на Миусфронте. На крутых склонах Саур-Могилы немцы вырыли траншеи, опоясали ее рядами колючей проволоки и заминировали к ней подступы.

В ночь на 30 августа начался штурм Саур-Могилы. Противник, как и раньше, оказывал упорное сопротивление, вел плотный огонь не только с ключевой высоты, но и с прилегающих к ней трех курганов и высоты 207,3. Вражеская авиация производила частые налеты на боевые порядки советских частей.

Первыми начали выбивать врага с высоты 277,9 гвардейцы 1-го батальона 293-го гвардейского стрелкового полка под командованием гвардии капитана А.И. Смолякова. В 05:10 30 августа батальон Смолякова стремительным броском сбил противника с передовой траншеи, овладел рощей южнее высоты и ворвался на южные скаты Саур-Могилы.

Продвижение батальона гвардии капитана Смолякова поддерживали бойцы 291-го и 295-го гвардейских стрелковых полков. Подразделения 291-го полка наступали вдоль западной опушки леса южнее высоты 277,9 и в 8:30 заняли данный участок. Наступая через восточную часть леса, что юго-западнее Саур-Могилы, батальоны 295-го гвардейского стрелкового полка под командованием гвардии майора А.М. Волошина в 09:00 вышли к склону высоты.

Противник продолжал оказывать яростное сопротивление. В течение последних двух суток Саур-Могила была окутана облаками дыма от бесконечных разрывов снарядов. Первая линия обороны немцев была прорвана, но окончательно сбросить противника с высоты с ходу не удалось. В оперативных документах отмечалось: получив задачу, группа из 17 бойцов под командованием младшего лейтенанта Г.П. Шевченко из батальона капитана Смолякова взялась за ее выполнение. В неравной схватке Шевченко погиб[320].

Командование на себя взял старшина Кораблев. В атаке проявил себя гвардии рядовой Гавриляшев: он сумел захватить троих пленных, среди которых был унтер-офицер. Благодаря этому он обеспечил продвижение группы старшины Кораблева[321].

В этот день были особо отмечены боевые заслуги стрелка 1-го батальона 293-го гвардейского стрелкового полка красноармейца Г.Ф. Шевченко, который при овладении Саур-Могилой в группе своего взвода под сильным огнем противника упорно удерживал занятые позиции, уничтожив при этом трех немцев[322].

Уже на рассвете 31 августа старшина Кораблев со своей группой проникли к самой вершине высоты 277,9 и гранатами забросали траншеи, где находились остатки немцев. Стараясь любой ценой вернуть утраченный контроль над высотой, противник предпринял еще одну контратаку.

Сражение дошло до рукопашной схватки. Весь день шел ожесточенный бой. Гвардейцы расстреливали противника в упор и вновь забрасывали гранатами немецкие позиции. Высота была усыпана десятками трупов. В критический момент образовалась угроза справа от контратакующей группы противника. Капитан Смоляков корректировал огонь минометчиков в место проникновения немцев, также во фланг врагу направил пулеметчиков, атака была отбита. Только одна минометная рота 293-го гвардейского стрелкового полка гвардии старшего лейтенанта А.И. Пышкина уничтожила группу противника численностью до роты пехоты[323]. Противник, пытаясь обойти гвардейцев слева, попытался взять реванш, но и там был вытеснен гвардейцами.

Немцы по-прежнему не прекращали свои контратаки. Противник силой до 4 батальонов пехоты при поддержке 8 танков и самоходных орудий перешел в решающую контратаку. Критическим стало положение штурмового отряда гвардии старшины Кораблева, который находился под угрозой окружения. Кроме того, у гвардейцев заканчивались боеприпасы. Поддерживающий атаку пехотинцев 234-й гвардейский артиллерийский полк также израсходовал весь боекомплект.

Выйти из тяжелого положения помогло решение командира артиллерийского дивизиона. Он приказал личному составу собрать на поле боя трофейные боеприпасы. Было найдено более 2 тыс. снарядов, которые бойцы применили к захваченным вражеским орудиям. Благодаря инициативе артиллеристов удалось преградить противнику обратный путь на высоту. Только батарея гвардии лейтенанта Мананкина выпустила по врагу более 500 снарядов.

Особая заслуга в штурме Саур-Могилы принадлежит 1-му артиллерийскому дивизиону капитана С.И. Лаушкина. При отражении контратак противника Лаушкин вместе с разведчиками Соловьевым, Лайковым и телефонистами Боровиковым и Фоминым под сильным обстрелом врага первым из артиллеристов добрался до вершины высоты 277,9. Огнем дивизиона он отразил четыре вражеские контратаки. Будучи тяжело раненным, Лаушкин оставался на Саур-Могиле вплоть до окончательного ее взятия под контроль советских войск. В этом бою погиб заместитель командира дивизии по строевой части гвардии полковник Сошальский[324].

Утром 31 августа противник снова начал артиллерийский обстрел высоты. Первая атака врага была отбита. За ней последовали еще три, но снова безрезультатно. И когда в пятый раз немцы почти прорвались к вершине, контратакой взвода автоматчиков из резерва полка враг был отброшен.

Ночью 31 августа немцы, оставляя раненых, стали покидать рубеж. Саур-Могила была взята. 5-я ударная и 2-я гвардейская армии продолжили наступление на запад[325].

Многие павшие советские бойцы так и остались лежать на склонах и подступах к Саур-Могиле. Родственники одного из участников штурма вспоминали: «18 августа сорок третьего года мы получили от папы письмо, что он сражается совсем рядом, на Саур-Могиле. Второе письмо пришло 22 августа. Отец писал, что из всего батальона осталось в живых всего семеро, из них трое раненых. И всё. Тишина. После мы получили еще одно письмо. В нем писали, что 30 августа мой папа погиб». Еще одно свидетельство (со слов своего деда) привел другой родственник участника боев за Саур-Могилу: «Сколько буду жив – никогда не вернусь на Саур-Могилу. Ни за какие деньги, ни за какую славу. Мы ее взяли к концу августа лишь потому, что немцы немного дрогнули, одурев от невыносимого смрада. Можете себе представить: август, страшная жара. А на всем склоне кургана и на подступах к нему в три слоя лежат тела наших убитых товарищей. И мы – живые – вынужденные по этим телам ползти, идти и бежать… Я никогда в жизни не видел, не чувствовал ничего более ужасного…»[326]

Благодаря слаженным действиям наступательной группы 96-й гвардейской стрелковой дивизии удалось овладеть самой высокой точкой немецкой обороны на Миус-фронте – Саур-Могилой. 30 августа Ростовская область была полностью очищена от противника. Освободив юго-восточные районы Донецкой и Луганской областей УССР, войска Южного и Юго-Западного фронтов продолжили свое наступление уже по всей территории Донбасса.