Дом семьи Ли. Поздний вечер. Комната Су Джина.

— Прикольно, — только и сказал я, не зная, что по этому поводу испытывать. — У нас есть папа.

Я перевёл взгляд на сестру, которая молча на меня смотрела и ожидала какой-то реакции.

— Сейчас должна прозвучать какая-то ужасная семейная тайна, которая раскроет множество скелетов в шкафу? — предположил я, потому что от одной единственной фразы моя жизнь никак не менялась, а новых вводных сестра выдавать не спешила.

— Меня дед попросил переговорить с тобой… — призналась Ми Ён. — Скоро старики начнут поднимать одну тему… — запнулась она на мысли. — Вернее, не они… — снова запнулась. А затем всколошматила себе волосы, зарывшись в них пальцами. — Арр… Как же сложно с твоей амнезией. И почему не попросить кого-то другого тебе всё рассказать?

— Если тебе сложно, попробуй изложить тезисами, — попытался я ей помочь, чтобы хоть как-то перейти к сути.

— В общем, мама развелась, и мы втроем ушли от отца, — сказала она и задумалась. — А ещё раньше, наш дед ушёл из семьи… Но мы с тобой тогда ещё не родились… И-и это всё связано, но сейчас к делу не относится. Я пришла сказать, чтобы ты был готов, что тебя скоро все подряд начнут женить… Готовься к этому, — выдала она то, что подразумевала под тезисами. — Ну-у, как-то так. Надеюсь, ты всё понял, а я пошла спать.

Вывалив всё это на меня, она действительно начала подниматься.

— Стоять! — ткнул я её пальцем в лоб, и та снова плюхнулась задницей на кровать.

— Что? — буркнула она, надувшись.

— Ми Ён, — я непроизвольно потёр переносицу. — Потрудись и преврати весь этот бардак из слов во что-то осмысленное. Мне семнадцать лет, какое, к черту, женить? На ком?

— Видишь, я же говорила, что объяснить будет сложно, — грустно сказала сестра.

— Ну теперь уж постарайся.

Скорчив гримасу, сестра одной рукой откинула волосы, которые ей мешались, и забралась на кровать поудобнее, вместе с ногами.

— Мать рассталась с отцом не на самой хорошей ноте… Это было лет двенадцать назад, так что ты это, скорее всего, плохо помнишь… — она нахмурилась от своих же слов. — Вернее, помнил. Я имею в виду до амнезии.

— Я понял, о чём ты, — кивнул я, чтобы она не сбивалась.

— Брак заключался как деловой союз двух семей, и инициаторами была старшая ветвь Ли. Насколько я слышала, главным инициатором был наш, тогда ещё живой, прадедушка, — продолжила Ми Ён. — Так что ни о какой любви между нашими родителями речи не шло… Ну, вернее, я так думаю. Возможно, в какой-то момент между абоджи и мамой появились чувства, но, насколько я знаю, мама познакомилась со своим будущим мужем за два месяца до свадьбы.

Моё внимание зацепилось за то, как небрежно она говорила об отце. Называя его официальным обращением, в её интонации сквозило безразличие.

— Потом… — задумавшись, она слегка вскинула голову. — Ну-у, родились мы. И хотя я была не на много старше тебя, но хорошо помню, как в какой-то момент Ко Хай стал всё реже появляться дома. Мы тогда жили в его особняке за городом. А затем, в какой-то момент, он вернулся домой с другой женщиной и их совместным ребенком.

— Вау, — на самом деле удивился я. — Ладно, измену я ещё могу понять, но зачем он её притащил?

— Не поверишь, — криво улыбнулась сестра. — Он хотел, чтобы мы жили все вместе. Насколько я поняла, он решил, что его статусу положен гарем, а не жена и любовница по отелям. Он даже ей и их дочери за неделю, как оказалось, подготовил по комнате в особняке.

— Не могу представить, чтобы она это стерпела, — озвучил я свои мысли вслух, вспомнив характер Со Ён.

— Наша мама… — грустно произнесла сестра с паузой. — Не хочу и вспоминать состояние, в котором она была. Ей потребовалось дня три, чтобы прийти в себя и всё переварить. Затем, конечно, послала к чертям своего супруга и его любовницу, забрала нас с тобой и уехала в этот дом к родителям.

Я всё ещё плохо понимал, какая здесь связь с моей женитьбой, но информации уже хватало, чтобы подумать.

— Так всё и закончилось?

— В какой-то степени да, — с неуверенностью подтвердила она. — Но это стало только новым витком других конфликтов. Ты же понял, что основным инициатором брака был наш прадедушка?

Я кивнул.

— Тогда его уже не стало, но семьи Ли и Су уже долгое время работали вместе, и развод выглядел как удар по их репутации. Тем более: «Где это видано?» — выдала она, явно кого-то пародируя. — «Чтобы жена уходила от мужа? Если не смогла удержать семью, то сама и виновата?»

— Это кто говорил?

— Да все подряд из нашей старшей семьи, — с раздражением произнесла она. — Я же мелкая тогда была, и мне никто ничего особо не рассказывал. Помню только, что приходили то одни, то другие родственники.

— А что дед с бабушкой? — мне стало интересно, какую они сторону занимали в то время.

— Так дед у нас сам бунтарь, — с весельем в голосе, словно похвасталась Ми Ён. — Пусть он и выглядит постоянно недовольным и всё ещё грезит мечтами сделать из тебя крутого наследника, но ради семьи он часто жертвовал своей работой и положением.

«Ним Сок — бунтарь?» — прикинул я это словосочетание у себя в голове, и, признаться, эти слова у меня сходились со скрипом.

— Ты же уже слышал, что наша семья имеет старшую и младшую ветви, где мы младшие? — спросила она.

— Угу, даже с братом уже знаком, — подтвердил я, вспомнив воздыхателя Джан Ди.

— Во-от, — протянула она. — И это в семьях-основателях большая редкость. По словам деда, таких семей всего три, вместе с нашей. Это как-то связано с распределением мест в совете компании. Чтобы они не множились с поколениями, обычно представителем выступает только наследник семьи.

— Звучит логично, — согласился я.

— Опять же, — произнесла сестра, нахмурившись, словно что-то вспоминает. — Я это всё слышала по обрывкам рассказов, и если тебе будут интересны подробности, лучше спроси сам… Но я точно знаю, что деда, пусть он был и вторым сыном, готовили на место наследника. А он, — теперь она гордо улыбалась. — Вместо договорного брака ушёл из семьи, чтобы жениться на нашей бабушке.

— Дед крутой, — подтвердил я, просто чтобы поддержать сестру в её настроении.

— Ага, — энергичный кивок был мне ответом. — Наша Хальмони была из обычной семьи, но, ну-у, очень крутой и красивой. Хотя она и из провинции, но закончила вуз в первой сотне. А, по словам мамы, за ней вся мужская часть университета бегала.

Эта часть разговора Ми Ён явно нравилась. Всем своим видом она показывала удовольствие от того, что может похвастаться своему брату об их семье.

— И как получилось, что мы снова стали семьёй основателей? — мне стало интересно.

— Мы просто не потеряли право, — вдумчиво произнесла она. — За подробностями тебе точно не ко мне. Из того, что я знаю, важным фактором послужило то, что дед тогда не занимал какой-то существенный пост, чтобы его потеря повлияла на статус. Но, чтобы показать серьёзность своих слов и готовность уйти из семьи, он вывел все активы и акции, которыми владел, как один из наследников. А мать, ну… Наша прабабушка, его поддержала и подарила им на свадьбу часть своих акций компании, ну, знаешь… Как её личное наследство, которого его могли лишить.

— На эти деньги он и купил сеть ювелирных магазинов? — догадался я.

— Тех денег ему хватило всего на один магазин, — пожала она плечами. — Но бери выше: он подарил его как выкуп нашей бабушке. Я слышала, как его друзья шутят: чтобы не выбирать кольцо на свадьбу, наш хмурый Ним Сок подарил своей жене целый бутик.

— Ещё и романтик, — с одобрением и улыбкой подхватил я.

— Ага, — согласилась она. — Наш прадед его, кстати, простил. Может, прабабушка надавила, а может, действительно из любви, но он инициировал голосование по принятию в конгломерат нового небольшого партнёра. Без этого наш ювелирный магазин недолго бы протянул, а деньги с акций могли пропасть. Но здесь ничего не поделаешь, это реалии корейской действительности — чеболи владеют всем, кроме мелких семейных закусочных.

Последнюю фразу она произнесла так, словно озвучила незыблемую истину. А я был наслышан об этом не только по своему прошлому миру. Джан Ди, совсем недавно рассказывая о своей семье, тоже упоминала, что их тоже могло ожидать поглощение, если бы они не влились в Сиа Групп.

— Слушай, — у меня в голове ячейки пазла стали не складываться. — А как так вышло, что дед, сам отказавшись от договорного брака, пошёл на это в случае с дочерью?

— Ну, вот так, — развела она руками. — Насколько я поняла, бабушка сама всеми силами старалась помирить деда с уже болеющим отцом и остальной семьёй. Ей могло казаться, что во всём этом конфликте виновата она.

Сестра замолчала и выглядела крайне задумчивой.

— Наверное, мнение мамы всё-таки спрашивали, но… Она была, может, на пару лет старше меня, и я не слышала, чтобы у неё в то время были отношения. Возможно, что она особо даже не спорила. А Су Ко Хай… — сестра замялась. — Хотя нам с тобой и говорят, что внешностью мы пошли в бабушку… Наследственность у нас и от отца неплохая, абоджи и сейчас выглядит неплохо. Да и статус…

— Ясно, — приблизительно я понял ситуацию.

— Понимаешь, Су Джин, тут проблема не в самом договорном браке, а в том, как её унизил Ко Хай, а затем и семья, — с возмущением произнесла Ми Ён. — Первый привёл домой любовницу и трёхлетнюю дочь, а вторые вместо того, чтобы поддержать, обвиняли её, будто она сама разрушила брак, не став вести себя как мудрая и терпеливая жена. Для них поведение Ко Хая было просто мужской блажью, которую можно было и перетерпеть.

Не найдя куда выплеснуть эмоции, она стукнула рукой мою подушку.

— Для деда это стало последней каплей. Наш семейный бизнес, к тому времени уже подрос до трёх бутиков, и он выставил обсуждение своего статуса на голосование: или мы становимся партнерами с «Сиа Групп» как полноценные акционеры, лишаясь наследственного статуса основателей, либо становимся младшей семьёй и ведём дела отдельно от основной ветви. С подробностями, опять же, к деду, но итог ты и так знаешь: нас сделали младшей ветвью…

Я только мог представить, какая драма тут творилась в это время.

— А сейчас сам можешь видеть последствия, — со смешком произнесла она. — Дед на маму боится криво посмотреть и только намеки бросает о том, чтобы погрузить тебя в дебри бизнеса. При этом последнее слово о нашем воспитании, или о том, чем мы должны заниматься, всегда остаётся за мамой… — а затем, чуть подумав, добавила: — Если, конечно, бабушку не учитывать.

— Весело, — с сарказмом сказал я, укладывая новую информацию о своей семье.

— Не то слово, — подхватила сестра. — Дед меня, скорее всего, и послал поговорить на эту тему, потому что она для всех остальных слишком чувствительная, — пожала она плечами. — Ним Сок винит себя за то, что пошел на поводу у семьи, заставив этим страдать свою дочь. Бабушка бросила все силы в бизнес, чтобы доказать окружающим и себе, что достойна. Ну а мама… Не думаю, что ей было бы комфортно об этом рассказывать.

— Так, ладно, — я собрался с мыслями и пришёл к выводу, что чего-то в её рассказе не хватает. — А женитьба-то моя при чём?

— А-а, это… — протянула сестра. — Тебе же скоро восемнадцать, так что в кругу семей основателей обязательно должен зайти разговор о твоей будущей невесте. А мы всем этим домом голову себе ломаем, как тебя об этом предупредить перед празднованием дня рождения бабушки.

— И дед послал тебя, чтобы погрузить в контекст?

— Угу, — кивнула она. — Смотрелось бы странно, если бы ты оставался без понимания на фоне каких событий эти разговоры ведутся.

— И кто мне будет подсовывать эту пару, наша семья, выбирая из претенденток?

— Да кто угодно, не знаю, — честно сказала она, пожав плечами. — Семьи основателей, даже несмотря на постоянные склоки, остаются одной из фракций в компании, при этом выступая за разные коалиции. Я думаю, что после всей этой драмы с нашей мамой дед оставит решение за тобой. Но это не значит, что кто-то из семей или акционеров не захочет укрепить значимость фракции или повысить свой статус через брачный союз с тобой.

— Подожди, — захотел уточнить я. — А тебя тогда почему не выдадут замуж?

— Я дочь из младшей семьи Ли, — весело сказала она. — От брака со мной ничего, кроме приданного, семья супруга не получит. Это небольшие издержки в том, что мы не основная ветвь. В общем, готовься, — встала она с кровати и направилась в сторону двери. — На твою тушку всё больше людей будут строить свои планы, а в довесок тебя ждёт и первое в жизни знакомство с отцом. Спокойной ночи, братишка.

///

Старшая школа Ханнам. Столовая.

Перемена после третьего урока.

Шум от подносов, запах еды и весёлые подростковые голоса разносились по всему помещению. Су Джин, его соседка по парте Хэ На и её подруга Джу Гён заняли дальний угловой столик.

— Я думаю, Ю Джин вылетит в следующем туре, — обхватив губами соломинку от пачки сока и сделав несколько глотков, произнесла шатенка с видом эксперта.

— И с чего такие мысли? — с некой брезгливостью уточнила Хэ На, сидя прямо напротив своей подруги. — Между прочим, его отец — шеф-повар ресторана с четырьмя гранями Этолен.

— Четырьмя гранями Этолен? — уточнил я.

За что получил от них удивлённые взгляды.

— Ты не знаешь, что такое система оценивания Этолен? — прохлопала глазами моя соседка по парте.

— Нет, — честно признал я. — Впервые слышу.

— Эм-м…

— Ну а что такого? — сразу подхватила разговор шатенка Джу Гён, отмахнувшись в сторону Хэ На. — Су Джину не обязательно это знать. Я, например, тоже долгое время не знала о Хангук Династи, — она хихикнула в руку. — Мне было так неловко на семейном ужине, когда я об этом спросила у отца.

— Хангук Династи? — я вскинул бровь, глядя на неё.

— …

В этот раз за меня никто заступаться не стал, и над нашим угловым столиком повисла тишина. Девушки смотрели на меня очень странно, хлопая глазами, будто видят впервые, и периодически поглядывая друг на друга.

— Этолен, — наконец первой не выдержала Хэ На, поправляя очки. — Это награды, которые ресторан получает в гастрономическом рейтинге…

— Угу, понял, — задумчиво кивнул я. — Не звёзды, а грани?

«Это у них что-то наподобие звёзд Мишлена», — пришёл я к выводу.

— Звёзды… Чего? — недоумённо уточнила у меня Хэ На.

Уже… Неважно.

— Неважно, — вторил я вслух своим мыслям и опустил взгляд на свой поднос.

В столовой я чаще всего выбирал токпокки, привык его есть после ужинов с бабушкой. Тем более в школе соус к нему менялся почти каждый день. Кимчи и рис шли здесь в комплекте по умолчанию.

А вот девушки снова вернулись к спору о том, кто «вылетит» в завтрашней серии реалити-шоу «Кулинарный класс звёзд».

— У твоей любимой И На ещё меньше шансов добраться до финала, — пожимает плечами Хэ На.

— Это ещё почему? — возмущается шатенка. — У неё опыт работы в ресторане больше, чем у всех остальных.

— Это ты про то, что она когда-то была официанткой? — усмешка.

— Не просто официанткой! Она и на кухне помогала, — девушка вскидывает подбородок, отстаивая честь своей любимицы. — Шеф-повар учил её необычным рецептам…

— Бо-оги, Джу Гён, — протягивает соседка. — Это тоже было частью шоу. Ты же не думаешь, что её все пять лет снимали, пока она работала за чаевые, чтобы теперь показать эти кадры во время кулинарного шоу? Это обычный сценарий.

— Кадры новые, я не спорю, но сюжет всё равно основан на её реальной жизни.

Хэ На удивлённо вскидывает бровь, смотря на свою подругу.

— Ты серьёзно?

— Конечно. С чего бы им это снимать, если это не правда…

Пока они продолжали говорить, я открыл минералку, чтобы сбить остроту еды. И как только мои губы коснулись бутылки, и я сделал глоток, девушки, заметив это, замолчали и снова странно посмотрели на меня.

— Эм, Су Джин? — после паузы произнесла Хэ На.

— М?

— Я давно хотела спросить… Зачем ты запиваешь кимчи водой?

— После острого пить хочется, — задумался я над тем, что здесь такого. — После кимчи хочется сбить остроту. А что?

— Для этого же есть рис. Разве нет?

Она опустила глаза на отделение в моём подносе, где лежала горка нетронутого белого риса.

— Оу! Точно, — внезапно вклинилась подруга соседки. — Я знаю, что так часто делают европейцы. Возможно, — она посмотрела на меня и улыбнулась. — Ты жил за границей?

— Правда? — Хэ На задумалась. — Это бы объяснило твой высокий балл по английскому…

— Не совсем…

— Верно-верно, — не дослушав, перебила меня Джу Гён. — Кстати, — она бросила взгляд на свою подругу. — Слышала, что Хи Кьян долгое время жил в Австралии. Возможно, у них с Су Джином больше общего, чем только внешность, — она снова повернулась ко мне. — Как думаешь?

Я вообще без понятия, о чём она говорит. Однако я даже не успел и рта открыть, как в кармане завибрировал мобильный.

Экран показывал, что звонили с неизвестного номера.

— Да?

[Французский] — Су Джин? — слышится на другом конце знакомый женский голос. — Это Клэр Лоран. Я тебя не отвлекаю?

[Французский] — Здравствуйте, мадам Клэр, — отвечаю ей. — Нет, всё нормально. Несколько секунд, и я буду свободен.

— Мне нужно ненадолго отойти, — предупредив двух девушек, я поднялся из-за стола и направился в сторону коридора, где шум толпы не помешал бы нашему разговору.

[За тем же столом, после ухода Су Джина]

Смотря в спину уходящему парню и удивлённо хлопая глазами, две девушки, что остались за столом, непонимающе переглянулись друг с другом, как только Су Джин скрылся за толпой школьников.

— Он говорил на французском?.. — сидя в недоумении, произнесла Джу Гён. — Или мне показалось?

— Нет, тебе не показалось, — медленно покачала головой Хэ На, хлопая глазами.

— А почему он не рассказывал, что знает французский? — Джу Гён бросила ещё раз взгляд в сторону выхода, а затем вновь повернулась к подруге и мечтательно вздохнула. — Су Джин действительно очень необычный.

— Угу, — задумчиво произнесла Хэ На. — Иногда даже слишком…

[Коридор школы]

— Здесь немного потише, я слушаю вас, госпожа Клэр, — продолжил я с ней разговор на французском.

— Моя протеже говорит, что добиться сотрудничества с тобой сложнее, чем с профессиональными моделями с обложки моего журнала. Ты действительно так занят, как ей говорят?

— Госпожа Клэр… — я даже не сразу нашёл, что ответить. — Не могли бы вы уточнить, о каком роде сотрудничества мы говорим и что означает «сложно добиться»?

Моя собеседница на несколько секунд замолчала.

— Хочешь сказать, ты даже об этом не в курсе? — спросила она. — Агентство, где ты работаешь, не сообщило тебе о том, что моя Агнесса связывалась с тобой через фотостудию?

— Фотостудию? — шепотом проговорил я, чтобы затянуть паузу и дать время подумать. — Госпожа Клэр, в разговоре со мной действительно упоминали о каком-то звонке, но ничего большего. Поймите правильно, в этом агентстве я ещё новичок, и мнение о моём участии в какой-либо деятельности…

— Никаких подробностей ты не знаешь, потому что мнение айдола-новичка там никого не волнует? — перебила она меня. — Я понимаю, что ты хочешь подобрать слова так, чтобы меня не обидеть, но я и сама осведомлена о некоторых особенностях ведения бизнеса в вашем регионе.

— Ваш профессионализм и осведомлённость многое упрощают, — сделал я ей непрямой комплимент и добавил: — Я действительно не знал, что со мной хотела ещё раз поработать ваша протеже. Агентство С9 сейчас с осторожностью относится к моему продвижению и рекламным контрактам.

— Ясно, твои обстоятельства мне понятны, — серьёзным тоном произнесла она и, спустя несколько секунд размышлений, добавила: — Как считаешь, если с ними свяжутся из моего офиса, дело можно будет сдвинуть с мёртвой точки?

Я действительно об этом задумался.

Если исполнительному директору позвонят из Шанель, это точно заставит его задёргаться. Игнорировать он это не сможет, но вот дальнейшие его действия я рассчитать не могу. Да и о форме сотрудничества я до сих пор ещё не был в курсе.

— А о каком роде деятельности вообще идёт речь? — всё-таки спросил я. — Ещё одна фотосессия или что-то другое?

— После показа Агнесса получила много положительных отзывов о своей коллекции, и я убедила акционеров сделать её бренд дочерним нашей компании. К тому же у неё в Корее появился партнёр. Это о её делах вкратце, — быстро пересказала она. — А вот тебя она хочет сделать лицом бренда.

— Я рад за госпожу Бочелли, — сдержанно сказал я.

— Но от предложения, я смотрю, не в восторге? — подметила она по моему тону.

— Я бы так не сказал, — произнес я. — Скорее, я сомневаюсь в своей компетенции в этой области.

А менее обтекаемыми словами: в данный момент это просто никак не входило в сферу моих интересов. Возможно, я бы и мог придумать, как воспользоваться этой возможностью и для чего, но не в моменте.

— Я понимаю, тебе нужно подумать, — она интерпретировала мои слова по-своему. — В любом случае, пока нет согласия от тебя, связываться с твоим агентством нет никакого смысла. Я дам тебе на подумать… — она взяла паузу, и я услышал в телефоне шуршание бумаги. — Пусть будет два дня. Набери меня и дай ответ в течение этого времени. Ну а если не позвонишь… Что ж, из этого я тоже смогу сделать выводы.

///

В офисе Ха Рин царила неразбериха.

Зайдя внутрь, я заметил, как кто-то переносил вещи, ещё несколько мужчин перетаскивали столы. Но при этом часть офиса вся эта суматоха как будто не трогала, и люди сидели за своими столами и работали.

Взгляд непроизвольно скользнул в сторону моего нового рабочего места.

«Ну хотя бы здесь без изменений», — пронеслось у меня в мыслях.

Этот островок безмятежности и скуки, над которым нависала пальма, казался непоколебимой гаванью стабильности в этом офисе.

— Такое впечатление, что они так и просидели здесь почти два дня, пока меня не было, — пробормотал я сам себе.

Подружки Сыль Бин и Гын Нэ сидели рядом и о чём-то шептались. Их бывшая руководительница, а теперь мой зам, Бон Сок, что-то рисовала в альбомной тетради. Си У и Ю Ни смотрели, уставившись в свои ноутбуки. А Ё Джун, самый старший в этой компании, разлёгся на офисном стуле, опрокинул голову и, кажется, спал.

— Любуешься? — послышалось у меня за спиной.

— Угу, — кивнул я и не без иронии добавил: — Орлы.

— Знаешь, Су Джин, — я обернулся к Ха Рин, которая стояла рядом. — Я в этой всей суматохе даже о тебе забыть успела, а теперь увидела, и у меня ещё сильнее голова разболелась.

Вот по кому точно можно было сказать, что человек без дела не сидит, так это по хозяйке этого офиса. Об этом говорили её мешки под глазами, которым позавидовала бы любая панда из зоопарка Джан Ди.

— Всё так плохо? — спросил я.

— Сложно сказать, — индифферентно произнесла она и с тихой задумчивостью осмотрела офис. — У меня столько сейчас забот и проблем, что о некоторых я на время даже забываю. Потом они снова появляются прямо передо мной, — она перевела на меня взгляд и с ног до головы осмотрела. — И не помнить о них уже невозможно.

— Угу, игнорировать проблемы нельзя, — с умным видом покивал я, поддерживая беседу. — О чём последнем вспомнили?

Не знаю, от моего любознательного тона или ещё от чего, но женщина с раздражением скривилась.

— Да так, — пожевав губу. — Не то чтобы дело именно в тебе, но знаешь… Твой вид напомнил мне, что по моему офису ходит семнадцатилетний школьник, который по совместительству начальник одного из моих отделов.

— Вопиющее безобразие, — искренне посочувствовал я бедной женщине.

— … — Ха Рин сразу не ответила, но посмотрела на меня с таким видом, будто откусила лимон. — Как тебя Джан Ди вообще терпела?

На это я только пожал плечами.

— Ладно, хватай Бон Сок и тащи её вместе с собой в мой кабинет, будем решать, что с тобой делать. Скоро твоё здесь присутствие заметят не только люди из девятого отдела, а ещё и человек Тан Дока, — произнесла она и, не дожидаясь реакции, направилась в сторону своего места работы.

///

Поздоровавшись с командой дизайнеров и забрав свою заместительницу, я уже спустя несколько минут стоял в офисе госпожи Ан.

Ха Рин находилась здесь не одна. Кроме неё, на гостевом диване сидел мужчина лет пятидесяти, с залысиной и круглым животом. Одет он был в серые брюки и белую рубашку без пиджака, но с подтяжками.

— Знакомься, это О Сан Хун, он возглавляет команду инженеров и в моё отсутствие является моим заместителем, — произнесла хозяйка кабинета и кивнула в его сторону. — А это Су Джин… — снова взгляд на меня и пауза. — В связи с отчаянной чередой обстоятельств, руководитель команды дизайна.

— Приятно познакомиться, — неглубоко поклонился я, приветствуя мужчину.

— Госпожа Ан, — тот в свою очередь на любезность мне не ответил и, смерив взглядом, тут же обернулся к своей начальнице. — А вы уверены, что мы не можем всё переиграть?

Голос его был почти жалобным.

— Уже поздно, — припечатала она. — Имя Су Джина уже несколько раз попадалось на глаза Тан Дока, так что либо ты в нашей компании найдёшь его тёзку и однофамильца, либо мы перестаём отвлекаться и начинаем работать над проблемой.

— Он же ещё совсем школьник, госпожа Ан, — сокрушённо прикрыл он глаза рукой.

— Простите, — напомнил я о себе. — А не могли бы вы и меня просветить об этой «проблеме»? Что-то за вчерашний день изменилось?

— Молодой человек, — пронёсся по кабинету резкий возглас главы инженеров. — Не могли бы вы помолчать, пока взрослые люди решают…

— Прекрати, Сан Хун, — строго произнесла Ха Рин, останавливая его и перебивая. Следом она посмотрела на меня: — Тебе Бан Сок новости после собрания не рассказывала?

— Она мне звонила и сообщала, что к вашему отделу присоединят ещё один, а также о том, что глава офисов разработки, господин Тан Док, пришлёт наблюдателя, — пересказал я то, что вчера услышал.

— Не просто отдел, а отдел из первой десятки, и даже не десятый-тестовый, а девятый, — поправил мужчина, но больше ничего не сказал.

— Вот и сложи два плюс два, — кивнув в его сторону, она развела руками. — Как видишь, не все будут довольны тем, что рядом с ними, тем более на посту руководителя, работает семнадцатилетний мальчик, который приходит сюда после школы. И если своим людям я всегда найду что сказать, то вот что говорить персоналу из девятого отдела и новому смотрителю… — мысль она не закончила, вместо этого приложила руки к вискам и медленно их помассировала. — Короче, с этим нужно срочно что-то делать.

— Делать… Что? — с любопытством поинтересовался я.

— Делать из тебя гения! Пусть хотя бы по документам… — хлопнула она по столу и, скользнув по поверхности глазами, нашла и выхватила из кипы бумаг какой-то файл. — Скажем, что ты надежда всей Кореи на великое будущее дизайна — от современной техники и концептов машин до тюбиков зубных паст и зубочисток.

— Восхитительно, — подвел я итог услышанному.

А сам начинал понимать, что вокруг меня снова образуется какой-то бардак.

— Госпожа Ан, ну это же смешно, — простонал мужчина с дивана.

— Бон Сок! — не обратив на его нытье никакого внимания, Ха Рин обратилась к моей заместительнице. — Ты сделала то, что я тебя просила? Список всех возможных конкурсов, где Су Джин мог победить, захватила?

— Да, — справа от моего плеча послышался её голос, и девушка быстро подбежала к столу начальницы и положила на него изрисованную бумагу. — Вот! В части из них я сама участвовала, а про другие только слышала.

Я тоже подошел ближе к столу и, наклонив голову вбок, вчитался в бумагу.

— Конкурс инновационного дизайна «Пульс Метрополии», — прочитал я, выхватив глазами одно из названий. — Но меня же там даже не было. Что будет, если это проверят?

— Да кто в здравом уме вообще будет это проверять? — пробормотала она, переписывая эти названия в пустые строчки стандартного шаблона анкеты. — Тем более, по документам ты внешний консультант нашего отдела дизайна. Бон Сок, у тебя есть ещё идеи?

— Да, госпожа Ан, — с готовностью и волнением в голосе подтвердила девушка. — Я набросала их на обратной стороне.

Дальше всё свелось к заполнению пустых полей моего нового резюме. Так что, сев на пустующий стул, я слушал целый список незнакомых слов и названий.

— Наличие работ на площадке дизайнерских работ DesignHub Korea, финалист онлайн-конкурса концептов Artwave Asia, — довольно говорила Ха Рин. — Эти два особенно хорошо звучат, ещё и искать в интернете точно никто не станет.

— Можно ещё упомянуть о бесплатных программах по обучению, при Университете Ёнсе такие есть, — предложила Бон Сок, поймав волну настроения от Ха Рин. — Ещё я знаю об интенсиве по UI/UX в Центре цифрового искусства Ханминского университета.

— Какой же это абсурд, — послышалось со стороны дивана.

И в этот раз с этим тучным мужчиной я был солидарен.

— К завтрашнему дню мы должны представить девятому отделу гения, — строго сказала Ха Рин, не отвлекаясь. — И либо Сан Хун, ты нам сейчас помогаешь, либо… Просто сиди там и не мешай. А лучше запоминай, потому что в моё отсутствие именно ты будешь всем продавать эту историю о Су Джине.

[Спустя пять минут]

— Курс Корейской школы технологий — повышение квалификации по 3D-моделированию и инновационного проектирования интерфейсов, — читала Ха Рин очередное предложение моей заместительницы. — Почему перечеркнуто?

— Обычно по окончании таких курсов выдают сертификаты, а их у Су Джина, скорее всего, нет, — неуверенно ответила девушка. — Так что я это зачеркнула.

— Плохо, — признала Ха Рин. — У Су Джина точно нет никаких сертификатов?

— Нет, — спокойно ответил я.

Я откинулся на спинку неудобного кресла и мерно покачивал ногой, которую закинул на колено. К окружающей реальности я решил относиться с невозмутимостью философов-атараксонистов.

— И считаю должным сообщить сразу, — продолжил я. — Если меня кто-то спросит об этом творчестве, я честно скажу, что никакого отношения к этим надписям не имею.

— Молчи уже, — раздражённо шикнула на меня Ха Рин. — Хотя, стоп! А языки?

— Мм? — посмотрел я на неё с вопросом.

— В твоей анкете не написано ничего о языках, но я от Джан Ди слышала, что ты помогал ей с переводом французского, ещё и со мной говорил на английском, — быстро заговорила она и почти вскочила со своего кресла. — У тебя есть сертификаты за TOPIK? Какой у тебя уровень?

Что такое TOPIK, я не знал. И по атмосфере чувствовал, что это было не самое удачное время, чтобы спрашивать.

— У меня его нет, — ответил я, не вдаваясь в подробности.

— Ты выучил английский и французский на разговорном уровне, но даже не захотел сдать экзамен на профессиональное владение языком? — спросила она, выражая полное непонимание. — Что вообще с тобой не так?

— Я ещё в школе учусь, зачем мне?

— Для этого, — строго сказала она и ткнула в анкету пальцем.

— Ты правда говоришь на двух иностранных языках? — проявила любопытство Бан Сок, уже забыв об официальном стиле общения.

— Угу, — кивнул я. — Что-то вроде этого.

— Подожди, зачем мы вообще всей этой хернёй занимаемся, если можем представить тебя как полиглота? — с возмущением спросила она, посмотрев на всех в комнате.

— Госпожа Ан, я думаю, вы преувеличиваете, — с улыбкой в голосе произнес Сан Хун со стороны дивана. — Английский — это сложный для изучения язык, на его освоение люди тратят десятилетия или едут учиться заграницу. И тем более, владение ещё более экзотического языка — французского. Возможно, что госпожа Пак слегка приукрасила. Какой может быть уровень знаний у семнадцатилетнего парня? Люди моего возраста…

— Помолчи, Сан Хун, я думаю, — в который раз заткнула она мужчину, на что тот надулся и бросил раздражённый взгляд в мою сторону.

Её взгляд медленно переместился на меня. Глаза были прищурены. Лицо наполовину любопытное, наполовину зловещее.

— А немецкий знаешь? — вкрадчиво спросила она меня.

— Госпожа Ан, — у меня у самого появился вполне логичный вопрос, потому что я перестал понимать, что в её голове происходит. — Какое вообще имеет значение, сколько языков я знаю, если моя должность этого никак не подразумевает?

После моего вопроса обе девушки ошарашенно уставились на меня. И даже от Сан Хуна послышался какой-то странный гортанный звук.

— Владение английским является знаком элитного образования, — словно на автомате, отчеканила Бан Сок, не сдержавшись.

— А ты точно кореец? — Ха Рин окинула меня взглядом, будто видит впервые. Затем продолжила с интонацией строгой учительницы в голосе: — Первое, что любой адекватный человек пишет в своем резюме, — это знание иностранного языка!

— У нас здесь даже в вакансиях доставщика еды вставляют фразу: «Предпочтительно знание английского на уровне собеседования».

— Так, — поменяла позу Ха Рин и села поудобней. — Ну, допустим, английский на средний балл ты вытянешь, французский, надеюсь, тоже, — задумчиво и вслух размышляла она. — Разговорный уровень английского у тебя точно есть, а что с грамматикой? — спросила Ха Рин.

— С ней тоже неплохо, но это же отдел дизайна… — я снова захотел уточнить.

— Да всем будет наплевать, в каких ты школьных конкурсах побеждал или на каких курсах учился, если в твоей анкете будет стоять профессиональное знание английского хотя бы третьего или второго уровня, с приложенным сертификатом, — она всплеснула руками. — Единственное, что нам нужно показать, что с нами работает не обычный школьник, а гений.

— Третий или второй, — со смехом в голосе повторил он Сан Хун.

— Признавайся, ты знаешь немецкий? — не обращая на него внимания, с хищным интересом спросила Ха Рин.

— Ладно, я понял, о чём вы, но почему сразу немецкий?

— Тогда китайский?

Я прикрыл глаза и потёр левой рукой переносицу.

— Допустим, знаю, — не стал я делать тайну.

— Секунду, — после моего ответа она тут же взяла телефон со стола и набрала какой-то номер.

Бон Сок при этом разговоре из-под копны своих волос хлопала глазами и выражала крайнюю степень недоверия.

— Срочно скажи что-то по-китайски! — потребовала она, сразу как ей ответили. — Я переключаю на громкую связь.

[Китайский] — Займись делом, женщина, или найди себе мужа и выноси мозг ему, — услышал я голос Джан Ди, говорящий на мандарине.

— Что она сейчас сказала? — внимательно за мной наблюдая, спросила Ха Рин.

— Если в мягкой форме… то пожелала вам счастливой семейной жизни и продуктивной работы, — сформулировал я разговор моих двух начальниц по-своему.

— А если не в мягкой… Подожди, это голос Су Джина? — послышалось возмущение из телефона. — Скажи, чтобы срочно перестал игнори…

Голос Джан Ди прервался, так как Ха Рин сбросила вызов и довольно произнесла: — Замечательно, китайский тоже запишем.

— Она даже не подтвердила, что он правильно перевёл, — подметил Сан Хун. — Какое может быть профессиональное знание трёх языков у семнадцатилетнего ребёнка? Нас же Вон Иль со всем своим девятым отделом засмеёт, если мы об этом напишем.

— Главное, что вообще ответил. Английский он хотя бы на средний уровень вытянет, с французским посмотрим, а в китайском главное, чтобы баллов хватило на любой сертификат, — принялась она разрабатывать план на ходу. — А ты пока что придумай, как затерять анкету Су Джина хотя бы на неделю, — произнеся распоряжение, Ха Рин нажала на кнопку интеркома, связавшись с секретарём. — Узнай расписание тестов TOPIK по английскому, французскому и китайскому языкам… — девушка прервалась и посмотрела на меня. — Ты так и не сказал, что у тебя с немецким?

«Что у неё за заскок на немцах?» — задумался я, ничего не отвечая.

— Су Джин, отвечай давай, сколько языков ты знаешь? — не унималась она.

///

Двадцать пятый этаж.

На месте руководителя мне так посидеть и не удалось. Джан Ди после звонка обрушила серию вызовов как на мой телефон, так и на мобильный Ха Рин. Так что после собрания меня отправили не бездельничать к дизайнерам, а к Джан Ди с указанием ее наконец угомонить. Поздоровавшись с отделом логистики, которые провожали меня почему-то грустным взглядом, я потянул на себя ручку двери кабинета.

Внутри — тишина.

Чжи Юн, сгорбившись над открытой папкой, что-то внимательно и досконально изучала. В то время как госпожа Пак, делая вид, что не заметила моего прихода, сверлила взглядом потолок, слегка покручиваясь в своем кресле.

— Здравствуйте, — решил я начать с приветственного поклона секретарю Сон.

Та чуть вздрогнула и наконец-то подняла на меня взгляд.

— О, Су Джин, — она на мгновение покосилась в сторону своей начальницы, а затем, снова посмотрев на меня, слегка улыбнулась. — Привет.

Я прошёл вглубь кабинета, заметив краем глаза, как Чжи Юн внимательно сопроводила меня взглядом.

— Здравствуйте, госпожа Пак, — остановившись перед письменным столом начальницы, поклонился я. — Вызывали?

— Угу, — даже не посмотрев на меня, Джан Ди указала рукой на свободный стул. — Присаживайся.

Я кивнул и занял предложенное место.

Секунда, вторая, третья…

— Вы хотели о чём-то поговорить? — уточняю.

— Да, хотела, — соизволили мне с ответом.

Снова пауза.

От этого странного разговора чувствую, как у меня слегка дёргается веко.

— О чём-то важном? — снова прерываю первым тишину.

— Да, — наконец Джан Ди смотрит на меня косым и слегка прищуренным взглядом, в котором читается недовольство. — О твоих обязанностях.

— О моих обязанностях? — удивляюсь. — А что с ними?

— Что с ними… — вздох, после которого начальница полностью поворачивается ко мне, придвигается ближе к столу и, переплетая пальцы между собой, кладёт руки на столешницу прямо перед собой. — Не расскажешь, что ты делал в последние несколько дней?

— Вам полным списком озвучить?

— Желательно.

— … — я задумался. — В понедельник я встал примерно в семь утра. Сначала умылся, а потом…

— Су Джин! — грубо осекла меня Джан Ди.

— Что? — я недоумённо похлопал глазами.

— Ащщ, я не говорила тебе пересказывать каждый свой шаг, — нахмурилась девушка. — Где ты был вчера?

— Сначала дома, потом в школе, потом в агентстве и снова дома.

— Я звонила и писала тебе. Почему ты не отвечал?

— Даже не знаю, их было, — чтобы не соврать, я достал телефон из кармана и посмотрел в уведомления. — Двести тридцать пять. Полагаю, мне чисто физически не хватило бы времени ответить на каждое.

— Ну я же тебе за то же время их как-то написала? — возмущённо фыркнула Джан Ди.

— Справедливо, — пришлось мне признать. — И я могу только восхититься вашей выносливостью и упорством.

Однако по выражению лица госпожи Пак мой комплимент адресату не понравился.

— Снова издеваешься? — она прищурила опасно глаза. — Вместо того, чтобы ёрничать, лучше бы научился сначала элементарным нормам приличия.

— Элементарные нормы приличия, я так полагаю, предусматривают, чтобы я сразу отвечал на все ваши звонки и сообщения?

— На звонки ты и так обязан отвечать, ты мой стажёр, — она вздёрнула подбородок. — А насчёт сообщений… Если ты согласился играть в отношения, то как любой приличный кореец, который с уважением относится к своей девушке, конечно, ты должен сразу на них отвечать. И ответ должен приходить в течение пяти минут.

— …

К её словам я отнёсся с сомнением и вкрадчиво к ней присмотрелся, пытаясь понять, врут мне или нет.

— Это относится ко всем корейским парням, не только ко мне? — всё-таки спросил я.

Джан Ди нахмурилась.

— Это база для всех отношений, которая даже не обсуждается. Просто прими это и следуй правилам.

Нет, я, конечно, хотел разобраться с тем, как тут всё устроено с отношениями в плане традиций. Но должен же быть и здравый смысл… Эти правила банально не умещаются во временные рамки любого занятого человека.

Я скрестил руки и задумался.

— Послушай, Су Джин, — выдержав паузу, произнесла уже более спокойно госпожа Пак. — Меня на самом деле не особо волнуют все эти партнёрские обязанности…

В этот момент секретарь Сон, которая наблюдала всё это время за нами, переводя взгляд то на меня, то на Джан Ди, слегка поперхнулась. Отчего привлекла уже наше внимание. Мы синхронно обернулись в её сторону.

— Прошу прощения, — неловко отмахнулась она, сделав пару глотков из кружки.

Выдержав паузу, госпожа Пак продолжила:

— Просто фактически ты сейчас встречаешься со мной, и такое поведение… — она скривила губы и посмотрела на меня. — Пусть и ненастоящего моего парня, но показывает ко мне пренебрежение. И я этого терпеть не намерена, — под конец фразы в её тоне снова послышалось возмущение.

В этот момент я замолчал и задумался про себя.

Ну, в чём-то её можно понять. Наверное. Так что стоило хотя бы дать шанс аргументам госпожи Пак.

Пока я думал над ними, Джан Ди явно высматривала на моём лице какую-то реакцию. В то время как боковым зрением я заметил новый нарастающий интерес, который исходил от секретаря Чжи Юн. Девушка сидела за своим столом и с любопытством молча наблюдала за нами.

— Хорошо, — наконец, после нескольких минут тишины, произнёс я. — Увеличить количество часов в сутках я не могу, но у меня есть предложение. Как насчёт графика? — госпожа Пак на это удивлённо изогнула бровь. — Например… Два сообщения в день и время ответа на звонок до получаса.

— Пф… Я не собираюсь с тобой торговаться! — фыркнула госпожа Пак, закатив глаза. — Это часть нашей культуры, так что…

— Тогда как насчёт…

— Двадцать.

—?

Она же не собиралась торговаться…

— Три.

— Десять, и два от тебя с пожеланиями хорошего дня и доброй ночи.

— Пять, и дополнительно…

Пока мы пытались достигнуть компромисса в вопросе обычных сообщений, я заметил, как зрачки Чжи Юн перепрыгивают от меня к Джан Ди и обратно, словно мячик от пинг-понга.

— Семь и два от тебя. Это моё последнее предложение!

— Хорошо, семь ответов и два сообщения от меня с пожеланиями хорошего дня и доброй ночи, — согласился я, решив, что это вполне приемлемый компромисс.

— Вот и договорились! — победоносно произнесла Джан Ди, после чего у меня сложилось внутреннее впечатление, что она была готова согласиться и на меньшее.

— Это всё? — уточнил я.

— Ага, можешь идти дальше офис Ха Рин терроризировать, — с ленью в голосе ответила девушка.

Поднявшись со стула, я уже сделал шаг к двери, как госпожа Пак, что-то вспомнив, меня остановила:

— Я чуть не забыла…

Я замер, обернувшись на свою начальницу.

— Завтра мы идём на свидание, — сказала она голосом, не терпящим возражений. — Так получилось, что некоторые мои подруги уже в курсе некоторых обстоятельств, так что я обязана им тебя показать.

— Но завтра же… — начал было я, но Джан Ди меня перебила.

— И заметь, здесь не идёт речь о знакомстве с семьёй, и я по твоему же договору не обязана предупреждать тебя о таких встречах за неделю. Ужин с друзьями подкрепит достоверность нашей легенды. Так что будь готов к вечерней поездке в ресторан.

— Ладно, — с лёгкостью согласился я.

— Эмм, — Джан Ди, по выражению лица, слегка растерялась. — Так просто?

В тоне её вопроса выражалось подозрение.

— Почему нет? — пожал я плечами. — Теперь я могу идти?

— Да, — медленно кивнула Джан Ди, не отрывая взгляда. — Иди.

Я поклонился сначала ей, потом секретарю Чжи Юн и вышел из кабинета.

[Спустя минуту в кабинете госпожи Пак, после того как Су Джин вышел за дверь]

— Ха-ха. Пловец, спортсмен, модель, пфф, — фыркнула куда-то в пустоту Джан Ди. Она не отводила взгляда с входной двери, за которой минуту назад скрылся Су Джин. — Посмотрим, что Ан Ги и Бо Ра скажут, когда я приведу с собой айдола.

На фоне слышится тяжёлый вздох Чжи Юн, которая закрывает голову руками.

— Почему мы не можем просто спокойно работать, ну за что мне все это? — тихо шепчет девушка, так чтобы её никто не услышал.