Они проехали за час почти двадцать миль.

С тех пор как Анна стала парой Чарльза, большую часть времени она чувствовала себя в Монтане как дома. А когда они с Чарльзом отправлялись на прогулку в горы, она невольно вспоминала, что выросла в городе.

В некоторых районах Чикаго было страшно, но даже в неблагополучных районах дороги были асфальтированные и широкие. В городе посреди дороги не росли чертовы деревья.

Анна так резко затормозила, что если бы не была пристегнута, то вылетела бы через лобовое стекло. Чарльз, который не был пристегнут, успел сгруппироваться перед остановкой машины, и Анна задумалась, знал ли он что это дерево росло тут.

— Нет, — сказал он, словно прочитав её мысли. — Я просто увидел дерево одновременно с тобой.

— Почему дерево растет посреди дороги? — проворчала она.

— Это вопрос с подвохом, на который нет правильного ответа, верно? Например, когда женщина спрашивает, не выглядит ли она в штанах полной. — Он говорил спокойным тоном, но Анна знала, что ему весело, и улыбнулась в ответ.

Она объехала вокруг дерева.

— По крайней мере, ты не сказал: «Когда мама-дерево и папа-дерево очень сильно любят друг друга…»

Чарльз рассмеялся, и Анна почувствовала гордость из-за того, что могла его рассмешить. Он так редко смеялся.

— Я не был здесь пять или шесть лет, — признался он. — Тогда здесь не росло ни одного дерева. Но осина за год может вырасти на ярд.

— То есть за пять лет никто не ехал по этой дороге? — спросила Анна. — Я думала, что Бран прошлой осенью приезжал сюда.

— Есть другая дорога, — сказал Чарльз. — Скорее всего, она в лучшем состоянии, потому что по ней чаще ездят, но этот путь быстрее.

— Лишь бы мы не врезались в деревья, — сказала она.

Дерево стало не единственным препятствием на пути. Хотя по этой дороге редко ездили, на ней были глубокие колеи от шин. И на ней находились камни, некоторые размером с её кулак, с острыми краями, которые могли проколоть шину, а некоторые камни оказались размером с шар для боулинга, и они могли повредить днище машины. Местами дорога так заросла травой и кустарником, что непонятно было, куда ехать. Анна сбавила скорость, раздумывая, не легче ли пойти пешком.

— Вытаскивай колёса из колеи, — не вытерпел Чарльз. — Если яма на дороге окажется слишком глубокой, ты можешь повредить ось.

Анна и сама это знала, просто забыла.

— Это не дорога, — возмущённо прорычала она. — А колея от повозок, проложенная через камни и грязь.

Но она все же повернула руль влево, и грузовик слегка накренился, когда колёса выехали на обочину. Машину трясло во все стороны, но камни, царапавшие днище грузовика, попадались реже.

Когда они выехали из ущелья, дорога стала более сухой, но когда спустились с горного хребта, то снова угодили в грязь.

Чарльз насторожился, и прежде чем он успел что-то сказать, Анна плавно затормозила. Она не стала пытаться съехать на обочину, потому что там не было обочины. Кроме того, с тех пор как они свернули с главной дороги, они не видели ни одной машины.

Чарльз вышел из грузовика ещё до того, как она полностью остановилась. Анна заглушила двигатель и вышла из машины.

— Эстер и Джонси не водят машину, — сказал он. — Так почему же я вижу свежие следы от шин?

Анна опустила взгляд и увидела на земле следы от шин. Она должна была их заметить раньше.

— Может это квадроциклы? — Она до сих пор не понимала эти транспортные средства, но в Монтане их было полно, как снегоходов зимой. — Два из них четырёхколёсные, потому что шины двух размеров.

Чарльз кивнул.

— Подожди, — сказала она, подняв руку. — Их как минимум трое. Потому что этот парень, — она указала на следы, которые остались в грязи, когда квадроцикл развернулся, — тяжелее, и его мотоцикл глубже увязает в такой почве. Все они едут в одном направлении.

— Верно, — согласился он и стал ждать продолжения.

Анна нахмурилась и снова посмотрела на следы, пытаясь понять, что же упустила. Но как бы внимательно она ни осматривалась, все же не увидела ни следов от ботинок, ни клочков ткани с запахом, ни пустых пивных банок, ни окурков, которые могли бы дать важную подсказку о том, кто проезжал по этой дороге до них.

Она прищурилась. Что бы увидел Гиббс? Возможно, она слишком много смотрела это телешоу.

— Неделю назад шёл дождь, — сказал Чарльз, пытаясь ее успокоить. — Видишь, под деревьями, куда не достаёт солнечные лучи, всё ещё есть грязь. Эти следы были оставлены после того, как почва высохла, это видно по рыхлой земле. Думаю, здесь проезжали сегодня.

— А поскольку тебе сегодня позвонили, скорее всего, что эти следы и звонок связаны, — добавила Анна.

— Именно этот звонок подсказал, что эти следы могут быть более свежими, — согласился Чарльз. Он учил ее читать следы, и необходимо было не только полагаться на свои чувства, но и уметь использовать свои знания.

Чарльз глубоко вдохнул, Анна тоже принюхалась. Она чувствовала запах сосен, елей, а также кедра и воды вдалеке. Где-то рядом затаилась пума. Анна посмотрела на деревья, но не увидела её. Пумы хорошо прячутся, но иногда их выдают хвосты. Но не сегодня.

Где-то в миле или около того паслась небольшая группа чернохвостых оленей. Анна учуяла запахи разных животных: кроликов, птиц и тех, кого Тэг любил называть древесными тиграми, потому что белки были храбрыми и поднимали шум, когда кто-то вторгался на их территорию.

Но ничто из этого не могло так насторожить Чарльза.

— Что такое? — спросила она.

Он огляделся и снова вдохнул. Затем покачал головой.

— Я не знаю. Что-то есть.

— Это подсказывает твое паучье чутье?

Он непонимающе посмотрел на неё. Он часто не понимал отсылок про фильмы, словно на протяжении целых десятилетий не включал телевизор и ни с кем не разговаривал. Анна надеялась, что он общался с людьми, просто не обращал внимания на их разговоры.

— Интуиция, — пояснила она. — Твоё подсознание подсказывает что-то, что ты пока не можешь выразить словами.

— Это из «Человека-паука», — произнес он таким серьёзным тоном, как если бы она цитировала Шекспира.

Анна кивнула.

Чарльз снова сделал глубокий вдох и направился к водительской двери грузовика.

— Садись в машину. Я поведу. Моё паучье чутьё подсказывает, что нам всё-таки стоит поторопиться, — сказал он немного неуверенно.

— О, спасибо волосатым человечкам с Луны, — искренне ответила Анна и с радостью забралась на пассажирское сиденье.

Она не боялась того, что не справится с управлением — они не погибнут в аварии, ведь они все-таки оборотни. Чтобы убить их в автокатастрофе на скорости десять миль в час, нужно постараться. Просто Чарльз любил свой старый грузовик, и каждый раз, когда ветка царапала краску, он старался не морщиться.

Но Анна понимала, почему он посоветовал ехать со скоростью улитки, не только для того чтобы не повредить его грузовик, просто не хотел ехать в это место.

Когда одичалые теряли контроль, Чарльзу приходилось вмешиваться, и обычно это означало, что он убивал одного из старых волков. Анна знала, что её муж очень устал быть палачом для своего отца.

Анна быстро перегнулась через сиденье и поцеловала его в щёку. Потом устроилась поудобнее и пристегнулась.

— Не гони по кочкам.

* * *

Чарльз не смог сдержать смех, хотя ехал в горы, чтобы (скорее всего) убить одного из одичалых своего отца.

Но такова была жизнь с Анной.

Как только она пристегнулась, Чарльз поехал к дому Эстер. Братец волк всё больше беспокоился, и дело было не только в том, что ему не нравилось убивать волков. Что-то внутри него подсказывало, что им нужно быть у Эстер как можно скорее.

Он ехал по дороге с большой скоростью, которая могла бы привести к аварии, не будь у него реакции оборотня и если бы он не был знаком с местностью. Анна время от времени вскрикивала, мертвой хваткой вцепившись в дверь. И он радовался, что машина сделана из крепкого металла, который мог выдержать ее хватку.

Чарльз не был здесь уже несколько лет. Как только Эстер и Джонси переехали, Бран объявил, что эта территория закрыта для прогулок. После этого Чарльз ездил по этой дороге только по необходимости. Он знал, где дорога поворачивает и петляет, хотя ему пришлось объехать ещё несколько деревьев, которые не росли здесь в прошлый раз, когда он проезжал этим путём.

Грузовик ревел и рычал, а иногда, когда он попадал в грязь, оставшуюся после ливня, даже завывал. Но все же доехал до вершины хребта на краю долины Эстер, задев всего лишь парочку молодых побегов осины.

Чарльз остановил машину на вершине хребта. Он заметил следы, которые указывали на то, что квадроциклы свернули здесь с дороги. Чарльз помедлил, но тропа сквозь деревья была слишком узкой для грузовика. Поэтому он свернул на тропу, ведущую в маленькую долину, где жили Джонси и Эстер.

Пока они тряслись по дороге к тихому домику, Чарльз рассеянно отметил, что окна в нём со старинными двойными рамами, которые вскоре нужно будет заменить. В остальном здание оставалось в хорошем состоянии, несмотря на то что дом построен давно. По обе стороны от двери стояли ящики для цветов, наполненные рудбекией, которая в изобилии росла в горах. Этих цветов не было здесь, когда Чарльз в последний раз помогал устанавливать солнечные панели.

Чарльз остановил грузовик, и наступила тишина. Но как только он выключил мотор, входная дверь дома открылась и вышел Джонси.

Из-за своей одежды пара Эстер выглядел как человек из далекого прошлого. Его светлые волосы были коротко подстрижены, чтобы не лезли в глаза, и в них запуталось несколько листьев и веточек. На нем не было обуви, но хотя на ногах виднелась засохшая кровь, он шёл довольно ровно. Присмотревшись, Чарльз заметил, что на рубашке Джонси имелись небольшие прорехи. Однако он был гладко выбрит, и его кожа казалась нежной, как у женщины. Как и у Чарльза, у Джонси не росла борода.

По его выражению лица и языку тела ничего нельзя было понять, и это нервировало братца волка. Чарльз выскочил из грузовика и встал перед машиной, встретив Джонси. Он сделал едва заметный жест рукой, и Анна пристроилась чуть позади него. Даже не глядя на нее, Чарльз знал, что она внимательно осматривается, чтобы он мог сосредоточиться на Джонси.

Джонси не произвёл на Чарльза особого впечатления, хотя и был фейри. Но братец волк насторожился, так что, возможно, только в человеческом обличье Джонси ничем не выделялся.

— Чарльз, — сказал Джонси с валлийским акцентом, более сильным, чем у Брана. — Спасибо, что пришёл.

От него исходил сильный запах фейри, и братец волк не мог понять, в каком тот настроении.

Обычно таких робких и слабых на вид людей защищал братец волк, и именно поэтому он не знал, как реагировать в данный момент. Братец волк считал, что они должны прижать этого парня к земле, чтобы убить его в любой момент, если он начнет представлять опасность. Чарльз не мог понять, почему братец волк считал Джонси такой угрозой, но не стал отвергать инстинкты своего волка. Братец волк никогда раньше так не реагировал на Джонси, но рядом всегда была Эстер.

«Эстер держала фейри в узде», — согласился братец волк.

— Кроэзо, — сказал Чарльз паре Эстер. — Наша помощь сегодня ничего не стоит, — осторожно произнёс он, потому что обмениваться словами благодарности с фейри опасно. Заставлять фейри быть у тебя в долгу так же опасно, как быть в долгу у фейри. — Даю слово. Это моя пара Анна.

Джонси мельком взглянул на Анну, но потом присмотрелся внимательней, прищурившись, как будто она была слишком яркой. Затем он сделал два быстрых шага, оказавшись в пределах досягаемости, и внезапно поднял руку, чтобы коснуться её лица дрожащими пальцами. Анна не пошевелилась.

Чарльзу с трудом удалось сдержать братца волка, который хотел повалить Джонси на землю.

Анна могла защитить себя, и, если не считать скорости, Чарльз не видел ничего угрожающего в действиях фейри. Чарльз обладал магией и мог почувствовать, если фейри попытается применить силу.

— Ох, — произнес Джонси с удивлением в голосе. — Я не слышал, что пара сына старика была омегой. Мы бы радовались, что такая волчица живёт в наших лесах. — Он посмотрел на Чарльза с искренней надеждой. — Возможно, она сможет помочь? В последнее время Эстер сама не своя.

Может, Джонси и не был волком, но ясно, что он что-то чувствовал к Анне. Чарльз не многое слышал о Джонси, но он не был похож на остальных фейри. Он не был медлительным, а просто взаимодействовал с миром не так, как большинство людей.

Хотя Анна напряглась, но все же улыбнулась Джонси и позволила ему прикоснуться к себе. Может, она уловила напряженность братца волка, или, может, сама что-то почувствовала. Но и Чарльз, и братец волк хотели ее защитить.

— Она спасла меня, — сказал Чарльз Джонси. — Я не знаю, что она может сделать для Эстер. Папа думает, что она могла бы чем-то помочь.

Джонси нахмурился.

— Не знаю, нужно ли спасать Эстер…

Чарльз шагнул вперёд, чтобы в случае необходимости защитить Анну.

— Что случилось? Зачем ты меня позвал?

Джонси пару раз моргнул и убрал руку с плеча Анны, переключив своё внимание на Чарльза.

— Я тебе звонил? Я думал, что звонил марроку.

— Я ответил на звонок, — напомнил ему Чарльз.

Фейри нахмурился, потом кашлянул и сказал:

— Да. Ты Чарльз. Верно. Я помню. Зачем я тебе позвонил?

Он вздрогнул, как будто от холодно ветра, хотя Чарльз ничего не почувствовал. Он склонил голову, закрыл глаза и чётко произнёс с ярко выраженным британским акцентом:

— Эстер — моя сиделка, знаешь ли.

— Я не знала, — сказала Анна, положив руку на плечо Чарльза, чтобы попросить его не вмешиваться в разговор. — Что случилось с Эстер?

Джонси резко открыл глаза и взял Анну за обе руки.

«Опасно, — предупредил братец волк. — Он может неосознанно причинить ей вред».

Чарльз напрягся, но сумел сдержаться и не пошевелился, когда Анна взяла Джонси за руку. Это прикосновение придало уверенности паре Эстер. В его глазах вспыхнули настороженность и сообразительность.

«Опасно», — снова сказал братец волк, но так тихо, словно не хотел привлекать внимание Джонси.

«Опасно, — шептали духи в кронах деревьев. — Наше. Опасно».

В голосах духов, обращавшихся к Чарльзу, слышалось злорадное, язвительное удовольствие, но в них так же звучал страх.

Чарльз обязательно поговорит с отцом, когда тот вернётся. Им нужно выяснить, кто ещё представляет большую опасность. Чарльз редко недооценивал людей, но, чёрт возьми, ему следовало уделять Джонси больше внимания. И Брану тоже.

— Что случилось? — спросила Анна тихим и нежным голосом. Она не слышала предупреждающего шепота духов, но хорошо разбиралась в людях. Она понимала, что нужно вести себя осторожно.

— Мы слышали моторы, — начал Джонси после долгой паузы, как будто с трудом понимал английский. — Они приехали отовсюду. Они не могли нас найти из-за моего гламура, но и не уезжали. Эстер превратилась в волчицу, и я последовал за ней. На случай, если с кем-то нужно будет поговорить. — Он замялся. — Я думал, что это просто дети, понимаешь? Они время от времени к нам приезжают, и обычно Эстер может их отпугнуть без особых проблем. — Его тон стал более мягким, почти женским, словно он пытался скопировать кого-то. — Гигантский волк в лесу — это страшно. Если у людей есть возможность уехать, они так и делают. В противном случае мы можем отступить хоть до Канады, не пересекая главную дорогу. — Он откашлялся, слегка покачался взад-вперёд, а затем слегка присел. Легко балансируя на цыпочках, фейри посмотрел Анне в глаза, осторожно высвободив свои руки из её хватки. Голодным и хриплым голосом он продолжил: — Эстер велит никого не убивать. — Он опустил руки на землю и погрузил пальцы в грязь. — Это главное правило, если мы хотим здесь остаться. Я не могу никого убить.

Именно этого хищника почувствовал братец волк.

Анна внимательно смотрела на Джонси. Другой оборотень никогда бы так не поступил. Новообращенные волки сразу понимают, что не стоит смотреть незнакомцу в глаза.

Каким бы крутым ты ни был, найдутся люди покруче тебя. Даже Чарльз не смотрел в глаза незнакомцам, если только у него не было на то веской причины. А среди оборотней, кроме его ближайших родственников, нет ни одного, кто мог бы выдержать его взгляд. Но Анна была омегой, которая могла смотреть в глаза кому угодно, не бросая вызов. Её взгляд тёплый и заботливый, как луч мира в мире войны.

Под влиянием искреннего сочувствия Анны тело Джонси расслабилось, хотя он по-прежнему не двигался.

— Эти люди не испугались вас? — спросила Анна.

Джонси покачал головой.

— Что-то в них было не так. Эстер сказала, что они связаны с людьми, которые летали над нами.

— Летали над вами? — повторила Анна.

Он кивнул, и все его тело дернулось от этого движения.

— Эстер в последнее время беспокоится. — Он отвернулся, избегая взгляда Анны, словно не мог его вынести. Он посмотрел Чарльзу в глаза. — Она говорит, что в последнее время появилось слишком много летающих существ. Шпионов, которые следят за нашим лесом.

Может, дело было в братце волке или в том, что мать Чарльза обладала магией, а отец был сыном ведьмы, или это просто игра света, но в глазах фейри Чарльз увидел истинную природу Джонси.

Внешняя оболочка простая и милая, но существо, жившее внутри неё, не было милым. И это нечто внутри Джонси было могущественным, его магия представляла собой плотный огненный шар. Чарльз не знал, сколько в нём силы. Чудовище заметило, что Чарльз смотрит на него, и кровожадно ухмыльнулось, хотя встревоженное выражение лица Джонси ничуть не изменилось.

— Слишком много самолётов? — спросила Анна, взглянув на Чарльза. То ли она не замечала монстра, с которым разговаривала, то ли не обращала на него внимания. С Анной никогда не угадаешь.

— Обычно здесь нет воздушного движения, — сказал Чарльз, переводя взгляд с Джонси на Анну. Братец волк почувствовал облегчение. Пусть Бран разбирается с Джонси, когда вернётся. — Воздушные потоки сильные.

Но, как и Эстер, Чарльза беспокоило то, что над ними пролетали самолёты. Потому что если бы кто-то просто пролетал над лагерем одичалых, то скорее всего, они пролетели бы и над Аспен-Криком. И Чарльз бы заметил, если бы над городом пролетали самолеты.

Люди пытались переправить наркотики через Монтану в Канаду. Иногда это приводило к неожиданным полётам над их территорией. Но Чарльз следил за такими вещами и не слышал никаких разговоров от своих контактов в Управлении по борьбе с наркотиками с тех пор, как два года назад они раскрыли банду наркоторговцев из Спокана. Было несколько фермеров, выращивающих марихуану, но теперь это законно в штате, и никто их не преследует.

— Вертолёты или самолёты? — спросил Чарльз.

— Летающие штуки, — напряжённо ответил Джонси. — Я не знаю, что такое «вертолёт» или «самолёт».

— Хорошо, — сказала Анна, и братец волк захотел свернуться калачиком и погреться в лучах спокойствия и умиротворения, которые исходили от Анны. — Всё в порядке.

Вряд ли она собиралась направить магию на Чарльза. Анна всё ещё училась контролировать эти способности омеги. Но Чарльзу нужно было, чтобы братец волк оставался начеку, особенно когда его пара стояла так близко к Джонси.

Когда она начинала за кого-то волноваться, то инстинктивно стремилась успокоить человека. И даже те, кто не был оборотнем, чувствовали ее магию, если подходили к ней слишком близко.

Джонси расслабился, а монстр внутри него стал менее свирепым.

— Как давно Эстер беспокоят эти летающие штуки? — спросил Чарльз.

— Месяц, — сказал Джонси. — Может, чуть больше.

Бран незадолго до этого уехал.

— Так что же случилось? — спросила Анна. — Где Эстер?

Лицо Джонси внезапно исказилось, он перестал быть похожим на человека, и монстр, живший внутри невинного юноши, произнёс неземным голосом:

— МЫ ПОКИНУЛИ ЕЁ. МЫ МОГЛИ ОСТАНОВИТЬ ИХ. ОСТАНОВИТЬ ВСЕХ, А ОНА НАС ОТПРАВИЛА ПРОЧЬ.

Джонси опустился на четвереньки, возможно, его истинная форма было каким-то четвероногим существом. Для пары Эстер такая поза была признаком силы.

Анна слишком привыкла жить с монстрами и не отреагировала на крик Джонси. Духи, которые медленно приближались к ним, пока Анна и Джонси разговаривали, исчезли, испугавшись неприкрытой жестокости монстра.

Чарльз не пошевелился, хотя и чувствовал, как вибрации этого голоса исходят из-под земли у него под ногами. Джонси был слишком близко к Анне, и даже братец волк понимал, что не стоит еще больше нервировать фейри.

— Эстер отправила тебя домой? — тихо спросила Анна. — Это жестоко. Нам нужно пойти и помочь ей, верно? Ты должен рассказать нам всё остальное, чтобы мы могли это сделать.

И так же быстро, как появилось, чудовище исчезло из глаз Джонси.

Он кивнул и, неуклюже поднявшись на ноги, произнес, снова подражая голосу Эстер:

— Она сказала: «Иди домой, Джонси. Иди домой. Позвони Брану. Позвони ему и скажи, чтобы он пришёл сюда. А потом жди их, скрывшись за своим колдовством. Иди, Джонси».

Бран сказал Чарльзу, что Эстер может разговаривать со своей парой, когда принимает облик волка. Самым интересным для него было то, что она говорила не как одичавший волк, который убил кучу незваных гостей, вторгшихся на его территорию.

— Почему она не могла прийти с тобой? — спросила Анна, все же излучая спокойствие.

Чарльз научился с этим справляться. Её сила заставляла братца волка отдыхать, оставляя человеческую часть за главного. Иногда это было чудесно. Но когда он был в гуще сражения, это очень неудобно. Но теперь это уже не могло застать его врасплох. Он задумался, помогает ли она Джонси контролировать себя, и что бы случилось, если бы Чарльз пришёл сюда без своей пары.

Джонси потёр плечи, как будто ему было холодно, затем подошёл на шаг ближе к Анне и немного расслабился. Братцу волку не понравилось, что они стояли так близко.

— Она была в клетке, — сказал Джонси. — В клетке из железа и серебра. Она не могла разбить серебро, а я не мог разбить железо. Ловушка. Они меня не видели, — прошептал он. — Она отправила меня домой.

Джонси был фейри и могущественным, и если бы не хотел, чтобы кто-то его увидел, то мог оставаться незамеченным. И он смог бы остановить группу людей, которые заточили Эстер в клетку.

— Где она? — спросил Чарльз.

Джонси указал на дальнюю сторону долины.

— Там. На горе. Примерно в двух милях отсюда по прямой. — Он повернулся и печально посмотрел в лицо Чарльзу. — Она сказала, что я должен ждать здесь, потому что ни при каких обстоятельствах меня не должны схватить. — И добавил шепотом: — Я мог бы их уничтожить. Но для этого мне пришлось бы нарушить своё слово.

«Опасность», — снова повторил братец волк.

— Мы с ней заключили сделку с твоим отцом. Дом здесь в обмен на обещание никогда не использовать мою силу во вред.

Значит, Бран знал, кто такой Джонси. Чарльз собирался поговорить об этом с отцом.

Джонси опустил голову.

— Я не могу вам помочь. Я не могу вернуться туда с вами. Если они причинили ей вред, — он поднял глаза, и в них снова появилось чудовище, — я убью всех на своём пути, чтобы отомстить. Никто не спасётся от меня.

Отважная как всегда, Анна протянула руку и коснулась лица фейри.

— Она не умерла, — сказала она, хотя это был вопрос.

Джонси покачал головой.

— Я бы знал. И они не забрали её из нашего леса. Пока нет.

— Хорошо. Мы будем действовать от твоего имени. Если это в наших силах, мы вытащим её целой и невредимой. Если нет, мы заставим их пожалеть о том, что они здесь устроили.

Джонси резко кивнул, схватил Анну за руку и поднёс её к своим губам. Чарльз увидел его глаза и понял, что руку Анны целовал монстр, живший внутри Джонси. Ему с трудом удалось успокоить братца волка.

— Нам пора идти, — сказал он.

— Я подожду, — пообещал Джонси, кивнув. — Я не хочу её разочаровывать.

Он имел в виду Эстер. Чарльз понимал, что нельзя разочаровывать свою вторую половинку.

Чарльз превратился в волка. Грузовик не сможет проехать там, где нет дорог, а братец волк может бежать быстрее на четырех лапах. Было больно, но он перевоплощался так быстро, как только мог. Быстрее любого другого оборотня в мире он изогнулся и принял волчий облик.

Анна не была рождена оборотнем и менялась с той же скоростью, что и большинство оборотней. Но она могла бегать с нечеловеческой скоростью даже на двух ногах, так что ей не обязательно изменяться.

— Иди, я буду тормозить тебя, — предложила она ему. — Я пойду за тобой. Иди.

С тех пор как позвонил Джонси, прошло как минимум полтора часа. Чарльз не был уверен, что его преимущество в скорости сыграет роль, но попытаться стоило. Он вонзил когти в землю и помчался в лес.

Братец волк решил пойти по следу, который оставил Джонси, поскольку след вёл через подлесок, камни и другие препятствия в лесу по необычно прямой линии. Джонси шёл домой кратчайшим путём. И это означало, что это был самый короткий путь от дома до того места, куда забрали Эстер.

Братец волк был немного в шоке из-за рассеянности Чарльза.

Прямой путь вёл через два ручья, или, возможно, это был один и тот же ручей, который изгибался. Первый раз ручей был достаточно узким, чтобы его можно было перепрыгнуть, но второй раз его не получилось преодолеть одним прыжком.

Это немного замедлило Чарльза.

Чтобы наверстать упущенное время, он удвоил скорость и чуть не влетел прямо на небольшую поляну, где была Эстер и ее захватчики. Чарльзу удалось затормозить, но он поднял столько шума, что это привлекло внимание загнанного в клетку оборотня.

Клетка стояла как можно дальше от опушки леса. Она была сделана из толстых металлических пластин с небольшими отверстиями, закрытыми толстыми прутьями, для доступа воздуха. Это идеальная клетка для оборотня.

На всех стенках, которые видел Чарльз, имелись выпуклости, словно что-то внутри клетки сильно ударялось о них, пытаясь выбраться. Сквозь маленькое отверстие на него неодобрительно смотрели золотые глаза.

Как и Анна, Эстер в облике волка угольно-чёрного цвета, хотя глаза у Анны были льдисто-голубыми. Волчица Анны была гибкой и грациозной. Эстер же создана для войны, виднелась только часть её морды и глаза, остальное скрывалось за помятым металлом.

Но она и одним взглядом могла выразить своё холодное неодобрение, как библиотекарь смотрит на ребёнка, жующего жвачку. Давно никто не смотрел на него так, и он заслужил это за то, что поднял такой шум.

Братец волк не привлек внимание врага, но все равно чувствовал унижение. Раздражение Чарльза сменилось весельем и облегчением. Он боялся, что опоздал и люди, взявшие Эстер в плен, уедут на квадроциклах. Успех такой операции зависит от скорости. Если целью являлась Эстер, то они уже должны были быть в соседнем округе, а не торчать здесь в ожидании, пока появятся друзья Эстер и переведут эту битву на новый уровень.

Когда Чарльз осторожно отступил в тень зарослей, ветер немного изменил направление, и он почувствовал запах бензина. Он отошёл ещё немного в сторону и понял, почему люди не смогли уехать.

Квадроциклы застряли в деревьях, которые каким-то образом проросли прямо сквозь них. Один из квадроциклов висел в воздухе на высоте шести или семи футов.

Чарльз внимательней присмотрелся. Ветка ели проткнула бензобак одного из квадроциклов, из-за чего в воздухе резко запахло бензином. Обычно он старался как можно меньше соприкасаться с миром духов, потому что не хотел отвлекаться. Обычно они могли подтолкнуть его, а если поблизости было что-то плохое, братец волк мог это почувствовать.

Увидев неестественное поведение деревьев, Чарльз инстинктивно открыл свои чувства. Земля дрожала от радости, как собака, которая с волнением встречает своего хозяина. У Чарльза по спине побежали мурашки, и братец волк забыл о своём унижении и насторожился, хотя они оба знали, что тот, кто оживил землю и заставил деревья вырасти за считаные минуты, ждет их в хижине Эстер.

Джонси.

Потребовалось огромное количество магии, чтобы вырастить деревья с такой скоростью.

«Опасность», — раздраженно напомнил ему братец волк.

Как только он почувствовал возбуждённое нетерпение леса, то заметил кое-что другое. Под запахом бензина Чарльз почувствовал запах мяса, крови и начинающейся гнили. Здесь кто-то умер. Он закрыл дар своей матери, потому что тот слишком отвлекал.

Вместо этого положился только на себя и братца волка и ещё раз осмотрел поляну. Как они с Анной и предполагали, задействованы три квадроцикла, и на каждом было по человеку.

И это означало, что только двое мужчин в кожаной одежде, стоявшие неподалеку от клетки, были препятствием между Эстер и Чарльзом. Братец волк пригнулся и начал осторожно обходить поляну, намереваясь приблизиться к людям и застать их врасплох. Он всё ещё чувствовал унижение от упрёка Эстер, но хранил полное молчание.

— Тебе следует позвонить ещё раз, — сказал высокий мужчина.

Они говорили приглушённым шёпотом, как будто думали, что их кто-то может подслушать. Чарльз подумал о деревьях, растущих сквозь их квадроциклы, и братец волк улыбнулся. Это могло напугать кого угодно, не так ли? Застрять посреди дикой местности с кем-то, кто способен на такое, довольно страшно. Если бы Чарльз был на месте этих парней, то задумался, какие еще сюрпризы их ждут.

— Приближается вертолёт, — успокаивающим тоном ответил другой мужчина. — Но эта поляна недостаточно большая, а до запасной зоны высадки слишком далеко, мы не сможем тащить туда волка. На помощь идёт группа эвакуации.

— Я тоже всё это слышал, — отозвался здоровяк. Судя по его голосу, он был изрядно напуган. — Но босс будет в бешенстве из-за того, что у нас только одна особь, а не двое. Он хотел обоих. Эту и её фейри. Может, босс просто оставил нас здесь на растерзание марроку.

— Эдисон, просто успокойся, — сказал другой мужчина спокойным и властным тоном. — Мы поймали женщину, которую разыскивали. Мы не виноваты, что мужчина оказался сильнее, чем нам говорили. Сбор информации не входил в наши задачи. За это кто-то другой получит по голове.

Ветер сменил направление, и Чарльз почувствовал запах оборотней. Братец волк в ярости навострил уши.

Оборотни нападали на людей Брана на его территории.

Вдалеке Чарльз услышал характерный гул вертолёта. Он опоздал.

Если бы тут были только люди, он бы поступил с ними по-другому. Но для оборотней имелся только один ответ.

И всё же это было тяжело.

Чарльз и братец волк защищали покорных волков. В этом заключалась их цель в этой жизни, а здоровяк явно был покорным волком.

При любых других обстоятельствах он бы убил доминанта и дал бы шанс на спасение покорному волку. Покорный волк мог бы считать, что должен выполнять приказы. Но этот волк участвовал в набеге на территорию маррока. За это ему не было прощения.

С тактической точки зрения Чарльзу следовало сначала разобраться с более доминантным и опасным волком. Но братец волк был против. Они не могли спасти покорного волка, но могли убить его быстро, чтобы у него не было возможности испугаться.

Чарльз бесшумно подкрался к ним, используя магию стаи, магию своей матери и собственные навыки. Когда он спрыгнул с деревьев и приземлился на здоровяка, тот не успел даже дернуться, как клыки Чарльза прорвались сквозь сухожилие и вонзились в кость, которая треснула под давлением его челюстей.

Пока он убивал первого мужчину, второй поднял свой странный на вид пистолет и среагировал с волчьей быстротой. Чарльз учитывал возможность атаки второго оборотня, но рассчитывал на эффект неожиданности, чтобы разобраться с первым волком.

Но кто-то научил этого солдата быстро реагировать. Чарльз не рассчитывал на это, и из-за этого его могли убить.

Братец волк попытался отпрыгнуть в сторону, но как и Чарльз, понимал, что ни один оборотень на планете не был достаточно быстр, чтобы увернуться от пули. Им оставалось только надеяться, что это не серебряная пуля и что она не настолько большая, чтобы убить его.

Но эти люди пришли, чтобы охотиться на оборотней, захватить Эстер. Так что, скорее всего, они принесли с собой оружие, которое может справиться с оборотнями.

Боль была такой сильной, что от нее зазвенели кости, а затем наступила тишина.