Спустя несколько часов проснулась Зоя. Ребята поели, приготовили свои вещи и поставили у передних раздвижных дверей складной рыбацкий стул.

— Ты как? — спросила Лера подругу.

— Несколько разочарована в своём таланте психолога. На обучение что ли пойти, — в ответ пожала плечами та.

— Если бы я только знала, что так всё может закончиться, никогда не попросила бы тебя об этом, — извиняющимся тоном проговорила Лера.

— Зато мы все живы, и у нас снова есть план! Это же прекрасно, — улыбнулась Зоя.

Тем временем Николай величественно устроился на стуле. Он постарался выглядеть подобающе: сменил тапочки на туфли, надел новый красный пиджак и даже аккуратно причесался:

— Вдруг после смерти все ходят в том, что в последний день надели, — пояснил он, поймав на себе вопросительные взгляды ребят. — Я хочу выглядеть хорошо!

— Смотрю, вы тоже в нас поверили, — поддержал Миша.

— Ничего не исключаю, — ответил с улыбкой мужчина. — Я сразу сказал, что вы необычные пассажиры. Ну, не будем тянуть с нашими экспериментами! — он многозначительно тряхнул головой.

Ребята крепко привязали Николая. Лера перелила остатки воды в кружку и дала ему выпить. Проглотив воду, он выжидательно посмотрел на ребят:

— Что дальше?

В ответ последовало молчание… Глядя на их изумлённые лица, Николай заёрзал на стуле и снова настойчиво спросил:

— Что? Что-то не так? Ничего не вышло?

— Когда мы обливали «чудиков» водой, они становились как бы нормальными, а сейчас… наоборот, — выдавила Лера.

Ребята наблюдали, как в голове мужчины появляется огромная дыра, будто он только что выстрелил себе в висок.

— А что вы хотели? — визгливо крикнул Николай и дёрнулся на стуле. — Сами на материалах сэкономили, а на меня повесили! Я им говорил, что через болото кидать брёвна — это идиотская затея, а им металла жалко стало! Не спорю, я был в доле. Но почему я один должен отвечать за это? Я бы всех их сдал! Всех!

…И разве у меня был выбор? Они велели: «Выбирай: или мы сейчас в эту грязь всю твою семью закопаем вместе с тобой и скажем, что вы ударились в бега, или ты мирно пускаешь себе пулю в висок. Тогда народу объявим, что ты, как настоящий офицер, не вынес причастности к такой катастрофе и добровольно решил уйти из жизни»…

Нашли козла отпущения! Думали, что можно просто так на меня свои делишки повесить? Как бы не так!

— Вот так! В сухом остатке мы имеем самоубийцу, который затягивает сюда убийц, чтобы их убивали другие самоубийцы… Концепт логичный, если не придираться к мелочам, — задумчиво произнёс Миша.

— Лер, ты сможешь сделать то же самое, что с тёткой? — спросил Лёша.

— Могу, но понятия не имею, что будет с нами. Электричка может и исчезнуть, но выйдем ли мы из Лимба…

— Вы же понимаете, что вы герой?! — обратилась Зоя к Николаю, тот удивлённо заморгал и будто сглотнул комок в горле.

Повисла тишина, и стало слышно, как под мерное звучание колёс капает кровь из раны.

— Послушайте, вы, конечно, участвовали в преступной схеме, которая унесла десятки жизней… Это факт, но вы полностью искупили вину, когда пожертвовали своей жизнью ради других и ради справедливости. Те, кому хотите отомстить, они уже не здесь, а там, — Зоя указала пальцем вверх.

Лера заметила, что липкий ужас вокруг Николая пошёл трещинами. Вот оно что! Самоубийцы сами могут сделать выбор: остаться и мстить или двигаться дальше. Сейчас нужно чуть-чуть помочь…

Пока Зоя уговаривала Николая, Лера потянулась к нему и сняла немного липкого ужаса, отправив его за окно, на далёкий погост. Ещё немножко…

— Вы должны остановить электричку и выпустить всех её обитателей, — услышала Лера слова Зои.

— Какой в этом смысл? Они же все мертвы, — пожал плечами Николай.

— Вы заключили всех этих людей в тюрьму своей обиды. Они должны вернуться на свои погосты, — убеждала Зоя, — тогда у них будет возможность осознать всё и пойти дальше. Убивая здесь пассажиров снова и снова, они больше ничего не смогут… Ту электричку вы не спасли. Спасите эту! Если там, сверху, есть кто-то, то он дал вам второй шанс, за то что вы пожертвовали собой. У ваших убийц такого шанса явно не будет. Остановите электричку!

Николай опустил голову и тяжело вздохнул. Он будто говорил сам с собой и никак не мог сделать свой выбор… Его рана начала зарубцовываться.

Лера подумала, что его надо как-то подтолкнуть к нужному решению. Вздохнув, она начала чертить в воздухе дверь.

— Нет, нет, нет! Стой, — Лёша понял, что она задумала, — там сейчас эта адская сколопендра выползет! Не делай этого!

— Она выползла, потому что я пыталась открыть дверь из нашего мира в тот. А Лимб и создан для того, чтобы открывать двери, — быстро проговорила Лера, сосредоточившись на контуре дверного проёма.

Наконец, работа была завершена: девушка приоткрыла дверь, выдохнула и распахнула её полностью.

Сквозь дверной проём ребята увидели разлапистые ели и поросшую мхом маленькую избушку. Вечерние сумерки пахнули на них прохладой и сыростью старого леса. В окошке, сквозь тюлевые занавески, в мягком жёлтом свете лампадки угадывался силуэт женщины. Подойдя к окошку, фигура замерла, но почти тут же бросилась прочь, чтобы спустя мгновение распахнуть дверь…

Невысокая полненькая женщина в длинном старомодном платье и в косынке застыла на пороге:

— Николаша! Я знала! Знала, что ты придёшь!

Не обращая внимания на ребят, она подбежала к самому дверному проёму и низким от волнения голосом, будто на одном дыхании проговорила:

— Мне сказали, что если очень сильно ждать, то рано или поздно ты придёшь. Я ждала! Каждый вечер свечу на подоконник ставила. И вот он ты! Смотри, наш дом! Всё, как мы мечтали: вырастим детей и в глубинку, на покой. Это сыночки помогли построить, они ко мне приезжают, навещают. Ну, что же ты не идёшь? Почему молчишь?

— Тася? Это ты, Тася? — разлепил пересохшие губы Николай. — Столько лет прошло, не думал, что увижу тебя снова, — он попытался встать, но верёвки ему не дали. Миша торопливо стал их развязывать.

Когда Николай освободился, он встал и подбежал к проёму. Стоило ему коснуться протянутой Тасиной руки, как… электричка резко затормозила, и ребята не удержались на ногах. Зое повезло больше остальных: она сидела на кровати.

— Нельзя же так резко тормозить! Предупреждать надо! — пробурчал Миша, потирая ушибленное плечо.

Дверь и Николай исчезли, будто их и не было…

— Всё? Это всё? — с надеждой в голосе спросила Зоя.

— Пожалуй, всё. Тот, кто создал электричку, ушёл из этого мира, — утвердительно кивнула Лера.

— Конечная станция, просьба всем покинуть вагоны, — пошутил Лёша, выглядывая в окно — там виднелась знакомая им платформа.

Ребята поспешно взяли свои рюкзаки и вышли в тамбур. Лера, которая шла первой, едва не толкнула в спину парня в наушниках. Он как раз собирался выходить:

— Да, сейчас моя станция, я уже иду, — говорил он кому-то в трубку.

— Стойте! — Лера раскинула в стороны руки, не давая ребятам пройти. Она увидела, что там, за дверью электрички, незнакомая ей худенькая брюнетка приветливо махала парню в наушниках.

— Это не наш выход! Двери открылись по ту сторону, в мир мёртвых. Если мы туда шагнём, то умрём уже в нашем мире, — объяснила она, вспоминая, как сама чуть не вышла к Максу.

Зоя подошла к краю тамбура и взглянула на платформу. Из всех дверей выходили люди: девушка в короткой лаковой юбке, полная женщина в халате в цветочек, выползал седой мужчина без ног… Мелькали встречающие. Цветной калейдоскоп ярких одежд и букетов, радостных слёз и жарких объятий. Сотни людей покидали электричку.

— И что нам теперь делать? — не понимающе спросила она.

— Нам нужна дверь в наш мир, — пояснила Лера, вспоминая своё приключение.

— Или окно, — протянул Лёша, — помните, как мы видели наш мир из окна?

Ребята переглянулись и бросились в свой вагон.

— «Только бы он был прав», — стучало в голове у Леры. — «Главное успеть, пока не вышел последний пассажир».

Вот и оно. Затаив дыхание, они прильнули к окну. Там, за ним, дети ездили на велосипедах, а в небо поднимался дым от печных труб.

— Вот выход! Давайте! — бодро командовал Лёша. Он протолкнул сквозь узкое окно рюкзаки и ловко вылез следом. Помог выбраться Мише, затем Зое. Лера сначала просунула в окно ноги, чтобы не упасть, но почувствовала, как сильные Лёшины руки подхватывают её. Оказавшись за окном, она вдохнула полной грудью воздух и провалилась во тьму…

* * *

Лера первой открыла глаза и удивилась, увидев над собой потолок Лёшиной машины. Он сам сидел рядом. Девушка повернулась: вот и Миша с Зоей сидят на заднем сиденье. Точно так же все они сидели, когда машина «закипела».

Лёша застонал и открыл глаза:

— Мы что…?

— Именно так, в машине, — кивнула Лера.

Следом за ним пришли в себя ребята.

— Я ничего не понял! То есть мы не выходили отсюда? — заморгал Миша, глядя по сторонам.

— Так же было тогда, когда Донка отправила нас в Лимб, — ответила Лера.

— Странно! Как мы туда попали? Её же здесь нет! — тряхнула головой Зоя.

— Вспомните-ка всё, что было до того, как машина «закипела», — попросила Лера.

— Я, помню, держал в руках бутылку с водой и откручивал крышку. Не помню только, пил или нет, — Миша помахал бутылкой с красной крышечкой.

— А я был за рулём, ничего другого, — пожал плечами Лёша.

— Я вытряхнула рюкзак на сиденье, потому что не могла найти крем, хотя точно помню, что брала его с собой, — вспоминала Зоя. — Из бокового кармана выпал мешочек, я его открыла… кстати, вот он!

Она протянула вперёд руку с красным бархатным мешочком на ладони.

— Всем из машины! — скомандовала Лера. Задержав дыхание, дёрнула ручку двери и выскочила наружу.

Ребята ничего не поняли, но, почувствовав опасность или на всякий случай, выскочили тоже.

— Ты чего? — спросил Миша, когда они оказались на улице.

Лера натянула ворот футболки на нос и отошла от ребят на безопасное расстояние. Проверила, в сторону ли от них дует ветер, и осторожно высыпала немного содержимого мешочка на землю: красные крупицы поблёскивали на солнце…

— Это та же дрянь, которую Донка кинула в нас у Чипа дома! — Лёша вдруг узнал порошок.

— Я открыла его, и мы все вдохнули, — поняла Зоя и закрыла лицо руками, — вот я идиотка!

— Всё позади, не вини себя, — потрепал её по плечу Миша.

— Но я одного не понимаю, как он оказался у Зои в рюкзаке?! — Лера качала головой. — Вспоминайте!

Ребята переглянулись и Миша медленно выговорил:

— Перед тем как выехать на рыбалку, мы встретились у Лёшиного подъезда. Рюкзаки стояли на земле, а рядом крутился какой-то чернявый пацан. Мы думали, что он чего-нибудь утащить хочет. А оно вон как оказалось…

— Хорошо, что ты его нашла, когда вы ко мне приехали, — Лера закрыла глаза и от напряжения закусила губу… Она вдруг поняла страшный план Донки. Если б Леры не оказалось рядом, у ребят не было бы шансов выбраться.

— Но почему электричка? При чём тут дальнобойщик, который нас подвозил? Он что, тоже нам приглючился? — не понял Лёша.

— Видимо, мы просто оказались слишком близко от электрички, — развела руками Лера, — вот она нас и притянула!

— Ну, а в машину-то можно уже? — спросил Лёша.

Лера кивнула, он сел и попробовал завести. Работает!

— Давайте уедем отсюда, доберёмся до дома и там решим, что делать. Мне до сих пор не по себе тут, — передёрнул плечами Миша.

— Хорошая идея, — согласилась Лера, — вести машину сможешь? — спросила она у Лёши. Тот уверенно кивнул.

Девушка отошла немного дальше от дороги, раскопала небольшую ямку и схоронила туда мешочек. Стряхнула с ладоней землю:

— Всё, можно ехать!

Впереди снова простиралась дорога домой. Лера очень надеялась, что на этот раз приключения закончились.

На повороте на деревню Кукуевка ребята притормозили, увидев издалека знакомую фуру. Кабина машины была раскурочена. Скорее всего, у водителя не было шансов…

— А она здесь не один день стоит, — заключил Миша тоном эксперта.

— Очень жаль, — опустила голову Зоя.

— Надеюсь, теперь этот поворот не будет таким опасным, — Лера перевела взгляд в сторону.

Дальше ребята ехали молча. Говорить не хотелось. Каждый думал о своём. Грустно, когда земной путь заканчивается, но хорошо знать, что это не конец, а начало чего-то нового. И однажды, где-то там, за чертой, близкие всё равно встретятся и будут вместе.