Дорога обратно заняла больше времени. Солнце жарко светило с небосвода, и двигаться быстро не хотелось. Когда, наконец, они дошли до ворот, Лера увидела Лёшу, сидящего на ступеньках сторожки. Сердце заколотилось. Лера живо представила, как она сейчас выглядит: грязная, с веником в руке и зеркалом под мышкой… Хороша же встреча! Но тут же одёрнула себя: он вообще-то женат, так что, какая разница. Но почему же так дрожат руки?

Лёша, увидев девушек, вскочил на ноги и побежал навстречу. Сегодня он был в шортах и в майке — крепкий, сильный.

— А я и не разглядела, что он качок, — прошептала Зоя Лере на ухо.

— Я тоже, — тихонько ответила девушка. Мышцы юноши перекатывались под тонкой майкой. Он явно был на «ты» со спортом. Вчера, в тренировочных штанах и свободной футболке, он казался плотным, а сейчас стало ясно — это чистые мышцы.

— Мне нужна твоя помощь, — быстро проговорил Лёша, но осёкся, заметив внешний вид Леры, — что случилось?

— Просто трупы закапывали, — с серьёзным лицом ответила девушка.

— Она шутит, шутит, — быстро проговорила Зоя. Хотела добавить ещё что-то, но не смогла придумать.

— Знаешь, ты самая загадочная девушка, которую я когда-либо видел, — пробормотал смущённо юноша, и Лера густо залилась краской.

— Как ты меня нашёл? — вместо ответа спросила она.

— Я позвонил по номеру, который ты оставила. Женщина сказала, что ты у Зои. Затем я поднялся в квартиру выше и расспросил про вас. Сестра тёти Лены, которая сейчас сидит с дедом, сказала, что Зоя — это девушка Миши, а он работает на кладбище. Вот я и решил приехать сюда, чтобы спросить, где тебя искать, — выдохнул юноша.

— Зоя, это я, — помахала девушка. Лёша кивнул.

Лера заметила, что руки у парня дрожат, лицо бледное, в глазах беспокойство. Он чем-то был очень взволнован. От вчерашнего самоуверенного юноши не осталось и следа. Девушке стало его жалко:

— В чём тебе нужна помощь?

— Лиса в больнице! Сегодня ночью что-то произошло — она без сознания, — объяснил он причину своего появления.

— Я не медик, — пожала она плечами.

Его жене помогать совсем не хотелось, но девушка всё же устыдилась своей реакции. Почему она так резко на него реагирует?! Неужели Зоя права, и Лера влюбилась в парня, которого видит второй раз в жизни, да ещё и женатого…

— С чего ты вообще взял, что я могу помочь? — спросила она мягче, пытаясь прогнать ненужные мысли.

— Потому что знаю, она не болеет. Это связано с…, - он замялся, — с тем, о чём мы вчера говорили.

— И никак не объясняет то, что я могу помочь, — продолжила Лера и снова пожала плечами.

— Да я знаю — можешь! — закричал он и сжал кулаки. Вены на шее вздулись, а лицо покраснело. Девушка испугалась и сделала шаг назад. Она заметила, что на кулаках парня много шрамов. Лёша понял, что перегнул палку. С шумом выдохнул и развернулся. Девушка невольно обратила внимание на его мускулистую спину.

— Лера, поедем, съездим к ней, — робко попросила Зоя, — вдруг узнаем что-то новое.

— Я не знаю. Скорее всего, она просто в липком ужасе, — Лера была растеряна.

— Что это значит? Почему не можете сказать мне, что происходит? Я же вижу, что вы что-то знаете! Чтобы спасти сестру, потащу тебя силой, если потребуется, — ухватился Лёша за слова Зои.

— Сестру? Вчера ты говорил про жену! — не выдержала Лера.

Лёша часто заморгал, потёр виски и нахмурил лоб:

— Жену? Какую жену? Я говорил про Женю! Мою сестру зовут Женя. А друзья зовут Лисой. Она моя старшая сестра.

Лера готова была провалиться сквозь землю от стыда: не так всё поняла, не расслышала, да ещё и грубила человеку, которого видела второй раз в жизни! Она опустила глаза и замолчала.

— Я не привык просить, но сейчас я знаю, что только ты сможешь помочь, — Лёша старался говорить мягче и с мольбой смотрел на Леру. — Ты вчера говорила, что уже сталкивалась с таким. Я не знаю, к кому ещё мне можно пойти за помощью… Девушка поняла, что не может отказать. Соглашаясь, кивнула.

— Я с вами! — заявила Зоя.

— Мне надо взять это с собой, — Лера помахала грязным веником.

Втроём они направились к машине Лёши, стоявшей неподалёку. Он пикнул брелоком и спросил, с сомнением глядя на веник:

— Он может поехать в багажнике или это какая-то реликвия?

— Это реликвия, которая может поехать в багажнике! — шутливо ответила Лера.

* * *

Лёша крепко сжимал руль, а Лера разглядывала его профиль: сжатые губы и нахмуренные брови… Парень нервничал. Не мудрено: он совершенно не понимал смысла происходящего, и это настораживало и угнетало его.

— Расскажешь, что именно произошло? — спросила Лера, водя пальцем по ободу зеркала, лежащего на коленях. Зоя подалась вперёд с заднего сидения и тоже приготовилась внимательно слушать.

Лёша подобрался в плечах и начал рассказывать:

— Вчера весь остаток дня разбирались с потопом. Приехала аварийка, переварила кусок трубы. Воду запустили — всё было нормально. Поздно вечером Лиса пошла к Чипу: что-то там ей надо было выяснить. Вернулась, легли спать, а под утро ей стало плохо. Сначала подумал, что снится страшный сон. Попробовал разбудить, но она не просыпалась, только бормотала что-то бессвязное. Я испугался и вызвал скорую. Они долго не хотели ехать, думали, что я говорю глупости. Потом всё же приехали, тоже пытались разбудить её, но так и не смогли. Забрали. Сейчас она в реанимации.

— Лер, в реанимацию нам никак не попасть. Что делать будем? — Зоя встревоженно посмотрела на подругу.

— Пока не понимаю, — протянула Лера. — Лёш, расскажи про все три квартиры, которые залило. Что ты про них знаешь?

— Чип купил свою меньше года назад. Раньше они с мамой жили в доме напротив. Чип не вылезал из компьютерных клубов. Мы всегда смеялись над ним и называли чудиком, а он потом — «хоп» — и куш сорвал! Взломал правительственную базу данных. Думали, посадят, а ему работу дали. Платят хорошо. Он за несколько лет накопил на первый взнос по ипотеке. До него в этой квартире жила семья. Несколько лет назад отец погиб в аварии, а мать от горя спилась. Мы так и не поняли, куда она пропала. Говорили, «квартиру на бутылку поменяла». Новые хозяева и полгода не прожили — на продажу выставили. Дёшево, типа ремонта нет. Как было, так и отдали со всей мебелью. Чип так радовался, что квартиру урвал за полцены.

— У первых хозяев дети были? — вопрос, очевидно, стал неожиданным для Лёши.

— Ты хочешь сказать, что та девочка…? — в Лёшином голосе появилась хрипотца.

— Пока ничего не хочу сказать, но ничего не исключаю, — строго ответила Лера.

— Честно говоря, я не помню, были ли дети. Тогда у нас в квартире бабушка наша жила. Мы в гости к ней ходили, но соседями не интересовались. Её не стало четыре года назад. Лиса совсем недавно решила переехать и попросила пожить с ней первый месяц, пока сама освоится.

— А у твоей бабушки много детей было? — продолжала Лера.

— Только моя мама. А у мамы нас двое. Никаких внезапных исчезновений детей в нашей семье не было, — казалось, этот вопрос его удивил.

— А с квартирой на втором этаже что?

— Там дед живёт, ровесник моей бабушки. Им от завода квартиры раздавали. Получилось, что сейчас полдома старичков. У него две дочери. Тётя Лена там почти постоянно — за отцом ухаживает. Тяжело ей туда-сюда мотаться. Насколько знаю, детей у неё нет. Сестра её живёт в другом городе и приезжает редко. Дед слёг пару лет назад. Шальной был дядька: пьянствовал, дебоширил, дрался. Как напьётся, так давай устраивать «концерты». Моя бабушка вечно на него жаловалась. Говорят, возили его кодироваться от пьянки. Он приехал оттуда, стопку выпил и слёг — инсульт.

— Скорее всего, девочка из квартиры Чипа, — заключила Зоя.

Лёша помолчал, потом попросил Леру:

— Теперь твоя очередь рассказывать, что ты знаешь.

Девушка коснулась рукой лба, чуть прикрыла глаза:

— У вас дома… неупокоенная душа. Она сама не понимает, что творит. Ей страшно, она снова и снова переживает свою смерть. Это называется липкий ужас — он как смола. Если его коснёшься, он к тебе прилипнет. Тогда начнёшь видеть то, что переживает этот призрак, ещё и больше. А уж если в конец поверишь в то, что видишь, то не сможешь очнуться.

Мне пока непонятно, что именно произошло. Обычно липкий ужас появляется после самоубийства. Наложивших на себя руки людей хоронят за оградой. А эта девочка сбежала с погоста, значит, не убивала себя. Надо узнать, кто она и что с ней случилось.

Лёша побарабанил пальцами по рулю и глубоко вздохнул:

— Очень тяжело поверить. Звучит как страшилка для детей. Но Лиса в больнице, а это уже факт. Ладно, допустим, всё правда. Получается, сестра не может очнуться, потому что она в этом липком ужасе? Значит, это происходит в её голове и ничем не угрожает?

— Угрожает. Если мозг поверит, что её убили, она умрёт, — Лера произносила слова отрывисто и чётко.

— Ты же поможешь ей проснуться? — в его голосе звучала надежда.

— Я не знаю, — честно призналась девушка.

* * *

В больнице стояла тишина. Ребята прошмыгнули на этаж, где находилась реанимация, и остановились возле железной двери. Она была заперта.

— Как мы туда попадём? Есть предложения? — Лера взглянула на Лёшу.

— Если надо, я выломаю эту дверь! — нахмурился парень и сжал кулаки.

«Всё-то у него силой решается», — мелькнуло у Леры.

— Может, попробуем более дипломатично? — предложила Зоя и нажала на дверной звонок.

— Чё надо? — после десяти минут ожидания и трёх настойчивых звонков дверь открыла полная женщина в белом халате.

— Нам надо увидеть пациентку, её утром доставили в реанимацию, — ответила Зоя.

— Посещение запрещено, — коротко бросила женщина и собиралась закрыть дверь.

— Вы не понимаете, нам очень надо! У пациентки психические проблемы — панические атаки. Мы привезли психолога, она уже не раз её вытаскивала, — затараторила Зоя, кивнув на Леру. Та округлила глаза, но возражать не стала.

— Сейчас врача позову, с ним говорите, — недовольно ответила женщина и захлопнула дверь.

— С ума сошла, какой ещё психолог? — зашипела Лера, как только шаги за дверью стихли.

— Сама посуди: всех нас точно не пустят. Если и разрешат, то только кому-то одному… Я всё равно ничего не увижу, а вслепую толком и ничего не сделаю. Значит, либо ты, либо никто, — развела руками Зоя.

— А врачу что я скажу? Я вообще ничего не смыслю в психологии, — волновалась Лера, но чувствовала, что Зоя права.

— Ври! У нас половина психологов в этой науке ничего не понимает, — шёпотом произнесла Зоя, потому что замок в двери щёлкнул. На пороге показался врач. Он устало тёр глаза. Было заметно, что его только-только разбудили.

— Чего вы хотели? — спросил он, оглядывая ребят.

— Мою сестру сегодня утром доставили сюда. Я привёз её психолога. Пустите её, пожалуйста, — вступил в разговор Лёша.

— Она без сознания, какой ещё психолог? Чего придумываете? — удивился врач.

— Я смогу привести её в сознание, — осмелела Лера, — работаю с ней второй год, и это не первый приступ, который мне удаётся купировать. У неё редкая форма панической атаки.

— Ничего не понимаю, какая ещё паническая атака? Что за ерунда? — врач ещё не до конца проснулся и не мог понять, как ему реагировать на эту странную компанию.

Он недоверчиво оглядел Леру: выглядела она так, будто только что копалась в огороде.

Не дав доктору ни минуты на раздумывание, девушка пошла в наступление:

— Послушайте! Вы с утра не можете привести её в сознание. Я же собираюсь сделать это за несколько минут. Зачем вам безрезультатно возиться с пациентом, если есть возможность поставить его на ноги иным способом? Если не получится, вы ничего не теряете, а получится — меньше хлопот. Просто проводите меня и дайте несколько минут.

Врач сначала опешил, потом даже развеселился:

— Ха! Ну, давай, психолог, покажи класс! Хочу посмотреть на эту твою магию! Подумать только — за пару минут!

У Леры затряслись ноги, а внутри всё похолодело: А если ничего не получится? Во что она вляпалась? Кто тянул за язык? Она обернулась на ребят и поймала восхищённый взгляд Лёши. Это придало ей уверенности. Выпрямив спину, она двинулась вслед за доктором.

— Халат накинь, психолог, — врач кивнул на вешалку у двери.

Палата Лисы находилась напротив сестринского поста. За столом сидела открывавшая им дверь женщина и неспешно что-то писала в журнале. На врача и Леру не обратила никакого внимания.

Доктор остановился у дверей палаты, скрестил руки на груди и кивком разрешил Лере пройти.

Рыжая девушка была привязана к кровати, лежала неподвижно в окружении капельниц. Лоб её хмурился; она шевелила губами, будто разговаривая с кем-то. Глаза под закрытыми веками двигались. Лера осмотрелась и удивилась количеству липкого ужаса. Девушка была обёрнута им, словно мумия! Как же всё убрать? А если взять всё себе, что произойдёт? Зоя вроде в порядке, на Мише было немного, а здесь…

Во рту у Леры пересохло, решимость её уменьшалась, но она знала твёрдо: назад дороги нет — надо пробовать. Стоять долго в молчании нельзя — это будет выглядеть подозрительно. И Лера принялась изображать психолога:

— Женя, услышь меня. Ты должна идти на голос. Сейчас мы найдём дорогу домой. Знаю, что тебе страшно. Я смогу защитить и проводить туда, где безопасно…

А сама в это время протянула руку и представила, как липкий ужас притягивается к ней. Пару секунд ничего не происходило. Затем плотный чёрный кокон вокруг Лисы пошёл трещинами и поплыл в сторону Лериных пальцев: «Почти то же самое, что отдавать Силу в воду, только наоборот», — подумала девушка.

Лёгкое покалывание в руке. Затем выше. Руки стали каменными и тяжёлыми, но она упорно тянула липкую чёрную массу. Переплетаясь с её Силой, та становилась густой и приобретала фиолетовой цвет. Чёрные капли жгли. По венам будто тёк расплавленный огонь. Когда последние капли тумана перешли в Лерины пальцы, Женя застонала и открыла глаза.

Лера приблизилась к ней раньше врача, жестом показав, чтобы он оставался на месте. Он выполнил команду «психолога», пожалуй, решил, что это часть терапии.

— Смотри на меня внимательно. Помнишь меня?

— Да, — хрипло ответила Лиса, разлепив запёкшиеся губы.

— Ничего никому не говори о том, что видела, — медленно проговорила Лера на ухо девушке, — иначе тебя отправят в психушку. Я всё объясню, когда выйдем. За дверью ждёт брат.

Девушка кивнула, хотя глаза её были полны ужаса.

— Не волнуйся, её здесь нет, — тихо ответила Лера на немой Женин вопрос.

— Доктор, я справилась со своей задачей, — обратилась она к врачу.

Вдруг возникло ощущение тошноты и высокой температуры. Казалось, в помещении стало невыносимо жарко. Немедленно на улицу.

Теперь доктор смотрел на неё с восхищением:

— За всю свою практику ни разу не приходилось видеть такое! Невероятно! Это какие-то новые разработки, да? У кого вы учились? Где?

— Сложно объяснить, — многозначительно заметила новоиспечённый «психолог», — часть разработок секретна. Вы же понимаете, что я не просто так рядом с этой девушкой? — Лера продолжала играть свою роль. И теперь ей нужно было добавить значительности к своему новому образу:

— Сейчас, пациентка попросит выписать её под свою ответственность, и мы её заберём, согласны?

Нужно было выйти отсюда как можно быстрее!

Врач энергично закивал и обратился к сестре на посту:

— Лен Санна, подготовьте для пациентки отказ от госпитализации.

Та, нисколько не торопясь и не выражая никаких эмоций, полезла в ящик искать нужную бумагу.

А Лера негодовала: «Есть же категория людей, которую ничем не проймёшь. Хоть бомба рядом взорвётся, лишь бы пыль в чай не попала!»