Никогда не любил лгать.

На мой взгляд люди вообще не склонны ко лжи — врать нас вынуждают обстоятельства. С самого рождения мы совершенно чётко и прямолинейно передаём свои эмоции: плачем, криком — любыми способами, какими только умеем. Совершенно не задумываясь о том, чтобы как-то искажать то, что у нас на уме.

Но затем жизнь берёт своё. Мы взрослеем, становимся осознанней. Понимаем, что многих житейских неприятностей можно легко избежать, если немного приврать или приукрасить. Некоторым вещам мы учимся у взрослых, хотя до большинства и сами прекрасно доходим.

Мы лжём — потому что так надо. Это естественный механизм защиты. И без него порою просто не выжить.

Но как мне кажется, большинство людей совсем не в восторге, когда им приходится врать. Любая ложь создаёт на душе какой-то странный груз. Ощущение неправильности. Неестественности. Подозрение, что если ты солгал — то так же легко могут солгать и тебе.

Это неприятно…

Конечно, есть и патологические вруны. Они коверкают правду часто не потому, что так надо, — а просто потому, что не представляют, как может быть иначе. Это уже болезнь. Причём достаточно скверная.

Я же изначально говорил о здоровых людях. И вот они, на мой взгляд, совершенно не любят лгать. Во всяком случае я точно не люблю.

Но иногда приходится…

Помню как несколько раз притворялся больным, чтобы не ходить на учёбу. Помню, как в седьмом классе говорил Анюте Бейкоф, какая она красивая — ведь все девушки хотят слышать это. Хотя она и в самом деле была очень красива, так что это не совсем ложь — просто своими словами я надеялся добиться её расположения.

Помню, как убеждал мисс Анджей, что плохие сны уже кончились, — только потому, что очень не хотел снова посещать её учреждение. Больницы всегда на меня наводили страх. Особенно те, где за бетонными стенами кричат люди…

Может, с тех пор я и стал так сильно бояться зомби? С их неестественностью и утробным рычанием. Хотя сейчас речь не о том.

Мне, как и всем, порою приходится врать. Я озвучил лишь несколько, но есть и другие примеры. Все эти случаи накрепко засели в моём мозгу, потому что для меня ложь — это что-то неправильное. Нечто, выходящее за рамки привычной картины мира.

Клара называет это очередным моим чудачеством. Может, в чём-то она и права…

Но можно ли назвать ложью правду, недосказанную до конца? Ведь так, даже вводя других в заблуждение, ты не говоришь ничего, что хоть немного выходило бы за рамки истины…

Думаю, уже очень скоро мне предстоит это выяснить.

Ведь если Кейт станет известно, что на самом деле произошло с Хюндом… что это я его убил… Думаю, в таком случае я и сам проживу не слишком долго.

— А?

Завидев её требовательный взгляд, я с запозданием прокрутил в голове только что заданный мне вопрос. Ответ сформировался на удивление легко.

— Меня схватили полицейские — но я вырвался, — признался я, — Рассчитывал встретить вас здесь. Ну, собственно, и…

— Понятно. А где Хюнд?

Ну вот… глупо было надеяться избежать этого разговора.

— Он… Его нет, — я опустил взгляд.

— Убит? — она задумчиво кивнула, — Не удивительно. Этот бы ни за что не сдался без боя. Глупец… — Кейт наклонила голову, задумчиво глядя на меня, — Ты здесь один?

Ещё один каверзный вопрос. И что мне ответить? Хотел бы мой союзник показаться им на глаза, не стал бы пропускать меня вперёд. Но с другой стороны, что им мешает проверить кабинку? Быть уличённым во лжи — не лучшая перспектива, особенно когда в твою сторону смотрят несколько автоматов.

— Я…

— Кхе-кхе.

Моё замешательство прервал звонкий кашель, донёсшийся из лифта. Не простудный, а сыгранный явно напоказ. Союзник определённо хотел, чтобы его заметили.

Стволы разом развернулись в сторону открытых дверей. А Кейт быстро отступила с возможной линии обстрела. Будто намеренно заслонившись мной.

— Кто там с тобой?

И тут меня осенило. Я наконец понял, чего на самом деле добивается мой союзник.

Что сделают бойцы Кейт, завидь они улыбашку? Тут принцип простой: сначала стреляй, потом спрашивай. А лысый явно очень хотел пообщаться с лидером Парадигмы. Вот и отправил меня вперёд, рассчитывая, что в случае необходимости я смогу их урезонить.

Смогу ли?

— Это друг, — попытался я — но девушка тут же меня прервала.

— Если друг, то пускай выходит. Чего прятаться?

— Я выйду, — послышался совершенно спокойный голос. Я не заметил в нём и тени испуга, — Только хотелось бы убедиться, что мы сначала поговорим. Прежде чем ты захочешь меня убить.

— А у меня есть для этого повод?

— О, поверь, ты захочешь.

Кейт задумчиво почесала подбородок.

— Что ж, ладно, — она обвела взглядом своих бойцов, — Парни, отступите на шаг и опустите оружие. Но будьте настороже.

Все беспрекословно подчинились.

Только сейчас я заметил, что среди них был Дерек. А ещё — один из тех, чьи фото мне показывали в допросной. Всего пятеро. Нет, шестеро — если считать с Кейт. Не так уж много для опытного убийцы…

Я невольно сглотнул. Надеюсь, я не ошибся — и мой недавний союзник не решит положить нас всех разом. Ведь я понятия не имел, какие цели он преследует…

Как бы то ни было, времени на раздумья у меня уже не осталось.

— Всё, можешь выходить, — позвала Кейт, — Обещаю, что возможность высказаться у тебя будет.

— Ладно, — подтвердил голос — и в дверях возник уже знакомый мне улыбашка. Он выглянул медленно. Слегка приподняв безоружные руки.

Замешательство бойцов продлилось не дольше секунды — а после они снова ощетинились пушками, готовясь вот-вот спустить курки.

— Стойте! — я выступил вперёд, заслонив своего спасителя, — Он не враг!

Грозные лица людей Парадигмы красноречиво давали понять, что они считают иначе. И возможность получить два трупа вместо одного для них совсем не аргумент.

— Улыбашка, который не враг? Чуднó, - протянула Кейт и скучающе потянулась, — Ладно, парни, успокойтесь уже. Видно же, что они оба поехавшие. Интересно послушать.

Бойцы переглянулись. Пусть и нехотя, но оружие они опустили.

Девушка уставилась на улыбашку, легонько подвинув меня в сторону.

— Ну, говори, — бросила она, — Но учти, что затягивать не стоит. По нашу душу явятся с минуты на минуту.

— Знаю, — мой союзник уверенно кивнул, — И потому постараюсь коротко.

Его речь звучала настолько серьёзно, что даже привычная улыбка почти исчезла с лица. И смотрел он на Кейт как-то уж очень странно. С тоской настолько глубокой, что её не способно было скрыть напускное пренебрежение.

Неужели за этим ликом, и правда, скрывается она? Её сестра…

Кейт, возможно, тоже что-то подозревала. Но при этом не подавала вида.

— Сразу хочу предупредить, — сказал улыбашка, демонстративно хлопнув себя по шее, — Я не могу говорить открыто, пока мы не выберемся отсюда. Слишком большой риск.

— То есть ни имён, ни каких-либо точных данных? Ну, допустим, — подтвердила девушка, — Что же тогда ты можешь?

— Могу сказать, что модуля здесь нет.

— Это мы уже поняли, — покивала она, — Может быть, ты знаешь, где он?

— Знаю. И обязательно расскажу, когда буду уверен, что люди из Аспида нас не достанут.

Девушка весело вскинула голову.

— То есть ты действительно хочешь пойти с нами?

— Кейт, нельзя, — Дерек приблизился, положив руку ей на плечо, — Мы не можем ему доверять.

Улыбашка оглядел его заинтересованным взглядом. Мне показалось, или его улыбка на мгновение сделалась чуточку шире?

— Кейт? Что ж, пусть так, — пожал плечами он, — Вы не обязаны мне доверять. Более того, выслушав меня, вы можете сразу уничтожить это тело. И ликвидировать имплант. Но только когда мы будем в безопасности.

— А что мешает нам сделать это сейчас?

Союзник ещё раз оглядел присутствующих.

— Скажем так, на то есть свои причины.

По выражениям лиц бойцов было очевидно, что их такое объяснение не устраивает. Однако Кейт в очередной раз кивнула.

— Значит, ты предлагаешь на время сохранить твою жизнь, чтобы ты мог рассказать нам, где имплант?

— И чтобы мы с тобой могли поговорить открыто. Именно, — подтвердил улыбашка, — Собственно, так изначально и задумывал.

— А имплант настолько надежно спрятан? — приподняла бровь девушка, — Думаешь, без твоей помощи не найдём?

— Может и найдёте, — не стал отрицать он, — Но есть риск, что они доберутся раньше. А мне этого очень бы не хотелось.

Кейт с минуту стояла, молча глядя на него. И наконец махнула рукой.

— Ладно, идём уже. И так время потеряли.

Она дала сигнал своим парням, и те без лишних слов заспешили по коридору. Правда, проходя мимо, подозрительные взгляды на улыбашку всё же бросали.

Девушка протянула руку.

— Твоё оружие, будь добр, — улыбнулась она, — Не хочу получить пулю в спину.

— Без проблем, — он вложил пистолет ей в ладонь, — Захочу кого-то убить, мне и ножа хватит. Квочка.

Я видел, как её рука дрогнула. Она замерла, ошарашено глядя в глаза улыбашки. Но совладав с собой, убрала ствол за пазуху и молча пошла прочь.

— Что это сейчас было? — шепнул я союзнику.

— Не бери в голову, — отмахнулся он, — Идём.

Мы устремились по коридору. Бойцы Парадигмы двигались очень грамотно. Проверяли на пути каждую дверь. Аккуратно заглядывали за каждый угол, выясняя, нет ли там западни. Работали быстро и слаженно. Раньше я такое видел только в фильмах.

— Мы как раз шли к пожарной лестнице, когда увидели спустившийся лифт, — на ходу пояснила Кейт, — Здесь недалеко. Если повезёт, успеем тихонько улизнуть, пока не подоспели силы Аспида.

— Без боя вряд ли обойдётся, — отозвался улыбашка, — Аспид знал о вашем визите. Странно, что они до сих сюда не нагрянули.

Действительно, странно. На протяжении всего маршрута нам не встретилось ни единой живой души. Словно морг в полной мере пытался оправдать своё мрачное название. Хорошо хоть в комнату с холодильниками идти не придётся… Мысль об оживших покойниках по-прежнему не давала мне покоя.

— Ничего. Как-нибудь прорвёмся, — Кейт сделала парню в коричневой куртке короткий жест, и когда он скрылся за поворотом, перебежкой двинулась следом, — Нам главное на поверхность выбраться, а там уж пути отхода у нас есть.

— Надеюсь на это…

Улыбашка резко остановился. И поднял взгляд к потолку, словно во что-то вслушиваясь.

— Что такое? — Кейт нахмурила брови.

— Вертолёт. Возможно, журналисты, но я не уверен.

— Ничего не слышу, — покачала она головой, проследив за движением его глаз, — Здесь толстенный слой бетона. Как ты можешь что-то разобрать?

— Преимущества этого тела, — пояснил он, — Чувства очень обострены. Но думаю, скоро и вы…

Союзник замер на полуслове. Он был прав — теперь и я слышал гул. Слабый, едва заметный. Но он отчётливо нарастал. Более того, гул был не один. Вертолётов по меньшей мере было штуки три.

— Плохо, — резюмировала Кейт, — Даже если один журналистский, остальные наверняка принадлежат Аспиду.

— Транспортники, — подтвердил улыбашка, — Вместимость до сорока человек. Плюс вооружение. Вероятно, отряд зачистки.

Дерек ошалело оглянулся на нас.

— Но разве у них есть полномочия? Здесь же полицейский участок

— Они не собираются оставлять в живых никого, — высказал я свою догадку, — А пресса нужна, чтобы показать уничтожение террористов, что захватили участок и перебили всех сотрудников.

— Перебили сотрудников?

— Наверху бойня, — пояснил я, — Думаю, там все уже мертвы.

Воцарилось недолгое молчание.

— Скотство, — наконец нарушила тишину Кейт, гневно сплюнул, — Нужно срочно валить отсюда.

Мы выбрались на лестницу. Здесь гул вертушек слышался гораздо звонче. Похоже, к трём предыдущим прибавилось ещё несколько. Хотя сложно сказать наверняка. Теперь они звучали почти в унисон, сливаясь в единое гудение.

Уши неприятно заложило.

— Быстрее! Нужно успеть выбраться наружу!

Трое бойцов шли впереди. Они как раз поднялись на пролёт, когда на них обрушился шквал из автоматных очередей. Противники били на поражение — бронежилеты не спасли. Один из окровавленных трупов скатился по ступенькам прямо к нашим ногам.

— НАЗАД!

Истошный крик Кейт звучал словно издалека. Будто нас разделяла толстая стеклянная перегородка. Да и остальные звуки затихли. Барабанные перепонки уже не способны были различать реальность происходящего.

В носу стоял едкий запах гари.

Я видел, как улыбашка склонился к убитому бойцу, выхватив у него пистолет. Кейт бросилась к нему, наверное желая остановить — но вместо этого сунула в руку ещё один ствол.

Где-то сбоку щёлкнул затвор.

Я пятился, не чувствуя под ногами ступенек. Пытаясь спиной нащупать спасительную дверь…

На лестнице показались несколько человек в униформе спецназа и в чёрных вязаных масках. Дерек и улыбашка сходу сняли двоих, но остальные открыли огонь.

Рядом рухнул ещё один из наших.

Вскрикнула Кейт и присела на колено, схватившись за плечо. Это спасло её от пули, просвистевшей прямо над головой.

Я почувствовал, как моё собственное ухо обожгло раскалённым касанием — и поспешил пригнуться, бросившись к предводительнице Парадигмы. Подхватив под плечи, потащил её к дверям.

Улыбашка успел подстрелить ещё двух — но на верхней площадке столпилось уже не меньше десятка. Пришлось быстро уходить. Дерек рывком затянул его с собой и с треском захлопнул дверь. В металлическую створку с той стороны грянула автоматная очередь. Железо заметно прогнулось на уровне человеческой головы…

Нас осталось четверо.

— Спасибо. Не ожидал, — удивлённо бросил улыбашка.

— Потом поблагодаришь, — огрызнулся Дерек, — Нужно найти путь к отступлению.

— Лифт, — сквозь стиснутые зубы прорычала Кейт, придерживая раненое плечо, — Если выберемся на крышу, будет шанс угнать вертолёт.

— Самоубийство, — округлил глаза боец.

— А есть другие идеи?

Идей не нашлось.

Мы бросились по коридору. Дерек указывал путь. Я помогал предводительнице, закинув здоровую руку себе на шею. А улыбашка шёл замыкающим, прикрывая отступление.

Позади послышался грохот раскрывшейся двери, а следом топот десятков ног. Но и лифт был уже совсем близко.

Блестящие створки по-прежнему оставались открыты.

— Мы у цели, — отдуваясь возвестил Дерек, — Идём!

Но в этот миг из кабинки вышла знакомая фигура в пиджаке. По выражению хищной улыбки я узнал Крейпа…

Он сходу нажал на спуск — и Дерек вздрогнул, разбрызгивая кровь из образовавшейся в черепе дыры. А после повалился на пол…

— Нет!

Я резко потянул Кейт назад, стремясь укрыться за краем стены. Несколько пуль пролетело в опасной близости — но мы успели.

Здесь коридор образовывал ещё одну отворотку. Я не знал, куда она ведёт, но выбора не было.

Наш улыбашка всё также прикрывал тыл. В то время как второй неотрывно шёл по пятам. Я то и дело слышал одинокие выстрелы.

Не оборачивался. Нельзя снижать темп. Если я увижу, что там позади, это может лишь усугубить ситуацию. Я могу просто перестать бороться…

— Держись, — шепнул я Кейт, слыша, как тяжело она дышит. В ответ девушка лишь пробормотала что-то неразборчивое.

Зараза, рана глубокая. Она истекает кровью.

— Не отключайся, слышишь? Держись!

Впереди показалась большая стальная дверь. Из тех, что открываются в сторону. Я уже предполагал, что за ней, хотя старался об этом не думать. Гадство! Мои скитания таки привели меня в морг!

Створка поддалась на удивление легко. Я протащил Кейт вперёд и, усадив у стены, замер рядом со входом в ожидании. Как только наш улыбашка переступил порог, я сразу толкнул дверь на место. А следом и щеколду защёлкнул.

Замок здоровый. Просто так не прошибёшь.

— На какое-то время мы спасены, — облегчённо выдохнул я.

— Боюсь, ненадолго, — покачал головой улыбашка.

В его словах был резон. Я тревожно огляделся.

Это и в самом деле был морг. А вернее комната с холодильниками. Впереди стояла пара металлических столов. За ними — множество пронумерованных ячеек.

В помещении было изрядно натоптано, но зомби вроде не видно. Как, впрочем, и выхода…

— Как думаешь, есть другой способ выбраться отсюда?

— Не знаю, — признался улыбашка, — Но если мы срочно его не найдём…

Кейт оборвала его на полуслове, прижав к стене, и приставила ствол к лысому затылку. Непривычно было видеть её с пистолетом — но мачете она потеряла ещё на лестнице.

— Это всё ты! — закричала девушка, — Это из-за тебя все они…

— Кейт, подожди… — попытался успокоить я, но она отдёрнула плечо.

— Это всё он! — девушка оглянулась на меня, — Он! Понимаешь?

— Я не виноват в их смертях, — спокойно отозвался улыбашка, не делая при этом резких движений. Разжав обе ладони, он медленно поднял их над головой, — Но если тебе так будет легче, стреляй.

— Ты! — её голос буквально граничил с истерикой, — И те гады… Вы все на одно лицо!

— Ты не права, — он оставался невозмутим.

— Да ну?!

— Кейт, стой, — теперь и я на всякий случай поднял руки, приблизившись к ней, — Не торопись. Ведь есть вероятность, что это… она.

— Ты о моей сестре? — Кейт засмеялась в голос, — Она тоже мертва! И уже довольно давно. Аспид убил её! — она ближе наклонилась к улыбашке, — А если эта тварь и обладает кусочками её личности, то это лишь эмуляция! Компьютерная программа, созданная, чтобы меня запутать. Я сразу его раскусила, просто надеялась выведать, что ему известно. Зря!

— Постой. Но он ведь на нашей стороне, — я старался говорить как можно медленнее, — Он спас меня. Дважды. И сейчас он нам помогал…

— Чушь! — огрызнулась она, — Фикция! Ты в самом деле не понимаешь? Дерек, Макс… остальные… Все мертвы из-за него! Все! Включая Хюнда!

И снова это неприятное чувство кольнуло под ложечкой. Всё-таки недосказанная правда уже таковой не является… В этот момент я всецело это осознавал. Как, видно, и улыбашка, что скосил на меня странный взгляд. Ужели он в курсе?

Я тяжело вздохнул.

Выбора нет. Ведь только с его помощью у нас оставался шанс выбраться…

— Он не виноват, — покачал я головой, — Если кого и винить в смерти Хюнда, то только меня. Ведь это я его убил.

— Что? — она ошарашено оглянулась. И отстранилась, направив пистолет уже в мою сторону, — Что ты сказал?

— Он напал на меня, — всё также спокойно продолжал я. Голос вдруг обрёл необычайную твёрдость, — У меня не было выбора.

— Что? — повторила Кейт, словно не находя других слов для ответа.

Она перевела пистолет на улыбашку. А после опять на меня…

— Да ты… да вы… так значит, вы оба…

Она отступила ещё на несколько шагов — и медленно опустилась на пол. Девушка села и схватилась за голову руками. Похоже, моральные силы её окончательно покинули. Или все дело в потере крови…

Выждав с секунду, я приблизился к ней.

— Кейт…

— Не подходи, — покачала она головой, безвольно глядя в одну точку.

И тем не менее я не мог так её оставить.

Я уже собирался склониться к ней, чтобы обнять — когда массивную стальную дверь с грохотом вырвало с пазов.

Взрывом меня откинуло в сторону. На мгновенье я отключился. А когда открыл глаза, увидел нашего улыбашку. Он лежал на полу, придавленный металлической створкой. А над ним стоял Крейп.

Выстрел — и улыбашка мёртв.

— Вот и всё, — прокомментировал убийца.

А когда он подошёл ко мне, я окончательно потерял сознание…