— Куда прешь, оборванец?! Глаза разуй, когда идешь мимо старосты факультета! Вы, факинг щит, приперлись в нашу страну, жрете за нашим столом и даже не можете уступить дорогу чистокровному магу! Да вы все вообще должны на коленях ползать перед нами в знак благодарности.

Это, к огромному счастью, адресовалось совершенно не мне.

Громкий, надрывный крик слизеринского шестикурсника эхом отразился от каменных сводов коридора третьего этажа, заставив меня плавно притормозить. Я лениво прислонился к стене, с интересом приготовившись наблюдать за развитием надвигающегося локального конфликта. Местный британский абориген с зеленой нашивкой откровенно слетел с катушек, нагло преграждая дорогу двоим хмурым парням в темно-коричневых мантиях новичков из Колдовстворца. Лицо старосты искажала гримаса бешенства, обильно приправленного истерикой и влажным блеском в глазах.

Я… ну да, я-то предельно четко понимал первопричину подобного поведения. Существование факультета Слизерин в текущих реалиях магической Британии всегда представлялось мне грандиозным административным провалом. Руководство школы веками целенаправленно сепарировало амбициозных детей от остального коллектива, изолируя их в, на минуточку, ПОДЗЕМЕЛЬЯХ и старательно навешивая на каждого зеленого первокурсника клеймо потенциального темного мага. И ведь подобная искусственная социальная резервация гарантированно генерирует ответную агрессию, паранойю и злобу, что, в общем-то, и видим.

Вся эта гнилая система предсказуемо достигла критической массы после недавней бойни. Умерщвление Тома Реддла спровоцировало откат Темной Метки, моментально выкосив половину элитных чистокровных семей страны. Стоящий сейчас посреди коридора парень почти стопроцентно потерял отца-Пожирателя в ту ночь. Огромная лавина бед рухнула на неокрепшую голову подростка исключительно из-за идиотских решений его собственных родителей, присягнувших маньяку. Ребенок действительно не должен расплачиваться за ошибки и грязные контракты своих предков.

Но расплачивается.

Впрочем, личная трагедия и боль потери совершенно не дают права превращаться в агрессивное быдло. Этот староста полностью перестал видеть берега, начав обвинять в своем персональном горе весь окружающий мир и бросаясь на случайных прохожих в жалких попытках выместить собственное бессилие. Скорбь требуется переживать молча, либо направлять её в сугубо конструктивное русло, методично затачивая навыки для будущей мести. Текущий же индивид просто отчаянно искал повод получить по лицу, чтобы физическая боль хоть немного заглушила моральную.

Русские маги синхронно остановились. Они совершенно проигнорировали возможность возмутиться, начать ответную словесную перепалку или попытаться оправдаться перед брызгающим слюной британцем. Один из них, обладатель жуткого рваного шрама через всю шею, лишь лениво склонил голову набок. Он посмотрел на раскрасневшегося старосту тяжелым взглядом.

— Дорога общая, англичанин, — с тяжелым, скрежещущим акцентом произнес русский студент. Он сделал один спокойный, выверенный шаг вперед, сокращая дистанцию. — Твое личное горе нас не касается. Отойди.

— Минус пятьдесят очков вашему… грязному иностранному выводку! — истерично взвизгнул слизеринец, окончательно теряя контроль над собственными эмоциями. Он судорожно дернулся за палочкой во внутренний карман мантии, явно намереваясь подкрепить свой авторитет хлестким проклятием.

Британец банально не успел завершить даже базовое движение кистью. Русский маг брезгливо поморщился, полностью проигнорировав классическую британскую дуэльную этику, и совершил короткий взмах левой рукой снизу вверх.

Слизеринского старосту мгновенно оторвало от каменного пола мощнейшим кинетическим ударом. Тело парня нелепо перевернулось в воздухе и с сочным хрустом впечаталось прямо в противоположную стену. Британец жалобно пискнул, потеряв сознание еще в момент столкновения, и сполз по древней кладке бесформенным мешком с переломанными ребрами. Его неиспользованная волшебная палочка со звоном покатилась по холодным плитам коридора… Второй русский студент молча перешагнул через постанывающее тело, лишив поверженного противника даже мимолетного взгляда, и оба мага спокойно продолжили свой путь в сторону Большого Зала.

Вот те на.

Интерфейс Гримуара моментально отреагировал на резкий всплеск пространственной энергии. Активированный навык [Геология] услужливо подсветил матрицу примененного заклинания прямо на периферии зрения и проанализировал структуру чужого каста.

Круто!

Русские использовали совершенно иную систему плетения маны. Их магия базировалась на прямом, грубом волевом усилии в жесткой связке с наработанной мышечной памятью. Они полностью обходились без пафосных вербальных костылей и кусков полированного дерева с сердцевинами из… чего бы то ни было.

— Что здесь происходит?! Немедленно прекратите!

Из-за угла стремительно выкатился профессор Флитвик, едва не сбив с ног пробегающую мимо стайку пугливых пуффендуйцев. Декан Когтеврана на ходу выхватил палочку, мгновенно оценивая новую диспозицию сил. Распластанный по каменной стене скулящий слизеринец, двое абсолютно спокойных русских боевиков и скромный я, тихо стоящий в глубокой тени рыцарских доспехов. Картина маслом требовала немедленного административного вмешательства и жесткого пресечения нарушения школьной дисциплины.

— Профессор, ваш студент крайне неудачно поскользнулся на сквозняке, — ровным, лишенным абсолютно любых эмоций тоном доложил парень со шрамом. Он лениво продемонстрировал декану пустые, расслабленные ладони, всем своим видом выражая искреннее непонимание ситуации и полнейшую непричастность к полетам британских старост. — Мы просто шли на обед.

Я едва удержал лицо от широкой ухмылки.

Флитвик бросил быстрый взгляд на пострадавшего слизеринца, зафиксировал отсутствие фатальных повреждений и медленно перевел глаза прямо на меня. В его взгляде моментально промелькнула смесь паранойи и… преподавательского долга.

Эх. Я ведь говорил, что официальная легенда Министерства гласила о героическом самопожертвовании Альбуса Дамблдора? Так вот, выдуманная сказка надежно прикрывала от рядовых обывателей реальные обстоятельства окончательной ликвидации Темного Лорда. Но узкий круг посвященных лиц из Ордена Феникса прекрасно осознавал мою прямую причастность к этому. Профессорский состав Хогвартса теперь смотрел на меня исключительно как на дремлющую боевую дуру, не как на школьника. Даже есть мысли, что в их искаженной картине мира я мог в любой момент сорваться с цепи и устроить локальный апокалипсис прямо в школьных коридорах, это было забавно.

— Мистер Волков, мистер Морозов, ступайте в Большой Зал, — строго пискнул полугоблин, благоразумно решив не связываться с иностранным малолетним спецназом из-за одного побитого хама с зеленой нашивкой. Он проводил напряженным взглядом удаляющихся русских, тяжело вздохнул и повернулся ко мне. — Дадли, мальчик мой, задержитесь на минуту. Пройдемте в мой кабинет.

Я мысленно закатил глаза. Суть грядущей воспитательной беседы читалась абсолютно прозрачно. Вообще стало очевидным, что Орден Феникса приставил ко мне негласных нянек для постоянного мониторинга уровня моей потенциальной угрозы.

Я послушно отлепился от холодной стены и последовал за своим деканом, готовясь отыгрывать роль прилежного и абсолютно стабильного студента. Потому что я таким и являлся.

Кабинет Флитвика встретил меня привычным уютным полумраком, густым запахом старых свитков и шаткими стопками древних фолиантов. Профессор суетливо забрался на свое высокое кресло, сложил маленькие ручки домиком и впился в мое лицо цепким, сканирующим взглядом. Он отчаянно пытался нащупать несуществующие следы темной магии, выявить скрытые признаки ментального разложения или диагностировать банальное сумасшествие от переизбытка поглощенной энергии.

— Чай? Лимонные дольки? — предложил декан, нервно барабаня пальцами по дубовой столешнице.

Дешевый психологический трюк из богатого арсенала покойного Дамблдора. Использование сладостей для создания ложного чувства безопасности давно потеряло свою актуальность, превратившись в унылый штамп. Я проигнорировал угощение, предпочитая перевести диалог в сугубо деловое русло без лишних расшаркиваний. Очередная проверка на вменяемость началась.

— Нет, благодарю, профессор, — чеканя слова, ответил я. Мое лицо сохраняло маску абсолютного прагматика. — Я немного спешу на обед. У вас имеются ко мне претензии по поводу инцидента в коридоре? Я выступал исключительно в роли наблюдателя.

— О, дело совершенно в другом, Дадли, — Флитвик подался вперед, понизив голос до заговорщического шепота. — Мы все… весь преподавательский состав… крайне обеспокоены вашим психологическим состоянием после событий прошедшего лета. Вы пережили колоссальный стресс. Взаимодействие с артефактами подобного уровня всегда оставляет глубокие шрамы на магическом ядре. Минерва просила меня лично убедиться в вашей стабильности. Хогвартс готов предоставить вам любую помощь. Абсолютно любую.

Преподавательский состав Хогвартса банально дрожал от страха. Местные педагоги организовали за мной негласную, но очень уж топорную слежку ради предотвращения моего перехода на темную сторону. Орден Феникса отчаянно пытался удержать меня рамках светлой британской морали. Я с огромным трудом подавил физическое желание сардонически рассмеяться прямо в лицо обеспокоенному полугоблину. Мой разум надежно защищали пассивные навыки контроля. Интеграция Кристалла Героя аппаратно исключала малейшую возможность концептуального разложения личности. Поэтому я — это я. Никто другой.

— Со мной все в порядке, профессор, — я позволил себе легкую, вежливую полуулыбку, демонстрируя максимальную лояльность действующей системе. — Те события остались в прошлом. Том Реддл ликвидирован. Я вернулся в школу исключительно ради получения качественного магического образования. У меня отсутствуют малейшие желания ввязываться в локальные конфликты, захватывать власть или изучать темные искусства. Я просто хочу спокойно закончить третий курс.

Флитвик недоверчиво хмыкнул, явно раскусив искусственную гладкость моего ответа. Формальный повод для допроса оказался полностью исчерпан, заставив декана отпустить меня коротким кивком головы. Я спокойно покинул душный кабинет, мгновенно стирая с лица приклеенную вежливую улыбку. Школьная рутина стремительно скатывалась в унылую тактическую игру в прятки с параноидальными взрослыми.

Большой Зал встретил меня гулом сотен глоток, звоном тяжелой посуды и густым, осязаемым запахом дешевого адреналина. Первая неделя нового учебного года предсказуемо обернулась нескончаемым социальным кошмаром. Интеграция иностранных магов в классическое британское расписание спровоцировала колоссальную давку на лестницах и перманентный хаос во время общих трапез.

Я уверенно двинулся к столу Когтеврана, по пути методично оценивая текущую диспозицию сил в помещении. Британские школьники пребывали в состоянии перманентного шока от тесного соседства с суровыми реалиями континентальной магической войны. Группка пуффендуйцев жалась к краям своих скамеек, испуганно косясь на длинный стол Гриффиндора. Часть красно-золотой территории плотно оккупировала делегация Колдовстворца. Русские держались монолитным кулаком, громко переговаривались на родном языке и демонстративно игнорировали любые попытки британцев наладить межкультурный диалог…

Внезапную преграду на моем маршруте создала массивная фигура в зеленой мантии. Слизеринский староста седьмого курса, чьего имени я даже не утруждался вносить в память, намеренно шагнул наперерез. Лицо парня искажала гримаса бешенства. Глаза старшекурсника лихорадочно блестели, выдавая крайнюю степень нервного истощения и жесткого недосыпа.

— Эй, Дурсль! Или как тебя там теперь называть в приличном обществе, — прошипел слизеринец, обильно брызгая слюной. Он совершил фатальную ошибку, грубо ткнув меня пальцем в грудь. Снова, блин! Почему в первые два года проблемы были только от Малфоя, а сейчас от каждого из старших? — Ходишь тут с такой рожей, будто владеешь замком. Думаешь, примазался к Поттеру и тебе все дозволено? Мы обязательно найдем управу на подобных грязнокровок. Скоро все кардинально изменится…

Посмотрел на этого трясущегося идиота, ясно осознавая всю глубину социальной катастрофы факультета Слизерин…

Но понимание их личной трагедии абсолютно не означало готовности терпеть хамство в свой адрес. Я молниеносно перехватил руку старосты. Мои пальцы сомкнулись на его запястье с неумолимой, дробящей силой. Тонкие кости слизеринца жалобно хрустнули под механическим давлением.

— Послушай меня очень внимательно, сирота, — мой голос упал до тихого, ледяного шепота, пробирающего до самых костей. Я слегка усилил хватку, заставляя парня побледнеть от острой вспышки боли. — Я прекрасно понимаю твою скорбную тоску по сдохшему папаше. И настоятельно рекомендую тебе засунуть свою чистокровную агрессию глубоко в задницу и тихо сидеть за своим столом. В противном случае ты отправишься на больничную койку со сломанными конечностями. Ты меня понял?

Слизеринец судорожно сглотнул, моментально растеряв все остатки своей аристократической спеси. Он затравленно кивнул.

Я разжал пальцы, позволяя ему отшатнуться и поспешно затеряться в гудящей толпе. Тратить драгоценное время на сломанных подростков было нерационально.

Я плюхнулся на свободное место на… а вот не за своим столом — тот был полностью забит всеми подряд. Все еще никакой системы в этом не было, поэтому сел за стол Львов, рядом с Гарри и Роном. Парни увлеченно дискутировали, активно размахивая столовыми приборами и фонтанируя сомнительными теориями.

— Говорю тебе, русские точно используют темную магию! — горячо вещал Уизли, едва не роняя обглоданную куриную ножку прямо на скатерть. — Ты видел поведение того бугая на Зельеварении? Он просто посмотрел на котел Малфоя, и зелье моментально свернулось едкой кислотой! Профессор даже слово сказать побоялся.

Да, профессор… Снейп ведь умер, однако Орден Феникса благоразумно засекретил этот факт, заменив зельевара какой-то невзрачной временной фигурой из Министерства.

— Рон, прекрати выдумывать сказки, профессор просто был занят своими мыслями, — отмахнулся Гарри. В его ярких глазах плясал искренний интерес. Поттер вообще выглядел невероятно отдохнувшим. Смерть Реддла полностью сняла с него давящий груз пророчества, позволив Избранному наконец-то стать обычным любопытным подростком. — Дадли, ты успел изучить наше новое расписание? Нам поставили совместную Защиту от Темных Искусств со старшекурсниками из Дурмстранга, причем обоим факультетам. Профессор Люпин собирается устроить большое практическое занятие с настоящим боггартом.

— Отличная идея, хаха… Это, есмди что, сарказм. — сухо констатировал я, методично накладывая себе в тарелку внушительную порцию жареного мяса. — Преподаватель серьезно планирует поставить перед магической сущностью, вытаскивающей наружу самые глубинные страхи, группу сломанных подростков? Так эти дети полгода варились в мясорубке Темного Лорда! Запасайтесь мощными зельями от панических атак, парни. Половина кабинета уедет в клинику Святого Мунго прямо с первого урока, почему=-то я все так и вижу.

Прямым подтверждением моих выводов стал громкий звук на другом конце зала. Кто-то случайно уронил на каменный пол серебряный поднос. Металлический звон резким эхом прокатился по огромному помещению. Реакция травмированной психики беженцев последовала незамедлительно. Трое дурмстранговцев, сидевших неподалеку от источника шума, мгновенно рухнули на пол. Они рефлекторно закрыли головы руками, сжимаясь в плотные эмбрионы прямо под столом. Одна из девушек тонко, на одной непрерывной ноте заскулила, истерично раскачиваясь из стороны в сторону. Окружающие британцы замерли с открытыми ртами. Тепличные школьники совершенно не понимали механики реагирования на столь дикую вспышку неконтролируемой паники. Директор Макгонагалл стремительно сорвалась с преподавательского кресла, на ходу выкрикивая мягкие успокаивающие заклинания.

Я меланхолично прожевал кусок говядины, спокойно наблюдая за оперативной работой школьных медиков и растерянных преподавателей. Социальная пороховая бочка Хогвартса неумолимо нагревалась… Текущая ситуация гарантировала грандиозный кровавый взрыв в самом ближайшем будущем.

Мой взгляд скользнул поверх паникующей толпы, целенаправленно сканируя ряды студентов Колдовстворца. К слову говоря, Мария Романова абсолютно отсутствовала в замке. Девушка благополучно растворилась в пространстве вместе с Графом Орловым еще до начала основной части бойни в Мэноре. Наследница успешно избежала попадания в официальные списки беженцев, мдааа.

Орлов явно увел подопечную обратно в Россию, оставив остальных до решения ситуации с их школой. А ведь… получается, у них есть план по решению проблемы Нави.