Сергей обратил внимание, что двое торговцев не присоединились к засаде, а спокойно пошли прочь в окружении охраны. Ордынцев был рад это видеть, ведь если бы торговцы пострадали, то это могло нести долгоиграющие последствия.

— А вы большой затейник, чем я слышал-знал, — довольно рассмеялся рогатый крыс, которому тоже пришлись по душе слова Скарса. Прямо сейчас он чувствовал себя кошкой, лениво играющей с мышками, и поэтому не видел больших проблем, чтобы чуть-чуть растянуть удовольствие разговором. — Меня зовут Ксатик, и я представитель клана Бубнос, о котором так неосторожно упомянул этот идиот-дурак…

Гасул изо всех сил стиснул кулаки от гнева, из-за чего когти глубоко ушли в ладони, но он позорно промолчал, ведь слишком боялся гнева клана Бубнос. Последний же хоть и уступал великим кланам, но всё ещё был несоизмеримо сильнее мелких кланов.

— Касательно же вас, разве вас не беспокоит, что вы заперты в сделанной нами ловушке и единственное, что не даёт вам проиграть-сдохнуть, это жалкий щит? Или вы решили поселиться прямо здесь на всю оставшуюся жизнь?

Глупая шутка Ксатика тем не менее вызвала целый вал подобострастного смеха. Если что крысиная раса и любила, так это наблюдать за тем, как великие падают в ту же грязь, в которой копошились и они сами.

— Значит, Бубнос, — понимающе кивнул Сергей. Он повернул голову и многозначительно посмотрел на трясущегося рядом Крайса. Судя по тому, что он был здесь, Крайс, скорее всего, не был предателем. — Я подозревал это с самого начала. Но чем именно я так выделился на фоне многих других исследователей? Сомневаюсь, что лишь я один пытаюсь продвигать магическую науку вперёд.

— Уже одна лишь ваша речь заставляет задуматься, молодой крыс-тварь, — хищно оскалился Ксатик. — Мы внимательно изучили ваше прошлое, и очень многое не сходится. После того, как вы окажетесь у нас, мы с вами долго и плодотворно поговорим, да-да. Насчёт же интереса, всё просто! Ваши исследования чрезвычайно необычные-опасные. Играть с техночумой и добиться успеха, это большое нет-нет! Но вы всё равно добились успеха!

Вдруг всякая улыбка пропала с лица Ксатика, и от него повеяло могильным холодом.

— Кроме того, всякому видны ваши амбиции-желания, которым слишком тесно в Крейзене. Вы жаждете большего, молодой крыс-тварь, и ради своих планов готовы расшатать устои, которые старше вас. Это не позволено никому, и кто-то это прекрасно понимает-осознает и поэтому будет жить, в то время как ваша судьба будет не столь завидной…

— Так и есть! Я сразу понял, что ты предатель-гад! — Гасул не смог молчать и яростно начал насмехаться, прервав Ксатика. — Накапливаешь солдат⁈ Раздуваешь обо мне позорные слухи⁈ Говоришь оскорбления за моей спиной⁈ — настоящие и выдуманные причины лились подобно нечистотам из опустошаемого септика. — Я глава Ржавой мусорной кучи! Я тут всё решаю, а не ты… А-а-а!

Гасул издал дикий крик и рухнул на платформу, корчась от невыносимых страданий, когда зелёный туман потёк из руки нахмурившегося Ксатика и начал втекать во все отверстия тела Гасула.

— Не стоит меня больше перебивать, мерзость-грязь, — Ксатик наклонился, и на его когте указательного пальца загорелось темное пламя. Почти ласково он погрузил палец прямо в глазницу Гасула, заживо кипятя его глазное яблоко. — Думаю, это научит тебя страху.

— И-и-и! — на этот раз Гасул издал что-то наподобие визга забиваемой свиньи, после чего потерял сознание. Ксатик же, словно ничего и не было, повернулся обратно к Сергею. Другие войска в мёртвой тишине наблюдали, как их предполагаемый глава был запытан прямо перед ними, но ни одна крыса даже и не подумала вступиться за своего «лидера».

— Так, на чём мы остановились? — вежливая улыбка вновь вернулась к Ксатику. — Кажется, на ваших амбициях, угрожающих всем заинтересованным сторонам. Крейзен не нужна армия и не нужны сильные правители-вожаки. Поэтому будьте добры сдаться и добровольно проследовать-идти за мной. Могу обещать, что если нас удовлетворят-понравятся ваши таланты, то отнюдь не невозможно ваше становление моим коллегой.

«Конечно-конечно, верить словам и обещаниям крысы. Что может пойти не так?» — насмешливо подумал Сергей, но его молчание здорово напрягло гвардию и верных сторонников. Они прекрасно понимали, что если Скарса заберут, то их смерть будет предрешена.

— Босс, вы же не думаете?.. — осторожно заговорил дрожащий Крайс.

— Скарс, он врёт… — тут же поддержал его Трасч.

Бах! Бах! — две синхронных затрещины, одна магическая, другая физическая, заставили их подавиться собственными словами.

— Хватит считать меня идиотом-придурком, — цыкнул на них Сергей и тут же осёкся, осознав, что снова «поскользнулся». — Проклятье! — тихо выругался он, проклиная окружающее его общество, навязывающее ему отвратительные языковые привычки. — Я обдумал ваше предложение. И я решительно отказываюсь!

— Как прискорбно, — кажется, ответ Скарса не так уж и разочаровал Ксатика. Скорее, рогатый маг чувствовал скуку. — Мы могли бы сэкономить немало времени. Опять же, — притворная воспитанность сползла с Ксатика, как лопнувшая гнилая кожа с раздувшегося от воды трупа. — Ваша поимка может устроить неплохую резню-бойню. И кроме того, никто не сказал, что вы должны вернуться со мной полным куском. Вполне достаточно будет вашего тела и головы-башки!

— Тогда я должен разочаровать вас ещё больше, — Сергей тоже отказался от своего спокойного отношения, и его настоящая суть начала проявляться. Возможно, он мог говорить, как нормальный человек, и вести себя так же, но годы выживания в закончившемся мире ни для кого не проходили даром. — Ведь было бы настоящим упущением, если вся моя подготовка к этому представлению была сделана зря!

Стоило словам Скарса отзвучать, как Ксатик резко насторожился. Будучи настоящим магом, его аура и магическая чувствительность расходились далеко в разные стороны, чтобы заранее почувствовать засаду.

И прямо сейчас его чувства поймали край надвигающейся катастрофы. Спустя пару секунд тишины, пока тысячи вражеских крыс в непонимании ждали команды атаковать, морда Ксатика исказилась ужасом, когда он поднял нос вверх, а затем резко посмотрел на Скарса.

— Ты… ты… сумасшедший! Полный безумец! О чём ты думаешь⁈ — паника Ксатика была искренней, но затем трансформировалась в ослепительный гнев. — Так ты так хочешь играть⁈ Эй, твари, что смотрите⁈ Атакуйте его! Убейте его слуг! А его поймайте! Отгрызите-съешьте его руки и ноги, но оставьте в живых!

— Ра-а-а-а! — громовой рёв тысяч кровожадных крыс заставил воздух содрогнуться. Получившие команду банды, роясь, бросились на стену щита. Последний же никак не помешал им пройти, останавливая лишь полёт болтов, стрел и камней из пращей.

Вот только эти потерявшие голову от бешенства крысы упустили тот момент, что гвардия Скарса отнюдь не растеряла своё оружие.

Тяжёлые стальные алебарды, приводимые в движение усиленными чумой руками и телами, с рвущим воздух свистом достигли первых рядов оскаленных морд, дрянной брони и зазубренного оружия.

Удары были страшны. Обычный рост средней крысы достигал 1.5 — 1.6 метра, в то время как чёрные крысы имели преимущество сантиметров в десять, тем самым имея рост в 1.6 — 1.7 метра. Конечно, имелись исключения, вроде того же Грома, достигшего уже сейчас роста в 1.85 метров.

Гвардия Скарса набирала лишь самых крупных и опытных чёрных крыс, из-за чего практически все они были выше 1.7 метра. Благодаря операции усиления они были подобны взрослым среди кучи детей.

Первый же слитный удар алебард поднял настоящий туман из крови, кусков черепов и выломанных клыков. Ближайшие ряды вражеских бандитских крыс полегли практически полностью.

Но хоть столь жестокая сцена и заставила следующих крыс немного очистить голову и попытаться затормозить, однако следующие ряды продолжали напирать.

Впервые сражающаяся в столь масштабном бою гвардия была шокирована собственными силами. Да, они тренировались и дрались и раньше, но одно дело — бой между несколькими или десятками крыс, и другое — участие в бою такого масштаба.

Воодушевлённые собственной смертоносностью, они развязали настоящую бурю стали, заставляя трупы стремительно накапливаться перед ними.

В то же время Сергей взмахнул жезлом управления, дав команду оставшимся техносолдатам прекратить рвать остатки охраны ныне уже мёртвого Притекса. Последних осталось не так уж и много.

Грак, бывший советник Притекса, почувствовав опасность, первым попытался бежать, но скорость техносолдат была слишком высока. Обливаясь потом, он уже чувствовал, как их клинки впиваются в его тело, когда Грак услышал, как преследование стихло.

Обернувшись, он тупо смотрел, как монстры потеряли к нему интерес и теперь повернулись назад. С истерическим смехом он обессиленно рухнул там, где стоял, ведь сил у него совершенно не осталось.

В этом диком шуме никто сразу не заметил странного звука, который с каждой секундой лишь усиливался. Нарастающий треск, звон скручивающегося металла и катящийся вниз вал мусора, всё ускоряющийся и ускоряющийся.

Когда же звук стал достаточно громким, чтобы его услышали даже сражающиеся, то стало уже поздно.

Планируя эти «дружеские посиделки», Сергей прекрасно понимал всю подлость деловых партнёров, с которыми он собирался вести дела. В связи с будущей опасностью, Ордынцев подготовил несколько планов на случай чрезвычайных ситуаций. И только что он активировал один из них.

Сергей никому не сказал, но удерживаемый им жезл контролировал не только тех техновоинов, что были у всех на виду. Куда важнее были скрытые технозомби, чьи тела были расположены в специальных нишах в глубине расположенных вокруг мусорных гор.

Выбранное Ордынцевым место встречи располагалось в самом низу гигантских мусорных куч. Эти горы стального лома нависали над всеми ними и казались бесконечными.

Последние несколько месяцев Сергей с Трасчем тайно исследовали своей магией слабые места краёв мусорных гор, после чего подпиливали их и располагали в найденных слабых местах заранее созданные подпорки. Благодаря наличию телекинеза их работа здорово облегчалась, что позволило её сделать всего двум крысам.

Когда Сергей только рассказал свой план, Трасч был в ужасе. Ведь хоть Скарс и запланировал их собственное местоположение точно в центре, равноудалённое от всех мусорных куч, но горы мусора были слишком большими, из-за чего был риск погибнуть под каким-то случайным многотонным куском стали.

Осознав всю опасность плана Скарса, Трасч сделал всё, чтобы переубедить своего босса, но, к его отчаянию, он забыл, что у Скарса Безумного был один критический недостаток — он очень слабо ценил свою жизнь.

Если этот выверенный риск помог бы Сергею получить неограниченное финансирование, то Ордынцев ни секунды бы не сомневался.

Возвращаясь же к тайно замурованным технозомби, получив приказ, эти мёртвые, напичканные техносталью крысы слитно начали выбивать подпорки, расшатывая и ломая всю конструкцию.

С треском «кельи» этих зомби были раздавлены, когда поток стали начал неуклонно опускаться, но процесс обрушения на этом не остановился, а лишь продолжал ускорение.

Ставший нестерпимым шум спуска стальной лавины заставил тысячи острых мордочек подняться, чтобы затем испустить слитный вой ужаса.

Прямо им на головы падали неизвестные куски стали, копящиеся в этом месте сотни лет. Нынешние владельцы «Крейзена» уже даже не помнили, кто и когда привёз и складировал сюда все эти сломанные детали.

Сначала падали мелкие детали и мусор, тем не менее даже небольшой стальной «чушки» хватало, чтобы расколоть кому-то голову или раздробить кости. Но затем пришли куда более большие куски мусора.

Каждый из таких огромных снарядов мог, при удаче, накрыть сразу несколько из паникующих и носящихся повсюду крыс. После таких попаданий внизу оставался лишь тонкий паштет, равномерно размазанный по всей плоскости.

От тяжелых ударов и столкновений стальной пол ангара жутко сотрясался и вибрировал, издавая мучительные, потусторонние стоны. Для тех, кому не повезло оказаться здесь, казалось, что наступил конец света.

Была лишь пара относительно спокойных мест — это зона Скарса и Ксатика. Когда началась настоящая лавина, Сергей приказал Трасчу активировать защитный артефакт на полную, не заботясь о слишком высоком расходе энергии и порче энергетических кристаллов.

Включенный форсаж значительно сократил время работы и долговечность щита, но зато, когда по щиту барабанил стальной град, он всё ещё продолжал держаться. Конечно, если бы на них приземлился один из тех обломков, чей диаметр исчислялся десятками метров, то всё бы закончилось печально, но удача была на стороне Сергея, как и удаленность их позиции от стен.

Впрочем, наличие щита не сильно успокаивало находящихся под ним бойцов. Каждое столкновение с магическим барьером заставляло их судорожно вздрагивать, а Трасч и вовсе закрыл глаза и начал молиться Многохвостой матери.

Взглянувший на него невозмутимый Сергей лишь покачал головой. Кажется, его главному помощнику всё ещё требовались тренировки на невозмутимость и храбрость.

Второй же более-менее спокойной зоной оказалась платформа Гасула из-за Ксатика, развернувшего мощный магический щит прямо над ними. По этому щиту то и дело прилетали тяжелые удары, но стиснувший клыки Ксатик упорно держался. Валявшийся же бессознательным Гасул даже не знал, что его жизнь спасена тем, кто только что отобрал у него глаз.

Пока же шёл стальной град, техносолдаты, достигшие позиции бандитов, и не думали отступать или выжидать. Не обращая на падающую повсюду смерть, они принялись нести разорение и разрушение всем, кто попадался им на пути.

Однако не для всех творившийся хаос был злом.

Упавший сверху стальной кусок приземлился прямо на крышу клетки гнома, покорёжив её и заставив вновь упасть, передавив брызнувших в стороны носильщиков. Сам гном, покачав головой из стороны в сторону, чтобы прийти в себя, тут же кинулся к ближайшим самым расшатанным прутьям, пытаясь их отломать.