О-фи-геть.

Лежу, закинув руку за голову, и разглядываю потолок. Варя тихонько сопит, прижавшись к моей груди. Кажется, вырубилась. Поглаживаю её по плечу, купаясь в своих ощущениях.

Да у меня такого охрененного секса в жизни не было!

Обычно ты стараешься, выкладываешься по полной, чтобы не ударить в грязь лицом, а девушка просто позволяет тебе брать себя. С Варей в первый раз так и было. Но сегодня — другое. Она раскрепостилась, перестала стесняться, начала проявлять инициативу. Обоюдная отдача. Кайф, короче.

Сладко потянувшись, зеваю. Повернувшись к Варе, укрываю нас посильнее одеялом и закрываю глаза. Мою грудь то и дело опаляет жарким дыханием, и я впитываю эти ощущения как губка. Они мне пригодятся в дни разлуки. Я ведь и не знал, что это так кайфово — просто лежать в обнимку со своей девушкой.

Я бы хотел так проспать до утра, а потом вместе не торопясь позавтракать, принять душ. Но это для нас пока непозволительная роскошь. Сейчас Варя немножко поспит, и я отвезу её домой, а пока просто полежу и покайфую от воспоминаний.

Я так и не определился, что делать с кольцом: сейчас дарить или всё же потом, по возвращении из командировки? Зудит, конечно же, сейчас. Но я знаю, что Варя ответит “да” в любом случае, поэтому не вижу смысла торопить события. Хочется как-то красиво и правильно всё сделать. Чтобы и полкан носа не подточил. Поэтому, наверное всё же правильнее будет после, когда вернусь. Там уже никто не посмеет сказать, что это из-за звания.

— Кость! — вздрагиваю от резкого движения и ощущения прохлады на разгорячённом теле.

— А? — подпрыгиваю следом за Варей и секунду отупело пялюсь на светлеющее небо за окном, а затем срываю с себя одеяло.

— Семь утра, — стонет Варя, достав из сумочки телефон. — Пятнадцать пропущенных от папы!

Наблюдаю, как она набирает его номер и ждёт ответа, нервно покусывая губу.

— Да, пап, — выдыхает, собирая с пола свои вещи. — Прости, прости, пожалуйста! Телефон в сумке был. Мы с девочками заболтались, и я совсем не уследила за временем!.. Да нет, конечно, я трезвая!.. Сразу на работу приеду, да… Ну, прости, сама не знаю, как так вышло.

— Да блин! — выдыхаю, глядя на экран телефона, когда Варя кладёт трубку. — У меня разрядился. Мать, наверное, с ума сходит.

— У меня зарядка есть, — роется Варя в сумке. — Держи.

Пока мой смартфон заряжается, бреюсь наспех. Одноразовый станок больно царапает кожу, но выбирать не приходится. Наверное, к вечеру весь покроюсь раздражением.

— Костя, я такси заказываю, — кричит Варя.

— Хорошо, — отзываюсь. — Поставь ещё один заезд куда-нибудь недалеко от работы. Я выйду и сделаю вид, что пришел пешком.

— Великие конспираторы, — хмыкает она, зайдя ко мне в ванную и разглядывая, как я умываюсь.

— Да ладно, всё равно всё идёт к тому, что о нас узнают, — усмехаюсь, промокая лицо.

— Ты против? — напрягается.

— Да нет, — вздыхаю, откладывая полотенце. — Я только “за”. Но инфаркта твоему отцу не желаю, надо его подготовить сначала.

— Типун тебе на язык, — возмущается Варя. — Не знаю, почему ты думаешь, что он будет сильно против.

Не хочется сдавать Анатолия Михайловича, конечно, но Варя слишком идеализирует своего родителя.

— Потому что он мне сам об этом сказал, — усмехаюсь. — И про медведей, и про то, что ты на меня не посмотришь даже.

Варя молча дёргает бровью. Хочу её обнять, но она отстраняется.

— Подожди, пожалуйста, — хмурится, — то есть, ты меня начал добиваться назло папе?

— Да ты что, сдурела что ли? — возмущаюсь и силой притягиваю Варю в объятия. — Потому что ты мне понравилась. У тебя глаза красивые. И жопа ничего, — шепчу возбуждённо.

Варя демонстративно закатывает глаза, а я ловлю губами её губы и жадно целую.

Несмотря на то, что полкан, по сути, стал катализатором моего интереса к своей дочери, всё же я запал на неё раньше.

— Дай я хоть зубы почищу, — уворачивается Варя, а я со вздохом отпускаю её и иду включать телефон.

Как только он прогружается, сразу сыпется миллион пропущенных от мамы, от ребят, из Управления и даже от полкана.

Неужели, что-то на работе произошло? Пиздец мне будет, если я на усиление не явился. Это залёт.

Но, первым делом я перезваниваю маме, потому что её здоровье мне важнее всего. С первых же секунд огребаю по первое число. Судя по дрожащему голосу, мама плакала и гореть мне в аду.

— Мамуль, ну прости, — виновато вздыхаю. — Я же не маленький. Просто заснули с Варей, а телефон разрядился.

— Я все морги обзвонила! — отчитывает она меня строго. — Все больницы! Я командиру твоему звонила!

— Ветрову? — напрягаюсь.

— Ветрову! — фыркает, а я облегчённо выдыхаю. — И Щукину какому-то!