Растерянно замираю, переваривая услышанное. Я никогда не думал, что Варя девственница, да и сейчас так не думаю, поэтому и такого ультиматума от неё я совершенно не ожидал. Я только-только наконец-то себе решился признаться, что влюбился, как малолетка, а тут новый вызов.

— Ты серьёзно сейчас? — уточняю, мотнув головой, будто отгоняя наваждение. Не то чтобы я собирался воспользоваться дочерью полковника и слиться, просто за постепенное развитие отношений и столь далеко идущих планов на жизнь ещё не строил.

— А что такое? — усмехается Варя, и в её глазах вспыхивает дерзкий, вызывающий огонёк. — Боишься?

Чувствую, как челюсти сжимаются с лёгким хрустом. Я, конечно, азартный человек, но всему есть разумные пределы.

— Нет, — усмехаюсь я уже без тени улыбки, серьёзно глядя на неё. — Просто я не настолько консервативен, чтобы требовать от партнёра в XXI веке штамп в паспорте как пропуск в кровать.

— Ну вот видишь, — тут же парирует Варя, — у нас уже первый камень преткновения, а мы ещё даже не начали.

Мне дико хочется сейчас взять и назло ей доказать обратное — что я не боюсь. Я почти уверен, что стоит мне сказать «выноси паспорт», как она тут же даст заднюю, испугавшись собственной дерзости. Но идти таким путём, ломая её через колено ради победы в споре, мне неинтересно. Все эти заскоки, понятное дело, растут из её прошлого, где её бросил жених, сбежавший после аварии.

— Ладно, — киваю, внезапно чувствуя веселье от этой игры. — Давай просто за ручку погуляем для начала. Без ультиматумов. А там, глядишь, и про свадьбу решим, когда в детский сад наиграемся.

— Костя, — закатывает глаза Варя. — Не трать время.

— Моё время, что хочу, то и делаю, — перехватив её за шею, заставляю посмотреть на меня. — Целовать-то тебя можно или только в щёчку?

— Можно, — фыркает Варя обиженно, и я снова склоняюсь к её губам.

Она отвечает на поцелуй — сдержанно, якобы нехотя, но я чувствую, как напряжено её тело и как ей самой с трудом даётся это сопротивление.

Ну ничего, ничего, ещё посмотрим, кто кого переиграет.

— Когда тебе на работу? — шепчу, разрывая поцелуй, но не отдаляясь.

— Завтра, — так же тихо выдыхает Варя в ответ.

— Тогда до встречи, — вздыхаю и мои пальцы скользят по её шее, едва касаясь кожи, прежде чем я окончательно отпускаю её и нажимаю кнопку пятого этажа.

Двери лифта открываются. Варя выходит, не оборачиваясь. Двери снова смыкаются, оставляя меня одного в медленно ползущей вниз кабине, наполненной запахом её духов. Устало опираюсь о стенку и закрываю глаза. Хочется постучаться затылком от бессилия, но я боюсь, что застряну. А ещё хочется вернуться к ребятам и напиться, но вместо этого я достаю телефон и вызываю такси до дома.

Зато утром я приезжаю на работу раньше, наливаю себе чай и у меня поднимается настроение, когда я встречаю хмурых, помятых, опухших с похмелья сослуживцев.

— Блин, как хреново-то, — медленно опускается на диван Пророк, морщась и потирая виски. — Можно? — кивает на колу, стоящую на столе.

— Можно, это я вам и купил, — усмехаюсь. — Там ещё таблеточки от головы.

Я специально заехал с утра и накупил всякой вредной гадости, с которой легче пережить отвратительное самочувствие.

Утреннее построение проводит не полкан, а его заместитель. Я понимаю, что Анатолий Михайлович решил отлежаться после весёлого вечера, поэтому судорожно придумываю, под каким предлогом заглянуть к Варе. На самом деле это задачка на уровне боевой, потому что тут тебе нужно проявить такую же смекалку, как в тылу врага.

— О боже, мне ещё с докладами сегодня разбираться, — стонет Илья, покосившись на журналы.

В голове будто что-то щёлкает. Вот он, тот самый момент, когда я могу слинять под благовидным предлогом!

— А хочешь, я тебе помогу? — предлагаю.

Он подозрительно косится на меня.

— Ты же терпеть не можешь бумажную работу, — хмурится.

На самом деле, что есть, то есть, потому что для меня все эти таблицы и документы кажутся бессмысленной ерундой.

— Ну, когда-нибудь же надо начинать, — усмехаюсь. — Должность майора сама себя не заработает. Посмотрю в предыдущих отчётах что надо писать. Если что, Варвару попрошу помочь.

— Мне кажется, проще всё-таки на ней жениться, Костян, — подмигивает Скромник, со стоном прикладывая бутылку газировки ко лбу, а я закатываю глаза.

Вот что-что, а новые погоны таким образом я зарабатывать не собираюсь. Поэтому лучше всё же поднапрячься сейчас, чем потом все будут говорить, если у нас с Варей, конечно же, дойдёт до свадьбы, что я их получил по блату.

— Последний раз предлагаю: давай, помогу, — серьёзно смотрю на Пророка.

— Ну, помоги, добрый человек, — вздыхает он, и я, подхватив журналы, выхожу из нашей комнаты отдыха.

Открыв дверь делопроизводства, застаю Варю за работой на компьютере. Она поднимает на меня взгляд и тут же прячет его, делая вид, что абсолютно спокойно реагирует на моё появление, но я же вижу, как вспыхнули её глаза.

— Привет, — улыбаюсь, плотнее прикрывая за собой дверь.

— Привет, — со вздохом отрывается она от компьютера.

— Слушай, мне тут нужно заполнить документы. Подскажешь, как правильно? — хитро улыбаюсь, подставляя к её столу второй стул и плюхаясь на него.

— Наверное, тебе лучше к Малахову подойти, — прочитав название журнала, усмехается Варя. — Я же сама ещё до конца не разобралась.

— Ну, ничего, вдвоём справимся, — хитро смотрю на неё. — Как папа?

— Давление поднялось…

Больше не выдержав официоза, притягиваю за ручки Варино кресло к себе.

— … Костя! — шипит Варя, вцепившись в него так, будто я сейчас собираюсь её от него отдирать.

— Хочу утренний поцелуй, — хмыкаю, наклоняясь к ней ближе.

— Но не на работе же, — возмущается.

— Так никого же нет, — расплываюсь в улыбке.

Варя закатывает глаза, но всё же подаётся ко мне навстречу. Едва успеваю коснуться её губ, как тут же слышится щелчок дверного замка, и мы друг от друга едва не отпрыгиваем.

— Варвара Анатольевна, на почту до или после обеда поедем? — заходит Малахов и растерянно тормозит в дверях, напарываясь на мой взбешённый взгляд.

— Завтра! — рычу на него, и он, молча приложив руку к козырьку, тут же ныряет обратно за дверь.

— Костя, так нельзя, — укоризненно смотрит на меня Варя, а я притягиваю её к себе и, наконец, целую.

— Прекрати так делать! — возмущается она, когда я отпускаю её.

— Как? — хмурюсь.

— Тискать меня на работе, — фыркает, отодвигаясь.

— А где мне тебя ещё тискать, если ты от меня прячешься? — теперь уже возмущаюсь я.

— Я не прячусь! — обиженно вздергивает подбородок моя строптивая цель.

— Да конечно! — усмехаюсь. — Ни погулять не соглашаешься, ни в гости. Даже приехать к тебе на минуту нельзя.

— Да блин, Костя! — шёпотом вскрикивает Варя. — А если нас кто-то увидит и передаст отцу?

— У меня в гостях тебя никто не увидит. Но ты всё равно не соглашаешься, потому что трусишь.

— Нет, — взбешённо округляет она глаза.

— Тогда приезжай сегодня вечером ко мне, — с вызовом смотрю на неё. — Или опять скажешь, что дела какие-то?