Максим нехотя оторвался от моих губ.

Раздраженно поморщился. Перекатился на свою сторону постели и взял в руки звенящий телефон.

– Слушаю. Баринов!

Мне хотелось нырнуть под одеяло с головой. В голове замелькали картинки того, что мы вытворяли за последний час – полтора.

И эта его непонятная перемена…

Кошмар!

Но организм говорил об обратном.

Истома. Приятная усталость. Я ощущала только это. Никаких негативных последствий от активных сексуальных упражнений в теле не наблюдалось.

Только совесть укоризненно цокала в голове.

– Слушай, за что я тебе плачу?– Максим дошел до графина с водой, налил в стакан и повернулся ко мне. Жестом предложил попить, но я отрицательно помотала головой. Не хочу.– Ответ неверный. Я плачу тебе за то, чтобы ты не грузил меня подобной хренью, а успешно решал ее сам. К утру пришли мне договоры на почту. Подписанные. И учти, что эти контракты хотим заполучить не только мы. С местными я вопросы решу, задержек не будет.

Он раздраженно ткнул в дисплей смартфона и фыркнул.

Бросил аппарат на постель и так, голым, ушел в ванную. Видимо, его совершенно нагота не смущает. А вот меня – очень.

Но никакой повседневной одежды у меня в его номере нет. Только дорогущая для изображения его жены.

Я схватила со спинки кресла рубашку Максима и набросила на себя.

Придется ходить пока так, пока до своего номера не доберусь.

– Зачем ты встала?– голос у Баринова по-прежнему был злым.

– В смысле?– я растерялась.

Как будто он меня застал за чем-то постыдным. Может, он не любит, когда берут его вещи?

– Сюда иди,– Макс сел на кровать и похлопал рядом с собой по одеялу.

Я подошла и села на краешек.

Как теперь себя вести себя? Договор мы разрушили. Не совсем, конечно. Но новых границ я не понимала. Что мне делать? Как с ним разговаривать?

– Катенок, кто был этот хрен, который к тебе приставал у бассейна?

Оу.

К такому вопросу я была не готова. И как отвечать на него – тоже не знала. Рассказать правду?

– Он твой бывший? Муж? Парень?– синие глаза были холодными.

– Нет,– я даже руками замахала.– Нет, что ты!

– Тогда какого хера он так с тобой разговаривал? Он имеет на это право?

– Нет,– я вильнула взглядом в сторону.– Олег мой бывший одногруппник. Он ухаживал за мной, если это можно так назвать. Но мы никогда не встречались. Я даже никаких надежд ему не давала. Просто он…

– Охуевший, я понял. Значит так,– Максим положил руку мне на ногу. Нагло забрался под рубашку, сжал бедро.– Чтобы никаких разговоров с этим мудаком, поняла меня? Не забывай, кто ты. Мне нужно отъехать на пару часов, кое-что решить в городе. А ты валяйся, спи. Делай что хочешь. Только из номера не уходи. Еду закажи прямо сюда.

Он еще раз ущипнул меня и поднялся.

Не говоря больше ни слова, оделся. Брюки, рубашка, дорогой ремень, часы. По комнате поплыл аромат горьковатого парфюма.

Я все так же сидела на кровати.

Он злится.

Я это кожей ощущаю. Как будто настроилась на него, понимаю с полуслова. С одного движения. Взгляда.

Только я никак не могу понять причину его недовольства.

Это все из-за Олега что ли? Ну, простите. Этой встречи я предугадать никак не могла. И сама от нее не в восторге.

Да пошел он к черту!

Своего добился и еще и недоволен!

Я услышала, как за Бариновым закрылась входная дверь и громко фыркнула. Даже не попрощался! Засранец.

А что я хотела, с другой стороны?

Я для него помощница, а не настоящая жена. Считай, что босс оттрахал любовницу. Я рассеянно погладила пушистое одеяло. На рабочем месте, ага.

Они же разные бывают.

Вот только хрен он угадал!

Я тут сидеть не буду.

Элементарно хочу принять душ. В своем номере! И переодеться в нормальную одежду. А он пусть потом злится, сколько ему будет угодно.

Я же не рабыня.

У нас коммерческие отношения.

Я скривилась. Такими методами можно и проституцию оправдать, Катя. Хорошо, что Баринов не предложил мне доплачивать за постель. А то я бы точно врезала ему.

И по морде. И по остальным высокочувствительным местам.

Я не шлюха!

Такого мужчину чтобы не захотеть, надо быть или в очень преклонном возрасте, или иметь какие-то проблемы со здоровьем.

Я заскочила в ванную, пригладила сырые волосы как смогла.

Мне нужно добраться до своего номера. И желательно, чтобы служба охраны поменьше веселилась, когда увидит меня на мониторах.

Я вытащила из шкафа новый пиджак, юбку.

Натянула все это добро на голое тело. Закрутила волосы гулькой. Покрутила головой перед зеркалом – вроде держится.

Отлично!

Почти прилично выгляжу.

Я выскользнула в коридор. Хорошо, что на этом этаже всегда мало кто живет. И лифт приехал быстро.

Но потом моя радость испарилась.

Навстречу мне вышли двое мужчин. Из тех, что были с нами у бассейна. Я вздрогнула от неожиданности. Но они на меня даже не взглянули. Что-то оживленно обсуждая, направились к одному из номеров.

Тоже живут здесь?

Надо узнать их имена. Мало ли.

– Катерина? Что же вы, заходите,– в углу лифта стояла моя собеседница с завтрака, Марианна.

– Ой!– я опять вздрогнула.

Я ее вообще не заметила!

– Извините,– я зашла в кабину.– Совсем задумалась. Вы решили позагорать?

Марианна была одета в пляжный халат. В руке у нее была соломенная сумка.

– Да. Мне сказали, здесь чудный бассейн. До ужина есть время, полежу часок. Совмещу полезное с приятным.

Я ей учтиво улыбнулась. Благо улыбка отработана месяцами обслуживания гостей.

И вдруг решилась. Спрошу!

Вдруг мне повезет?

– Скажите, Марианна, а вы не знаете вот этих господ, что вышли сейчас?

– Эти двое? Это братья Духовы. Тоже из Москвы. Им СтройКомфорт принадлежит. Я думала, вы с ними знакомы.

– Если честно, на завтраке было так много людей, что я не всех запомнила,– я смущенно улыбнулась.

– Ахахх! Знакомо,– она тихонько рассмеялась.– Ну, уж Максим Александрович-то точно знает, кто они.

– Почему?

– Да вы что?! Это же прямые его конкуренты! Самый большой контракт получат либо они, либо ваш муж. Он вам не говорил об этом?

Я остолбенела.

Конечно, не говорил.

Мы вообще о его работе не разговаривали.

Но никто об этом не знает. И не должен знать. Для всех я его жена. Потому что такое условие для заключения этого дурацкого контракта.

Вот только Олег может все испортить.

Вернее, не он.

Я могу испортить Максиму работу.

Я.