Казалось бы, большая продолжительность жизни, отличная медицина, выращивание органов и прочее способствовало бы долгой жизни. И тем не менее к лету 2287 года из всей семьи Колесовых я остался один.

На тот момент ничего необычного в катастрофе и пожаре я не увидел. Мне выдали капсулу с прахом деда и прислали официальные соболезнования от лица правительства.

Раздумывать о некоторых странностях я не мог по причине, что навалилось множество дел. Пришлось вступать в наследство, вникать в тонкости управления. Спасибо Марии — в тот момент она поддерживала меня и помогала по мере сил. Свою компанию я практически полностью переложил на её хрупкие плечи. Жена у меня хоть и выглядит милой девочкой, но характер у неё железный.

Как говорил дед: «Она не нашего круга, но тебе подходит идеально».

Мария Русова на самом деле была из простой семьи химиков-технологов. В лабораторию её приняли без моего ведома.

Мишка тогда ещё работал в компании и первым её приметил. Причём, по неизвестной мне причине, сам ухаживать за симпатичной девушкой не стал, а позвал меня под каким-то надуманным предлогом. Я, как дурак, примчался, переживая, что случилось что-то серьёзное, и встретил в лаборатории Марию Ермолаевну Русову.

Эта пигалица тут же отчитала меня за отсутствие комбинезона и бахил. Она ведь не знала, кто я такой, и совершенно не стеснялась в выражениях. Распоряжение я выполнил и поспешил вернуться, пытаясь выяснить, какие всё-таки возникли проблемы.

— Кроме того, что сотрудники заходят в лабораторию без униформы, никаких, — вздёрнув носик, сообщила Мария.

С того дня в лабораторию я зачастил. Раньше, как владельцу компании, мне не требовалось следить за каждым экспериментом, но появление Марии многое изменило.

Позже Мишка раскрыл мне небольшой секрет. Он придумал компьютерную программу — что-то вроде примитивного теста с добавлением биологии. Теперь все сотрудники проходили его при приёме на работу.

Если коротко, Мишка решил искать себе невесту. Ну и мне заодно. Круг общения у нас сложился ограниченный и специфичный. Я бы никогда не догадался, зачем понадобились тестирование, сдача крови и определение любимых запахов. Оказалось, Михаил внёс это в свою базу данных. И очень удивился, когда программа показала моё совпадение с Марией на восемьдесят четыре процента.

Друг не обиделся. К чему удивляться, если сам эту программу придумал. Зато устроил мне встречу с девушкой.

Признаться Марии, что за нас всё решили химия и компьютер, я рискнул лишь через семь лет, когда родилась наша дочка Ольга. Тогда Мария посмеялась, пожурила Михаила и больше тот случай никогда не вспоминала. Невероятным образом мы, действительно, оказались крепкой семейной парой.

Мало того что у нас была полная генетическая совместимость, мы ещё и соответствовали всем параметрам программы «Продолжение рода». Никаких наследственных заболеваний или иных отклонений. Честно говоря, меня это немного удивило, особенно когда я узнал, что родной сестре Марии отказали в праве на рождение ребёнка. У Катерины как раз обнаружили некие патологии.

Сначала она не поверила. Заставила мужа пять раз пройти процедуру проверки, оплатила себе полный курс регенерации, хотя по возрасту ей это ещё не полагалось. К тому же стоило лечение недёшево. Но тут Мария помогла сестре деньгами. К сожалению, ничего не изменилось. Катерине снова выдали нулевой репродуктивный рейтинг. Наверное, именно по этой причине она так привязалась к нашей дочери и часто забирала Ольгу к себе погостить.

В последнее время это стало меня беспокоить. Ребёнок слишком много времени проводил у тётки. Да и интересы у неё какие-то странные, «легкомысленные», — как заявил Глеб, наш младший отпрыск.

Из-за отличной наследственности и отчасти потому, что сестре Марии ИИ заблокировал право на материнство, нам, напротив, разрешили родить второго ребёнка. Разница в возрасте у детей всего четыре года, но я уже вижу в Глебе свои черты во всех областях, особенно то, что касается химии и биологии. Естественно сын проходит обучение в пансионе, хотя на выходные мы забираем его домой.

Дочь провела в пансионе всего два года. После по настоянию Катерины стала появляться там раз в неделю, сейчас и того реже.

— У девочки прекрасная социальная адаптация, — заверяла меня сестра жены. — Ей гораздо полезнее посетить салон, сделать маникюр или посетить курсы женской гимнастики, чем эти ваши химические опыты.

— Не всем же быть такими умницами, как твоя жена, — отчего-то поддерживал дед такой принцип воспитания.

Мария тоже соглашалась с этими мнениями, и мне не оставалось ничего другого, как махнуть рукой. И в самом деле, зачем заставлять ребёнка корпеть над тем, что ей не по душе? Правда, что ей именно нравится, кроме каких-то модных коллекций обуви и сумочек, я плохо представлял.

— Ей всего четырнадцать лет. Не такие это большие затраты, — уверял меня дед.

Мда… дед… Как же так? Нелепая гибель и много вопросов после неё.

Прежде всего меня удивило то, что он на самом деле собирался стать колонизатором. Ладно бы он просто купил космический корабль. Так нет, тот был класса М-009. «М» — это не от слова «маленький», а «мощный». Один из самых дорогих и больших грузо-пассажирских, если можно применить такое обозначение к космической технике. Так-то они все много груза несут, но серии «М» особенно много.

По поводу того груза я был впечатлён, когда нашёл на столе в кабинете деда бумажные распечатки некого товара, оформленного на мою компанию.

Удивился я сильно. Во-первых, кто в наше время хранит информацию на бумажном носителе, тщательно удалив следы платежей и банковских перечислений? Судя по этим документам якобы некий фонд «подарил» мне три десятка контейнеров с наполнением.

Во-вторых, я действительно не смог обнаружить, кто, когда и в какое время это всё приобрёл. Не имей я на руках бумажные документы, не поверил бы и стал искать, как избавиться от непонятного груза.

Тридцать сорокапятитонных контейнеров, содержимое которых значилось как «предметы колонизаторов». И всё. Как вам такой неожиданный подарочек от деда?

Естественно, я не поленился, поехал на тот склад, предъявил сканер, подтверждающий моё право на груз и посмотрел на него издали. Вскрывать и копаться в этих контейнерах, естественно, не стал. По документам там в основном бытовые принтеры.

После я долго размышлял, что с этим всем делать. Деньги потрачены огромные, куда применить это всё я понятия не имел. Так-то оно всё полезное. Окажись я реально тем самым колонизатором на дикой планете, то неимоверно обрадовался бы. Наши, точнее семейные, разработки молекулярных принтеров там непременно пригодились бы.

Такой принтер произведёт хоть футболку, хоть обувь или крепкие штаны. Кстати, это одна из популярных в своё время моделей принтеров в Африканских странах. Собственно ими и сейчас пользуются, просто «ОргоПринт» давно обеспечил принтерами всех жителей Земли, а новые разработки покупаются редко. К тому же обеспеченным людям одежда из принтера не интересна.

Как говорит дочь, всё, что не пошито вручную, это лажа. Не знаю, не знаю. Меня на работе комбинезоны, напечатанные принтером, вполне устраивают. Дешёвые, крепкие, удобные.

На самом деле если сравнивать рабочий комбинезон ценой в один мир, где учтены все параметры моего тела, и тот самый индивидуальный пошив из натуральных тканей от известного модельного дома, то по удобству костюм в пять тысяч мир по всем показателям проигрывает.

— Папа, ты ничего не понимаешь! — обычно возмущается на мои высказывания Ольга. — Мы таким образом даём рабочие места живым людям.

Ох уж эти рабочие места… Тоже очередная проблема. Я уже говорил, что семья наша очень богатая. И прадед, и дед, и мой отец понастроили особняков и вилл. Если не брать в расчет совсем мелкие «домики», то на данный момент у меня во владении десять огромных дворцов. И проблема в том, что к каждому такому зданию прилагается штат прислуги.

Это я в лаборатории и на производстве могу запустить роботов-уборщиков, а в особняках семье нашего достатка положено иметь живых людей в качестве работников. Как-то я попытался сократить часть прислуги в домах, оставшихся от родителей. Куда там! Ушлая прислуга в таком случае сразу подает в суд. Мне пришлось через три таких пройти и больше я не связывался.

Кроме психологов на меня натравили несколько десятков адвокатов. Я понимаю, что людям хочется проявить себя и показать свою нужность, но не такими же методами! Обычное оправдание на тему того, что я не живу в тех пяти особняках и мне не нужна прислуга в таком количестве, не срабатывали. Психологи хором начинали стыдить. Как же! Я лишаю людей последнего шанса осознать свою полезность.

Полезность, — ха! — от тех бездельников. Вот сами рассудите, чем занимается прислуга при условии, что хозяин (на тот момент я был один, без семьи) не посещает владение годами? Думаете они там с утра до ночи чистят и убирают? Да тех же роботов используют и живут в свое удовольствие.

Сократить штат прислуги, доставшейся мне в наследство вместе с недвижимостью от родителей, я так и не смог. Курс развития нашего общества на «гуманность и человечность», как противоположность тем годам, когда вовсю использовались имплантаты в мозг и прочая кибернетизация. Пришлось смириться и продолжать кормить всю ту толпу «живых людей», проживающих в особняках.

Небольшие преобразования я всё же сумел устроить. Были там несколько особо рьяных, которые первыми и подали в суд, когда я решил, что столько обслуги на острове мне не нужно. Полсотни человек прекрасно себя чувствовали в тропическом раю на всем готовом и менять свой статус не хотели. Так сильно не хотели, что даже глобальный ИИ подключили к решению спора.

Исходя из того, что моя семья входила в список богатейших людей планеты, ИИ не мог не обратить внимание на возникший спор и вынес категоричное решение — обеспечить людей работой до достижения предельного возраста функционирования. Чего этот самый умный ИИ не указал, так это место работы. Он перечислил страховки, зарплату, количество часов трудовой деятельности и обязательный отпуск. И кто сказал, что я не могу перевести работников с острова в городской особняк?

Именно так я и поступил. Там, конечно, прислуги тоже хватало — двадцать человек, а я к ним добавил те полсотни. Причем обеспечивать жильём, согласно контракту, я их не должен. Вот вам зарплата двести пятьдесят миров в месяц, питание один раз в день — и крутитесь как хотите.

Прислуга, привыкшая к беспечной жизни, где из забот было получение доставки продуктов, стала высказывать недовольство. На новом месте пришлось искать съёмное жильё, которое их совсем не устраивало! А я причём? Мне попеняли, мол, нехорошо так поступать, я обязан предоставить более достойный уровень жизни. С чего это вдруг? Переслал им заключение от глобального ИИ, к которому они сами же раньше и обратились.

Кроме жилья прислуге пришлось личный транспорт покупать и прочие траты возникли. На онлайн казино и виртуальные развлечения средств не стало хватать. А я ещё и поселился в особняке, пригласив Мишку. Ух, и порезвились мы с ним!

Городской особняк родителей, по сравнению с остальными, не особо большой. Каких-то шесть спален, четыре кабинета, четыре гостиных, две столовых, один зал для приемов ну и сопутствующие помещения типа кухни и кладовых.

И представьте там семьдесят человек прислуги! Безусловно, они все имели щадящий график работы, не более пяти часов в день. Но их все равно было слишком много. Как работодатель я обязан обеспечить обедом один раз в день, но не обязан кормить у себя в столовой. Для этого имеется помещение прислуги, включающее не больше десятка человек за один раз.

К тому же имеющийся управляющий со своими обязанностями не справился и не распределил разумно слуг по дням недели и часам. Я же из принципа этим не занимался. Зато мог среди ночи потребовать себе какао с булочкой и после возмущаться, почему этого нет. Почему мне вообще никто не отвечает и где те слуги⁈

Мишка добавлял веселья. По правилам прислуга не должна мешать отдыху хозяев. И как им не мешать, когда их столько? Они толком убираться не могли потому что только что задницами не толкались. Что очень хорошо и добросовестно фиксировал электронный архитектор, подключенный к глобальному ИИ.

Месяца не прошло, как я сократил две трети работников уже по той причине, что они не выполняли свои обязанности. Все получили понижение социального статуса на пять пунктов, вспоможение в размере пятидесяти миров и социальное жильё. И не надо из меня злыдня делать!

Всем из тех уволенных слуг я предлагал работу и даже учебу по новой специальности. Мишка как раз в то время свой «Сурик-100» запускал и люди ему требовались.

Думаете эти любители жизни на тропических островах пошли в новую компанию? Там же трудится нужно, а они не привыкли к такому «бесчеловечному отношению» — как высказалась одна мадама необъятных размеров, пытавшаяся потребовать с меня оплату курса реабилитации. Кстати, в суд потом подала. Я читал суть претензий и не знал смеяться мне или хм… не смеяться. Бывшая служанка заявила, что это наша семья виновата, когда предоставила ей такую работу с четырёхразовым питанием из сплошных деликатесов. Это они так на острове хорошо питались. Потому она потолстела и хочет денег на курс похудения.

С тех пор тема наёмных работников у меня вызывает раздражение. Ольге сколько раз пояснял, что не стоит вникать в эти жалобы и решать без меня возникшие вопросы. Примерно год назад Катерина подговорила её обзавестись личным водителем. И Ольга чуть было не наняла его. Мне повезло, что дочери на тот момент было меньше тринадцати лет и её заявку не зарегистрировали. Ольга прибежала тогда с претензией. Я же, получив сообщение, моментально поставил ей запрет на будущее нанимать персонал.

— У Лемешевых все с личными водителями ездят! — возмущённо заявила Ольга.

— Бери в качестве водителя любого работника с загородной виллы, — предложил я. — Он в любом случае нужен, чтобы перед тобой дверь открывать.

И в самом деле зачем в наше время водитель машины? Все функции давно выполняет автопилот, а не живой человек. Но вот появилась такая мода. Даже ретро автомобили стали выпускать, где отдельно выделено место для водителя и такая архаичность, как руль. К слову, выпуском тех автомобилей как раз Лемешевы и занимаются. Сами моду ввели, сами её распространяют.

Персонала у меня по-прежнему в избытке, а после смерти деда добавилось ещё несколько сотен. Мне же в наследство достались владения и сама корпорация.

Удивительно, что при всем этом успехе и богатстве дед отчего-то решил стать колонизатором. И это отнюдь не сиюминутный каприз, он собрался на полном серьёзе переселяться на другую планету. Подготовил и купил приличное количество вещей, отчего-то скрыв эти покупки. Прикинув так и эдак, я решил ничего не менять. Склад оформлен на меня, груз тоже, кушать он не просит, хранится может хоть сто лет. Мало ли какая оказия возникнет, тогда и продам.

И снова у меня из внимания выпала странность гибели деда. Навалились проблемы другого рода. Давний конкурент нашей семьи предъявил претензии по поводу выпуска новой серии человекообразных роботов-помощников. Они даже в суд подали, обвиняя в промышленном шпионаже. Как это может произойти во времена глобального ИИ?

Правда, Мишка уверял, что легко и просто. Сеть глобальная, однако она не касается того, что связано с научными изысканиями. Всё, что усовершенствует и улучшает жизнь людей, вначале проходит своего рода тестирование, и глобальный ИИ словно не замечает этого.

— Зачем ему мозги засорять опытами и исследовательскими работами, многие из которых окажутся тупиковыми, — пояснял мне как-то друг принцип работы глобального ИИ. — Для этого существуют менее продвинутые версии и младшие братья — нейросети.

Согласно этому принципу, на стадии разработки ИИ не вникает в технологии. Мне же предстояло доказать, что те самые роботы наше родное изобретение. Я не просто был в этом уверен, я точно знал, поскольку вся биохимия была создана Марией под руководством деда. Программу писал Мишка, и лишь каркасы монтировались на одном из заводов концерна «ОргоПринт».

Можете представить мою загруженность в те дни, и потому предложение Мишки отдохнуть денёк на природе я воспринял как издевательство.

— Миша, прости, но не получится в этом месяце точно, — с сожалением отказал я другу.

Он у меня понимающий, и я был уверен, что объяснять ничего не придётся. И каково же было моё удивление, когда буквально через четверть часа Мишка подъехал за мной. Мало того, и Мария сидела у него в салоне. Вид, правда, имела такой же недоуменный, как стал у меня в момент их появления.

Удивление усилилось, когда подойдя ко мне ближе, друг развернул записку, прижал этот листок к груди и дал прочитать: «Ничего не говори, не спрашивай, следуй со мной» — гласила она.

Метод передачи информации настолько озадачил, что я невольно подчинился и сел в машину. Ехали мы молча, повезло, что недалеко, иначе бы я умер от нетерпения. Отчего-то мне не казалось это шуткой и желанием Мишки меня подбодрить в сложной ситуации.