Ролли вошел в кабинет и остановился; дверь за ним бесшумно сомкнулась. Некоторое время все молча смотрели друг на друга. Учитель и Помощник – напряженно, с широко раскрытыми глазами, Ролли – с явным недоумением; он впервые видел своих наставников столь скованными…

Первым пришла в себя Наставница. На ее лице вдруг изобразилась вымученная улыбка; она поднялась из-за стола и торопливо прошла навстречу.

– Здравствуй, Ролли! – Брик на ходу протянула ему обе руки. – Мы рады тебя видеть! Что привело тебя сюда, Ролли?

Ролли кивнул:

– Я тоже рад… – Его лицо стало спокойным. Он помолчал и добавил:

– Я хотел бы разобраться…

– Да, конечно… – поспешила перебить его Брик. – Проходи, садись…

Они подошли к приставному столу.

– Садись напротив, Ролли, – пригласила она, усаживаясь на прежнее место слева.

– Мне будет удобнее стоя, – сказал Ролли, остановившись прямо перед Паргом.

Наставница и Учитель переглянулись.

– Как пожелаешь, Ролли, – согласилась Брик.

Парг Морган снял пенсне и, подышав на стекла, стал усердно протирать их мягким лоскутком. По тишине, вдруг наступившей в огромном кабинете, он почувствовал, что и Брик и ее подопечный молча наблюдают за ним, и это вдруг принесло ему успокоение. Он отложил тряпицу в сторону, приблизил окуляры к подслеповатым глазам и, осмотрев их на просвет, одел очки. Выдержав паузу, поднял глаза на стоявшего перед ним Ролли.

– Так что тебя интересует на этот раз? – медленно спросил он.

Ролли ответил не сразу; он все еще молча рассматривал линзы Учителя. И оттого, что в кабинете вновь стало тихо, его голос прозвучал как-то особенно громко и неожиданно:

– Я хотел бы знать…

– Что знать? – умиротворенно, словно приглашая андроида говорить тише, перебил его Парг. Ролли понизил голос:

– Я хотел бы знать… для чего я создан? Наставница сказала – это был заказ Управления безопасности с одобрения Главы Высшего совета… Поскольку именно Вилл Штокман одобряет заказы военных и контролирует их выполнение…

Морган, не меняя положения головы, быстро взглянул на побелевшую сотрудницу и тут же вернул взгляд. Ролли продолжил:

– …Если это так, то именно этот человек организовал нанесение вреда другому человеку: он отдал приказ на устранение Ролли Койла и теперь представляет угрозу его невесте – Эйлине Трейс…

– Должен тебе напомнить, – осторожно перебил его Парг Морган, – что Ролли Койл сотрудник нашего Центра… Поэтому мы справлялись о нем в полиции и могу заверить – им пока ничего не известно… Но, допустим, что это так… – подумав, сказал он. – Что из этого следовало для тебя?

– В соответствии со своим протоколом, я обязан был не допустить причинения вреда Эйлине Трейс и наказать того, кто нанес вред Ролли Койлу.

– И почему же ты не сделал этого? – вкрадчиво спросил Парг. – И почему нарушение Первого Закона до сих пор не повредило его квантовый мозг?

Последняя фраза уже явно относилась к вздрогнувшей Еве Брик, но Ролли, казалось, этого не понял:

– Потому, что в соответствии с Первым Законом, прежде чем нанести вред человеку, я обязан был убедиться, что он достоин того…

– Вот как? – Зрачки профессора сузились. – Значит, тебе было мало объяснений твоей Наставницы?

– Нет, Учитель. Но…

– Но… что?

Ролли некоторое время молча смотрел на пенсне Учителя.

– Могу я спросить?

Парг с явным неудовольствием поерзал в кресле.

– Это уже более, чем невежливо… Но я слушаю тебя.

– Я… единственный?

Морган вновь метнул взгляд на Брик, и та, будто уличенная в чем-то непристойном, встрепенулась.

– Да, Ролли, как модель RH-511, ты единственный… – дрогнувшим голосом сказала она. – Я уже говорила тебе…

Ролли вновь уставился на пенсне Парга:

– Но Помощник Учителя говорит неправду… Я только что видел таких же, как я. Кажется, они работают на Штокмана…

Он перевел взгляд на Брик, у которой от этих слов кровь вновь схлынула с лица, но, лишь скользнув, взор его вновь вернулся на Парга. Медленно, но отчетливо произнося каждое слово, спросил:

– Учитель… Как я понял, андроиды, которых я только что видел, каким-то образом заняли место людей, работающих на Штокмана – точно так же, как я занял место Ролли Койла, вашего ученого-биотехника. И тех, кого они заменили, уже нет. Как и Ролли Койла… Но скажите, почему среди них был RH-аналог военного министра? Ведь не мог же он испросить одобрение у Главы Верховного совета на собственное устранение и заказ на производство своего же аналога?

Линзы Моргана дернулись.

– Однако какое отношение это имеет к исполнению тобой Законов? Допустим, министр не был согласен с позицией Главы Верховного совета в вопросах RH-проекта. Но что с того? Это только доказывает исходящую от Штокмана угрозу и правдивость предположений уважаемой Наставницы…

– Но это может служить и доказательством, что военные вообще не желали участвовать в этом эксперименте… И значит, не они инициаторы заказов RH-аналогов. Это может быть также доказательством того…

Ролли вдруг смолк, видя, как Учитель изменился в лице.

– Договаривай, – едва шевеля губами, произнес он. – Доказательством… чего?..

– Доказательством того, что и Вилл Штокман не был заинтересован в производстве RH-аналогов…

– Вот даже как? И каким же образом?

Ролли смотрел прямо в лицо Парга.

– Учитель, зачем Штокману понадобилось заменить аналогом и своего секретаря? Она также возражала и…

– Хотя бы потому, что она много знала! – уже не скрывая раздражения, не дал договорить ему Парг. – И это также доказывает то, о чем тебе говорили!

– Значит, каждый, кто был обречен на приобретение своего аналога-двойника, имел неосторожность быть против проекта Главы Верховного совета или много знать о нем… Тогда как его выбор пал на Ролли Койла, не имевшего к проекту никакого отношения и отличавшегося лишь тем, что был избранником дочери его близкого товарища? Неужели только потому, что его аналог, Ролли-андроид, имел бы тогда возможность попасть в кабинет его же, Вилла Штокмана, и устранить его самого? Ведь именно так мне было приказано…

Он помолчал и тихо добавил:

– И если не военные и не Вилл Штокман сделали человека Ролли Койла генетическим донором Ролли-андроида – то кто? В любом случае, только вы знали обо всех этих несчастных… Получается, кто производил RH-андроидов, тот и заказывал их…

В кабинете стало тихо. Всех словно охватило оцепенение.

– И когда же эта мысль пришла в твою голову? – сквозь зубы процедил, наконец, Парг Морган.

– После того, как я увидел их в приемной… Когда вспомнил Ролли Койла. Вернее то, что от него осталось…

Брик похолодела, видя, как Морган едва сдерживается, чтобы не взорваться. Лицо его вытянулось, лоб покрылся красными пятнами, в глазах, из-за очков казавшихся неестественно выпученными, заиграли желтые блики… Но он неожиданно заговорил сдержанно и тихо, растягивая слова – чтобы, как поняла Брик, не дать волю бушующим внутри чувствам.

– Что касается Ролли Койла, – начал он, – то боюсь, ты пользуешься неверной информацией о его судьбе. Повторюсь, в полиции мнения о его гибели не разделяют…

Он помолчал и вдруг голос его окреп:

– Но ты задал вопрос об RH-аналогах в офисе Штокмана… Хочешь начистоту, Ролли? – взгляд профессора пронзил RLL-511. – Аналоги, которых ты видел, действительно произвели мы…

Еву Брик словно подбросило; она изумленно уставилась на патрона, но тот уже не смотрел на нее.

– RH – это проект концерна «AFT», наш проект! Но то, что он временно, повторяю – временно! сопровождается, как ты утверждаешь, нанесением вреда человеку – в этом повинны не мы, а только Вилл Штокман – Глава Высшего совета! Зло, которое приносит наш труд – мера вынужденная, и вынуждают прибегнуть к ней они – государство, Высший совет, Правительство, наконец, этот самый Вилл Штокман! И не смотри так на меня! Ты наше уникальнейшее творение! По сути – человек в самом высоком его понимании. Потому что, в отличие от других моделей, запрограммирован не просто на недопущение вреда человеку, но и на его искоренение! Но ты задумывался, почему именно так? Как ты думаешь? Да потому, что таков мир человека! Этот мир – нескончаемая вражда добра и зла, вечная и противоречивая, ибо торжество добра одних чаще всего достигается злом для других, а их добрые намерения нередко порождают невиданное зло. И твое истинное предназначение заключается в том, чтобы своими исключительными возможностями способствовать торжеству добра, пусть даже принесением вреда…

Парг внезапно смолк, видя, как меняется выражение лица Ролли – от неподдельного внимания до странного для робота недоумения – протестующего и потому пугающего… Неприятное чувство, вдруг поразившее Парга Моргана, только усилилось, когда тот тихо пробормотал:

– Исчезновение людей и замена их аналогами… Это и есть «торжество добра»?

Щека Парга дернулась.

– Если хочешь – да! – резко бросил он, но, словно опомнившись, сказал спокойнее:

– Да, Ролли, это и есть достижение добра через неизбежное зло. Прогресс не остановить! Я уверен, ты это вполне понимаешь… Ты сам частичка этого прогресса, ты и есть будущее человечества! Такие, как вы, будут незаменимы в тайной войне с врагами общества, с преступностью, террором, в освоении экстремальных профессий, космоса, новой техники! В конце концов – это немалые деньги и выгодный бизнес… Но, к сожалению, пока не все это понимают. Не все желают вашей конкуренции – обыватели, профсоюзы, религиозные общины, наконец, Правительство, Высший совет, государство… Ты меня понимаешь?

Ролли молчал.

– Ты меня понимаешь? – вновь повторил Парг.

Ролли заговорил почему-то тяжело, с трудом выговаривая слова. Моргану и Брик даже показалось, что вдруг изменился и тембр его голоса. Он стал густым, низким, идущим откуда-то из глубины его искусственной груди. Было странным и то, как он затем сказал – точно уясняя заданный урок:

– И для того, чтобы ускорить прогресс… вы решили все исправить…

Парг посмотрел на Брик, Брик на Парга: их подопечный начинает их понимать? Парг едва заметно кивнул.

Помощник Учителя подняла голову:

– Да, Ролли, мы готовы все исправить. Готовы, и уже много сделали для этого…

– Много сделали? – Ролли сверху вниз покосился на Брик. – То есть вы произвели их много? И я не единственный – таких, как я, немало?

– Нет же, Ролли! Таких, как ты, нет. Заложенные в тебя возможности, соответствующие твоему исключительному предназначению, делают тебя единственным…

– И все же я их видел… Значит, подобных мне аналогов много… И каждый имеет свое предназначение. В чем же исключительность предназначения моего? Уничтожать?

Брик, поморщась, помотала головой:

– Нет, Ролли. Для этого не обязательно быть RH. Для этого есть другие модели…

– Значит, вы, а не военное ведомство, производите роботов-убийц? Таких, как Селен?

Брик было осеклась, поняв свою оплошность, но быстро пришла в себя и, не подавая вида, продолжила:

– …Каждая модель RH действительно имеет свою индивидуальную функцию в общем замысле. В этом ты прав. А главным сейчас является подготовить почву… создать благоприятные условия…

Брик помедлила, соображая, как выразиться понятнее, не возбуждая в ученике болезненных вопросов.

– …В общем, для того, чтобы те, кому принадлежит власть, не мешали прогрессу… Пусть пока и без огласки, чтобы не беспокоить сознание обывателя…

Она смотрела на Ролли, пытаясь угадать, правильно ли он понял ее. И сначала казалось, что нет – Ролли по-прежнему стоял, склонившись над ней, словно ожидая дальнейших объяснений… Но вот его голова выпрямилась, и он, как бы раскладывая в мозгу услышанное, повторил:

– Не беспокоя сознание обывателя… – Его взгляд скользнул по лицу Моргана и застыл где-то позади него. – То есть тайно от всех… И чтобы этому прогрессу не мешали… И вы нашли простое решение – заменить всех роботами, человекоподобными аналогами, подмену которых невозможно было бы обнаружить. Обмануть всех, чтобы… управлять всеми?

Его взгляд вновь опустился на Учителя.

– Если угодно, да, – непроизвольно выдавил Морган, которому показалось, что проклятый робот обращается именно к нему. Но Ролли словно не слышал его:

– Управлять всеми… Встать над всеми при помощи зла, причинения вреда… И вы думаете, что сумеете это сделать…

Брик уже с ужасом наблюдала за своим подопечным. Похоже, он входил в транс; возможно, реальность убийственно воздействовала на подчиненный Законам квантовый мозг! Она поспешила прийти на помощь:

– Ролли, поверь, это вполне коррелируется с твоими индивидуальными Законами. Ты просто выполняешь требование своего протокола. Когда мы добьемся своего, все преимущества участия подобных тебе будут поняты всеми…

– Или будет поздно…

В наступившей тишине хруст пальцев патрона прозвучал как выстрел. Сжав кулаки, Парг процедил сквозь зубы:

– Уважаемая коллега… Дайте ему последний шанс, и пора с этим кончать!

– Ролли, – позвала тут же Брик. Тот повернулся к ней всем туловищем. – У нас действительно все готово к тому, чтобы обстоятельства сделать благоприятными. Скоро такие, как ты, будут властью, займут места в Высшем совете и Правительстве. Дело за малым! И ты обязан помочь нам. Для этого ты создан, и в этом твое предназначение – расчистить путь от последнего препятствия, которое без тебя нам не осилить! Только ты, как аналог Ролли Койла, сообразуясь с заложенным в тебе Законом, можешь войти в кабинет Главы Высшего совета. Пойми, ты – ЛИКВИДАТОР, исключительный и непревзойденный, абсолютно адаптированный в человека! И у тебя будет еще возможность встретиться с Виллом Штокманом. Только надо понять…

Брик не договорила; она внезапно отпрянула от стола вместе со стулом – глаза Ролли потемнели и в глубине их, все более расширяясь, замерцали бордовые точки…

– Как я сразу это не понял… – точно во сне произнес он. – Я ЛИКВИДАТОР… Вот мое назначение и мое настоящее имя – ЛИКВИДАТОР ЗЛА! Ликвидатор всякой возможности принесения вреда людям, таким, как Эйлина Трейс… И вы считаете, ей угрожает не кто иной, как друг ее семьи, Глава Высшего совета, сам Вилл Штокман! И я должен выполнить задуманное вами – ликвидировать друга семьи, Главу Высшего совета и Правительства Вилла Штокмана!

– Да, да – наконец-то, ты понял! – облегченно воскликнула Брик, перебивая его.

Кажется, не все так плохо! Как ни странно, Ролли ломается! И она торопливо, пока железо было горячо, решилась на невероятное.

– Посмотри сюда, Ролли! – возбужденно воскликнула она. – Как только ты выполнишь свою миссию в соответствии со своими Законами – сотни, а затем и тысячи аналогов займут свои достойные места в нашем обществе!

Брик вскочила и быстро прошла к левой стене кабинета; протянула руку и с силой, так что согнулся указательный палец, нажала на едва заметную кнопку. И в то же мгновение Ролли непроизвольно зажмурился: огромный кусок стены внезапно стал прозрачным и в сумрачный кабинет хлынул поток яркого света…

Ролли открыл глаза.

– Подойди, смотри! – восторженно позвала, почти приказала она.

Ролли с минуту стоял недвижно; затем повернулся и осторожно шагнул к сверкающему проему.

Со стороны трудно было понять, какое впечатление произвело увиденное им сквозь прозрачную стену. Лица Ролли она не видела – тот стоял левым боком и, склонив голову, недвижно смотрел вниз перед собой на огромный, освещенный сотнями светильников зал, разделенный на три части двумя рядами уходящих далеко вглубь прямоугольных столбов-опор. Центральная часть была свободна; слева же и справа тянулись бесконечные ряды высоких прозрачных колб с застывшими силуэтами внутри. Одни из них из-за стального цвета и ужасного подобия человеческой головы – без видимых глаз, рта, без какого-либо волосяного покрова – казались отвратительно обнаженными манекенами. Другие же выглядели еще ужасней, как туши забитых животных, с которых только что содрали шкуру, эти были обтянуты месивом бордово-красных мышц вперемежку с лоскутами светлой человеческой кожи… И тысяча проводов, присосок и шлангов, обвивающих зловещие колбы… Все это в своей застывшей массе напоминало гигантскую фабрику человекоподобных личинок…

Едва взглянув, Ролли пронзило ощущение чего-то уже знакомого. А еще через мгновение он уже определенно знал, что означают эти страшные сосуды…

Он слышал торопливую и напыщенную речь Наставницы, но слова доходили до него как далекое, нереальное эхо:

– …это лаборатория реконструирования генетических программ. Здесь рождаются RH, здесь роботы приобретают свой человеческий вид. Здесь приобрел свой облик и ты, Ролли! И как видишь, вскоре сотни подобных тебе без особого труда и огласки займут свои посты и должности! Уже создан и аналог Вилла: в свое время нам удалось получить его генетический код… Его двойник ждет только выполнения тобой своей миссии! И тогда…

Она перевела дыхание и, помедлив, заговорила напористей:

– Ты должен выполнить свое предназначение, Ролли, стать катализатором прогресса, новой человеческой эпохи! Это решающий шаг! Нам нужен новый Штокман! Этот старый, твердолобый властолюбец, никуда не выезжающий, окруживший себя армией охраны, не способен уже что-либо понять… И ты поможешь нам! Ты должен…

– Поздно… – не оборачиваясь, остановил ее Ролли.

– Что? – изумленно переспросила Брик.

– Вы совершили ошибку…

– Ошибку??

– Да. Вы желали создать не ЛИКВИДАТОРА ЗЛА, а лишь ЛИКВИДАТОРА ВИЛЛА ШТОКМАНА, который развязал бы вам руки в воспроизводстве зла… Но для этого понадобилось изменить его протокол… И в этом ошибка – вы позабыли, что по вашим же вложенным в мой мозг Законам вы обрекли меня быть ЛИКВИДАТОРОМ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ЗЛА ВООБЩЕ – именно зла, а не людей, которые этому злу подвергаются… Любого источника вреда и злодейства… Кто бы за этим ни стоял…

Брик, казалось, была готова упасть в обморок. Словно солдат, бросавший во врага простреленную гильзу, когда все патроны расстреляны, она нервно выкрикнула:

– Но Вилл Штокман не единственный, а один из многих! И твои Законы распространяются на него, как на других!

Ролли, по-прежнему не оборачиваясь, будто самому себе, покачал головой:

– Должны… Именно, как на других… – Он помолчал. – И кажется, вы мне это объяснили…

– Тебе все и объяснили! – выкрикнул из-за стола Парг. – И нами руководили не мелочные мотивы, а забота о будущем!

Ролли даже не обернулся. Взор его уже блуждал по сверкающему за прозрачной стеной залу, по рядам колб с отвратительными личинками…

– За каждым из них, – вдруг произнес он, – стоит своя жертва, свой Ролли Койл и сотни несчастных Трейс… И это все ради будущего и прогресса, новой человеческой эпохи и вашего тайного господства над властью и людьми. Ради всего этого жертвы и несчастья, вами жестоко и планомерно творимые…

Ролли, наконец, посмотрел на Брик; лицо его было зловеще-спокойным. Ничего не сказав, он медленно повернулся в сторону Учителя. Под его взглядом тот сжался, став, казалось, еще меньше.

Произнесенные им слова прозвучали отчетливо:

– Вы являетесь истинными источниками зла…

Их прервал истошный окрик Брик, вдруг заметившей, как рука Парга потянулась к кнопке под крышкой стола:

– Не смейте, Морган! Второй Закон разрешает ему защитить себя!

Однако было поздно: рука коротышки исчезла под столом, напряглась, и этот жест сработал для Ролли как спусковой крючок: почти одновременно уже неконтролируемая энергия хлынула в мозг, глаза сузились до ярко-красных точек, готовых выплеснуться смертоносным зарядом… И едва за спиной Парга распахнулись створки сливающихся со стеной дверей, едва сверкнули в проемах стальные панцири боевых роботов, как два тонких луча, стремительно прошив воздух, вонзились в их раскаленные глазницы…

Лучи опустились ниже, скользнули по пенсне вдруг почерневшего Парга, пронеслись по стене, прочерчивая на ней две закипающие линии, на мгновение погасли, чтобы перенестись на прозрачную стену, и вновь сверкнули рядом с обмершей от ужаса Брик. Прозрачная стена вдруг покрылась густой паутиной трещин и через секунду обрушилась на них тысячами незримых осколков…

Все произошло в несколько мгновений. Глаза ЛИКВИДАТОРА еще пылали огнем, когда он повернулся к Наставнице. Она попятилась было назад, но едва сделала шаг, ее колени подогнулись от грохота рухнувших на пол стальных останков роботов, и следом – тупого стука упавшей на стол истлевшей головы Парга. Лишь на мгновение стало тихо. Не успела Брик прийти в себя, как ее сознание пронзили треск разрезанной лучом стены, скрежет ломающихся стеллажей с рядами древних книг, хруст матового потолка, падающего на останки роботов, на широкий стол с прахом Учителя…

Брик вжалась в стену. Она испуганно уставилась в неестественно алые, совсем не человеческие глаза андроида, обреченного пресекать зло и наказывать посягнувших нанести вред человеку…

Она вздрогнула, когда ей показалось, будто его пылающие глазницы качнулись с кивком головы. И лишь крепко зажмурилась, когда он воззрился через зияющий проем вниз, в лабораторию, и два беспощадных луча понеслись в ряды взрывающихся, лопающихся и плавящихся колб, оседающих одна за другой под тяжестью обрушившихся столбов-опор…

Свет, помигав, погас, и вдруг всепоглощающий мрак потряс страшный удар рухнувшего здания, давящего и погребающего под своими обломками творцов тайного прогресса, их будущих человекоподобных солдат и ЛИКВИДАТОРА, исполнившего, наконец, свое истинное предназначение…