Хорошо быть важной шишкой! Охотниками, что почти правители, или словно бы некие именитые звезды, вокруг которых все носятся, словно бы они из тончайшего фарфора. Сломалась машина? Наша администраторша замковая, сговорившись с председателем ассоциации, послала за нами на наши поиски целый кортеж! Быстро поняли, что мы там, где громыхает, ведь иначе и быть то не может, и в сопровождении бронетехники вояк, приперлись к нам на карьер.

Разобрались в ситуации:

— Да мы это… просто подрались тут немного!

— Ага.

— Совсем чуть-чуть!

— А синяки… ну так…

— Подрались же!

— Ага!

— Кстати, средь вас там есть целитель, да?

Целитель нашелся, подлатал наши персонки как мог — всего лишь двойка! После чего, весь этот бравый балаган на колесах с пулеметами, состоящий в том числе и из тяжелых бронемашин, но все же без танков, доставил нас «с фанфарами» до вокзала города, того, что экспресс.

Ведь там, на специально выделенном пути и у специальной платформы «для важных персон» нас уже ждал наш персональный поезд! Ждал он нас тут уже давно — мы добрались до него только к полуночи, а должны были отбыть еще в десять вечера «как крайний срок». Но, что называется, без нас этот состав все равно бы никуда и никогда не уехал — в этой поездке не было бы никакого смысла без наших персон!

В замке тем временем тихо бесилась Бина — всё не так! Не такие проводы пятерок в префектуру должны были быть! Где оркестр? Как уже разбежался по домам⁈ Почему прямая трансляция ведется только по одному каналу? Как уже все ушли, устав ждать⁈ ЧТО ЗА НАРЯДЫ У ДЕТЕЙ В КАДРЕ⁈

А на платформе, средь суетящихся остатков журналистов, неожиданно обнаружился Торнадо Смерти, что пришел нас проводить, и в некотором роде простится — ему пришел спец заказ на зачистку некого подземелья на другом конце континента, и он тоже скоро должен отбыть, но узнав, что мы еще не уехали, и увидев вдали «огни цирка» нашей процессии, решил сходить поглядеть, что там происходит.

Ну а поезд, что персонально нас повезет, это не просто мотор вагон, или дрезина, и не локомотив и вагончик для наших персонок, и даже не два, чтоб для нас и наших людей, это… полноценный состав! Где есть и вагон ресторан, и вагон для обслуги, и вагон для сопровождающих лиц, и не один такой. Для разных лиц! Разного, хех, сословия! От элиты-около элиты, до банальной прислуги, черни рабочей. И даже три вагона для нашего транспорта, которого у нас нет!

А, нет, есть — часть картежа пошла на погрузку внутрь вагонов прямо с этой высокой платформы, что вровень с полом вагонов, и почти в упор к составу на пути. Машинки внутрь своим ходом… сразу же, как мы прекратили улыбаться и махать для камер, а работники вокзала, отмывать авто от основной грязи, ведь по прибытию в префектуру все должно сиять! И лучше стряхнуть комья глины до погрузки, чтобы облегчить работу людям в дороге, что будут наводить основной марафет прямо на ходу.

— Как тут все… серьёзно. — проговорила сеструха, глядя на это, слегка покачивая головой.

Улыбнулась на прощанье Торнадо, пожелала ему счастливой дороги, заодно попросив «не волноваться по пустякам», пообещала «со всем разобраться в случае чего», и шмыгнула в наш вагон.

Я — заскочил внутрь вслед за ней. Бина в замке, наконец сообразила, что сейчас уже нет смысла волосы драть, а вещи, одежду, и прочее «парадное», можем взять прямо из замка и ей не надо бежать-гнать сломя голову на вокзал, и… у них еще вся ночь впереди! Успеют все сшить, купить и подготовить.

Наш вагон, что как бы вагон для неких высших чинов, как быстро выяснилось не совсем наш, и не только для нас двоих. Ведь помимо нескольких комнат с огромными кроватями, на которых тут же облизнулась сестричка, и большой джакузи-ванны-мини бассейна, в котором можно приятно отмокнуть за время пути, тут также обнаружились прилагающийся к этому корыту девочки… на которых сестра тут же нарычала, и они «испарились». И мальчики — рык был почти тем же, чуть более тихий, глубокий и обиженный, и парни тоже, «растворились в пустоте», спеша ретироваться.

Так же тут была целая армия слуг обоих полов «подай принеси» — их мы тоже прогнали нафиг! Ибо нефиг. Ну и иной персонал, разнонаправленной направленности, вроде…

— Как там ты говоришь… твоя профессия называется?

— Я мастер чесания спины, уважаемые охотники! — выпятил грудь этот, хех, мастер, и понял по нашему виду весь наш скепсис, добавил чуть обиженным томом, — У меня и диплом есть!

И его, как и мастера педикюра, и мастерицу завивки волос, как и всех прочих, мы тоже, отправили прочь, вынуждая свалить к себе в служебный вагон и не отсвечивать, от греха подальше.

— Интересно, кто их всех нанял? — интересуется сестрица, подпирая дверную ручку банальным стулом, ленясь использовать для такой банальности наши копья, и не желая портить ни дверь, ни косяк ни пол.

— Точно не Павел!

— Ну… да. Он, если бы и нанимал кого-то… такого вот, то ему бы точно хватило ума нанять кого-то, более…

— Смелого. — киваю я, соглашаясь с ней на ве сто.

— Угу. Эти вообще какие-то бесхребетные слизни!

— Столичные!

— Точно! — ударяет сеструха в кулачком в ладошку, и начинает движение к противоположному концу вагона., а я иду к джакузи, чтобы отрегулировать водичку под наши тушки.

И ведь логично, что весь персонал состава, как и сам состав, из префектуры! И родом оттуда, и наняли их там. И нас они вот вообще не знают, но боятся! Мы в их глазах… страшные охотники? Ну, не совсем, но чувство самосохранение у них точно не отбито! И видимо эти вот, обслуживающие люди, входят в состав договоренности, по которой все нюансы дороги и цена «доставки» проблема принимающей стороны, а не нас двоих.

Нам надо лишь согласится ехать! Так что… они и расстарались как могли, вот только нам, хех, из всего этого вот, понравится может разве что ванна с пузырьками — кайф! Настоящее блаженство, после сырой грязи, отмокать в горячей ванне, заменив всю унылую обычную водичку с травами, что уже была налита в чан, на крутой кипяток, предварительно сломав термостатический клапан, чтобы не мешал получать нам то, что мы желаем.

А еще, радует то, что пусть основной персонал состава «не наш», но люди в сопровождающем кортеже, будут своими, из охотников Вана! Правда не все, и как быстро выяснилось по прибытию на станцию, то авто, в котором поедем лично мы, что огромный белый лимузин, поведут не наши люди, и вообще — его нам «одолжили» вместе со всем железнодорожным составом.

Неприятно! Особенно то, что в этом шикарном автомобиле, в котором иные детки возраста семи лет могли бы и в мяч поиграть, быстро обнаружился «сломанный кондиционер», что желал бы подать в огражденное от водительского места салон некий сильнодействующий газ. Не яд, не — простое успокоительное! Но с магией! И его мощи, хватило бы, чтобы подействовать даже на пятерку, сделав её… спокойной, словно бы сытая змея.

Помимо газа, нам на мозги, с той же целью, пытались воздействовать звуковыми волнами, и судя по тому, что это была не просто заданная «умиротворяющая частота», а попытки найти нужный ритм, и убаюкать, то работал с музыкой некий человек. И подозреваю им был тот тип, что сидит-прячется в багажнике этого огромадного лимузина. Мы сами, эту песенку напели, усыпив «за два куплета».

Но на этом все не кончилось! Ведь по прибытию к месту, где уже с утра планируется некая встреча, нас… решили убаюкать магией! И сестренка еле сдержалась, чтобы не упасть прямо там, у машинки, на красной дорожке, и не начать ржать в голосину, хватаясь за животик. И всю встречу была… словно бы надувшимся хомячком, обиженным, и еле сдерживая эмоции! А как только все закончилось, и нам дали «время отдохнуть перед завтраком» она, выпустив воздух, словно бы сдувая шарик, и наконец поинтересовалась:

— За кого они нас вообще принимают⁈

И я тоже задался этим вопросом! Подумал маленько, и понял, что ответ весьма и весьма прост:

— Думаю, за второго Тигра.

— Пфф! Были бы мы ими… тебе не кажется брат, что попытки усыпить зверя, лишь бесят его?

— Да, все так, но для этого надо осознавать, что попытка существует!

— Ты думаешь кто-то бы смог этого не заметить? — склоняет сестренка голову на бочок, глядя на меня.

И я, вновь задумавшись, мотаю головой — не охотник уровня пятерок! Любая пятерка, что не совсем… ребенок. Заметила бы, что на неё «давят» и стряхнула бы «оковы» магией, и пришла бы… в бешенство! И мы, тянем рты, в самодовольных улыбках, ведь где-то в здании, в отдаленной комнате, куда стянуты все провода систем наблюдения за нашей уединенной комнаткой, явно начинается подобие паники.

А мы, грустнеем — все же, пространство уже не то, что было хотя бы месяц назад! И даже простейшее, и весьма аккуратное наблюдение за людьми в подвале здания, уже делает то, что где-то тут… будет первый разлом Залиха после полугодового затишья без единого подземелья.

Все же, префектура, это мега город, с колоссальным населением! И тут живет, почти половина всей страны! Тут, высотные здания, где тридцать этажей, это скорее низко, чем высоко, и… тут, естественно, наивысшая активность подземелий страны, и наибольшая плотность охотников, от чего прорывов подземелий в столице, не было уже более полувека!

Да и то, то что было когда-то давно, это было подземелья со слабыми гоблинами первого уровня, что было упущено системой наблюдения из-за низкой плотности магии, и с тех пор — систему сильно переработали! А из-за шумихи с зелеными, своих постов лишились очень многие.

Стрелочников, тех, на которых в итоге свалили всю вину, даже если они невиновны, позволив прочим уйти от ответственности, как ни странно, вроде как и не было! Но в тоже время — реально наказанных тоже, как-то нет. Ведь всё наказание, свелось к отправкам в отставку, или и вовсе — руководить некими отделами в дальних уездах провинций.

После небольшого перерыва на отдых, у нас, а вернее — с нашим участием, состоялся «небольшой благотворительный банкет». Мероприятие было посвящено сбору средств «на школы», да еще и для «младших классов», и наше в нем участие было вполне логичным, особенно учитывая то, что нас фактически непрерывно снимали на камеры, и почти наверняка столь же непрерывно куда-то что-то транслировали, но при этом всем, главный вопрос, нас не покидал и лишь усиливался — что мы тут делаем⁈

Благотворительность? Школы? Да тут просто собрались люди из кружка по интересам! Туча важных дядей и тетей, что лихо обсуждают что-то своё где-то там, меж собой. Пьют, едят, иногда улыбаются в камеры, говорят в них же, делая вид, что меж собой, а не на публику, делают некие «тосты» для этих же камер, и столь же дежурно и для наблюдателей, и где-то раз в пять минут, обращаются к нам. И как мне кажется, им даже не важно, что мы им там ответим.

И мы быстро поняли, что на все эти вопросы можно и не отвечать вовсе! И просто жрать в три горло все что дают, под умильные взгляды людей пред камерами, что смотрят нас словно бы с видом «Кушайте-кушайте, голодненькие детки!» и осуждающие, когда камеры на них не глядят «да сколько уже можно жрать, сорванцы⁈ Слуги уже задолбались харчи подносить, и тарелки уносить, чтобы стол бедно не выглядел!».

Можно так же пучить глаза в объектив, словно бы будучи застигнутыми врасплох — это явно наиболее желанные кадры для съёмочной группы! Любой наш растерянный и умильный вид, тут же вызывает интерес у съёмочной группы и кучу объективов со всех ракурсов для сьемок того, как кто-то из нас, застыл с недонесенной до рта, курочкой в руках.

И… более то от нас ничего и не требуется! Но иногда попадаются вопросы, игнорировать которые просто невозможно! Ведь они — так или иначе, а касаются и нас, нашего будущего, и немного будущего страны.

— Как вы смотрите на то, что из-за работы охотниками, вы не имеете возможность ходить в школу? Возможно, вам это кажется и неважным, однако образование основа будущего! И без школьных, базовых, знаний, невозможно будущего достичь!

И как вообще… положено реагировать на подобные… выверты слов? Для кого вообще звучит этот вот вопрос? Для нас? Неее! Тут все уверены, что мы сдохнем уже через годик-полтора! Они тут, почти в открытую это обсуждают!

Для публики пред экранами телевизоров? Возможно! И я почти уверен, что тут у всех есть некий сценарий, некий текст всех вопросов и задания на действия, что можно говорить, когда, кому, и как повернутся в этот миг, и куда смотреть, и из моментов с этими действиями, в итоге будет собран единый материал для репортажа. А все остальное просто вырежется, словно бы этого и не было никогда! Осталось за кадром и не снималось ничем. Вот только нам сценария не выдали, как видно за ненадобностью.

И хоть я и понимаю, что мою реплику-ответ на вопрос, скорее всего нагло вырежут, но просто не могу не высказаться в ответ на этот вот… постановочный номер, разыграв свою партию в этом спектакле, отличную от запланированного сценария.

— Я считаю, что будущие зависит от наличия знаний, а не числа просиженных часов за партой. И если кто-то не столь туп как прочие, и может освоить программу школы за меньше время, то почему ему обязательно требуется сидеть положенное время вместе со всеми словно бы он раб? — проговорил я громким звонким голосом, чтобы нельзя было проигнорировать, опершись ручками на стол, и возвышаясь над ним, привлекая к себе всеобщее внимание, что бы нельзя было не заметить.

И портя работу операторам и «сценарию», ведь на другом конце стола! Ведь «по плану мероприятия» там велись сьемки иной беседы важных дядь и теть, на тему безопасной среды учащихся, и именно она, была сейчас «темой дня», а наш ответ на заданный вопрос, вообще никого не интересовал — камера в нашу сторону была направлена лишь на дежурном уровне, что бы, как видно, наснимать еще пару классных кадров с умильными мордашками, или оцепеневшими детками, если подвернется такая возможность. Для вставок как ответ на все вопросы!

Вот только фигли! Мой выкрик, теперь не замазать и не вымарать! Только полностью переозвучивать сцену! К тому же, я выдал «слово-триггер», упомянув рабство, к которому в Залихе относятся очень и очень щепетильно, и подобную реплику уже нельзя будет просто взять и проигнорировать. И поскольку на мне свелось внимание большинства присутствующих людей, и сразу пара объективов камер съёмочных групп этого шоу, то я продолжил то, что начал:

— Или получать «дополнительное наказание», если все усвоил быстрее прочих, словно бы некий повинный, отбывающий срок невольного заключения за преступление? — вновь надавил я на больную тему, чтобы уж точно зацепить людей, не дав просто взять и соскочить с вопроса, — Мне кажется, наличие образование, должно подтверждаться наличием знаний. И особенно это касается тех, кто не в праве все время сидеть за партой, спасая людские жизни в боях с тварями подземелий. А учитывая, что в школах качество усвоенного материала подтверждается банальными экзаменами, почему бы не дать к ним доступ всем желающим, без необходимости предварительного отсиживания срока?

И судя по мордам, я режу без ножа! И некие личности, уже подают неким людям тайные знаки! И на банкет, уже тащат свежие мороженки, как видно, чтобы отвлечь нас от болтовни, заткнув рот едой, раз уж курица на блюдах пред нами всё, а новую, хех, не успели подвести! Как видно не успев приготовить-пожарить, не ожидав, что две морды, сожрут сорок кило даже не почесавшись — хорошо иметь безразмерный желудок! Плохо, что лучше там все это не хранить, переместив в тайник, в отсек с остановленным временем — иначе протухнет!

И в зал вкатываются тележки с десертами. С мороженным! Но даже сестричка, не купится на этот подкуп! Хоть взгляд так и прилип к тележкам с лакомством, что еще не успели выставить на общий стол, да и как-то не спешат это делать, ожидая команды.

— Но тогда получится, что некоторые, нехорошие, будут просто готовить своих детей к этим экзаменам, пропуская все прочие важные материалы! — нашел что сказать один из участников собрания, — А все включить в экзамен, просто невозможно! — и топа почти дружно закивала головами, и отмерла, найдя точку опоры, для этого спора.

— Верно, экзамены еще не все!

— Социализация!

— Можно будет найти лазейки в системе, и готовится заранее сугубо к выбранным темам, игнорируя все прочие!

— Дисциплина!

— Мы так рискуем получить целое поколение малограмотных детей! Ведь даже если дать разрешение игнорировать школу только охотникам, тут же появится масса иных, «очень важных профессий», где тоже, не до учебы, и которым тоже, нужно послабление! Те же актеры кино!

— Школьная романтика!

А один из участников съёмочной группы тихо цыкнул, как видно понимая, что из-за смены хода встречи, сценарий в попку, и все придется спешно переделывать. А я, чуть было в голос не заржал.

— А разве экзамены не экзаменуют все ВАЖНЫЕ темы? Чтобы было понятно, что именно они и усвоены как надо?

— Но всё равно…

— А разве нельзя ли тогда считать, что все школы только и делают, что готовят детей к экзаменам?

— Программу утверждает министерство!

— И в ней не сводится все к подготовке к экзаменам? — усмехнулся я, и склонил голову на бок к плечу, а сестричка, облизнулась украдкой, осмотрела присутствующих хмурых людей пристальным взглядом, и поняв, что на неё никто не смотрит, ведь это только я тут торчу на столе на руках, а она сидит сиднем за стульчиком, и решила себя не мучить, и сползя под стол, потопала к столикам на колесиках за подтаявшим нежным десертом.

— Госпожа… — хотел было возмутится один из тех, кто приволок это лакомство к нам, но его сестрица просто проигнорировала, да и голос его, потонул в возникшем уже в следующий миг басе одной весьма мощного вида престарелой мадам:

— Мальчик! Ты просто еще слишком юн, и не понимаешь, как это все работает! Система образования, и школа, это сложный и весьма сбалансированный механизм! И входить в него «с ноги» с такими предложениями… — помотала она головой, украдкой взглянув на то, как её начинают снимать сразу с нескольких ракурсов, играя на публику, строя из себя заботливую… бабушку. — И мне очень жаль, что тебе… не удалось познать радости учебы о всеми, но…

— Если все так, — грубо перебил я её, к неудовольствию всех, не дав разыграть этот «театр», чтоб соскочить с темы без потерь, — то почему тогда ТАКАЯ система работает для старших классов?

— Там профильные предметы… — выдал «аргумент» один из мужчин за столиком, — И…

— Они проще? Менее важные? Могут быть освоены дома? А математика и письмо нет? Но почему тогда возможность забить на школу, откупившись, заплатив деньги, есть и в средней школе⁈ — выдал я финальный удар по гробу, к кислоте морд всех здесь присутствующих, кроме моей сестры, что поглощала уже второй килограмм мороженого, перейдя с банана на клубнику, — Почему только младшие классы, обязательны для очного посещения? А остальное, хи! Можно просто закрыть экспрессом, сдав все экзамены и заплатив деньги, за непосещение? В том числе, как исключение, можно отчитаться и сразу за несколько классов за раз⁈

И это уже серьёзно! Ведь это, огромная, и очень странная дыра в системе! И вопрос, на который нельзя ответить! И… как вы будете выкручиваться, о господа собравшиеся по вопросам помощи учащихся? Как вы будете крутится дальше, о желающие нас нарядить в школьную форму для рекламы какой-то там элитной школы? И всей системы в общем и целом, украдкой обсуждая меж собой, за какую сумму нас можно будет нанять на этот «банкет», раз уж нам так нужны деньги, что мы согласны «бросить родимый город» и приехать сюда ради десятка миллионов.

А может проще подкупить кого из нашей «свиты»? Что бы те, как-то нас забесплатно подговорили? Ведь главное нас нарядить, а уж снимки потом найдутся! И можно будет все вывернуть в свою пользу при случае!

Обсуждая и многие иные «интересные» вещи нисколько нас не смущаясь! Явно забыв, что у охотников очень хороший слух, не видя на наших лицах и тени реакции на все их слова. Думая, что мы в общем гомоне, и нарочно создаваемых шумах, не в силах разобрать ни слова, что даже смешно, ведь основная масса шумов искусственна, и алгоритм его построения без плавающих величин, с линейными переходами от одного к иному, для простоты фильтрации на записях. Как они теперь будут дальше вести все свои… пересуды?

Однако, я все же недооценил профессионализм собравшихся тут людей! И поняв, что их всех, загнали в угол, они соскочили с проблемы самым простым и банальным образом — просто решили её игнорировать! Сказали буквально «А действительно, как?» глядя в объективы камер и друг на дружку, подали тайные сигналы съёмочной бригады, переглянулись… и продолжили беседу по сценарию, словно бы моей вставки… и не было никогда!

Словно бы… все шло так, как и шло! А на мои попытки вновь вернуть интерес к разговору, вежливо «откланялись» сказав, «Мы все узнаем, а сейчас, просто не в компетенции ответить на данный вопрос» и… все! Можно более и не вспоминать о проблеме, ведь если начать еще раз это поминать, это уже будет детским капризом, и топаньем ножкой.

А мне… как-то по большей части пофиг на всю эту вот «проблему»! И топать ножкой я точно не стану — не сестра! Что сожрав двадцатый килограмм пломбира, обработав все телеги на лакомство, наконец успокоилась, и вернулась на стульчик рядом со мной. И тут же поинтересовалась, глядя на ведущих оживленную, и постановочную беседу людей, испытывая явные сложные чувства от этого вида:

— Что мы тут вообще делаем? Зачем… участвуем в этом балагане?

— Нам за это заплатили. — коротко ответил я, и сделал это достаточно громко, что бы это услышали все вокруг, но им, как бы… всё равно и на это вот всё.

Пиг, работал с группой геологов, у подножья гор. Ему, понравилась эта работа! Тихо, спокойно, вдали от людей и всяких проблем. А вся работа — тягать ящики! Ему не привыкать. И даже то, что порой приходится тягать какую-то из их машин на себе, вытаскивая её из очередной лужи размокшей грязи, хлопот ему совсем не доставляет. Напротив, добавляет этой размеренной жизни красок.

Монстры, проблемы… когда-то ему казалось, что этот поход с исследователями, в местность-аномалию, принесет ему только горе и страдание! Но по итогу… он рад, что согласился, и что отправился в путь с этими людьми, успевшими за два неполных месяца стать ему настоящей семьей.

Теперь они для него… словно родные и близкие. Он знает их жизнь — на привалах и отдыхе, язык развязан у всех. Знает их семьи, пусть и только со слов. Знает характеры, привычки, и с кем в одной палатке лучше не спать — пердит неимоверно, сцука! Но зато готовит… ммм! Пальчики оближешь!

То, что им пришлось побегать по горам от «злых пограничников» перебравшись через границу в самом начале, вообще фигня, и скорее забавно, чем проблемно. Да, в них стреляли… куда-то в их сторону! Но ни одна пуля так и не попала ни по одному авто колонны.

Примерно так же их гоняли и на обратной дороге, больше пугая, потрясывая оружием, чем реально угрожая, потому как конфликт, серьёзный конфликт, людям, что тогда торчали на границе и трясли этим самым оружием был не нужен вот совсем. А если будут трупы, и стрельба на поражение по ученым, конфликт будет! Итак все накалено до предела. И сейчас, там, на границе, стоят две немаленьких армии, зыркая друг на дружку в бинокли, да потряхивая оружием для этих зыркателей.

Да, ситуация тут, близ границы напряженная! И силы к границе стянуты огромные, и все балансирует на некой грани, уж очень близкой к началу войны. И все из-за возникшего существенного территориального спора, и выяснения «Кто виноват?». На сюзерена не спишешь — себе дороже! Но в тоже время молча разойтись, и простить потерю этих никому ненужных гор Шурелга Залиху просто физически не может.

Уже не может, не после всех сказанным ими громких слов! Не после того, как их главные, учинили объединение меж собой, забыв про часть былых обид, и лично прибыв поближе к границе. Хотя казалось бы, их слова и дружба ничего не стоит, вести войну, где к ним, главным лично! В «палатку» может прилететь снаряд — до жути страшно! Ив своей репутации даже пред собственным народом уже и падать то просто некуда! И всем как бы какать, кто и что там говорит с трибун. Но у них, как видно, уж слишком много на кону, и даже для них, повод наконец закончить эту междоусобную внутреннею грызню через объединение против единого общего врага, уж слишком важен, нужен, и жизненно необходим.

И они бы, возможно, давно уже пошли войной! Но видео с тем, как две маленькие летающие фигурки, выкашивают миллионную армию за пару часов, не имея проблем ни с толстой шкурой тварей, ни с ответным огнем, разлетелось по свету, и обрело известность не только в Залихе, но и во всем мире разом! И многие, уж слишком легко представляют, как на месте существ иного мира, могли бы быть танки, пехота. И самоходки. И… понимают, что никакая броня не спасет, если им на головы полетят эти копья! И встречаться С ТАКИМ врагом в «чистом поле» в «честной битве» не хочется никому.

Так что несмотря на видимую напряженность, в реальности на границе все довольно спокойно. Мелкие пакости и провокации, вроде подсыпания пургена в солдатский котел, или песка в носки, как-то и не в счет. До смертоубийств, и даже похищений офицеров, дело как-то и не доходит, обе стороны, не горят желанием дергать тигра за усы, вместо грубого поглаживания.

А потому, группа Пига, спокойно работает и делает свою работу. От границы, от гор, их отогнали, но изучение геологических течений на месте бывшего разлома тоже весьма интересны, особенно учитывая то, что как говорят геологи, почва под их ногами реально словно бы течет, перетекая туда-сюда, меня ландшафт, словно бы это там не земля, а вода, и только внешне, на поверхности, все остается хотя бы условно неизменной.

Нет, она тоже двигается! И Пиг сам это видел на кадрах, с оставленной делать записи с вышки телебашни камеры. Просто снаружи, движется лишь один слой, а если наблюдать за происходящим под землей, то становится ясно, что двигаются огромные пласты, и движутся они порой в разных направлениях, что делает суммарное движение куда более… обширным, и странным.

Земля, в зоне аномалии, словно бы селевой поток, что постоянно бурлит и движется, и никто пока не может сказать, к чему это все приведет, хоть уже и появилось понимание, и неизвестно, когда всё это кончится — интенсивность движений «сели» и не думает снижеться! И пока еще слишком рано говорить, слишком мало данных, слишком мало времени прошло.

Хотя даже если все кончится, менее странным это место в тот миг не станет, и словно бы растянутые в графическом редакторе дома, или полопавшиеся словно бы на отдельную мозаику дороги, уже никогда не станут как прежде, такими, как должны были бы быть, такими, какими были чуть более полугода назад, до мега прорыва.

Но сейчас, тут все еще хуже, и несмотря на то, что мега разлом закрыт, тут нет монстров, нет искаженного магией города, что канул в никуда, и все тихо и спокойно, аномалии это место не покинули ни разу, и продолжают мучить местность, вертя как только можно, и неизвестно, сколько еще продлится «активная фаза» этой свистопляски, с масштабными переменами. И от части, узнать, сколько еще ждать момента стабилизации, и есть, работа геологов группы. Ну а его работа… таскать ящики! Оборудование, и прочую тяжесть.

Сейчас вот как пример, геологи решили замондрячить скважину на двести метров вниз контрабандной и незаконной бурильной установкой, взять какие-то образцы грунта, да поставить под землю какие-то датчики. И Пинг занимается тем, что таскает тяжелые штанги буровой к самой буровой.

Бурение идет легко, беспроблемно, твёрдый гранит, поддается магическим лезвиям бура словно масло, но вот сам бур, порой словно бы закусывает там под землёй, и его приходится время от времени приподнимать вверх, чтобы высвободить из плена. Снимать, и надевать новые штанги… для привыкшего к тяжести условного охотника, всегда есть работа.

А еще, он, как единственный охотник группы, приглядывал за окружающей их лагерь территорий в пол глаза. Никаких монстров тут давно никто не видел, а даже если они и есть, то ослабели настолько, что не представляют угрозы для вооруженных огнестрелом людей, но это не значит, что бдительность нужно ослаблять! Выскочивший из кустов гоблин с кривой железкой, это всё равно гоблин с железкой! Да и всяких диверсантов соседей не стоит списывать со счетов! Убийств от них вряд ли можно ожидать, не пойдут они на это, что б не провоцировать, а вот связать, ограбить и бросить — запросто! Тем более что данные научных изысканий — ценный товар в текущих реалиях. Как и разнообразное оборудование ученых, доставленное к ним из-за океана.

А поскольку бдительности Пиг не терял, то таща очередную штангу к буровой, именно он первым заметил на отдалении странное… существо. Существо, с ногами и торсом человека, но вместо головы и рук — пучок щупалец! Настолько многочисленных и длинных, что они устилают собой всю площадь вокруг, переплетаются, и словно бы… что-то ищут! А еще, «человек этот» был слегка полупрозрачным, и сообщение о нем товарищам геологам без магии, подтвердило худшие опасения охотника — простые люди, его не видят, совсем.

Пига пробил холодный пот — это явно не обычная тварь! Она явно с магией, и не растеряла её, пребывая столь долго в мире в дали от подземелья! А значит… высший ранг⁈ Ему рассказывали, что такие существа, не теряют силу даже вне подземелий! А значит… они все, все люди группы, уже мертвецы. Мертвы в тот самый миг, как только это существо их заметит, обратит на людишек своё внимание!

Но может… это и не тварь? Может… это человек такой! Охотник, со способностью… в любом случае, нужно сообщить начальству! Немедленно! Связаться, доложить… сейчас же! Дать шанс хотя бы другим!

Но… было поздно — ученые сообщили, что связь отказала, и сигнала нет. После, стали тухнуть один за другим компьютер, небо над головами почему-то начало темнеть, а тварь, что была от них где-то в километре, вдруг оказалась прямо в лагере, прямо подле буровой.

Пиг отпрыгнул в сторону, и наблюдал, как расходящиеся из верхней части тела твари щупальца, расходятся по площади, обвивают и давят хрупкие железки, и запечатывают в коконы людей. Почувствовал как в воздухе вокруг, разлилась мощнейшая магия, кровь в жилах словно бы застыла, и понял одно — бежать! Бежать без оглядки и как можно скорее! Пока тварь занята иными!

Бежать что есть сил! Бежать и бежать! И не потому, что ему дорога его жизнь! Нет! Просто только так, хоть у кого-то есть шанс рассказать людям во вне этой возникшей аномалии, накрывшей неким куполом их лагерь, укрыв все вокруг магическим коконом, доложить о том, что здесь происходит. Сообщить, что по этим землям бродит высший ранг, и чувствует он себя здесь… словно бы у себя дома!

Шанс маленький, ничтожный, смешно! Он, охотник, чувствует себя смешной букашкой пред этой осменогоголовой! Что по мощи, явно превосходит виденного им когда-то боса орков, казавшимся ему непобедимым чудищем. Просто несравнимые величины!

Пиг, не сможет никак спасти людей вокруг! Но в тоже время, благодаря их существованию, и смертям, у него есть время! И шанс. В том числе шанс пробиться сквозь пленку некого барьера, что окружил их лагерь, «что бы никто не сбежал», пока его плотность еще невелика.

Пиг побежал, стиснул зубы и рванул что было сил! Сжал висящее на шее как кулон, кусок от магического копья, и рванул на утек что было мощи! Но было поздно — щупальца твари, легко схватили его, догнав. Пленили ноги, подвесили вверх головой, и стали планомерно оплетать и сдавливать, словно бы желая выдавить сок, из некого фрукта.

Кости затрещали, но пока держались, Пиг, в отчаянье, стал рубить «конечность» существа, единственным оружием, что у него при себе было — тем самым наконечником старого копья, что неожиданно возымело эффект, хоть и не нанесло урона.

Тварь отпустила человека, и он упал, на землю, и тут же рванул прочь, краем глаза замечая, как находившаяся далеко от него существо, вдруг резко оказалось рядом. И все щупальца его, что были разложены по земле вокруг, и словно бы стали корнями дерева, тоже переместились вместе с существом, и кажется, даже вместе с землей и объектами вокруг них! к существу! А еще, Пиг вдруг понял — тварь до одури интересует копье в его руке.

Не отдам, оно моё! — рыкнул он в глубине души, сжимая наконечник до крови в пальцах. Но тут же понял — а ведь это шанс! Возможность! И отшвырнул «приманку» как можно дальше от себя. Себе он добудет другой, их сейчас много в продаже. А ему сейчас главное выжить! Выжить, и сообщить тем, что владеет этими каменными копьями, чтобы они пришли сюда, и убили эту мерзкую тварь! Как убивали иных таких же! Они — могут! Они единственные, кто на это способен!

Отшвырнутое прочь копье, мгновенно привлекло к себе внимание. Тварь, застыла, словно бы для неё остановилось время, а камень продолжил полет. Пиг, преодолевая тошноту и сонливость от разлитой кругом магии, и боль в травмированных ногах, прибавил «газу» и побежал еще быстрее, хотя казалось бы уже быстрее и не мог.

Нужно бежать! Бежать как можно скорее! К ближайшему селению! К военным, к границе! И сообщить! Сообщить через них о том, что тут происходит! А копье тем временем упало на камни, подпрыгнула на них, оставив след крови человека-охотника, что измазал ею это каменное лезвие сжимая, проскользило некоторое расстояние в сторону, и остановилось.

Миг, и существо с щупальцами оказывается там. Еще миг, и вокруг копья образуется целый кокон из щупалец. Еще мгновение, и они все словно бы застывают в остановленном времени.

Пять минут форы для несчастного задыхающегося охотника, что выжимая из себя последнее, с трудом преодолевая пленку барьера, врываясь наружу. На чистый и нормальный воздух! Не обнаруживая за спиной ровно ничего! Словно бы там, не было той местности вокруг группы геологов. Не было барьера, магии… НИЧЕГО!

Но это сейчас и не важно! Главное — бежать. И — сообщить. И Пиг ломанулся дальше, задыхаясь от нагрузки, но не собираясь сдавать темп, и бежать хоть немного медленнее.

Прыжки по камням, прыжок со скалы, невысокой, но… под ним, в этом полете, в этот краткий миг, вдоль грунта земли, умудряется что-то проскочить, уйти вперед на несколько десятков метров, разложится… и стать тем самым существом с щупальцами, что озирается по сторонам, шевеля щупальцами повсюду, явно что-то или кого-то ища. И Пиг прямо тут, в этом полете, что лишь секунда. Но для него растянулась в часы от адреналина и действий врага, вдруг понимает — тварь не видит ничего, за пределами плоскости земли!

И это, его шанс! Пусть и призрачный, но он есть! Ему просто… нужно чаще прыгать! И надеяться, что существо, не сумеет просчитать его траекторию, и не перехватит в полете своими щупальцами. А возможно и даже побоится преследовать беглеца вблизи скопления людей на границе, где будут и другие охотники.

Или всех их убьет, и не заметив.

Дилемма — вести тварь туда, рискуя людьми? Или же умереть и… позволить твари резвится тут и дальше безнаказанной нападая исподтишка и в непредсказуемых местах? Или сразу вести существо в город, и…

За место ответа, начавшему прыгать по камням, делая существу без головы словно бы стоп-кадр, Пигу вновь повезло — из леса выбежал дикий кабан, и громко хрюкнув, с визгом ломанулся прочь от их парочки. Привлек к себе внимание щупольцеголовой твари, что тут же устремилась следом, и дала человеку еще немного форы, пусть и явно ценою своей жизни — из леса вскоре донесся оглушительный визг и плачь умирающего существа.

Нужно спешить! Иначе так будут умирать еще многие! И не только звери.