Признаком перехода человечества к неолиту считается появление производящего хозяйства. Это кардинальное изменение ученые характеризуют как неолитическую революцию.

Вплоть до неолита люди вели тип хозяйства, который называют присваивающим. То есть они сами ничего не сеяли, не сажали, не разводили специально животных, они только собирали и присваивали дары природы. Охотились, ловили рыбу, находили на речном берегу ракушки, срывали с деревьев плоды и выкапывали съедобные корешки.

Теперь люди разбили первые огороды, научились сеять злаковые, приручили некоторых животных, а других стали разводить специально – для еды. Считается, что первыми так стали разводить свиней, а коров – чуть позднее. Уже привычно рядом с людьми жили собаки. В качестве тягловой силы использовали быков, а еще люди научились делать колеса! Это было эпохальное изобретение – появились повозки. Захотелось ездить быстрее – и стали приручать лошадей.

Считается, что именно тогда, в неолите, начали формироваться древнейшие цивилизации. Обильно возникали протогорода – скопления стоянок, жители которых взаимодействовали между собой. Кто-то хорошо лепил горшки, кто-то делал отличные каменные топоры, а третий – умело валял войлок, четвертый познал секреты ткачества, пятый – шитья… Люди обменивались своими изделиями, так постепенно возникало разделение труда и меновая торговля. А как следствие – началось социальное расслоение. То есть изменился сам образ жизни человека.

А еще люди массово освоили керамику!

Первые керамические сосуды были неказистыми и кривоватыми: ведь гончарного круга тогда еще не знали[2]. Люди неолита делали сосуды жгутовым способом: из глины раскатывали длинные жгуты и складывали их вместе, соединяя, слепляя между собой. Швы между полосками разглаживали пучком травы. Затем сосуд обжигали. Посуда получалась толстостенной, не вполне симметричной, с неровной поверхностью. Зато на такой сосуд можно было нанести орнамент!

Разнообразие этих орнаментов поражает. Первоначально их просто наносили заостренной палочкой: это были всевозможные сочетания черточек и выемок. Потом придумали штампы: вырезав удачный узор на дереве, люди многократно отпечатывали его на глине. А иногда обматывали невысохший сосуд веревкой и так обжигали. От веревки оставался вогнутый, прокрашенный пеплом след.

Различалась и форма сосудов. Они могли быть плоскодонными, круглодонными и с острыми днищами, как у амфор.

Еще разнилась сама глина. Чего только в нее не добавляли: и песок, и птичий помет, и растолченные в порошок раковины, и шамот – порошок из горшечных черепков. От этих добавок свойства глины менялись. Люди экспериментировали, искали идеальный вариант.

Много древней керамики было найдено на стоянках волосовской и орловской культур в Поволжье, в Прикамье, на Урале и в Крыму на стоянке Таш-Аир на берегу реки Кача. Там можно разглядеть и тусклые наскальные росписи, изображавшие какое-то побоище.

На реке Суре в Чувашии найдено множество древних стоянок и остатки керамики, относящейся к разным эпохам. Самая древняя – VII тысячелетие до нашей эры – вообще без орнамента, а вот в конце V – начале IV тысячелетия появляются горшки с первыми, еще робкими украшениями – орнамент накалывают острой щепкой. Подобная керамика была обнаружена при раскопках многослойного поселения Утюж I, а также на Молёбном и на Вьюновом озере.

Керамика волосовской культуры

Там нашли остатки прямоугольного жилища размером 10 на 4 метра. На его полу и в ямах было обнаружено около 25 лепных сосудов, изготовленных из илистой глины с примесью песка. Конечно, нашли не сами сосуды, а всего лишь черепки, и уж потом из этих черепков, словно головоломку, составили целое. Реконструированные сосуды имеют довольно широкое горлышко, скругленные стенки и острое донышко. Вокруг горловины у всех сосудов проходит поясок цилиндрических круглых наколок, а под ним – широкий пояс из многочисленных треугольных выемок, а еще ниже – поясок из насечек, прямых или серповидных. Треугольными наколками украшено и заостренное дно. Всё вместе смотрится очень красиво и декоративно.

Но почему каждый раз одинаково? Дело в том, что эти орнаменты имели цель не только украсить изделие, но и указать на его принадлежность. Они служили своеобразным маркером: эта посуда нашего племени, это наша стоянка, наша земля. А вот поодаль, на стоянке на Мукшумском полуострове на Волге, керамика уже была иной: здесь большинство черепков – тонкостенные, тоньше 1 см, и это говорит о высоком мастерстве древних гончаров. Орнамент состоит из наколов треугольной и каплевидной формы, а также насечек. Вроде простые приемы, но их комбинации придавали изделиям необыкновенную выразительность.

В неолите получили распространение новые приемы обработки камня: шлифовка, заточка и сверление. Да, просверленные бусины встречались и ранее – например в Сунгири, но в неолите таких находок стало намного больше.

Петроглифы из Таш-Аира

Шлифовали камни на другом, более крупном плоском камне с добавлением мокрого песка. Сверлили при помощи трубчатой кости, которую вращали, прикрепив к тетиве лука. Просверленный камень уже можно было насадить на палку – получался топор или мотыга. Такие топоры, скребки, просверленные зубы оленя и костяные бусины ученые нашли у села Долинка Сакского района, где был обнаружен крупный неолитический могильник: в одной яме было похоронено 50 человек в четыре яруса. Нет, покойников не сваливали в яму, это было именно погребение, так как тела умерших посыпали красной охрой – символом крови и жизни.