Кто о чем, а мы снова мы про баню. Бани на Руси неотъемлемая часть и быта, и культуры. Кажется, что они существовали у русских всегда, ведь в Повести временных лет сообщается, что ещё Апостол Андрей Первозванный в первом [29]веке нашей эры их наблюдал:

«Диво видел я в Славянской земле на пути своем сюда. Видел бани деревянные, и натопят их сильно, и разденутся и будут наги, и обольются квасом кожевенным, и поднимут на себя прутья молодые и бьют себя сами, и до того себя добьют, что едва вылезут, чуть живые, и обольются водою студеною, и только так оживут. И творят это постоянно, никем же не мучимые, но сами себя мучат, и то творят омовенье себе, а не мученье».

Слова апостола в изложении Нестора можно воспринимать, разумеется, как некий апокриф, но тем не менее, они несут множество информации. Во-первых, уже на рубеже XI–XII веков, когда жил летописец считали бани исконной русской традицией и относили её к незапамятным временам. А во-вторых, описанный процесс помывки, вероятно приближен к тому, каким он был в Древней Руси.

Мы уже помним, что в банях даже рожать детей практиковалось. Баня[30] была для людей и одним из способов лечения. Об остальных способах ещё поговорим.

Но стоит и вспомнить, что при всей своей очищающей функции, баня считалась местом «нечистым»[31]. Логично, раз мы становимся там чище, то куда идет вся грязь? В баню нельзя было вносить никакую одежду, посуду, иную утварь, дабы не осквернить. Настолько люди верили, что в бане происходило соприкосновение с иным миром, со всякой нечистью, что в банный день даже избегали ходить в церковь. С языческих времен верили, что живет в этом помывочном месте некий Банный, сродни Домовому, который готов иной раз и навредить людям. Тем не менее, это было излюбленное место для родов. Говорили, что даже сам Банный умиляется, когда к нему рожать приходили.

Но в первую очередь, роль ее была сугубо гигиеническая. А мылись раз в неделю. В основном в субботу. Когда баня была наиболее разогретая, то первый пыл принимали на себя глава семьи, взрослые сыновья. Далее, когда становилось не так жарко, шли женщины, дети. Парились как и мы, вениками дубовыми, да березовыми.

Семьи, которые не могли себе позволить отдельную баню, строили её вместе со своими соседями. Появлялись также и общественные мыльни. Не римские термы, конечно, а наши суровые, но с таким крепким паром. По любви к бане могли и определять «своих» и «чужих». Баня стала одной из причин неприятия народом Лжедмтрия, который воцарившись[32], «ни однажды не мылся в бане со своею „поганой царицею“» – Мариной Мнишек.