Когда сватовство оказывалось успешным, тогда случался «сговор» или как принято сегодня называть, помолвка. В это время обо всем важном договорились, наступало время небольшого умиротворения. Представители сторон уже могли расслабиться и предаться объединяющей трапезе. Нам даже известно, что ели в тот момент. Ели приготовленный заранее сыр. Сыр, не в нашем понимании, конечно, а скорее мы назвали б его творогом. Иногда утверждают[127] даже, что сыр у людей появился раньше хлеба.

Он был главным символом этой трапезы. Совместное поедание сыра, который раздаст невеста являло собой древний обряд, сродни жертвоприношению[128].

Ели тут не только сыр. Были и каша, и пирог-каравай[129]. Начинка этого пирога-каравая не регламентировалась и могла отличаться в зависимости от регионов, а также от материального достатка семьи.

Было это мероприятие чинное, праздновалось оно сдержанно. Будущие родственники знакомились, привыкали друг к другу, постепенно переходя к практическим деталям предстоящей свадьбы, а также будущего сотрудничества.

Где-то уже могли и секретами своей хозяйственной деятельности поделиться, небольшие взаимные потребности обсудить.

Но всё же главной задачей после поедания сыра было договориться о предстоящей свадьбе. Обсудить венчание и праздничный пир, а это могли быть совершенно разнесенные по времени события. Определяли дату, формат проведения, количество и список гостей, в общем, все как сейчас. Эти договоренности и назывались «брачный сговор»[130]. Тут рядились также и о размерах приданого. И, что интересно, только на этом этапе спрашивали согласия самих молодых людей, чья судьба решается. Это согласие официально считалось очень важным для заключения брака. Другой вопрос, могли ли юные парни, и уж тем более девушки, выказать свое несогласие после того, как сыр был съеден и между родителями была договоренность о размере приданого. Теоретическая возможность существовала, но на практике обычно дети выражали согласие. Да и родители, едва ли когда желали плохой судьбы свое детям, выбирая им партию для семейной жизни.

Впрочем, если поели вместе сыр и каравай, то назад дороги нет. Помолвку расторгнуть нельзя. Если вдруг, кто из сторон позже объявит о выходе из соглашений, то тем нанесет практически непоправимый урон своей репутации и вряд ли будет считаться надежным для заключения новой помолвки. Более того, предусматривался штраф для жениха в случае расторжения с его стороны этой договоренности[131].

Его семье надлежало возместить все понесенные расходы на заключение помолвки родителями несостоявшейся невесты, а также ей самой уплатить ущерб «за сыр», судя по всему, в качестве возмещения морального вреда.

Но редко, когда ели сыр зря. Традиционно сговоры эти воплощались в реальные браки. А пока начиналась «великая неделя»[132], которая, несмотря на название, могла и не ограничиваться семью днями. В это время шла подготовка к самому событию: сбор приданного с одной стороны, выкупа за невесту с другой, определение и заготовка продуктов для приготовления свадебного пиршества, подготовка необходимых церемоний и культурно-развлекательной программы – а как же без неё?