До сих пор я говорил так, будто виртуальные миры включают в себя лишь физический движок и одного или нескольких игроков-людей, которые управляют аватарами. На практике большинство виртуальных миров сложнее.
Начнем с того, что многие виртуальные миры содержат неигровых персонажей. Образцовый неигровой персонаж – это на первый взгляд человеческое существо, которое вообще не контролируется людьми во внешнем мире. Эти существа ведут себя в некоторой степени по-человечески. Могут говорить, пользоваться оружием и перемещаться по миру для достижения понятных целей. К прочим неигровым персонажам относятся животные, монстры, инопланетяне и роботы, которые демонстрируют аналогичное сложное, направленное на достижение целей поведение. Когда агрессивный монстр обнаруживает вас рядом, он движется в вашу сторону.
Неигровые персонажи управляются не мозгом из внешнего мира, а алгоритмами компьютера из внешнего мира. Эти алгоритмы сильно отличаются от алгоритмов физических движков, которые управляют динамикой виртуальных объектов. С точки зрения внутреннего мира действия неигровых персонажей регулируются не стандартными законами физики, а законами психологии, такими как законы направленного на достижение целей поведения.
Являются ли эти персонажи физическими с точки зрения внутреннего мира? Их тела, безусловно, таковы, но как насчет их интеллекта? Давайте предположим, что у этих неигровых персонажей имеется такая же сложная, как у нас, психология. Никакие нейронауки из внутреннего мира не смогут напрямую раскрыть когнитивные механизмы – никакой когнитивной системы там не найти. Конечно, обитатель внешнего мира мог бы найти механизмы, изучив алгоритмы в компьютере, но этот путь недоступен обитателям внутреннего мира. Самое большее, что они могут сделать, – вывести некоторые принципы базовой психологии, наблюдая за поведением этих существ. Как и в случае с игроками-людьми, интеллект неигровых персонажей находится за пределами внутреннего пространства. С точки зрения внутреннего мира, этот интеллект нефизичен.
Более того, интеллект неигровых персонажей отличается от разума игроков-людей. Интеллект первых полностью находится внутри компьютера, управляющего виртуальным миром. Разум вторых проистекает от биологического организма, отдельного от компьютера, управляющего виртуальным миром. В виртуальном мире есть, по крайней мере, три вида сущностей, каждый из которых управляется своими собственными законами: физические объекты, неигровые персонажи и люди-игроки. Вместо того чтобы считать это формой дуализма, можно было бы назвать это своего рода триализмом.
На самом деле история еще сложнее. Мы уже видели, что в большинстве VR-миров виртуальные объекты обладают особыми каузальными свойствами. Например, динамика пистолета учитывает выстрел, а автомобилем можно управлять. В нашем обычном мире свойства пистолета или автомобиля определяются фундаментальной физикой, от которой зависят процессы в двигателе или спусковом механизме. Но в большинстве видеоигр эти сложные принципы не существуют – автомобили едут, а пистолеты стреляют с помощью специальных алгоритмов.
Какая философская точка зрения учитывает эти особые каузальные свойства? Дуализм, триализм, квадризм? Возможно, лучшей аналогией будет анимизм* – идея о том, что физические объекты обладают душами и, возможно, влиянием на окружающий мир. Анимизм был широко распространен в традициях коренных народов Африки, Америки, Азии, Австралии и Европы. Во множестве культур верили, что организмы, такие как растения и животные, одушевлены, а иногда подобные свойства распространяли и на неживые объекты вроде камней и облаков. В современной науке анимизм отвергается. Но, если бы мы выросли в виртуальном мире, таком как «Minecraft», разумно было бы предположить, что анимизм истинен, и в некотором смысле мы были бы правы.
Не все VR-пространства требуют особого отношения к предметам и неигровым персонажам. Некоторые виртуальные миры могут быть мирами чистой физики, с симуляцией физических законов, управляющих каждым объектом. Учитывая текущий уровень развития технологий, чисто физические симуляторы недостаточно мощны для того, чтобы смоделировать даже простые биологические объекты вроде клеток, не говоря уже об интеллектуальных существах вроде людей и животных, но это, несомненно, еще изменится.
Тем не менее, если мы, биологические существа, взаимодействуем с виртуальным миром симуляции, в этом всегда будет присутствовать элемент дуализма. Ведь нами управляют не законы симуляции, а законы внешней вселенной. Когда мы взаимодействуем с симуляцией, возникает ощущение, что виртуальный мир является картезианским: сознание, находящееся во внешнем мире, взаимодействует с телами во внутреннем.
«Матрица» представляет собой отличный пример головоломки. Биологический мозг Нео находится в капсуле вне симуляции, но он постоянно взаимодействует с симулированным миром. Виртуальный мир Матрицы по большей части похож на наш – настолько, что мы можем считать его чисто физической симуляцией. Можно предположить, что в Матрице существуют ученые, которые исследуют физику своего мира и выводят нечто напоминающее нашу физику, вероятно, даже вплоть до квантовой механики. Точно так же в Матрице существуют хирурги, которые вскрывают тела и лечат органы. Предположительно в Матрице есть даже нейрохирурги, которые проводят трепанацию и оперируют мозг, и нейробиологи, которые ставят эксперименты, чтобы понять связь этого мозга с поведением.
В Матрице у Нео есть виртуальное тело с виртуальным мозгом. Также у него есть биологический мозг вне Матрицы. Как они взаимодействуют? Является ли один из них лишним? Возможно, биологический мозг выполняет всю работу, а виртуальный существует для видимости – но тогда не придется ли отключить виртуальный мозг от виртуального тела, чтобы избежать влияния первого на второе, и не заметят ли виртуальные нейробиологи что-нибудь неладное? Или, возможно, виртуальный мозг выполняет всю работу, а биологический – лишь пассивный наблюдатель; но тогда разве биологический Нео не заметит неладное, когда попытается сделать что-то одно, а его виртуальный мозг заставит его сделать что-то другое?
Кажется, чтобы избежать проблем, лучше всего синхронизировать биологический мозг с виртуальным*. Информация, которую получает виртуальный мозг, копируется в биологический, и они реагируют на входные данные совершенно одинаково. Если мы хотим, чтобы биологический мозг был больше чем пассивным наблюдателем, то можем подключить его к моторным системам в виртуальном теле. Представим, что, когда двигательный нейрон срабатывает в биологическом мозге, его выходные данные передаются соответствующему двигательному нейрону в виртуальном мозге, тем самым контролируя действия виртуального тела. Если симуляция функционирует хорошо, этот второй нейрон сработает так, как если бы находился под контролем одного лишь виртуального мозга.
Эта картина вызывает множество вопросов. Первый из них: один перед нами индивидуум или все-таки два? Может показаться, что биологический мозг Нео поддерживает сознательного субъекта почти обычным способом. Однако это не вся картина, ведь его виртуальный мозг тоже мог бы быть опорой для сознательного субъекта, если, конечно, компьютерные процессы способны на такое (об этом я расскажу в следующей главе). Эти субъекты – один индивидуум или двое? Возникает соблазн сделать вывод, что здесь присутствуют два индивидуума – как однояйцовые близнецы, полностью синхронизированные друг с другом, но все же отдельные люди.
В рассказе Дэниела Деннета «Где я?»* биологический мозг и резервный кремниевый мозг синхронизированы друг с другом. Оба используются для управления одним и тем же телом, время от времени они переключаются, уступая главенство. Однажды два мозга разошлись в своих рассуждениях. В этот момент стало совершенно ясно, что с одним и тем же телом связаны две отдельные личности. Всегда ли их было две, или существовало единое сознание, которое разделилось, когда разделились мозги? Трудно сказать наверняка. В любой момент можно возразить, что механизмы, обеспечивающие синхронизацию двух мозгов, делают их, по сути, единой системой, поддерживающей одно сознание и одну личность, а не две. Точно так же трудно сказать что-либо определенное и в ситуации с Нео.
Это придает Матрице совершенно новый оттенок. Существовали ли с самого начала два Нео? Биологический Нео отключается от Матрицы после принятия красной таблетки. Что происходит в этот момент с виртуальным Нео, с его виртуальным телом и виртуальным мозгом? Возможно, он исчезает? Воссоздается ли новый виртуальный Нео, синхронизированный с биологическим Нео, всякий раз, когда последний возвращается в Матрицу? Это помогло бы объяснить одну из величайших загадок Матрицы: когда кто-то умирает в виртуальном мире, почему он умирает и во внешнем мире? Ответ может заключаться в том, что два мозга всегда находятся в синхронизации. Когда умирает один мозг, умирает и другой.
Если мы хотим взаимодействовать с виртуальным миром, основанном на физике, не сталкиваясь с подобными проблемами, для нас может иметь смысл управление виртуальными телами, в которых отсутствует полностью автономный виртуальный мозг. Виртуальное тело может иметь упрощенную нервную систему, пригодную лишь для сенсорной и моторной обработки. Сигналы невиртуального мозга будут управлять поведением виртуального мозга и тела, возможно, через виртуальную шишковидную железу.
Все это потребует сложных дуалистических взаимодействий между разумами внешнего мира и телами внутреннего мира. Тем не менее система необязательно должна быть дуалистичной на фундаментальном уровне. Как физика внутреннего мира, так и психология внешнего мира могут вытекать из единой физики внешнего мира. Если так, то у нас будет своего рода монизм (единство природы вещей), а не дуализм (двойственность природы вещей) на фундаментальном уровне. Обитатели внешнего мира воспримут это как своего рода материализм, а обитатели внутреннего мира – нет, поскольку материя внешнего мира – это не материя внутреннего мира. С точки зрения внутреннего мира, истина может быть описана как своего рода нейтральный монизм: где-то существует единый фундамент, лежащий в основе как сознания, так и тела. И этот нейтральный вид фундамента – физика внешнего мира – не физический, а мета-физический.