Несколько лет назад мой племянник Том, которому тогда было пять лет, показал мне, как играть в «SimLife». Он кропотливо выстраивал окруженный деревьями город с домами и машинами. Затем сказал мне: «А теперь самое интересное» – и начал вызывать пожары и приливные волны, чтобы уничтожить город. Я увидел своего племянника в новом свете. Был ли он обычным пятилетним ребенком, играющим в игры? Или он был ветхозаветным Богом?

В одном из эпизодов «Рика и Морти» эксцентричный ученый Рик держит внутри своего космического корабля микроскопический мир велосипедистов, которые вырабатывают энергию. Время от времени он навещает этот мир, жители которого относятся к нему как к богу. Рик следит за тем, чтобы все продолжали крутить педали, вырабатывая энергию для его космического корабля (не будем задавать лишние вопросы о том, как вращение микроскопических педалей приводит в действие макроскопический космический корабль). Рик создал мир и обладает абсолютной властью над ним. Он – бог микроскопического мира.

Если мы сами создадим симулированные миры, то станем богами этих миров. Мы будем их творцами. Будем всемогущими и всезнающими по отношению к ним. По мере того как созданные нами симулированные миры будут становиться все сложнее и в них, вероятно, появятся сознательные симулированные существа, быть богом такого мира станет огромной ответственностью.

Если гипотеза симуляции верна и мы находимся в симулированном мире, то создатель этой симуляции – наш бог. Он вполне может быть всезнающим и всемогущим. То, что происходит в нашем мире, зависит от его желаний. Мы можем уважать и бояться его. В то же время создатель нашей симуляции может ничем не напоминать традиционного бога. Возможно, наш создатель – безумный ученый вроде Рика или же ребенок вроде моего племянника.

Философ-трансгуманист Дэвид Пирс заметил, что аргумент симуляции – это самое интересное доказательство существования Бога за долгое время*. Возможно, он прав.

Сколько себя помню, я считал себя атеистом. Моя семья не была религиозной, и церковные ритуалы всегда казались мне немного странными. Я не видел особых доказательств существования Бога. Бог казался сверхъестественным, в то время как меня привлекал естественный мир науки. Тем не менее гипотеза симуляции заставила меня отнестись к возможности существования Бога серьезнее, чем когда-либо прежде.