Что такое явный образ Пространства? В обыденном восприятии пространство – трехмерное вместилище для совокупности объектов. Оно в основном Евклидово. Оно абсолютно: нечто квадратное абсолютно квадратно, а не относительно чего-то еще. Пространство фундаментально: это арена, на которой происходят все процессы, и ничто не лежит в основе пространства. И точно так же, как Цвета по своей природе Цветные, Пространство по своей природе Пространственно – оно обладает особым пространственным качеством, которое трудно передать словами.

Когда мы впервые испробовали плод Древа науки, физика Ньютона обратилась к трехмерному Евклидову пространству, которое было достаточно близко к эдемской картине, и поэтому наше мировоззрение лишь пошатнулось. Физика Эйнштейна привела к падению. Согласно общей теории относительности не существует абсолютного Евклидова трехмерного пространства. Вместо этого пространство оказывается зависимым от системы отсчета и является частью неевклидова четырехмерного пространства-времени. Абсолютных квадратов не существует. Квадраты существуют лишь относительно определенных систем отсчета.

В теории относительности пространственно-временной континуум, по крайней мере, остается фундаментальным, но более поздние теории поставили и это под сомнение. В некоторых интерпретациях квантовой механики фундаментальным является многомерное пространство, в котором существует квантовая волновая функция, а наше трехмерное пространство – это всего лишь вершина айсберга. В теории струн и других теориях, которые пытаются примирить квантовую механику и теорию относительности, все чаще высказываются предположения о том, что пространство является не фундаментальным явлением, а эмерджентным[24]. Фундаментальные законы многих теорий вообще не постулируют пространство. В этих теориях пространство выводится.

Это еще один фактор нашего изгнания из Эдема. Нет Пространства в том виде, в каком оно существует в явном образе. Одна из возможных реакций – сказать, что подлинного пространства вообще не существует. Но, опять же, это лишает нас ключевого инструмента для осмысления мира. Объем, расстояние, угол и другие пространственные характеристики жизненно важны для нашего мировосприятия. Разумнее сказать, что, хотя мы и не живем в Эдеме, пространство все равно существует. Ничто не является первозданно и абсолютно Квадратным, но квадратные объекты все же возможны. Пространство не является фундаментальным вместилищем для всего, но объекты по-прежнему имеют положение в пространстве.

Пространственный функционализм* понимает пространство с точки зрения ролей, которые оно играет. Пространство – это то, что пространство делает. Чтобы поддерживать неразрывность с явным образом, нам нужны те роли, которые пространство играет в явном образе. Что же это за роли? Выше было сказано, что основная роль твердости заключается во взаимодействии с другими объектами, а основная роль цвета – в восприятии. А пространство, в свою очередь, играет, по крайней мере, три основные роли.

Во-первых, благодаря пространству возможно движение. В Эдеме предметы непрерывно перемещаются в пространстве. Во-вторых, благодаря пространству возможна интеракция. В Эдеме физические предметы взаимодействуют, когда находятся в пространственном контакте друг с другом или, по крайней мере, расположены близко друг к другу. На расстоянии нет действия. В-третьих, пространство определяет наше пространственное восприятие. В Эдеме квадратные предметы выглядят квадратными, по крайней мере, в нормальных условиях.

Пространственный функционализм определяет пространство как все, что играет эти роли. То есть пространство – это то, что делает возможным движение, взаимодействие и пространственное восприятие.

Здесь уместна формулировка канадского философа Брайана Кантуэлла Смита. Смит берет старое выражение «На расстоянии нет действия» и переворачивает его, чтобы сказать: «Расстояние – это то, на чем нет действия». А поскольку наука, похоже, все-таки подразумевает взаимодействие на расстоянии, пусть и более слабое, чем при соприкосновении объектов, будет еще лучше сказать так: «Расстояние – это то, на чем меньше действия».

Мы также можем уловить эдемскую идею о том, что движение непрерывно, сказав: «На расстоянии движения нет». Затем мы можем перевернуть это выражение, как в предыдущем случае: «Расстояние – это то, на чем нет движения»; или лучше так: «Расстояние – это то, на чем меньше движения». Таким образом, мы определяем расстояние как то, что играет роль расстояния, где ключевая роль расстояния – опосредование движения и взаимодействия (интеракции).

Таким образом, хотя в научном образе Пространства нет, пространство все же в нем есть. Релятивистское пространство по-прежнему опосредует движение и взаимодействие, и оно по-прежнему порождает пространственный опыт. В теориях, где пространство не является фундаментальным, мы можем локализовать пространство на производном уровне, находя величины, которые (1) поддерживают пространственное восприятие и (2) могут опосредовать движение и взаимодействие, особенно в случае макроскопических объектов. Это помогает нам объяснить, как возникает пространство.