Согласно моим представлениям о мире, вычисления тесно связаны со структурой. Математические вычисления – это вопрос формальной структуры. Речь об определенных структурах битов, которые управляются определенными формальными правилами: за единичными битами формально следуют нулевые биты и так далее.

В отличие от этого физические вычисления – это вопрос причинной структуры. Все дело в физических элементах, взаимодействующих друг с другом в рамках шаблонов причинно-следственных связей. Высокое напряжение в одном транзисторе вызывает низкое напряжение в другом, и так далее.

Согласно моему каузальному структурализму, физическая система выполняет математическое вычисление, когда каузальная структура системы является отражением формальной структуры вычисления.

Эта точка зрения созвучна обычной практике конструирования и программирования компьютеров. Когда Бэббидж создавал чертеж аналитической машины, он пытался наладить взаимодействие физических механизмов в системе в соответствии с причинно-следственными схемами, отражавшими математическую структуру. Когда Тьюринг создавал «Бомбу», он поступал так же. То же самое относится и к современному программированию. Программируемый компьютер – это система, которая может выполнять множество различных вычислений в зависимости от реализуемой программы. Причина и следствие здесь скрыты. Программист пишет программу, пользователь запускает ее, и начинается физический процесс. Когда я запускаю приложение на iPhone, телефон настроен таким образом, что его физические составляющие взаимодействуют в соответствии с формальными правилами программы.

Я думаю о компьютерах как о Каузальных Машинах. Это обладающие пластичностью на программном уровне устройства, которые позволяют воплощать произвольные причинно-следственные структуры. Именно это делает их такими замечательными устройствами для создания симуляций. Допустим, у нас есть система, которую мы хотим смоделировать. Части исходной системы подчинены причинно-следственным связям. Когда мы создаем симуляцию, мы воспроизводим эти связи внутри компьютера. В определенном смысле исходная система каузально отражается в компьютере, по крайней мере, на определенном уровне детализации. Таким образом, мы создаем виртуальную копию исходной системы при помощи Каузальной Машины.

То же самое касается моделирования мозга. Что происходит, когда мы загружаем мозг в компьютерную симуляцию? По сути, мы пытаемся сохранить его причинно-следственную структуру. Это особенно очевидно в случае постепенной загрузки, при которой нейроны заменяются на чипы один за другим. Мы стараемся обеспечить взаимодействие нового чипа с окружающими элементами по тем же причинно-следственным схемам, что были у нейрона. Если все пройдет хорошо, у нас будет 86 миллиардов чипов, которые взаимодействуют в рамках той же причинно-следственной структуры, что и 86 миллиардов нейронов мозга. Аналогично при успешном виртуальном моделировании мозга на нейронном уровне мы в итоге получим 86 миллиардов структур данных внутри компьютера, взаимодействующих между собой в рамках идентичной причинно-следственной структуры. Аргумент о постепенной загрузке (изложенный в пятнадцатой главе) дает нам основания полагать, что как система чипов, так и симуляция будут обладать тем же сознательным состоянием, что было у мозга. Если же каузальная структура окажется разрушена, то и сознание не сохранится.

От облака беспорядочно рассеянной пыли нам не стоит ожидать ни реализации алгоритмов, ни возникновения сознания. Но если облако пыли организовано в правильную причинно-следственную структуру, то открываются все двери. Тогда у нас будут реализованы алгоритмы и соответствующие им вычисления. Если вычислений достаточно для формирования сознания, то мы воссоздадим и его. Обладая и вычислительным потенциалом, и сознанием, мы получим виртуальный мир.