Потерянно опускаю глаза в тарелку, пытаясь отыскать утерянное самообладание. Участившийся пульс энергично шарашит по вискам, а Ладони вмиг делаются липкими. Господи! Как же так выходит, что мы с Багировым пересекаемся уже второй раз эту неделю?! И это в огромном городе-миллионнике! Событие из разряда невозможных!

Поднимаю взгляд, дабы убедиться, что мне не померещилось. Но нет, я не ошиблась, это действительно Максим. Все такой же умопомрачительно красивый и восхитительно стильный. Возникает ощущение, что время над ним не властно. Даже ничуть не постарел!

Восстанавливаю сбившееся дыхание и беру себя в руки. Если Багиров вдруг тоже меня заметит, я не должна выглядеть как школьница, провалившая экзамен. Я взрослая деловая женщина, и даже случайная встреча с биологическим отцом моих детей не способна выбить меня из колеи. По крайне мере, именно это я пытаюсь себе внушить.

— София, все в порядке? — в мои мысли вклинивается Иннокентий, про которого я каким-то чудесным образом умудрилась забыть.

— Да, более чем, — киваю. — Я просто задумалась. Так о чем ты говорил?

Мой кавалер пускается в пространные рассуждения о работе, а я снова фокусирую внимание на Багирове.

Он не один. Сидит в компании какой-то темноволосой фифы с вопиюще глубоким декольте. Я вижу лишь ее профиль, но сразу могу сказать, что она крайне молода. Должно быть, чуть за двадцать. Этакая девочка-студентка в дорогих шмотках. Интересно, это он ей их купил?

На столе парочки стоит початая бутылка вина. Разговор, судя по мимике, идет расслабленно и неспешно. Багирову и девице комфортно вместе. Это видно невооруженным глазом.

Снова перевожу взор на Иннокентия и до соленого закусываю щеку с внутренней стороны. Волнение в груди перемешалось с какой-то непонятной тупой болью. Уголки губ ломит. Пластиковая улыбка так и норовит соскользнуть с лица. Мне все труднее сохранять внешнее спокойствие. Неужели дело в Максиме и его спутнице?

— Ну а ты? — мой кавалер смотрит на меня вопросительно.

Предыдущую часть вопроса я, как и следовало ожидать, пропустила мимо ушей.

— Я? — переспрашиваю в надежде хоть на какое-то пояснение.

— Ну колись, София, — не унимается Иннокентий. — Да или нет?

Что ж, выбор из двух вариантов не так уж сложен.

— Пожалуй, что да, — отвечаю, ткнув пальцем в небо.

— Правда? — на его лице отражается неподдельное изумление.

Хм... Еще бы знать, в чем я сейчас призналась... Да, я люблю мороженое? Да, мне импонирует классическая музыка? Или, боже упаси, да, я согласна на второе свидание?!

— Прости, — решаю, что лучше уточнить тему разговора. — О чем мы сейчас?

— О кремации.

— Ага, я так и поняла, — киваю торопливо.

Ну да, конечно, о чем же еще болтать на первом свидании, если не о кремации?

— Знаешь, — произносит задумчиво, — лично я для себя избрал классический путь погребения. Кремация — это, разумеется, занятно... Но я все же консерватор.

А-а-а, понятно. Кажется, я только что призналась, что желаю быть кремированной.

— Ну а я... Люблю эксперименты, — нахожусь с ответом.

— Я заметил, — улыбается. — Ты вообще неординарная женщина, София.

Хочу перевести разговор в какое-нибудь менее могильное русло, но неожиданно осекаюсь. Мой взгляд, непроизвольно дернувшийся в сторону, попадает в капкан другого взгляда. Цепкого, тягучего, доводящего до дрожи. Багиров меня заметил. Рефлекторно хочу отвернуться, но не могу. Физически не получается. Будто под гипноз попала. Сижу и, затаив дыхание, тону в омуте карих глаз Максима. Прямо как тогда, в ту роковую ночь.

Внезапно он поднимается на ноги. Уверенным жестом проводит пятерней по волосам и движется ко мне. Прямо по направлению к нашему с Иннокентием столику.

Времени на раздумья нет. Нас разделяют считанные секунды, поэтому меня вновь окатывает паника. Горячими удушающими волнами проходится от затылка до ног и судорожными спазмами оседает где-то в области живота.

— Здравствуй, София, — баритон Багирова обволакивает пространство, заглушая собой любые другие звуки.

— Добрый вечер, Максим, — мне каким-то чудом удается сохранять достоинство.

— Какая удача встретить тебя второй раз за неделю, — он по обыкновению иронично-обаятелен. — Уж не судьба ли сталкивает нас?

Он приподнимет бровь и смотрит на меня с вызовом. Чертов провокатор.

— Не думаю, что стоит причислять случайности к проделкам судьбы, — усмехаюсь.

— То, что случилось однажды, может больше никогда не повториться. Но то, что случилось дважды, обязательно произойдёт и в третий раз.

— И давно ты стал фаталистом? — спрашиваю, пожав плечами.

— С тех пор, как ты меня отвергла, — он говорит это без обиды. Скорее, полушуткой.

Но услышанное все равно вынуждает меня напрячься. Между нами повисает пауза. Багиров неотрывно пытает меня взглядом, и мне стоит огромных усилий держаться непринужденно. Потому что противостоять этому мужчине равнозначно маленькому подвигу.

— Кхе-кхе, — раздается откуда-то сбоку, и мы с Максимом как по команде поворачиваем головы.

Иннокентий, про которого мы невежливо забыли, привлекает к себе внимание.

— Прошу прощения, — спохватываюсь. — Иннокентий, познакомься, это мой старый знакомый Максим Багиров.

Мужчины жмут друг другу руки, а затем Макс снова обращается ко мне:

— Так, значит, у тебя двойня?

По телу опять проходит разряд тока. С чего это вдруг он вспомнил о детях?

— Ну да, — констатирую очевидный факт. Багиров же сам все видел.

Мне хочется закрыться. Спрятаться от его пронизывающего до костей взгляда. Ну или, как минимум, скрестить руки на груди. Так ведь вроде бы проще. Так безопаснее. Но, вопреки позывам, я не шевелюсь и не меняю позу. По-прежнему сижу с гордо расправленными плечами. Любая суета выдаст мое нестабильное внутреннее состояние и вызовет у Багирова подозрения. А подозрения мне сейчас не нужны. Как и лишняя нервотрепка. Единственное, чего я хочу, — это, чтобы Максим оставил меня в покое и вернулся к своей роскошной брюнетке. Между нами уже давно все кончено. Ни к чему ворошить прошлое.

— Они классные, — заявляет с улыбкой. — На тебя похожи. Такие же рыжие и шебутные.

— Спасибо, — отчего-то с каждым новым словом говорить становится все труднее. — Ну а ты? Давно вернулся в город?

— Пару месяцев назад. До этого мотался по Европе.

— Ясно, — киваю, надеясь, что на этом разговор будет окончен.

Но у Багирова, как всегда, свои планы.

— Может, как-нибудь встретимся? — предлагает неожиданно. — Посидим, пообщаемся? Столько лет ведь не виделись.

Предложение, безусловно‚ заманчивое. Но в то же время слишком рискованное. Я не могу ставить под удар устоявшийся уклад жизни только потому, что мне дико любопытно, как все эти годы жил Багиров.

— Спасибо за предложение. Но вряд ли это возможно.

— Почему? — Максим сама непосредственность.

— Э-э-э... — мозг судорожно работает. — Ну... Потому что Кеше это не понравится, — нахожусь, глядя на своего заскучавшего спутника. — Он у меня очень ревнивый. Да, дорогой?

— М-м-м? — блеет ничего мой не понимающий гробовщик.

Багиров вновь оглядывается на Иннокентия. На этот раз с куда большим интересом.

— Так вы вместе? — почему-то Макс кажется удивленным.

— Вместе, — подтверждаю как можно увереннее. — А что такого?

Ну да, я только что сочинила отношения с малознакомым мужчиной. А что было делать? Выкручиваюсь как могу.

— Да ничего, — ухмыляется и, обращаясь к Иннокентию, добавляет. — Поздравляю, мужик. Ты счастливчик.

— Спасибо, — мямлит тот.

Благо, ему хватает ума подыгрывать и не задавать вопросы прямо сейчас.

— Ну что ж, Максим, рада была тебя повидать, — из последних сил храню хорошую мину при плохой игре.

— Взаимно, София. Надеюсь, еще встретимся.

Не дай бог.

— Я тоже на это надеюсь, — вслух произношу совсем другое. — Пока.

Махнув на прощанье, Максим возвращается к своей брюнетке, а я обессиленно откидываюсь на спину дивана.

— Что это было? — недоумевает Иннокентий.

— Не сейчас, — отсекаю твердо и встаю из-за стола. — Мне надо отойти в дамскую комнату. Я скоро.

Не дождавшись ответа кавалера, скрываюсь в туалете. Мне нужно какое-то время побыть одной. Чтобы прийти в себя и привести в порядок изрядно потрепанные чувства.