Пока Максим неспешно вращает кожаный руль автомобиля, я, пользуясь случаем, рассматриваю его ладони. Крупные, загорелые, увитые слегка выступающими венами. С длинными гибкими пальцами и идеальным мужским маникюром. Да уж, руки Багирова — это произведение искусства. Даже не верится, что когда-то они ласкали мое тело.

— Ты вот уже пять минут разглядываешь меня с пристальным вниманием, — подмечает мужчина, для которого мой интерес не остался незамеченным. — О чем думаешь, Софи?

— Да так... О всякой ерунде, — отмахиваюсь.

— Ну же, поделись, — настаивает он.

— Я думаю, откуда у тебя свежий загар? — выпаливаю я. — Ты недавно вернулся из отпуска?

— Ага, на пару дней в Испанию гонял. На Майорку.

Вот, значит, как. Пока я грызла ногти в ожидании его звонка, а мой бизнес медленно загибался, Багиров нежился на солнышке. Вы не подумайте, я не в претензии. Просто констатирую факт.

— Один? — зачем-то спрашиваю я.

И тут же ругаю себя за любопытство. Ну какая мне разница, с кем он отдыхал? Это вообще не мое дело!

— С друзьями, — уклончиво отвечает Макс.

Все ясно. Не хочет вдаваться в подробности. Ну и ладно, не больно-то мне они мне и нужны.

Багиров паркует машину и, выбравшись наружу, огибает ее со стороны капота, чтобы галантно распахнуть передо мной дверь.

— Почему ты не наймешь водителя? — спрашиваю я, когда мы неторопливо идем в сторону ресторана.

Люди его статуса обычно редко сами ездят за рулем.

— Зачем делегировать то, что любишь сам? — улыбается он. — Мне нравится водить. Нравится ощущать контроль над железным зверем.

Ухмыляюсь, но не комментирую. Почему-то я ожидала, что Багиров как-то так ответит.

Когда мы располагаемся за уютным столиком у окна, я не могу не заметить, что атмосфера в ресторане очень романтическая. Горят свечи, основной свет приглушен, а слух ласкает ненавязчивая мелодичная музыка.

— Это что, свидание? — усмехаюсь я, открывая меню.

— Почему бы и нет? — на губах Багирова играет лукавая улыбка. — Ты бы хотела, чтобы это было свиданием?

— Я думала, это деловая встреча, — вздергиваю подбородок. — Мы вроде как условия спасения моего бизнеса обсуждать собирались.

Разумеется, мне хочется поддаться его обаянию. Утонуть в омуте шоколадных глаз и отпустить вожжи внутреннего контроля. Наверняка, это было бы незабываемо. Но я обязана, просто обязана держать в сознании мысль о том, что близость между мной и Багировым невозможна. По ряду причин. Начиная с того, что я скрыла от него детей, и заканчивая тем, что от его благосклонности сейчас зависит моя карьера.

— Ты в своем репертуаре, Софи, — Багиров с укором качает головой. — Неужели обязательно всегда быть такой холодной ледышкой?

— Я не холодная. Просто пытаюсь соблюсти границы.

В ответ на мои слова Багиров посмеивается.

— Что смешного? — настораживаюсь.

— Забавно слышать, что ты хочешь соблюсти границы.

— Почему?

— Потому что я как раз собираюсь их нарушить.

Багиров слегка наклоняется, а в следующее мгновенье его ладонь накрывает мое колено. Горячие пальцы впиваются в кожу, слегка сжимая и поглаживая ее.

— Что ты делаешь? — сиплю я, стараясь сохранять невозмутимость.

— Касаюсь тебя, — озвучивает очевидное. — Не нравится?

Его ладонь скользит чуть выше по моему бедру, и я невольно свожу колени.

— Ну почему же? Нравится, — мне стоит огромных сил держать лицо. — Только я не вполне понимаю, к чему все это.

— Неужели никаких догадок? — глаза Максима хитро сужаются.

Атмосфера между нами так накаляется, что я почти слышу, как потрескивают искры.

— Добрый вечер! — над нами нависает официант. — Вы определились с тем, что будете пробовать сегодня?

Он поспевает как раз вовремя, потому что Багиров вынужден отпустить мою ногу, чтобы взять меню.

Какое-то время мы обсуждаем коронные блюда заведения, а потом делаем заказ. Когда официант удаляется, наши с Максимом взгляды вновь прилипают друг к другую.

— Ты хочешь повторить ту ночь? — уточняю я хрипло.

Надоело играть в кошки-мышки. Неопределённость и так тянется слишком долго. Я хочу понимать условия нашего, если так можно выразиться, сотрудничества. Хочу знать, что Багирову от меня нужно.

— Возможно, — он прячет хищную улыбку за бокалом вина.

— Возможно? — приподнимаю бровь. — А можно поконкретней, Максим? Я понимаю, тебе весело. Но вот мне сейчас совсем не до шуток. Спасение бизнеса — для меня вопрос жизни и смерти.

— Софи, неужели ты всерьез думаешь, что я брошу тебя в беде?

От серьезности его тона я теряюсь. Открываю рот, чтобы что-то сказать и... Не могу, придумать, что именно.

— Я... Я не понимаю...

— Я знаю, мы не общались много лет, но ты мне по-прежнему небезразлична, — произносит вкрадчиво. — Если ты думаешь, что мне нужен от тебя только секс, то окей, это твое право. Но на самом деле я всегда желал чуточку большего.

— Ты говоришь загадками, Макс...

— Потому что я вижу, что ты все еще не готова меня услышать, — его голос звучит мягко, но в то же время твердо. — Ты сидишь в своем коконе, Софи. Держишься за мнимую безопасность. Пытаешься всех и все контролировать. Боишься расширить границы и взглянуть за их пределы.

— И что же там? За пределами? — я окончательно запуталась, куда ведет наш диалог.

— А там жизнь, Софи! — Багиров всплескивает руками. — Настоящая жизнь, где можно любить до смерти, смеяться до слез и быть самим собой. Попробуй, тебе понравится.

— Ты думаешь, что я не живу по-настоящему?

От его слов в горле встает ком. Неужели это потому, что Максим прав? Я всегда старалась руководствоваться доводами разума, ставила холодный расчет выше чувств. И к чему меня это привело? Где я сейчас? Мужчина, на которого я когда-то сделала ставку, ушел к другой. А тот, которому я не дала шанса, оказался единственной точкой опоры в столь трудное время. Да, определенно в словах Багирова есть правда. В моих жизненных принципах виднеется серьезная брешь.

— Неважно, что я думаю. Важно, что чувствуешь ты, — мужчина приподнимает бокал в воздух и многозначительно мне подмигивает. — За тебя, дорогая.