Албан приехал в Лондон спозаранку и застал доктора еще за завтраком.

– Слишком поздно, с миссис Элмазер вы разминулись, – объявил доктор. – Садитесь и поешьте.

– Она просила что-нибудь передать?

– Вам не понравится, что я скажу. Утром она уехала с хозяйкой погостить у сестры мистера Мирабеля.

– И он с ними?

– Нет, но отправится следующим поездом.

– Миссис Элмазер оставила адрес?

– Вот он, написан ее собственной рукой.

Албан прочел адрес: «Миссис Дельвин, Клинк, Белфорд, Нортумберленд».

– Переверните листок, – велел доктор. – Миссис Элмазер написала там кое-что еще.

На другой стороне была пара строк.

«Пока мистер Мирабель ничего не обнаружил. Сэр Джервис Редвуд умер. Супруги Рук вроде бы в Шотландии, и мисс Эмили, если потребуется, поможет клирику их найти. Про мисс Джетро – ничего».

– Теперь, когда вы узнали, что хотели, позвольте на вас взглянуть, – проговорил доктор Олдэй. – Вы не в ярости, что уже хорошо.

– Моя решимость ничуть не ослабела! – заверил Албан.

– Заставить Эмили одуматься? – уточнил доктор.

– Сделать то, чего не сделал Мирабель, – и тогда пусть выбирает между нами!

– Вот как! Неужели ваше доброе мнение не изменилось после того, как Эмили с вами обошлась?

– Мое доброе мнение учитывает душевное состояние моей бедной возлюбленной после свалившегося на нее несчастья, – спокойно ответил Албан. – Теперь она – моя Эмили, и ею останется. Я говорил с ней об этом еще в школе, и с тех пор моя уверенность лишь окрепла! Вы виделись с ней с тех пор, как я уехал в Нидервудс?

– Да, и на меня она сердится ничуть не меньше, чем на вас.

– По той же причине?

– Нет-нет. Мне хватило услышанного, чтобы держать язык за зубами. Я отказался ей помочь – вот и все. Вы – мужчина и можете подвергать себя опасностям, с которыми юная девушка сталкиваться не должна. Помните, как я просил вас ради Эмили прекратить дальнейшие изыскания? С тех пор обстоятельства изменились. Могу ли я вам помочь в расследовании?

– Очень даже можете, если дадите адрес мисс Джетро.

– Хотите начать именно с нее?

– Да. Вам известно, что мисс Джетро посетила меня в Нидервудсе?

– Продолжайте.

– Она показала мне ваш ответ на ее письмо. У вас оно сохранилось?

Доктор Олдэй достал письмо. В качестве адреса значилось почтовое отделение в городе на южном побережье. Албан его переписал и заметил, что доктор смотрит на него со странным выражением: отчасти сочувственно, отчасти нерешительно.

– Хотите мне что-нибудь предложить?

– Вам ничего не добиться от мисс Джетро, – протянул доктор, – если только…

– Если что?

– Если только вы ее не напугаете.

– Каким же образом?

Немного поразмыслив, доктор Олдэй неожиданно вспомнил свой последний визит к Эмили.

– Во время нашего разговора прозвучала одна идея, которая показалась мне вполне разумной: возможно, дело в том, что она подтвердила мою догадку, и мне это польстило. Эмили подозревает мисс Джетро в том, что той известно о проклятом убийстве больше, чем она готова признать. Если хотите на нее повлиять… – Он пристально посмотрел на Албана и вновь осекся.

– Ну, и что же мне делать?

– Скажите ей, что догадываетесь, кто убил.

– Я этого даже не представляю!..

– Зато я представляю.

– Боже милостивый! Что вы имеете в виду?

– Только не поймите превратно! У меня сложилось некое впечатление, вот и все. Можете считать это фантазией, которую стоит проверить эксперимента ради, не более того. Подойдите! Моя экономка – прекрасная женщина, но пару раз я заставал ее слишком близко от двери. Лучше шепну вам на ухо.

Так он и сделал. Затаив дыхание, Албан услышал о подозрении, охватившем доктора Олдэя в тот вечер, когда Мирабель зашел к нему домой.

– У вас такой вид, словно вы мне не верите, – заметил доктор.

– Я думаю про Эмили. Ради ее благополучия я надеюсь, что вы неправы. Не знаю, что и делать! Может, отправиться к ней немедленно?

– Сперва выясните, друг мой, прав я или нет. Для этого нужно рискнуть, встретившись с мисс Джетро.

Совет старого доктора звучал вполне разумно. Албан полистал железнодорожный справочник и посмотрел на часы.

– Если смогу найти мисс Джетро, то рискну уже сегодня!

Доктор проводил его до двери.

– Вы мне напишете?

– Непременно. Спасибо и прощайте!