Миссис Элмазер вошла неохотно.

С тех пор как Эмили видела ее в последний раз, старая горничная так сильно похудела и осунулась, что теперь вдвойне оправдывала данное покойной хозяйкой прозвище. Платье висело на угловатом теле мешком, крупные кости лица выдавались как никогда.

– Надеюсь, вы в добром здравии, мисс, – проговорила она, причем в голосе не осталось и толики былой твердости.

– Похоже, вы страдаете от тяжелой болезни, – мягко заметила Эмили.

– Жизнь у меня тяжелая, вот что, я хочу работы и перемен. – Она огляделась и заметила наблюдающую за ней с любопытством Франсин. – Вижу, вы заняты. Лучше зайду в другой раз.

Франсин успела остановить ее прежде, чем служанка открыла дверь.

– Постойте! Я хочу с вами поговорить.

– О чем, мисс?

Взгляды двух женщин встретились. Одна, чья жизнь близилась к концу, скрывала под суровой внешностью натуру чуткую, любящую и неподкупно правдивую. Другая – молодая летами, лишенная прелестей юности, грубая, неуступчивая и черствая сердцем. Обе хранили молчание, сойдясь по воле случая, который неумолимо вел их к неизвестному исходу.

Эмили представила служанку Франсин.

– Возможно, вам стоит выслушать, что скажет эта юная леди.

Миссис Элмазер подчинилась без особого интереса к тому, что скажет незнакомка: взгляд ее остановился на карточке с просьбой к Эмили. Франсин, внимательно за ней наблюдавшая, поняла, о чем думает пожилая женщина, и решила расположить ее к себе, проявив чуточку участия. Повернувшись к Эмили, Франсин указала на лежащую на столе карточку.

– Ты так и не выполнила просьбу миссис Элмазер!

Эмили заверила миссис Элмазер, что даст ей рекомендации.

– Разумно ли, – усомнилась она, – идти в услужении в ваши-то годы?

– Я привыкла служить всю жизнь, мисс Эмили, и это одна причина. Служба позволит мне избавиться от мыслей – и это другая. Если подыщете мне любое место, то очень поможете.

– Предлагать вам вернуться и жить со мной бесполезно? – рискнула уточнить Эмили.

Миссис Элмазер уронила голову на грудь.

– Премного благодарна мисс, но да.

– Почему же? – поинтересовалась Франсин.

Миссис Элмазер промолчала.

– Мисс де Сор задала вам вопрос, – напомнила Эмили.

– Должна ли я ответить мисс де Сор?

Внимательно слушая и наблюдая за происходящим, оценивая взгляды и голоса, Франсин внезапно сообразила, что Эмили посвящена в тайну миссис Элмазер и у нее могут быть свои причины изображать неведение, когда той задают неловкие вопросы. Франсин решила пока оставить свои догадки при себе.

– Пожалуй, я могу предложить вам работу, – обратилась она к миссис Элмазер. – Сейчас я живу в Брайтоне с бывшей директрисой Эмили и нуждаюсь в услугах горничной. Вы согласны рассмотреть мое предложение о найме?

– Да, мисс.

– В таком случае, вряд ли вы станете возражать, если я задам несколько обычных вопросов. Почему вы оставили прежнее место?

Миссис Элмазер обратилась к Эмили:

– Вы сообщили юной леди, как долго я прослужила на предыдущем месте?

Поворот, который приняла беседа, пробудил в Эмили грустные воспоминания. Кошачье терпение Франсин, вкрадчиво двигавшейся к своей цели, действовало ей на нервы.

– Да, – ответила она. – Справедливости ради, я упомянула срок вашей службы.

Миссис Элмазер обратилась к Франсин:

– Вы знаете, мисс, что я прослужила покойной хозяйке более двадцати пяти лет. Прошу об этом помнить и не расспрашивать о том, почему я ушла.

Франсин сочувственно улыбнулась.

– Моя дорогая, именно поэтому я и должна спросить! Вы живете с хозяйкой двадцать пять лет – и вдруг ее покидаете! Неужели вы считаете, что я оставлю столь необычный поступок без внимания? Подумайте над этим.

– Нечего тут думать! То, что было у меня на уме, когда я уходила от мисс Летиции, я не стану объяснять ни вам, мисс, ни кому-либо другому.

В ее ответе прорезалась былая твердость. Франсин решила временно отступить, Эмили хранила молчание, придавленная воспоминаниями о сомнениях и страхах, которые омрачили последние несчастные дни болезни ее тетушки. Она начинала жалеть, что познакомила Франсин и миссис Элмазер.

– Давайте закроем эту болезненную тему, – любезно предложила Франсин. – Я не хотела вас обидеть. Надеюсь, вы не сердитесь?

– Простите, мисс. Когда-то я могла сердиться, но те дни миновали.

Сказано было грустно и решительно. При взгляде на старую служанку у Эмили защемило сердце: слишком был разителен контраст между прошлым и настоящим. С каким радушием принимала ее эта сломленная женщина раньше, когда она приезжала на каникулы! На глаза девушки навернулись слезы. Безжалостная настойчивость Франсин ударила и по ней.

– Хватит! – резко велела она.

– Позволь мне, дорогая, самой управляться со своими заботами, – ответила Франсин. – Как насчет ваших профессиональных навыков? – продолжила она, невозмутимо обращаясь к миссис Элмазер. – Прически делать умеете?

– Да.

– Должна вас предупредить, – гнула свою линию Франсин, – что к своей прическе я отношусь очень требовательно.

– Моя хозяйка тоже была очень требовательна к своей прическе, – кивнула миссис Элмазер.

– Вы хорошая рукодельница?

– Не хуже, чем прежде, благодаря очкам.

Франсин повернулась к Эмили.

– Вот видишь, как хорошо мы ладим! Уже начали друг друга понимать. Я, знаете ли, с причудами, миссис Элмазер. Иногда я испытываю внезапную симпатию к человеку – вы мне очень понравились. Ну что, теперь вы обо мне лучшего мнения? Надеюсь, вам удастся произвести правильное впечатление на мисс Лэд, чему я поспособствую всеми силами. Я буду умолять мисс Лэд не задавать вам тот запретный вопрос – в качестве одолжения мне.

Бедная миссис Элмазер, озадаченная неожиданной переменой в настроении Франсин, которая изобразила из себя эксцентричную юную леди, подверженную внезапным порывам, сочла необходимым выразить благодарность за обещанное заступничество.

– Вы очень добры, мисс.

– Нет-нет, всего лишь справедлива! Должна заранее предупредить, что в одном отношении мисс Лэд очень строга – никаких поклонников. Вы вполне уверены, – игриво осведомилась Франсин, – что сможете держать себя в руках?

Попытка пошутить возымела желаемый эффект. Застигнутая врасплох миссис Элмазер даже улыбнулась.

– Господи, мисс, боюсь представить, что вы скажете дальше!

– Славная вы моя, дальше я скажу кое-что более рациональное. Если мисс Лэд спросит меня, почему вы наотрез отказываетесь от службы в этом доме, я непременно отвечу, что уж точно не из неприязни к Эмили.

– Не надо такого говорить, – спокойно заметила Эмили.

– И еще в меньшей мере, – продолжила Франсин, проигнорировав ее просьбу, – из-за неприятных воспоминаний о тетушке Эмили.

Мисс Элмазер увидела расставленную ловушку.

– Так не пойдет, мисс, – заявила она.

– Что не пойдет?

– Прекратите на меня давить!

Франсин расхохоталась, однако в веселости промелькнула фальшивая нотка, которая свидетельствовала о том, что ее изрядно раздражает невозможность удовлетворить свое любопытство.

Миссис Элмазер напомнила смешливой юной леди, что они еще не договорились.

– Следует ли мне понимать, мисс, что вы берете меня в услужение?

– Вам следует понимать, – резко ответила Франсин, – что прежде, чем вас нанять, я должна получить одобрение мисс Лэд. Можете приехать в Брайтон? Разумеется, я оплачу вам дорогу.

– Я сама ее оплачу, мисс. Вы прекратите на меня давить?

– Я вижу, это бесполезно. Когда вы приедете?

Миссис Элмазер попросила о небольшой отсрочке.

– Я перешиваю платья, – пояснила она. – Все худею и худею – вы заметили, мисс Эмили? Закончу работу не раньше четверга.

– Тогда давайте в пятницу, – предложила Франсин.

– Как в пятницу?! – вскричала миссис Элмазер. – Неужели вы забыли, что пятница – несчастливый день?

– Конечно, забыла! Ваша суеверность крайне нелепа.

– Думайте, что хотите, мисс. Я вышла замуж в пятницу – и что за несчастная жизнь у меня началась! Еще бы мне не быть суеверной. Знай вы, что мне довелось испытать, так бы не говорили! Моя единственная сестра пошла на обед, где было тринадцать гостей, и умерла в течение года! Если мы хотим с вами поладить, то я, с вашего позволения, приеду в субботу.

– Как угодно, – ответила Франсин, – вот адрес. Приезжайте в середине дня, и мы накормим вас обедом. Не бойтесь, нас не будет тринадцать. А что вы делаете, если рассыплете соль?

– Беру щепоть и бросаю за левое плечо, – серьезно ответила миссис Элмазер. – Хорошего дня, мисс.

– Вам тоже.

Эмили последовала за гостьей в коридор. Она видела и слышала достаточно, чтобы вмешаться и разорвать предполагаемую договоренность с единственной доброй целью – оградить миссис Элмазер от безжалостного любопытства Франсин.

– Неужели думаете, что вам удастся хорошо поладить с этой юной леди? – спросила она.

– Я уже говорила, мисс Эмили, что хочу уехать подальше от дома и от своих мыслей. Мне все равно, куда я отправлюсь! – Открыв дверь, миссис Элмазер помедлила на пороге. – Интересно, знают ли умершие, что происходит в мире, который они покинули? – проговорила она, глядя на Эмили. – Если знают, то кое-кто видит мои помыслы и сочувствует. Прощайте, мисс, и не думайте обо мне хуже, чем я того заслуживаю.

Эмили вернулась в гостиную. Оставалось лишь одно: убедить Франсин сжалиться над миссис Элмазер.

– Ты и правда намерена прекратить?

– Что именно? Давить на нее, как выразилась эта упрямая старуха?

Эмили не отступилась.

– Не тревожь бедняжку! Каким бы странным ни выглядел ее уход, она желала нам с тетушкой только добра – я уверена! Ты позволишь ей сохранить ее маленькую тайну?

– Ах, ну конечно!

– Я тебе не верю, Франсин!

– Неужели? Я совсем как Сесилия – я проголодалась! Не пора ли приняться за ланч?

– Бессердечное создание!

– Значит ли это, что никакого ланча, пока не узнаю правду? Может, ты знаешь? Я не расскажу миссис Элмазер, что ты ее выдала.

– В последний раз говорю, Франсин! Я знаю не больше, чем ты. Если будешь упорствовать, лучше просто скажи, что я лгу, – и мы распрощаемся.

Упрямице Франсин пришлось отступить или хотя бы притвориться, что отступила. Все еще пребывая во власти иллюзии, что Эмили ее обманывает, теперь она руководствовалась более вескими мотивами, чем простое любопытство. Чувство собственной значимости настоятельно требовало доказать, что она не из тех, кого можно обманывать безнаказанно.

– Прошу прощения, – скромно промолвила она, – но я непременно должна во всем разобраться. Миссис Элмазер оказалась достойной соперницей, теперь мой ход. Я намерена взять над ней верх, и у меня получится.

– Я уже говорила тебе, Франсин, ничего не выйдет!

– Дорогая моя, может, в науках я и невежда, не отрицаю. Однако позволь сказать тебе вот что: я прожила всю жизнь в Вест-Индии, среди черных слуг, и кое-чему научилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Больше, чем ты, моя ученая подруга, можешь себе представить. Кстати, не стоит забывать о законах гостеприимства. Позвони, чтобы принесли ланч!