Иногда парализованное состояние возникает из-за того, что ребенок рос в семье чрезмерно контролирующих, крайне авторитарных родителей. Родители-контролеры часто имеют самые благие намерения: они могут придерживаться строгих убеждений, характерных для консервативных культур или религий. В таких семьях никто не пытается быть жестоким; родители всего лишь верят, что транслируют своим детям правильные ценности. Такое убеждение лежит в основе их родительства, в котором существует только один «правильный» способ воспитания или поведения. Они верят, что передают свою мудрость, но на самом деле не оставляют детям возможности познавать новое путем экспериментов, набивать шишки или развивать проницательность, пробуя что-то на практике. В этих семьях вы либо «хороший», либо «плохой», без единого оттенка серого и возможностей для самостоятельных открытий.
Нерелигиозные родители могут не иметь таких благих намерений. Скрытое насилие относится к категории сНДО – скрытого неблагоприятного детского опыта, или тайных негативных переживаний ребенка, которые мы обсуждали в главе 1. Этот тип травмы может развиваться незаметно и постепенно. Очень часто парализованные родители выросли в семьях, где один из родителей был нарциссом – человеком со слабым самоощущением, которому нужно было убеждаться, что все видят в нем совершенство, и чьи эмоциональные потребности и наплевательское отношение к эмоциям других были настолько велики, будто остальных не существует. Моя аналогия нарциссу – Волшебник из Страны Оз, который сказал: «Не обращайте внимания на человека за занавеской» [7], – вы должны верить в то, что он изображает, и игнорировать реальность того, кем он является на самом деле.
Раньше мы считали, что нарциссы – это люди, которые не могут признать, что совершают ошибки, но это определение неверно; нарциссическое поведение на самом деле является преднамеренной попыткой заставить другого человека усомниться в собственном восприятии мира, стратегически, но незаметно подрывая других. Такое поведение называется газлайтингом – происходит от названия пьесы 1940-х годов «Газовый свет», в которой героиню заставили поверить в то, что она сумасшедшая. Нарциссические люди используют очень специфический вид газлайтинга, который не предназначен для того, чтобы заставить вас отрицать всю реальность, а для того, чтобы просто заставить отказаться от собственных проницательности или суждений.
Допустим, ваша нарциссическая мачеха просит купить что-нибудь в продуктовом магазине. Когда вы выходите за дверь, она говорит: «Не забудь купить колу». Когда вы возвращаетесь с колой, она начинает вас отчитывать: «Разве ты не видел, что на полке была Пепси? Как можно так небрежно относиться к деньгам?!» В следующий раз, когда вы идете в магазин, ваша мачеха просит яблоки сорта «Макинтош». Придя в магазин, вы замечаете, что яблоки «Кортленд» дешевле. На этот раз вы покупаете яблоки подешевле, а вам говорят: «Ты что наделал?! “Кортленд” же горькие!»
Иногда такие инциденты сопровождаются фразами о вашей лени, эгоизме, погруженности в себя или необходимости признать, что вы делаете это намеренно, чтобы досадить самовлюбленному члену семьи. Что происходит с вашим чувством проницательности в подобных ситуациях? Осознаете ли вы, как они порождают чувство постоянной неуверенности в себе?
Жертва газлайтинга всегда оказывается в безвыходном положении. Если вы начнете отстаивать свою позицию как «правильную», вам вполне могут сказать, что вы делаете из мухи слона. Если не будете настаивать на своем, вас могут обвинить в глупости, эгоизме, лени. В конце концов, вы можете по умолчанию стараться угодить, пытаясь согласиться со всем, что говорит нарцисс. Вы начинаете верить в то, что ничего не знаете и ничего не понимаете, но вам все равно нужно, чтобы все были довольны.
В детстве трудно понять, что с нашим родителем что-то не так, потому что все мы по своей природе верим, что наши родители хорошие. Если бы вы выросли в Изумрудном городе, вам было бы очень трудно понять, что Волшебник из страны Оз был кем угодно, только не мудрым и могущественным. Но пока парализованный родитель не поймет, как нарциссизм и газлайтинг лишили его способности доверять своей интуиции, ему будет трудно этому научиться.
Когда кто-то, выросший в подобной семье, становится родителем, он начинает по-настоящему сомневаться в своих собственных суждениях. Если вам постоянно говорят, что вы принимаете неверные решения, то начинаете сомневаться в своей способности решать что-либо, особенно когда речь заходит о эмоционально напряженных ситуациях. Это особенно характерно для семей, где слово «должен» часто употребляется вместе со словом «чувствовать»: «Ты должен быть благодарен мне за то, что я наказал тебя, потому что я наказываю тебя за злые поступки», «Ты не должна злиться на своего брата – мальчики такие, они иногда выходят из себя», «Тебе следует простить папу; он обижал тебя только тогда, когда был пьян, и он не причинил бы тебе вреда, если бы ты вовремя ложился спать и не попадался ему на глаза».
В таких ситуациях у ребенка развивается выученная беспомощность – это означает, что вы никак не можете повлиять на исход ситуации. Джудит Герман, одна из ведущих специалистов по психотравмам и исцелению, считает, что приобретенная беспомощность – это концепция поверхностного уровня, которая не учитывает абсолютного чувства отчаяния от того, что вы, будучи ребенком, не способны справиться со слишком сложной ситуацией [8]. Если ребенка учат сомневаться в собственном восприятии событий, особенно, когда на него возлагают ответственность за эмоции взрослого, например, «Тебе не следовало злить папу, вот почему он тебя ударил», – этот ребенок в одиночку испытывает слишком серьезную нагрузку на нервную систему.
У меня есть правило родительства после перенесенных психотравм: взрослеть тяжело, если у вас никогда не было детей. Одна из важнейших задач воспитания детей – научиться быть человеком, учиться ориентироваться в мире и развивать свою интуицию. Растя детей, у нас развивается свобода воли, ощущение, что мы знаем, как устроен мир, как в нем ориентироваться, и понимаем, как эффективно решать проблемы. Свобода воли – это противоположность приобретенной беспомощности.
В основе воспитания лежит свобода воли – мы должны проявлять ее в интересах наших детей, использовать свои знания и опыт, пока наши дети еще не выросли. Обычно бывает так, что мы знаем о мире гораздо больше, чем они; но, когда у вас нет чувства свободы воли, вам действительно трудно быть родителем.
На удивление часто бывает, что человек, совершающий открытое насилие, состоит в браке с человеком, совершающим скрытое насилие; или его родители, совершающие открытое насилие, также являются и нарциссами. Для будущего парализованного родителя это настоящий двойной удар, потому что вам только и остается, что успокаивать бурлящие эмоции других людей, не имея возможности их различать. Ваше приложение «Психотравма» будет реагировать на оба этих триггера либо при помощи реакции «замри», либо при помощи реакции «беги», стараясь не выводить на эмоции окружающих. Но проблема заключается в том, что чувствуя себя в безопасности, вы не сможете поделиться спокойствием со своим ребенком. Как пишет Стивен Порджес: «Только когда мы находимся в спокойном физиологическом состоянии, мы можем передавать другим сигналы о безопасности» [9].
Мария однажды рассказала мне историю своей жизни:
– Когда я была маленькой, мне приходилось ходить по дому на цыпочках: казалось, что мой отец всегда был зол, и я боялась, что он будет кричать на всех нас и бить. Теперь я понимаю, что он, вероятно, часто бывал пьян, но в детстве я просто боялась его. И что было еще хуже, так это то, что его сожительница ненавидела меня. Она целыми днями валялась на диване и заставляла нас выполнять все ее прихоти. Она всегда говорила мне, какая я ленивая, глупая и эгоистичная. Что бы я ни делала, это было неправильно: если я убирала игрушки, то делала это слишком шумно или неправильно, если их не убирала, то была ленивой эгоисткой. Если ее сыновья оставляли свои игрушечные машинки на улице, на меня орали за то, что именно я разбрасываю свое барахло, хотя любила играть в принцесс и единорогов. Но если я пыталась сказать, что это не я, меня бы обвинили во лжи. И не дай Бог, если мы разбудим папу – он просто ударит любого, кто окажется рядом. Я научилась уделять этой женщине много внимания и ее словам, чтобы сохранять спокойствие окружающих меня людей. Я всегда чувствовала себя глупой, ленивой, эгоистичной и замкнутой, и чувствую себя такой до сих пор.
Заметили ли вы, как на Марию повлияли как явные, так и скрытые психотравмы? Она выросла в семье, где сильные эмоции ее отца были очень опасными для окружающих, поэтому она научилась быть внимательной к ним. Она научилась утихомиривать других людей, но так и не научилась справляться со своими собственными сильными эмоциями! Ее самовлюбленная мачеха также лишила способности к проницательности. Постоянно ругая и заставляя чувствовать, что любой сделанный выбор был неправильным, все дошло до того, что у Марии возникло сильное чувство выученной беспомощности. Такое детство по принципу «орел – я выигрываю, решка – ты проигрываешь» блокирует способность ребенка к развитию проницательности и умению слушать себя.
Для парализованных родителей второй способ отключить приложение «Психотравма» – это сначала признать, что их суждения были искажены газлайтом, а затем увидеть их способность к проницательности для того, чтобы они могли принимать решения в интересах своей семьи, которые соответствуют их ценностям.
Когда вы сможете определиться с родительскими ценностями, вам станет легче расставить их по приоритетам. Например, как только вы поймете, что присутствие в моменте для вас важнее, чем чистота в доме, вы поймете, какие действия следует предпринять в первую очередь, когда ваши дети придут домой из школы. Если вы цените чистоту в доме, потому что считаете, что это важно для здоровья, тогда вы позаботитесь о том, чтобы ваши дети развесили на свои места рюкзаки и верхнюю одежду.
Какая ценность важнее? Это вопрос с подвохом: мои ценности не должны быть важнее ваших. Никто не вправе указывать вам, какими должны быть ваши ценности – вы должны ответить на этот вопрос самостоятельно.
Упражнение «Напишите речь, раскрывающую ваши ценности»
В этом упражнении из терапии принятия и ответственности, которое поможет вам прояснить свои ценности, начните с ответа на следующий вопрос: Каким бы хотел вас запомнить ваш ребенок?
Заполните высказывания ниже от лица вашего ребенка. В этом упражнении мы подходим к вопросу о ваших родительских ценностях, в которых вы начинаете использовать свою проницательность:
• Мои мама / папа всегда _________________________________________________.
• Мои мама / папа никогда _________________________________________________.
• Мои мама / папа были очень хороши в _________________________________________________.
• Мои мама / папа всегда заставляли меня чувствовать _________________________________________________.
Если у вас есть партнер или супруг (–а), напишите ответ на этот вопрос вместе:
• Что бы вы хотели, чтобы ваш ребенок запомнил о вашем родительстве?
Теперь вы осознаете некоторые из своих родительских ценностей благодаря упражнению с составлением речи. Ваш следующий шаг – помнить об этих ценностях. Сначала вы можете придерживаться принципа «веди себя так, словно у тебя уже получилось – и со временем это станет правдой»; возможно, вам потребуется некоторое время, чтобы осознать эти ценности и отключить реакцию приложения «Психотравма». Моя стратегия заключается в использовании одного алгоритма для борьбы с другим алгоритмом.
Для меня нет ничего удивительного в том, что так много пациентов жалуются на то, что бережное воспитание кажется им роботизированным; но дело в том, что, разрушив привычный цикл действий, любые изменения поначалу кажутся роботизированными. Как только перестроитесь, вы сможете внести в готовое решение и нечто свое. Это упражнение представляет собой серию аффирмаций, которые помогут вам создать новый алгоритм действий.
Для начала представьте себе спортивного комментатора, который комментирует игру, рассказывая зрителям о том, что происходит на поле. Спортивный комментатор не только передает то, что видит, но и добавляет «красок», основываясь на своих знаниях об игре. По громкоговорителю вы слышите, как спортивный комментатор жалуется, что команда движется в неправильном направлении.
Вы – тренер. Вы можете спланировать дальнейший ход игры, и когда комментатор увидит это, его комментарии изменятся в зависимости от новой стратегии. Затем он передает то, что видит, и все, кто наблюдает за игрой, заметили, что ход игры изменился; теперь они с удовольствием наблюдают, как выигрывает команда.
Теперь представьте, что спортивный комментатор – это ваше «я». Это та часть, которая видит полную картину и может рассказать все как было. Спортивный комментатор постоянно повторяет ваши утверждения; всякий раз, когда приложение «Психотравма» заставляет вас замирать или начать выслуживаться, ваше «я» может сказать: «Послушайте, давайте вспомним, что в эмоционально здоровой семье детям позволено расстраиваться. Пока я действую в соответствии со своими ценностями, все в порядке – я смогу терпеть дискомфорт от их недовольства».
Например, если старшая дочь Марии начинает спорить с ее сыном, она может сообщить комментатору, что никакого кризиса нет – просто дети учатся спорить друг с другом и выходить из конфликтных ситуаций. Комментатору приходится постоянно повторять здравые фразы, потому что теперь они знают о вашей стратегии: «В этом доме мы учим детей правильно ссориться», «Конфликты могут быть полезными», «Моим детям позволено разбираться в ссорах самостоятельно».
Когда муж Марии уже на подходе к дому и приложение «Психотравма» начинает предупреждать ее о необходимости прибраться, Мария может напомнить себе: «Люди для меня важнее, чем помещение; мои дети важнее, чем опрятный дом». Она и ее муж также могут напоминать друг другу, что это общая ценность, к которой они пришли вместе – они могут даже написать об этом на придверном коврике!
По мере того, как ваш внутренний ребенок наблюдает за новой способностью терпеть дискомфорт, относиться к эмоциям как к вестникам, проживать свои эмоции самостоятельно и совместно с ребенком, это начинает работать для него как исцеление: он будет доверять вам как взрослому человеку, способному мудро справляться с эмоционально напряженными ситуациями, и ему не нужно будет постоянно активировать приложение «Психотравма». Когда ваш внутренний ребенок видит, что вы действуете в соответствии с родительскими ценностями, он начинает доверять вашей взрослой проницательности. Когда вы будете погружаться в эмоциональное состояние своих детей, вы сможете поделиться спокойствием как со своими детьми, так и со своим внутренним ребенком.