Татьяна Ладяева. Теперь, прежде чем мы перейдем к обсуждению Илона Маска, хотелось бы уточнить один момент. Вы упомянули о заявлении на сайте британского правительства, касающемся договоренностей между Киром Стармером и Дональдом Трампом о совместном давлении на Владимира Путина. Учитывая известные разногласия между Стармером и Трампом, не могли бы вы прокомментировать, как следует интерпретировать это заявление и насколько оно соответствует действительности? Британия, безусловно, играет важную роль в украинском вопросе, и понимание ее позиции в данном контексте представляется весьма существенным.

Александр Дугин. Ну, во-первых, двойные стандарты в дипломатии, в большой политике…

Татьяна Ладяева. Никто не отменял.

Александр Дугин. Верно, никто не отменял. Но если отбросить дипломатическую риторику и дезинформацию, то ситуация представляется следующим образом. США выходят из украинского конфликта, но не так, как планировал Трамп. Он рассчитывал на быстрое достижение мира и признание своей роли в этом процессе. Однако, как неоднократно прогнозировалось, в условиях эскалации подобный сценарий нереалистичен. Предложение перемирия на условиях Трампа неприемлемо как для Украины, так и для России, и потому не может быть серьезно рассмотрено. Таким образом, у Трампа нет других вариантов, кроме фактического выхода из конфликта.

Однако этот выход не является резким разрывом, который мог бы привести к быстрому изменению ситуации на поле боя. Трамп недоволен не только Зеленским, но и сложившейся ситуацией в целом, включая позицию России. Вероятно, он разочарован тем, что не может достичь договоренности с Путиным, к которому, по имеющейся информации, он относится с уважением. Предположительно, Трамп ожидал большей готовности к компромиссу с российской стороны.

Но Трамп не учитывает экзистенциальный вызов, брошенный Украиной России, и не соотносит его со своей политикой. Он не сталкивался с подобными ситуациями, и поэтому ему сложно полностью понять происходящее. Для осознания ситуации на Украине Трампу потребуется время.

Если отвлечься от деклараций, то действия Трампа свидетельствуют о его фактическом выходе из конфликта. Он недоволен всеми участниками и, похоже, занимает позицию невмешательства. Однако его риторика по-прежнему включает призывы к перемирию и переговорам.

Геополитическая реальность такова, что США постепенно выходят из войны. Это пока не ощущается в полной мере благодаря ресурсам Евросоюза. Америка, следуя своей традиционной геополитике, концентрируется на внутренних проблемах. Украина для Трампа не является приоритетом, но, унаследовав этот конфликт, он пытается продемонстрировать свое влияние, что не очень удается.

Противостояние глобалистов продолжается, и они создают препятствия как для России, так и для Трампа, саботируя многополярный мир. Поэтому конфликт, вероятно, продолжится. Путин, обращаясь к гражданам России, предостерегает от ожиданий быстрого разрешения ситуации. Возможны улучшения отношений с США, но торг Родиной неприемлем для Путина.

Татьяна Ладяева. Александр из Белгорода, наш постоянный слушатель, говорит, что есть ощущение, что в США наступает серьезный кризис – и финансовый, и репутационный, что высшее руководство в панике и не знает, как рулить дальше. Трамп, соответственно, тоже мечется, и риторика его может измениться. Могут ли американцы сделать какую-то непоправимую глупость, спрашивает Александр. Давайте минутку этому уделим.

Александр Дугин. Не думаю. На мой взгляд, Трамп все равно настроен на деэскалацию отношений с Россией. Происходит withdrawal: он уходит из этой войны на Украине. Да, я согласен, у него есть реальные, очень серьезные проблемы, и они будут нарастать. Антитрамповские силы собираются и начинают контратаковать. У Трампа возникнут проблемы и в экономике, и в политике, и в медиа, и так далее. Но решить эти проблемы ядерным ударом по России совершенно невозможно. Так можно только ухудшить ситуацию или сделать ее полностью провальной и необратимой. Трамп совершенно ясно это понимает, поэтому он будет решать эти непростые проблемы, справляться с этими довольно агрессивными и нарастающими вызовами иным способом. А вот успешно или нет – пока трудно сказать. Сейчас он, если угодно, начинает если не отступать, то, по крайней мере, замедлять свой прогресс.