Татьяна Ладяева. В этом ключе интересно заявление президента Сербии Вучича. На фоне протестов в его стране он говорит, что встреча глав России и США на Аляске имеет решающее значение для мира и для Сербии в частности. Если мы сейчас решим ситуацию с Украиной, это может повлиять на Сербию, правильно ли я понимаю?

Александр Дугин. Укрепление нашей позиции меняет все. Если Аляска станет реальностью, воплотится в жизнь, это ознаменует признание многополярности. В многополярном мире существует несколько центров принятия решений, и Россия – один из ключевых. Это затронет Ближний Восток, Сербию, цветные революции в Европе, Индию, Китай, Африку, Латинскую Америку, исламский мир. Многополярность утвердится как факт, если суверенитет России будет доказан и закреплен. Вучич совершенно прав: Россия, увязшая в конфликте, который не может разрешить быстро, – это одна реальность. Россия, признанная победителем, – совсем другая. С ней будут считаться иначе, наши позиции значительно усилятся. Это отразится на Сербии, Молдавии, постсоветском пространстве. Но иллюзий питать не стоит: в покое нас никто не оставит.

Татьяна Ладяева. Надежда на это безответственна?

Александр Дугин. Надежда – это безответственно, это может обернуться для нас фатальной ошибкой. Мы противостоим коллективному Западу, «сатанинской цивилизации», которая не даст нам покоя ни на одном фронте – если не на внешнем, то на внутреннем, – разлагая наше общество изнутри. Мы должны готовиться к долгой, почти бесконечной войне.