Татьяна Ладяева. Возможен ли такой сценарий, что Трамп скажет: I'm out, но при этом сблизится с Россией? Ведь, допустим, Украину продолжат поддерживать Европа и Британия – мы же знаем их настрой, он вполне очевиден. А здесь, скажем так, Америка вдруг окажется в числе наших партнеров или союзников – или это уже совсем из области фантастики?

Александр Дугин. Нет, это невозможно. Единственный, кто по-настоящему с нами, – Ким Чен Ын. Даже китайцы, хоть и ближе к нам, чем другие, все же не полностью на нашей стороне. Трамп же воплощает весь Запад. Перед ним развилка: либо продолжать поддержку Украины, либо заявить: I'm out – и переключиться на что угодно: Канаду, Гренландию, Ближний Восток, стену с Мексикой, наркокартели, Демпартию – только не Украину. Это единственный реалистичный сценарий. Будет ли он с нами? Сейчас – никогда, хотя в политике «никогда» – слово скользкое, но сегодня он либо наш главный противник в войне на Украине, либо отступает.

Переговоры – не самоцель, а часть серьезнейшего плана нашего руководства в диалоге с США. Мы стремимся выстроить отношения, пусть не дружественные, но и не военные. Цель – избежать столкновения двух ядерных держав, которое становится почти неизбежным: атаки украинских террористов на нашу ядерную триаду – за это ответит не Киев, не Европа даже, а Трамп. Хочет ли он такой ответственности? Сомневаюсь. Либо он просто не осознает, насколько все серьезно. Если он выберет войну с нами через Украину, это неизбежно приведет к новому витку эскалации, что бьет и по нам, и по нему самому. Мы уже сражаемся с Америкой на украинской земле, выстоять удается, хоть союзников почти нет – бодрые корейцы да редкая поддержка. В лучшем случае – нейтралитет, в худшем – открытая вражда. Ситуация тяжелая, но, если Трамп скажет: I'm out, наши шансы на быструю победу резко возрастут.

Украинцы и глобалисты же хотят обратного: доказать, что мы недоговороспособны, что мы хватаемся за ядерное оружие – хотя при Трампе мы об этом ни разу не заикнулись. Их логика: «Русские не самоубийцы, кнопку не нажмут, давайте воевать дальше». Украина тут – лишь винтик. Мы на пороге Третьей мировой. Шаг до нее мал, и, если Трамп не отступит, она начнется – с ужасами для Европы, Америки, для всех. Шанс избежать этого есть, но только если он скажет: «Я выхожу, разбирайтесь сами».

Недавно я задумался об истории войн. Древние – ветхозаветные евреи, шумеры, аккадцы – считали, что войны начинают не люди, а высшие силы. Господь Саваоф, бог воинств, или Нергал, шумерский бог войны, – их пробуждение неостановимо. Нергал, разбуженный, сметает и врагов, и тех, кто его вызвал, руша богов порядка. В современных войнах – Великой Отечественной, Первой мировой – проступает то же: война как священная стихия, неподвластная нам. Мы думаем, что управляем ею, но это иллюзия. Война учит смирению: мы не всесильны. Если примем ее как судьбу, как божественное испытание, и пойдем к победе, то, возможно, постигнем ее смысл. После Великой Отечественной мы поняли: не победили бы – России бы не стало. Так и сейчас: мы ведем войну за свое бытие, за цивилизацию, за суверенитет. Пока не осознаем ее священного измерения, победа не придет.