В СССР семья считалась «ячейкой» общества, поэтому развод был связан со сложностями и осуждался «общественностью». В позднем СССР было немалое количество семей, которые де-факто распались, но по инерции, и чтобы не навлечь на себя негативные последствия разводов числись существующими. Такие семьи были показаны в поздних советских фильмах. Так, в кинокомедии «Самая обаятельная и привлекательная» научный работник, социолог Сусанна, которая специализируется на семейной теме, даже писала по ней диссертацию, живет с красивым импозантным мужчиной Аркадием, музыкантом, которому хотя бы «иногда просто необходимы перемена чувств, взрыв эмоций, сильные ощущения, что ли… как в музыке». Да и сама Сусанна не прочь порой познакомиться. Тем более что в ситуации быстрых легких знакомств то, что женщина замужем, служило для «быстротечных» мужчин гарантией, что после романа она не захочет выйти за него замуж.

Нечто подобное показано в кинокомедии «Где находится нофелет?», где знакомство персонажа с девушками своего брата порой переходит в этакое романтическое приключение. Говоря словами персонажа из «Неоконченной пьесы для механического пианино», такую супружницу можно назвать «хранительницей очага, в котором давно ничего не тлеет».

Наталья Расторгуева – специально для этой книги:

Я родилась в 1981 году, и мое детство было детством в СССР. Жили мы с родителями в городе Семипалатинске. В период с 80 по 90 года на Семипалатинском полигоне проводились испытания, в связи с этим в городе было лучше обеспечение, чем в других городах Казахской ССР, что очень привлекало молодежь.

Воспоминания о детстве у меня самые солнечные. Несмотря на то что апельсины были только на Новый год, а еда самая простая, это было замечательное время. Я, мама и папа жили в семейном общежитии, которое дали папе на Силикатном заводе. Это было на тот момент очень современное общежитие: пятиэтажное здание, в подвале досуговый центр для детей общежития (помню, я ходила в танцевальный и театральный кружки). На первом этаже комендант, который строго пускал только своих. У каждой семьи была одна комната с коридором и своим туалетом, у больших семей – двухкомнатная квартира со своим туалетом. Всего пять этажей, и на каждом из них место для досуга – большой холл. Там проводились праздники для взрослых и утренники для детей.

80 % жителей нашего общежития – это были сотрудники с завода папы, взрослые знали друг друга по работе и действительно досуг проводили вместе. Как и дети. Так как места в детский сад всем давали в один и тот же, половина детей группы из моего детского сада – жили тоже в нашем общежитии. Поэтому, возвращаясь из детского сада домой, мы переодевались, перекусывали и опять той же компанией бежали играть на улицу.

Поэтому вся моя жизнь до школы связана с любимым общежитием и его жителями.

Мы были действительно счастливы! У нас у всех были одинаковые сандалии, потому что покупали все в одном магазине, зимние цигейковые шубы и шапки, тяжелые железные санки, одинаковые валенки, и только у самых продвинутых поверх валенок были калоши.

Каждый день, когда мы шли из детского сада с родителями, мы заходили в магазин и покупали свежевыжатый яблочный или гранатовый сок, который заливался в конусы и очень привлекал внимание взрослых, и по 10 тошнотиков (так назывались маленькие пирожки из ливера по 1 коп.).

Дни были похожи один на другой, все у всех было одинаковым и все в строго ограниченном количестве, но все было таким искренним, настоящим и светлым!