— Чем обязана? Пришел позлорадствовать? — уточняю зло. Вот только лицо у Игната не насмешливое и уж точно не довольное. Он внимательно изучает меня и спокойно спрашивает:

— Пустишь? Давай не будем устраивать бесплатный цирк для соседей.

С этим я согласна. Ладно, пусть заходит. Отхожу в сторону, пропуская его в тесную прихожую. Мужчина молча снимает элегантное и явно очень дороге пальто и пристраивает его на вешалке.

Без напоминания стягивает ботинки и смотрит на меня, ожидая, куда дальше его приглашу. Шагаю на кухню. Останавливаюсь у окна и решительно разворачиваюсь.

Игнат тормозит в дверях и осматривается. Выглядит он тут неуместно. Хотя квартиру я снимаю неплохую, с нормальным ремонтом, слишком уж этот мужчина не соответствует обстановке. Наверное, в его квартире одна ванная больше, чем вся эта кухня.

— Не хоромы, — заявляет скептически, подтверждая мои мысли. Снова начинаю злиться. Вообще-то я его сюда не звала. — Почему не выбила из бывшего жилплощадь получше?

— Мне ничего от него не нужно, — цежу сквозь зубы. — Как и от тебя. Так что говори, зачем пожаловал, и уходи.

Вот только говорить Красильников не спешит. Без разрешения усаживается за стол, изучает большую упаковку мороженого, которую я не успела убрать. И совершенно серьезно просит:

— Дай ложку. Мороженое лучше есть в компании.

На секунду теряюсь от такой наглости. А Игнат вдруг улыбается. Не язвительно, не насмешливо. Просто, по-человечески. Я даже не догадывалась, что он так умеет. И моя злость почему-то сразу проходит.

Кладу перед ним ложку, сажусь напротив. И мы, с вызовом глядя друг другу в глаза, едим холодное лакомство из одной упаковки.

Почувствовав, как начинает саднить горло, откладываю ложку и качаю головой.

— Ладно, считай, я впечатлена. Теперь рассказывай, зачем пришел.

— Сегодня общался с твоим шефом, владельцем «РусМедиа», — заявляет он. И напряженно вглядываясь в мое лицо, добавляет: — Я знаю про подставу и увольнение.

Вздыхаю, отводя взгляд в сторону. Не знаю, что на это сказать. Судя по всему, Игнат приехал не злорадствовать. А что тогда… поддержать? В это слабо верится.

— Ну да, теперь я безработная. Вот, рассылаю резюме, — киваю на ноут на столе.

— Я приехал не просто так, — сообщает мужчина. — У меня две новости. Первая: если захочешь, можешь вернуться в «РусМедиа». — Недоуменно вскидываю на него глаза, и он поясняет: — Я убедил владельца, что в его интересах тебя не увольнять. Он внял. Так что тебя с легкостью восстановят.

— А Щербаков? — уточняю хмуро.

— Он пока останется. Ненадолго, — произносит Красильников, чуть морщась. — Так как тебе вариант?

Думаю, прикусив губу. Через минуту возвращаю взгляд к мужчине, заметив, что он пристально смотрит на мои губы смотрит. Если сейчас полезет целоваться, снова получит по морде.

Но Игнат ничего такого не делает, просто ждет моего ответа. И я сообщаю.

— Нет. Я не вернусь.

— Почему? Так будет справедливо. И кстати, чтобы ты ничего не подумала, я не требую спать со мной за помощь. Уже понял, это не для тебя.

— Все равно не хочу, — качаю головой. — Мне неприятно работать там, где меня могут с легкостью вышвырнуть просто так, как подходящую жертву. Я не жду, что в другом месте со мной будут носиться. Но это было совсем подло.

— Причина только в этом? — прищуривается Красильников. — Или в том, что ты не хочешь принимать от меня помощь?

— Быть тебе обязанной тоже не хочу, — не спорю. — Но главную причину я озвучила.

— Ну раз так, ловлю на слове и предлагаю второй вариант. Ты можешь возглавить мой пиар-отдел. Ребята у нас креативные, а начальник недавно ушел. Пока его заменяют, но нужен постоянный.

— Ты серьезно? — потрясенно смотрю на мужчину. Такого я точно не ожидала.

— Вполне. Дам тебе полный карт-бланш. Соглашайся.

— Я не уверена… — говорю растерянно.

— Что тебя смущает? — Игнат внимательно разглядывает меня.

— Я не понимаю, в чем твой интерес? Зачем тебе мне помогать? — выдаю то, что меня беспокоит. Мужчина не торопится отвечать. Думает, потом произносит:

— Потому что могу. Потому что мне это ничего не стоит. Потому что ты мне понравилась. Этого я не собираюсь отрицать.

— Понятно. Я думаю, мы не сойдемся в вопросе цены, — медленно качаю головой.

— Что тебе понятно? — хмурится он. — Да, я не вру. Не говорю, что брошу попытки тебя завоевать. Но обещаю, больше никакого давления. Тогда, в машине я был не прав и перешел грань. Признаю.

Смотрю на Красильникова и думаю, кого он хочет убедить? Волк собирается притвориться овечкой? И рассчитывает, что я поверю?

— Спасибо за предложение, я подумаю, — все, что я готова ему сказать.

Игнат выглядит не слишком довольным. А я жду. Вот сейчас и увижу, как он выполняет обещания. Что попросит, чтобы задержаться у меня, кофе или чай? После мороженого как раз.

Только Красильников опять удивляет. Благодарит за угощение, поднимается и шагает к выходу. В прихожей чуть задерживается, но руки не распускает. И действительно уходит.

А буквально через пять минут на телефон прилетает сообщение:

«Забыл озвучить размер зарплаты»

И цифры. Смотрю на них в шоке. В два раза больше, чем было у меня в «РусМедиа». А главное — я сама себе начальство. Это, кстати, тоже немного стремно. Вдруг не потяну?

Может, я и меркантильная. Но для меня высокая зарплата — очень хороший аргумент. Я ее не за красивые глаза собираюсь получать, а реально работать. А раз так, почему нет?

Лучше так, чем зависеть от мужика и потом остаться ни с чем, как случилось с бывшим. В результате у меня ноль запасов и головная боль, чем оплачивать съемное жилье.

А с новой зарплатой я даже машину смогу себе позволить. Пусть поддержанную и в кредит, но все же. Щербаков много раз обещал, что купит мне машину. Но как оказалось, это был пустой треп. Собственно, как и все его слова.

Но за руль своей иногда пускал. Особенно, когда мы возвращались из редких походов в гости или ресторан. А я кайфовала. Права еще в институте получила. А вот практики у меня было немного.

И все же я не спешу принимать предложение Игната. В следующие два дня прохожу запланированные собеседования. И остаюсь в расстроенных чувствах.

Денег предлагают меньше, чем у меня было. Но к этому я как раз готова. Хуже всего, должности совсем не те. Буду я опять девочкой на побегушках. А ведь казалось, этот этап уже оставила в прошлом.

Еще день трачу на раздумья. Никак не могу заставить себя позвонить Красильникову. Чувство такое, будто добровольно шагаю в ловушку. Вот только приближается очередной платеж за квартиру. Надо решать…