Нора просто сидела, подобрав ноги под себя и глубоко дыша.
Дверь комнаты открылась, и вошел Ученик.
- Хорошо, у меня была возможность подумать, и я верю, что смогу сделать это, все, что нам нужно...
Он перестал болтать, когда увидел эту сцену.
Он осмотрел новый труп.
Он взглянул на четырех своих последователей, которые не знали, что делать, и поэтому ничего не сделали.
Он окинул взглядом Нору.
И она, в свою очередь, посмотрела на него.
- Думаю, - прохрипела она. - Я искупила свои грехи.
К СЧАСТЬЮ ДЛЯ всех участников, но особенно для NoraTheSexplorer, камеры работали в течение этих последних безумных минут хаоса.
С помощью правильного редактирования Ученик Искариота смог сделать так, чтобы это выглядело так, будто эти минуты на самом деле были заключительным раундом.
Как будто это было запланировано.
Он снял несколько минут крупным планом, на которых он лично инструктировал грешников o правилах заключительного раунда, который, как он "сказал" им, должен был просто иметь наибольшее количество другого грешника внутри них к концу... Нападение мистера Медведя и последующая кровавая смерть, таким образом, были представлены как третий раунд.
Конечно, зрителям не следовало знать, что все это, на самом деле, была заслуга Норы.
Ученик был полностью за то, чтобы отменить всю съемку и поймать еще несколько грешников, и поручил Четырем Последним Апостолам направить свои паяльные лампы на Нору.
Только когда она поняла, что все еще держит в руке, она попросила их не убивать ее, потому что у нее была идея...
Придумывание импровизированного материала было ее специальностью. Часто животные могли неохотно участвовать в межвидовом соитии, и ей нужно было придумывать альтернативный материал для своего аккаунта.
Говоря быстро, она сказала Ученику, что было бы стыдно тратить впустую то, что уже было некоторыми убедительными кадрами.
Почему бы просто не использовать то, что у него уже было?
Ученик сопротивлялся, пока Нора не показала ему, как она может выиграть раунд.
Она показала содержимое своей правой руки.
Глазное яблоко, которое она вытащила из головы мистера Медведя.
- Как насчет этого для последнего кадра? - спросила она, прежде чем засунуть окровавленный белый шар с отпечатками пальцев себе во влагалище.
Засунулa его внутрь, чтобы он, казалось, смотрел прямо наружу из нее.
Hаибольшее количество другого грешника внутри себя...
Затем она сжала самые трудолюбивые, самые мускулистые вагинальные мышцы в мире подпольной порнографии, и глазное яблоко лопнуло, как гигантский нарыв, извергая водянистую жидкость вместо гноя; было похоже, как будто Нора выстрелила спермой из влагалища.
Ученик Искариота согласился, обрадовался и быстро решил, что все это было его собственной идеей.
И, верный своему слову с самого начала, Норе разрешили уйти.
Она закрыла свой аккаунт в "Кругах" и скрылась с глаз публики. Она устроилась секретаршей в ветеринарную клинику, и каждую ночь молится святому Франциску[16] о прощении.
Странно, но последним перышком, что сломало спину верблюда в ее карьере в зоо-порно, был результат ее последних нескольких слов с Учеником, прежде чем ей завязали глаза, сбили с ног и вернули в квартиру, из которой ее похитили двадцать четыре часа назад.
- А что вы на самом деле приготовили для третьего раунда? - cпросила она.
Ученик подумал, стоит ли отвечать, и затем ответил.
Он достал из-под брезента у двери третье ведро.
Он показал ей, что в нем было.
И всегда после этого, всякий раз, когда старый контакт посылал ей новые выгодные предложения трахнуть животных за деньги, она вспоминала, что суетилось на дне того ведра... и то, что сказал ей Ученик, когда повязка на глазах сделала мир темным.
- Не волнуйся, они не пропадут даром! Следующий грех - ЧРЕВОУГОДИЕ!
Перевод: Олег Казакевич
Kаждому отдельному человеку, который участвует в так называемом "спорте"/соревновании по скоростному поеданию пищи...
Убей себя!
Лили Симпсон не понимала, что она в полной жопе, пока этот псих не вошел в дверь и не развеял последние сомнения и остатки надежды.
Ох, блядь.
С того момента, как она очнулась в комнате с голыми стенами из шлакоблоков и гудящей лампой, в одном белье, на матрасе, воняющем мочой, со связанными кабельными стяжками руками и ногами, она пыталась понять, кто мог ее похитить. Потому что это явно было похищение. Она перебирала в голове разные варианты - от ревнивых бывших до сумасшедших фанатов, но ее разум всегда осторожно обходил одну конкретную возможность, не давая ей даже задуматься о том, что с вероятностью один на миллион ее мог похитить именно Ученик Искариота.
Но разве не сказал кто-то умный, что шансы "один на миллион" сбываются в девяти случаях из десяти?
И вот он вошел.
Лили была жесткой сучкой, поэтому она не вздрогнула и не закричала в кляп, когда этот извращенный ублюдок встал над ней, склонив голову набок. Нет, она просто уставилась на него тяжелым взглядом, который должен был сказать: Я не боюсь, и я с удовольствием оторву тебе голову и насру в глотку.
Ага, конечно, - ехидно пискнул внутри маленький голосок. - Скорее обосрешься сама.
К сожалению, это было правдой. Она боялась.
На нем была та самая маска, в которой он всегда появлялся на своем канале - абсолютно безликая, как у манекена, если бы не огромные ярко-красные губы, грубо намалеванные на месте рта и сложенные в поцелуй.
На нем была простая черная ряса, полностью скрывающая тело. Толстый он? Мускулистый? Хрен его знает.
Черный цвет хорошо скрывает все пятна.
Конечно, это мог быть просто кто-то, кто его скопировал, и все это могло быть жестокой шуткой... но Лили не смогла убедить себя в этом даже на полсекунды.
Некоторые вещи душа просто знает.
А потом он заговорил, и сердце Лили забилось, как птица в клетке, отчаянно колотящаяся о ребра.
- Ты согрешила, - сказал он. Голос был культурным, но хриплым, каждое слово произносилось правильно, но будто его протащили по ржавым железкам. - Тебе дадут шанс искупить грех. Ты будешь спасена своим грехом... или проклята им.
Ох блядь. Ох блядь. Нет, только не это.
"Спасена своим грехом или проклята им". Это же практически его ебаный фирменный слоган.
Можно было даже купить футболки с этими словами.
В комнату вошли ученики Ученика - квартет, известный как "Четыре Последних Апостола". Каждый был в такой же черной рясе и такой же безликой маске, только на их масках были написаны разные слова паучьим почерком: Ад, Слава, Суд, Смерть.
Они вытащили Лили навстречу ее судьбе. Она вырывалась, орала матом и требовала отпустить ее - не потому что была жесткой, а потому что была в ужасе от того, что будет дальше.
Она видела видео Ученика под названием "Смертный Грех: ПОХОТЬ".
Она видела, что он делал с другими людьми... и что он заставлял их делать с собой.
Лили понятия не имела, как должен выглядеть профессиональный едок. Она была потрясающая: светловолосая, голубоглазая и с большой грудью. Люди часто говорили ей, что она похожа на легендарную кинозвезду Мэрилин Монро, пока она не открывала рот и не подтверждала, что на самом деле она дитя суровых городских кварталов Великобритании.
Кроме того, она была чертовски неприхотлива в еде.
На протяжении всего ее детства родители отмечали, что она съедает за один прием пищи в четыре-пять раз больше, чем ее отец, а ее отец был немаленьким человеком. Она могла съесть целый пакет запеченной картошки, коробку рыбных палочек и две банки печеных бобов и все равно жаловалась, что голодна.
Мама и папа называли ее "обжора".
Только ее отец делал это с чем-то похожим на любовь.
Еще до того как Лили покинула дом, ей запретили посещать все рестораны города где проводились акции "все, что сможете съесть".
А если в каком-нибудь заведении проводилось соревнование по скоростному поеданию пищи, то ее имя непременно можно было увидеть в списке тех немногих участников, которые выиграли соревнование. Самым известным было заведение, оформленное в стиле американской закусочной 1950-х годов, в меню которого был бургер под названием "Чудовище". Никто не мог доесть "Зверя", который стоил целое состояние и требовал двадцать четыре часа на приготовление. Для начала, вместо булочки он подавался между двумя четырнадцатидюймовыми пиццами "Мясной пир".
Лили не оставила от него ни крошки.
Про нее написали статью в местной газете под заголовком: "Красавица побеждает Чудовище!"
И ее желудок, способный растягиваться из-за чрезвычайно слабо развитых мышц брюшного пресса, и гиперактивный метаболизм были генетической аномалией, которую она рассматривала как возможность избежать постоянной работы на той же гребаной фабрике, на которой ее мама потратила впустую свою жизнь. Вопрос был в том, как?
Ответ, как и все ответы, находился в Интернете.
Лили не раз предлагали деньги мужчины. Они не требовали секса – большинство из них хотели подрочить, наблюдая за тем, как она поглощает тысячи калорий пищи.
Они оплачивали гостиничные номера, ходили в ресторан и покупали еду на вынос. Карри, пиццу и ведра жареной курицы, чтобы принести и вывалить на кровать, где Лили, раздевшись, наедалась до отвала. Они мастурбировали, глядя, как она набивает себе рот, а ее упругий живот вздувается и вздувается, пока не кончат. Она согласилась на несколько таких предложений, но потом отказалась от этой идеи, когда один конкретный парень повел себя немного странно, выразив свое огромное желание, чтобы она съела его заживо, начав с его гениталий и прогрызая путь вверх в его грудную клетку, чтобы перекусить его все еще бьющееся сердце пополам.
Она должна была догадаться, в чем дело, когда он смазал свой пенис соусом "HP Sauce", размазывая его по всей длине, как будто это была свиная колбаска.
Именно благодаря Интернету она могла предвидеть такие просьбы, избегая психов. Точнее этой штукой был сайт "Круги" – социальная сеть и сервис для загрузки видео – печально известный тем, что никогда не подвергал контент цензуре. Лили нашла среди множества различных групп на сайте несколько посвященных фетишистам, и одной из них была группа, посвященная людям, поедающим еду на камеру.
Лили создала свой аккаунт, разместила несколько коротких роликов о том, как она поглощает безумное количество еды и уже через неделю стала одной из самых популярных членов Kруга "Потребление". Поклонники покупали ей все, что она пожелает, и у нее было достаточно подписчиков платинового уровня, чтобы полноценно жить на ее заработки.
Время от времени она даже выполняла особые просьбы, в том числе трахала себя сосисками, сардельками и французскими багетами, перед тем как их съесть. Но она игнорировала тех парней, которые просили ее снять видео "после", умоляя заснять дерьмо, которое она должна была высрать, после того как проглотила двадцать тысяч калорий пищи за один присест.
У нее еще было какое-то гребаное достоинство.
Ну, было, пока она не начала терять подписчиков... тогда она начала думать о том, чтобы снимать трансляции со старого унитаза.
Это было легко – делать то, что у нее хорошо получалось... пока Ученик не решил вовлечь ее в свой Круг.
Помощники Ученика усадили ее за стол вместе с тремя людьми, привязав ее ноги к стулу, но оставив свободными руки, после чего удалились из комнаты.
Это была комната с неокрашенными стенами из бруса и флуоресцентными потолочными лампами. Там был прямоугольный стол из нержавеющей стали, установленный низко, на уровне их коленей. Лили сидела во главе стола, а с каждой из трех других сторон сидело еще по одному человеку, которые, похоже, не хотели там находиться. Все были в нижнем белье.
Она узнала двоих из них. Парень прямо напротив нее был Бьорн Янсон, норвежец с синдромом Прадера-Вилли; нервы его желудка не сообщались с мозгом, и это означало, что он никогда не чувствовал сытости. Он ел, ел, ел и ел до изнеможения. Страдающие болезнью Прадера-Вилли не развиваются умственно, оставаясь детьми. Мать Бьорна поняла, что состояние ее сына можно использовать в коммерческих целях. И сделала это, выложив видео в Kруге "Потребление", куда люди приходили поиздеваться над ребенком, который ел все, что ставила перед ним мать, пока его желудок не выдерживал и его не рвало... рвотой, которую он тут же начинал поглощать снова.
Целая сырая рыба, банки с краской, кожаные туфли, поджаренные во фритюре... все это было поставлено перед Бьорном Янсоном его собственной матерью, чтобы он съел это. Просто еще один аттракцион в фрик-шоу онлайн, которое было нижним Kругом "Потребления".
Фрик-шоу, аттракционом которого, разумеется, была и сама Лили.
Бьорн рыдал от страха, его резиновые валики молочно-белого жира дрожали, а по опухшим щекам в аккуратно подстриженную светлую бороду, которая росла над его тройным подбородком, текли слезы, и время от времени он стонал что-то по-норвежски, чего Лили, к счастью, не могла понять.
Слева от нее сидел еще один знакомый парень, но он пока был исключением: и Лили, и Бьорн были известны тем, что поглощали огромное количество пищи, тогда как худой парень с короткими серебристыми волосами, палладиевым кольцом в соске и крошечными дорогими очками был известен благодаря другому виду излишеств.
Лиланд Феррис был знаменитым шеф-поваром, который создавал блюда из самых редких и дорогих ингредиентов, доставленных из самых отдаленных уголков планеты, включая мясо животных, находящихся на грани вымирания.