- Как только ты один раз попробуешь мясо человека, я обещаю, тебе сразу станет легче, - продолжал он.

- Пожалуйста, не заставляй меня есть, - я почувствовала, что на мои глаза снова навернулись слезы.

- Тебе нужно откусить один кусочек. Я обещаю, что затем будет лучше. Все, встанет на свои места, в отношении нашего будущего, - сказал он и на мгновение задумался. -Ты ведь доверяешь мне, верно?

- Конечно, - сказала я.

Я не доверяю тебе. Конечно, я тебе не доверяю, - хотела закончить я свою фразу, но удержалась. Мне нужно держать язык за зубами еще некоторое время. Совсем немного.

Полицейские будут здесь с минуты на минуту. Я знаю, что будут. Осталось недолго.

- Тогда тебе нужно попробовать.

Он пересек комнату и подошел ко мне с мясом, которое до сих пор болталось между его окровавленными пальцами. Как только я представила, что мне нужно взять в рот кусочек мяса, я почувствовала подступившую к горлу тошноту.

Он держал в руке мясо, ожидая, что я возьму его у него.

- Я не могу.

- Можешь. Проще простого. И сразу станет легче. Тебе только нужно представить, что ты ешь что-то другое, как я тебе говорил.

- Я не могу, - повторила я.

Он покачал головой.

- Если хочешь, чтобы все сложилось, ты должна попробовать. Ты должна доказать мне, что у тебя серьезные намерения.

Лицо моего сына изменялось по мере того, как ухудшалось его настроение. Очевидно, что, не попробовав мясо, я его разочаровала.

- Ты ведь хочешь, чтобы у нас все получилось, правда?

- Да. Конечно, хочу.

- Тогда докажи мне.

Я протянула руку, и он опустил в мою ладонь кусок окровавленного мяса. Я попытался представить, что кусок мяса в моей руке - нечто другое. Я пыталась представить, что в моей руке кусок ветчины, который только, что достали из холодильника. Да. Ветчина. Так и есть. Ветчина.

- Теперь поднеси мясо к своему рту, - сказал он.

Он стоял рядом со мной, по-прежнему обнаженный. Он опустил руку и принялся поглаживать свой вялый член, и тот стал твердым от его ласк. Я колебалась, в душе надеясь, что в дверь постучат. В любую минуту.

Вот-вот появятся копы.

Войдут.

В любую минуту.

- Засунь мясо в свой ебаный рот, - процедил он сквозь зубы. - Я стараюсь для нас с тобой.

- Я не знаю, смогу ли я.

- Ты должна.

Я запрокинула голову назад и открыла рот.

Пожалуйста, пусть копы постучат в дверь! Пожалуйста, пусть они войдут!

Я подняла руку вверх, так, что теперь окровавленный кусок мяса свисал над моим ртом.

Пожалуйста, пусть копы постучат в дверь!

Пожалуйста, пусть они войдут!

Всего лишь ветчина.

Ветчина.

Свежая ветчина из упаковки.

Я люблю ветчину. Она всегда мне нравилась. В летний день ветчина идеально сочетается с вкусным салатом. Зеленый салат, огурец, тертая морковь и сыр, немного ветчины...

Как только я ослабил хватку, мясо выскользнуло из моих пальцев.

Мясо угодило мне в рот, и я тут же отодвинула язык (и вкусовые рецепторы) в сторону, стараясь не допустить, чтобы язык попробовал плоть.

Не плоть.

Ветчину.

Я закрыла глаза и схватилась рукой за нос, крепко зажав его.

Старый трюк, которому меня научили в школе, много лет назад, когда нас заставляли есть пищу, которая нам не всегда нравилась. Тогда мы ели ростки.

Я бы с удовольствием съела целую тарелку капусты вместо того, что сейчас было у меня во рту.

Ветчина.

Всего лишь ветчина.

Я слышала, как мой сын двигает рукой по стволу своего члена все быстрее и быстрее. Похоже, у него снова твердый член.

Пожалуйста, пусть полицейские постучат в дверь!

Пожалуйста, пусть они войдут!

- Вот, так, - сказал он. - Теперь жуй.

И я начала жевать, едва сдерживая рвотные позывы. Я не хотела, чтобы меня вырвало. Я была уверена, что, если я блевану, он заставит меня съесть еще, до тех пор, пока я не смогу проглотить.

Я прожевала минимальное количество раз, необходимое для того, чтобы проглотить, а затем проглотила, немного покашляв и отрыгнув.

- Я обещаю, что станет легче, - сказал он.

Я открыла глаза, и увидела, что он стоит передо мной, с полностью эрегированным членом. Он улыбался, продолжая неистово мастурбировать.

В его глазах было выражение похоти и желания, от которых мне захотелось блевануть не меньше, чем от мяса, которое я только что съела.

Ветчина.

Всего лишь ветчина.

- Ты выглядела охуенно сексуально, когда жевала с закрытыми глазами, - сказал он. - Что скажешь? Все не так уж плохо, правда? И не забывай, как я уже говорил, мы можем мясо слегка поджарить. Думаю, разогретое оно будет гораздо приятнее...

Он замолчал, когда раздался громкий стук в дверь. Он повернулся ко мне с выражением паники в глазах.

- Кто там? - спросил он.

- Я не знаю.

- Ты кого-нибудь ждешь?

- Нет! - солгала я. - Наверное, один из тех, что продают свои товары. Я пойду и избавлюсь от него?

- Нет. Он сам уйдет. Только... веди себя тихо.

Еще один стук в дверь.

Нет, стук не был случайным.

Я знала, кто пришел.

Я знала, кто там и что они никуда не уйдут.

- Есть там кто-нибудь? - послышался голос через почтовый ящики в двери. - ПОЛИЦИЯ! ОТКРОЙТЕ!

Мой сын повернулся ко мне, в его глазах отражались гнев и вероломство. Он пока еще не до конца все осознал, но было видно, что он считает меня виноватым в том, что копы постучали в дверь.

- Что ты, блядь натворила?! - завопил он.

5

- Я ничего не делала! - крикнула я.

Полицейские снаружи яростно колотили в дверь, стремясь проникнуть в дом.

Мне хотелось спуститься вниз и открыть им дверь, упростить им задачу. Но он преграждал мне путь, так как стоял в дверном проеме с выражением паники на лице.

- Копы не оставят меня в живых! Независимо от того, что мы им скажем! Я знаю, как они поступают с людьми! Я знаю, какие эксперименты они проводят над ними. Они убьют меня, чтоб заставить замолчать. Ты, тупая пизда, они поступят точно так же и с тобой...

После того, как он поступил со мной и со своим отцом, услышать от него такое слово - слово на букву "п", которое, как он знает, я ненавижу больше всех других ругательств... Оно все равно смогло еще больше ранить мое сердце. Я была удивлена. Я не думала, что сердце можно еще больше ранить.

- Впусти их! - сказала я ему. - Придерживайся истории...

- Я убил его, и разделал, как мы с тобой условились... Ты правда думаешь, что копы поверят в наши слова? Почему ты так поступила со мной? Почему ты так поступила с нами? Ты все разрушила! - сказал он и расплакался.

Его лицо мгновенно преобразилось, и он стал прежним обиженным маленьким мальчиком, которого я часто успокаивала, когда его что-то беспокоило, будь то болезнь, испуг или даже просто усталость.

Я всегда оказывалась рядом, готовая обнять его, но не сейчас. Он был предоставлен сам себе, и обвинять ему было некого, кроме самого себя. Он сам был причиной всего случившегося.

Так что ему и отвечать за содеянное.

- ПОЛИЦИЯ! Кто-нибудь есть!

Дверь распахнулась, и я услышал, как в дом вошли полицейские. Мне сложно сказать, сколько их было, но по шуму я поняла, что их там довольно много. Один из них сказал по поводу тела в доме.

- Я здесь! Помогите! - закричала я так громко, как только могла.

Мой сын повернулся ко мне, потрясенный тем, что я осмелилась закричать. Неужели он действительно ожидал, что я буду молчать?

Неужели он полагал, что полиция не станет обыскивать весь дом, а просто повернется и уйдет?

- Мама, что ты делаешь? - спросил он.

В его голосе слышались паника и страх. Теперь он понял, что я чувствовала.

Хорошо.

Пошел он на хуй.

Он заслужил подобное.

- Пошел на хуй! - крикнула я в его сторону. - Ты болен. Тебе нужна помощь!

Сейчас не имело значения, что я сказала.

Не имело значения, что я делаю.

Полиция была здесь.

Помощь прибыла.

Кошмар закончился.

- Мама, они убьют нас с тобой!

Послышались приближающиеся шаги по лестнице. Он развернулся к лестничной площадке и принялся кричать на приближающихся к нему людей. Испуганным голосом он кричал, чтобы они оставили нас в покое.

Он кричал во всю мощь своих легких, что знает, что они все причастны к случившемуся, обвинял их в том, во что он превратился.

Я испуганно лежала на кровати, когда его повалили на пол и затем увели с моих глаз. Если бы такое случилось день назад, я бы бросилась ему на помощь, но тогда у меня была хоть какая-то любовь к сыну. Теперь же в моем сердце не было ничего, кроме пустоты. Большая зияющая пустота в том месте, где когда-то обитала любовь. В комнату вошли двое офицеров. На их лицах было выражение озабоченности, которое сменилось облегчением, когда они увидели меня.

- Миссис Берли? - спросил один из них, высокий мужчина с темными волосами.

Я кивнула.

- Да. Спасибо, что приехали. Спасибо, спасибо...

Я разрыдалась, так как мои эмоции возобладали надо мной.

- Я не понимаю, что с ним произошло. Раньше он таким не был, - сказала я, всхлипывая.

Один из полицейских обнял меня и крепко прижал к себе, помогая мне успокоиться, пока я плакала у него на плече.

Он уверял меня, что теперь все будет хорошо. Он продолжал говорить мне, что все закончилось и что я в безопасности. Мой сын сейчас тихо сидел в коридоре.

Мне не хотелось думать о том, сколько полицейских потребовалось, чтобы усмирить его. Мне было все равно.

Он сам виноват, в том, что так получилось.

- Ай!

Я почувствовала резкий и быстрый укол в мою обнаженную руку. Я посмотрела на второго полицейского и заметила у него в руке иглу. Я хотела спросить, что это значит.

Я хотела спросить, что он делает, но все вокруг потемнело, а перед глазами замелькали яркие звездочки...

* * *

Я открыла глаза.

Перед глазами все расплывалось.

Моя голова раскалывалась.

Я лежала на кровати, которую никогда не видела.

Я находилась в комнате, которая тоже не была мне знакома.

Сбоку от меня находились фотографии, на которых я была изображена в день свадьбы.

В комнате полумрак.

В комнату проникал свет из окна, расположенного на противоположной стороне, благодаря чему в ней не было кромешной тьмы. Возле окна стоял мужчина в потрепанных джинсах и грязной белой футболке.

Я узнала его по фотографии справа от меня: я в свадебном платье, а он в костюме.

Мужчина выглядел намного моложе.

Мой муж?

Я вышла замуж за молодого мужчину?

Почему я не могу вспомнить мужчину?

- Эй? - окликнула я его.

Он повернулся и с растерянным выражением на лице подошел к кровати.

Я села и подтянула ноги вверх так, что колени оказались у моей груди. Он подошел ко мне ближе, и встал рядом с кроватью.

- Ты помнишь, кто я? - спросил он.

Я покачала головой.

Он выглядит намного моложе меня. Он выглядел так, как будто мог быть моим сыном.

- Я тебя не помню, но... - он указал на фотографию, - полагаю, мы должны быть знакомы...

Я снова посмотрела на фотографию. Неужто день моей свадьбы? Я не помню.

Почему бы и нет?

- Вот еще, - сказал он, указывая на то, что, по-видимому, было несколькими фотографиями нашей пары, развешанными на стене. - Ты что-нибудь помнишь? - спросил он.

Я снова покачала головой. У меня ужасно болела голова.

- Все, что я помню, это взрыв бомбы в городе. Больше ничего. Я не уверена, что потеря памяти связана со взрывом... Я не знаю.

Я постоянно смотрела в окно, не появится ли там кто-нибудь, но там никого не было видно. Только лес...

Он снова подошел к окну.

- Я понятия не имею, что происходит... или почему... Я чувствую, что должен, но... я не знаю. Вокруг никого нет, кроме тебя... - сказал он и повернулся ко мне. - Ты знаешь, как меня зовут? Потому что я не знаю.

Я снова покачала головой. Каждый раз, когда я пыталась вспомнить хоть что-нибудь, моя голова начинала болеть еще сильнее.

- Ты знаешь, как тебя зовут? - спросил он.

Я покачала головой.

Я поднялась с кровати и направилась к нему. Мои ноги тряслись, как будто я проспала целую вечность.

Когда я подошла к нему, он обнял меня за плечи, а я уставилась в окно. Сначала я вздрогнула от его прикосновения, но поскольку он не отстранился, я почувствовала себя спокойно. Как будто я была знакома с ним всю свою жизнь.

Может быть, мы муж и жена? Тот факт, что мы ничего не помним, является подтверждением того, что в нашей жизни произошли удивительные перемены.

- Если ориентироваться по солнцу, то скоро стемнеет, но завтра мы пойдем и посмотрим, может быть, найдем еще кого-нибудь живого.

Он повернулся ко мне и улыбнулся. Улыбка такая знакомая и в то же время... Ничего особенного.

Я улыбнулась в ответ.

- Пока мы есть друг у друга, не так ли?

Он наклонился и поцеловал меня.

Между нами возникло какое-то особое чувство.

Как будто мы были созданы друг для друга.

Он притянул меня ближе и снова поцеловал, его язык проник между моих губ и принялся ласкать мой язык. Хотя я никак не могла вспомнить кто он - когда я почувствовала, что от его прикосновений у меня во влагалище стало мокро - я поняла, что пройдет совсем немного времени и я все вспомню... Я не знаю, что происходит. Я не знаю, где я. Я не знаю, кто я, но - как он сказал - пока мы есть друг у друга...

Перевод: Миша Грубий

Бесплатные переводы в наших библиотеках:

BAR "EXTREME HORROR" 2.0 (ex-Splatterpunk 18+)

https://vk.com/club10897246

BAR "EXTREME HORROR" 18+