← Глава 85

Сюй Шэн чуть не поперхнулся куриным бульоном. Выдавая себя за Шао Чжаня, он не успел насладиться свободой и дня, как перед ним встало одно из величайших испытаний в жизни.

Кто-то хотел, чтобы он… позанимался с репетитором.

Сюй Шэн долго не мог прийти в себя.

Он был чистокровным двоечником. Если отмотать на три-четыре месяца назад, средний балл по всем предметам едва дотягивал до тридцати с хвостиком. Обычно это Шао Чжань помогал ему с уроками — с какой стати он вдруг должен помогать кому-то другому?

С таким уровнем, как у него, — учить других? Пусть уж лучше двоюродный брат, который входит в топ-50 школы, его самого поучит.

Если бы нужно было учить, как скатываться на последние места на экзаменах, как угадывать ответы, как скоротать скучное экзаменационное время и превратить эти 120 минут в максимально развлекательное занятие — тогда Сюй Шэн мог бы выложиться полностью и научить младшего кузена переключать радио на английском, настраиваться на FM 101.7 и слушать музыку, на FM 107.2 — слушать истории, а если хочется чего-то поострее, некоторые каналы с психологическими консультациями тоже расширят кругозор и помогут найти свой собственный уголок в тоскливые минуты аудирования по английскому.

Сюй Шэн невозмутимо поставил чашку, пальцы скользнули по её краю, и он долго не мог их убрать: «Тётя, я…» — я не очень-то гожусь.

Тётя Шао Чжаня и правда места себе не находила из-за учёбы сына. Её Пэн Юй никогда не был круглым отличником — в первую пятёрку он попал и держался в топ-50 исключительно благодаря занятиям с Шао Чжанем и оставленным им материалам. Теперь, когда оценки поползли вниз, она несколько ночей не спала: «Ты же знаешь наше положение — нанимать репетитора для нас слишком накладно».

Сюй Шэн: «…»

Вторая половина фразы — «не гожусь» — застряла у него в горле.

Тётя Шао Чжаня вздохнула: «Ты редко к нам заезжаешь, может, уделишь сегодня после обеда немного времени и позанимаешься с Пэн Юем?»

Сюй Шэн спрятался на балконе в доме тёти Шао Чжаня и написал сообщение Шао Чжаню.

Мысли путались. Он только набрал пару строк, обернулся и увидел младшего кузена, который копался в синем рюкзаке на диване, доставая оттуда тетради одну за другой: «Английский для средней школы», «Полный разбор основ: китайский язык», «Домашнее задание на зимние каникулы для средней школы»…

У Сюй Шэна волосы встали дыбом. Его охватило экзистенциальное замешательство: «Кто я, где я, что я делаю?»

Сюй Шэн: Есть хорошая новость и плохая. С какой хочешь начать?

Шао Чжань только что поговорил с Сюй Япин. На этот раз та не стала ждать, пока сын подкинет ей повод, и сама проявила инициативу: «Поел уже?»

Шао Чжань: «Как раз ем».

Сюй Япин подбирала слова, но в ответ услышала лишь ледяное: «У вас ко мне ещё что-то?»

Сюй Япин: «…»

Шао Чжань считал, что держится спокойно и вполне вежливо, и понятия не имел, что Сюй Япин от волнения опрокинула чашку с кофе в подсобке.

«Что случилось, менеджер Сюй?» — спросил кто-то из сотрудников, когда она повесила трубку.

«Ничего, — Сюй Япин кое-как вытерла кофейное пятно, помедлила и спросила в ответ: — А… твои дети обычно капризничают?»

«Ещё как, — подхватил сотрудник, делясь родительским опытом, — особенно мальчики в переходном возрасте — их никак не унять…»

«Сюй Шэн» в переходном возрасте ответил: «Чего?»

«Что за хорошая и плохая новость».

Сюй Шэн: Хорошая — куриный бульон у твоей тёти очень вкусный.

Сюй Шэн: Плохая — ты попал.

S: ?

S: Объясни.

Сюй Шэн: Твоя тётя попросила меня остаться и позаниматься с твоим младшим кузеном. Скажи моей маме, что собрался к однокласснику, и дуй сюда побыстрее.

S:…

Сюй Шэн, оповестив Шао Чжаня, постучал в дверь спальни и вошёл. Чжан Пэн Юй уже разложил все уроки и сидел за письменным столом с идеально прямой спиной, ожидая, когда старший брат начнёт занятие.

В то лето перед поступлением в среднюю школу они прожили месяц вместе. Они почти не разговаривали, но стоило двоюродному брату сесть рядом — у Чжан Пэн Юя перехватывало дыхание. Он помнил, как Шао Чжань сидел напротив.

Он никому не рассказывал, но однажды видел, как Шао Чжань дрался. Школы находились недалеко друг от друга. Возвращаясь домой, он проходил мимо переулка рядом со старшей школой и как раз застал подростка, выходящего из проулка — ссадина в углу рта, взгляд холодный и свирепый. Тот, кого он вышвырнул, сидел на земле, и Шао Чжань медленно присел на свету фонаря: «Катись».

Когда Шао Чжань занимался репетиторством, интонация у него была ничуть не теплее, чем то самое «катись». Менялось только содержание: «неправильно», «переделай» или «следующий пример».

Сюй Шэн никогда никого не учил, но сам он проходил через репетиторство с Шао Чжанем — и на пробных экзаменах, и тогда, когда Шао Чжань гонял его безжалостно. Настроившись, он принялся подражать Шао Чжаню: «Для начала отложи книги, не спеши. Давай поговорим о методах обучения — это очень важно».

Он справится. Всё под контролем.

Никаких проблем.

Перед ним всего лишь школьник. Со старшей школой у него, может, и не очень, но с программой средней школы он же должен справиться?

В конце концов, он когда-то… по-честному, своими силами поступил в Линьцзян.

Чжан Пэн Юй как-то растерянно отложил книги: «Ага».

Сюй Шэн откинулся на спинку стула, постучал пальцами по столу и на удивление убедительно, с ленцой в голосе спросил: «Знаешь, что такое принцип глубины?»

Чжан Пэн Юй: «Нет. А что это?»

Сюй Шэн пересказал концепцию, которую слышал от Шао Чжаня — «сконцентрируйся на одном предмете». На самом деле суть была неважна, главное — потянуть время и заодно показать свою компетентность.

Этот трюк сработал быстро. Младший кузен тут же включился: «Я понял! Тогда начнём с одного предмета. С какого?»

Сюй Шэн прикинул, куда у него сейчас «распределены очки таланта», и осторожно предложил: «Давай математику».

Он подражал Шао Чжаню откровенно плохо. Нога на ножке стула, длинные ноги согнуты, он расслабленно крутил чёрную ручку между пальцев.

«Но у меня в этот раз химия самая слабая, — без особой причины Чжан Пэн Юю показалось, что сегодня старший брат на удивление приветливый. Он почесал затылок. — Я хочу подтянуть химию».

Ситуация вышла из-под контроля. На невозмутимом лице Сюй Шэна появилась трещина.

«Нельзя сначала химию?»

Незадолго до этого на контрольной по химии Сюй Шэн с трудом выбил сорок баллов. Он стиснул зубы: «…Можно».

Перед выпускными экзаменами Сюй Шэн учился как бешеный. Хотя за последний год он многое запустил, задания для средней школы были не настолько сложными, чтобы он совсем ничего не понимал. Просто он давно к ним не прикасался, и память подводила.

Он бегло пролистал учебник, кое-что припомнил и начал объяснять, попутно восстанавливая в памяти материал.

Один осмелился объяснять, другой осмелился слушать.

Первая задача, которую кузен захотел разобрать, была экспериментальной.

Когда Сюй Шэн увидел условие, в голову ему пришла та же мысль, что и кузену: а как это решается?

Он перечитал задачу несколько раз, выуживая из памяти знания, и начал разбирать условие: «Вещества, из которых состоят элементы, делятся на две категории: металлические и неметаллические элементы».

Закончив на этом свою и без того скудную лекцию, Сюй Шэн заглянул в учебник — и его взгляд упёрся в жирную надпись: «Вещества, из которых состоят элементы, делятся на три категории».

«…»

Блин, на три?

Так что объяснение пришлось прервать на полпути и срочно возвращаться назад: «То, что я сказал только что, было неправильно».

Младший кузен уже запомнил обе категории и, подняв голову, переспросил: «А?»

Сюй Шэн: «Я хотел тебя проверить, но ты не заметил моей ошибки — значит, ты ещё не до конца усвоил материал. Не две категории, а три: есть ещё категория редких газов».

Сюй Шэн: «В учёбе нельзя просто пассивно принимать информацию — нужно уметь думать самостоятельно».

Не страшно, когда у двоечника нет знаний.

Страшно, когда у двоечника есть напор.

У Сюй Шэна был свой фирменный стиль объяснения: крайне бессистемный — ведь стоило ему начать, и многие знания всплывали в памяти по ходу дела. «Вот так решается эта задача. Понятно?»

Кузен честно ответил: «Н-не очень».

Сюй Шэн куда лучше умел запутывать людей, чем объяснять. Он всё так же сидел с согнутой ногой, расслабленно положив руки на колени: «Ничего странного, что непонятно — значит, твой уровень ещё не дорос до моего».

Кузен почувствовал некоторую неловкость.

«Старший брат и правда силён», — подумал он про себя.

Раньше, когда старший брат объяснял, он ещё понимал, а теперь, оказывается, тот поднялся на такой высокий уровень!

Кузен: «Т-тогда… что же делать?»

«Практика — путь к истине», — Сюй Шэн выбрал из сборника задач по химии чистый лист пробного варианта, подвинул его по столу и, ослабив хватку, уронил чёрную ручку, которую до этого крутил в пальцах. — «Напиши этот тест».

Сюй Шэн просто закинул кузена тестом, чтобы потянуть время.

Одной рукой Сюй Шэн набрал текст под столом.

— Ты уже пришёл?— Если буду учить дальше — я раскроюсь.

Шао Чжань вышел из автобуса и направился в метро.

— Ещё час.— …— Продержись, парень.

Сюй Шэну показалось, что небо рухнуло на землю.

— Твой парень, может, и не продержится.

Час тянулся. На написание теста по химии у кузена ушло чуть больше получаса.

Пока тот писал, Сюй Шэн вспомнил, что кузен говорил, будто провалил химию: «Сколько ты набрал на этот раз?»

Кузен: «Из ста баллов — семьдесят».

Ну, вполне себе — хотя бы сдал.

Кузен: «А обычно я набираю восемьдесят».

Ладно.

Сюй Шэн поставил телефон на беззвучный и, прячась, сыграл пару партий. В телефоне Шао Чжаня не было крупных мобильных игр — Сюй Шэн нашёл только системный пасьянс.

Ощущение быть репетитором было новым — в конце концов, он впервые в жизни так старательно кому-то что-то объяснял. Когда кузен отложил ручку и сказал «Я закончил», Сюй Шэн вдруг почувствовал странную уверенность — захотелось проверить плоды своего труда…

Сюй Шэн: «Закончил? Давай сюда, я проверю».

Человеку свойственно ждать отдачи от вложенного труда. Влекомый этим чувством, Сюй Шэн с некоторым предвкушением взял в руки тест.

Сверяясь с отдельным листком с ответами, он начал проверку.

Первое задание… неправильно.

Второе… тоже неправильно.

Проверяя весь тест, Сюй Шэн рисовал крестиков в разы больше, чем галочек.

Когда он подсчитал итоговый балл, ему не хотелось верить, что за полчаса его репетиторства младший кузен достиг поразительных успехов — его успеваемость по химии стремительно рухнула. Если перевести это в график, получилась бы кривая, которая живописно обрывается в пропасть.

Имя ученика: Чжан Пэн Юй.Набранные баллы: 48.

«…»

Перед глазами Сюй Шэна возникла вереница вопросительных знаков, а в ушах зазвучали слова, которые кузен говорил раньше:

— «В этот раз я написал плохо — всего семьдесят баллов. Обычно я получаю восемьдесят».

В то же время телефон дважды вибрировал.

S: Я пришёл.