Тяжёлые дни, когда Сюй Шэн был вынужден барахтаться в море задач, только начались.

Заставить ученика, который ни разу не слушал уроки с момента поступления в старшую школу, смотреть на задачи, в которых он не понимал ни слова, зубрить материал по всем предметам и ещё находить время тренировать каллиграфию — это было сущее издевательство.

На письменном столе Сюй Шэна в общежитии всегда было пусто — за исключением бумаги формата А4 для написания проверочных работ, там не было ничего, связанного с учёбой. Теперь же учебные материалы громоздились всё выше, почти заполнив половину стола.

Сверху лежал конспект Шао Чжаня.

Тот самый конспект бога учёбы, о котором мечтали бесчисленные ученики на школьном форуме, мечтавшие хоть раз взглянуть на него.

После отбоя, перед уходом, Шао Чжань протянул ему конспект за первый класс: «Здесь все записи с доски и основные моменты каждого урока. Если что-то не поймёшь — смотри сам».

Сюй Шэн взял конспект и лениво пролистал несколько страниц, будто перелистывал комикс.

Почерк в этих беглых записях отличался от того, каким Шао Чжань писал на официальных экзаменах. Он не был таким аккуратным, как в проверочной работе, которую Сюй Шэн мельком видел раньше. Кисть всё ещё была твёрдой, но почерк — слегка небрежным, с оттенком той дерзости, которую обычно невозможно было разглядеть.

Сюй Шэн: «А если я ничего не понимаю — что делать?»

Шао Чжань посмотрел на него и выдал фразу, такую же холодную, как он сам: «Девятилетнее обязательное образование[1]. Рекомендую пройти его заново».

Сюй Шэн: «…»

Датчик движения в коридоре уловил звук, и свет включился. Шао Чжань стоял прямо напротив источника света, и лампы в коридоре отбрасывали на него лёгкое сияние. Затем его тон смягчился, и он, стоя против света, сказал: «Если не поймёшь — пиши мне в WeChat. Я на связи до часу ночи».

Поначалу Сюй Шэн просто искал повод приставать к нему от нечего делать.

— Ты тут?

Потом он обнаружил, что Шао Чжань действительно на связи до часу ночи, просто отвечал с небольшой задержкой.

— Тут.

Сюй Шэн собрался с духом, зажал колпачок ручки зубами и, усевшись за стол, напечатал ответ.

— Поболтаем?

— Я могу подумать, что ты меня намекаешь.

— На что?

— Что заданий мало.

«…»

Сюй Шэн прекратил свои домогательства, отшвырнул телефон в сторону и, глядя на черновик, оставленный Шао Чжанем, продолжил зубрить формулы.

Перед сном Сюй Шэн закрыл глаза и подумал про себя: «Даже ад не сравнится с этим».

Непосильная ноша для двоечника.

Учёба раздавила его.

С этими мыслями Сюй Шэн поставил будильник, небрежно бросил телефон у изголовья кровати и, убирая руку, на мгновение застыл. Затем он прикрыл лоб одной рукой, а пальцы другой растопырил. В комнате не было никакого света, кроме слабых лучей, пробивавшихся снаружи. Он посмотрел на свою руку и в голове почему-то всплыли слова Шао Чжаня: «Натрогался?»

…О чём он думает?

Сюй Шэн отогнал эти странные мысли. В конце концов, это была его собственная рука.

Каждый вечер Шао Чжань приходил к нему в комнату и устраивал бесчеловечные индивидуальные занятия. Вскоре Сюй Шэн понял, что не только вечером — два часа вечерней самоподготовки после уроков тоже оказались временем, от которого не скрыться.

Вечерняя самоподготовка по-прежнему была царством учеников, живущих в общежитии.

Кто-то разузнал, что Гу Яньвана в эти дни нет в школе, и компания развлекалась вовсю: «Нет его, правда нет. Мы с Макакой только что специально подкрались к кабинету Гу Яньвана, долго сидели в засаде — дверь закрыта».

«Стучали? Информация надёжная?»

«Стучали, — закрыл дверь класса Хоу Цзюнь. — Я даже придумал, что скажу, если Гу Яньван окажется в кабинете. Тань Кай ещё советовал мне пожаловаться ему на сильный психологический стресс… Но там правда никого».

Остальные в классе, которые до этого притворно уткнулись в домашние задания, подняли головы: «Братцы — подключаемся, подключаемся».

Хоу Цзюнь несколько раз звал «брата Чжаня» поиграть, и с тех пор как у них появился Чжань, Тань Кая вышвырнули из игровой группы.

Хоу Цзюнь с телефоном в руках подскочил с третьего ряда: «Брат Чжань, давай, изучим параболу?»

«Парабола» — эта знаменитая фраза Сюй Шэна, принёсшая ему славу, после чего стала кодовым названием для их игр.

В конце концов, учителя появлялись внезапно — не хватало ещё, чтобы кто-нибудь заорал «Давайте играть!», а при повороте головы обнаружил лицо Гу Яньвана прямо перед собой. Это было бы неудобно.

«Ладно, — Сюй Шэн был только за то, чтобы каждый день «изучать параболу» с ними. Он достал телефон, откинулся назад и спросил: — В вашей команде есть место?»

«Есть, сейчас организуем», — Хоу Цзюнь повернулся и крикнул Тань Каю: «Тань Кай, выходи, ты нам больше не нужен, освободи место для нашего брата Чжаня».

Тань Кай сделал вид, что вот-вот заплачет, и включил драму на полную: он вытянул указательный палец в сторону Хоу Цзюня и заорал: «Хоу Цзюнь, а где твоя совесть? Вначале сладкие речи, что тебе без меня не обойтись~ а теперь ты меня бросаешь~~»

Хоу Цзюнь схватился за грудь: «Кай, послушай меня — хотя тебя нет в команде, ты навсегда останешься в наших сердцах».

Тань Кай, видимо, пытался изобразить героиню из дорамы, слегка покачивая головой и телом, чтобы выразить кокетливую обиду, но у него это вышло как стандартное сотрясание разъярённого тигра: «Не хочу слушать, не хочу!»

Сюй Шэн, подключаясь, едва сдерживал смех от их выходок: «Может, я не буду вас разлучать».

Хоу Цзюнь: «Нет-нет».

Тань Кай лишь болтал языком, на самом деле он был только рад понаблюдать за крутыми трюками бога учёбы: «Готовьтесь, я буду смотреть».

Задние парты седьмого класса снова собрались вокруг Сюй Шэна.

Сюй Шэн зашёл в игру, сменил экипировку в магазине атрибутики, вышел и уже собирался начать раунд, как вдруг пустой стул рядом с ним отодвинули, и краем глаза он заметил край чёрной одежды.

Даже не нужно было смотреть, кто пришёл — это стало ясно по резко упавшей громкости разговоров вокруг.

С начала учебного года школьный хулиган вроде бы ничего особенного не сделал, и к тому же у Хоу Цзюня, старосты класса, была непоколебимая уверенность, что «хулиган хочет влиться в коллектив», так что образ Сюй Шэна в классе был сносным. Однако из-за его ауры, от которой у всех мурашки бежали по коже, многие одноклассники всё ещё боялись к нему приближаться.

Сюй Шэну однажды пришлось обсуждать это с Шао Чжанем: «В следующий раз, когда придёт Чжан Тун, не отправляй её сразу на выход и направо обратно в класс, поговори с ней, а то она подумает, что я намеренно её избегаю».

Шао Чжань молчал.

«И когда Хоу Цзюнь к тебе подходит, не спрашивай его "у тебя всё?", научись проявлять заботу об одноклассниках…»

Шао Чжань наконец отреагировал: «Сказал достаточно?»

В конце концов Сюй Шэн просто вручил Шао Чжаню книгу «Искусство общения: почему эмоциональный интеллект важнее IQ»: «Это тебе. Я специально сбегал в библиотеку. Можешь не благодарить, просто внимательно прочитай».

Шао Чжань: «…»

Сюй Шэн только мельком заметил край той чёрной одежды, и в следующую секунду стал свидетелем того, как телефон в его руке у кого-то изъяли. Шао Чжань безжалостно нажал «Отменить готовность» и бросил телефон Тань Каю напротив: «Он не играет».

Тань Кай: «?»

Шао Чжань: «Ему нужно учиться».

Экзамен был не за горами, нужно было использовать каждую минуту.

Как только Шао Чжань произнёс это, все были поражены: что происходит? С каких это пор хулиган заставляет бога учёбы учиться?! Что это за непонятная, загадочная схема?

И, что самое удивительное, бог учёбы не возражал хулигану.

Ничего не подозревающие зеваки ждали, ждали и наконец дождались от «брата Чжаня»: «А, да».

Хоу Цзюнь, Тань Кай и остальные: «???»

Сюй Шэн с видом человека, потерявшего всякую надежду: «Мне нужно учиться. Играйте без меня».

Компания с задних парт разошлась в полном недоумении.

Первым, кто крикнул «Расходимся», был Хоу Цзюнь. Он уже пережил ситуацию, когда пошёл стучаться к богу учёбы рано утром, а дверь открыл хулиган, так что после этого его уже ничего не могло удивить: «Пошли, не будем им мешать… То есть, не будем мешать богу учёбы готовиться».

Сюй Шэна усадили за парту. Он снова уставился на помеченные Шао Чжанем пункты и продолжил зубрить формулы.

Время от времени Шао Чжань подливал ему мотивирующих речей, чтобы поднять уверенность в учёбе. Он видел, что на этот раз Сюй Шэну действительно было трудно выдержать. Но если Сюй Шэн сейчас не выдержит, последствия будут катастрофическими.

Чтобы Сюй Шэн подошёл к экзамену с лучшим, более сильным настроем, Шао Чжань всячески его подбадривал.

Правда, метод, которым Шао Чжань подливал мотивацию, заставлял волосы вставать дыбом. Без всякого выражения он обвёл две задачи и протянул их, совершенно бесстрастно: «Пиши… У тебя получится».

У Сюй Шэна в голове была каша из перепутанных формул, и он постоянно балансировал на грани срыва: «У меня не получится».

Шао Чжань отвёл сопротивляющиеся руки Сюй Шэна, силой всучил ему сборник задач, а затем протянул чёрную ручку: «Сможешь».

Сюй Шэн чувствовал, что задыхается от учёбы: «Не смогу».

На этот раз даже если загнать его в угол, это не поможет. Даже если бы перед ним был обрыв, ему оставалось бы только прыгнуть. Инстинкт самосохранения полностью исчез перед лицом этих задач, и никакое чудо было невозможно.

За полнедели до экзамена.

Под бесчеловечной тренировкой Шао Чжаня в режиме «адского уровня» Сюй Шэн с невероятной скоростью восполнил бóльшую часть пробелов.

Сюй Шэн принял душ и, вытирая волосы, открыл Шао Чжаню дверь: «Что сегодня расскажешь?»

«Не буду объяснять задачи, — у Шао Чжаня в руках было не так много вещей, только несколько листов с заданиями. — Напишешь тестовую работу, я оценю твой уровень».

Хотя на экзамене будут комплексные задания, в основном проверяли материал, пройденный за этот месяц. Пробелов с первого класса было слишком много. Шао Чжаню пришлось выбирать только основные задачи, плюс то, что он предполагал… После первого круга занятий все нужные темы были разобраны, и он был более-менее уверен в результате теста.

Тестовую работу Шао Чжань составил сам: «Времени было мало, так что не слишком много. По двадцать вопросов по каждому предмету, по пять баллов за вопрос, шестьдесят — проходной».

Нужно было поставить Сюй Шэну условие, чтобы он согласился писать тест добровольно.

Шао Чжань добавил: «Напишешь эту работу — завтра отдыхаешь целый день».

Сюй Шэну ежедневно вбивали в голову кучу информации, и со временем в нём откуда-то появилась самоуверенность. Ему казалось, что на экзамене действительно можно побороться. К тому же условия были слишком заманчивыми: «Идёт».

Шао Чжань засёк время.

Сюй Шэн долго искал ручку и наконец начал отвечать.

Шао Чжань действительно дал разумное количество вопросов. Сюй Шэн закончил за полчаса до отбоя, защёлкнул колпачок ручки и шлёпнул листы перед Шао Чжанем.

Шао Чжань в это время решал дополнительные задачи, которые ему дал учитель математики. Эти задачи с первого взгляда отличались от обычных учебных — даже если разобрать их на части, Сюй Шэн всё равно ничего не понял бы.

Шао Чжань не поднял глаз, просто поправил листы, которые бросил перед ним Сюй Шэн, и спросил: «Не будешь проверять?»

Проверять? Ему уже от одного взгляда на эти задачи голова болела.

Сюй Шэн выронил ручку, подпёр голову рукой и стал наблюдать, как Шао Чжань проверяет его работу.

Сначала они оба думали: «Может, на экзамене как-нибудь проскочим». Но эта тестовая работа Сюй Шэна окончательно погасила в них обоих необоснованную уверенность и даже проблеск надежды.

Шао Чжань и сам не знал, с каким настроением он выставлял итоговые баллы на этих листах.

Имя тестируемого: Сюй Шэн.Балл по китайскому языку: 43.Математика: 40.Английский: 34.Естественные науки: 41.

Тестируемый Сюй Шэн — ни одного предмета не сдал.

Примечания к главе:

[1] 九年义务教育 — обязательное 9-летнее образование в Китае. Старшая школа (10–12 классы) — не обязательна, поступление по результатам чжункао. Шао Чжань иронично советует Сюй Шэну «пройти девятилетку заново».