Кирилл

На парковке у Дворца бракосочетаний нам повезло занять единственное свободное место, но, выцепив взглядом очень недовольного Гора с охапкой белых роз, я сразу понял, что везение здесь ни при чём.

– Я похож на идиота? – поприветствовал он нас и, яростно тряхнув букетом больше напоминающим клумбу, протянул мне ладонь для приветствия.

– Скорее уж, на Змея Горыныча, – хихикнула Айка, прижимая к груди алый букетик невесты.

– Поговори мне ещё, мелочь, – рыкнул Гор и снова окинул Айку придирчивым взглядом. – Ты подросла, что ль, за неделю?

– А может, это ты усох от злости? – съязвила она, но тут же поспешила исправиться, продемонстрировав Гору туфли на совершенно нереальных каблуках. – На самом деле это намагичили мои счастливые подковы. Ну, давай, веди нас, мудрый Змей, тропой опасных приключений.

Мы с Гором дружно хмыкнули, и я только сейчас понял, что Айка нервничает. Впрочем, я и сам не сказать, чтоб очень спокоен, но теперь, глядя на свою невесту, даже страшно стало – вдруг сбежит? С неё станется. Я покрепче сжал её ладошку, и мы двинулись вслед за Гором. По пути к нам подскочила какая-то дама и забрала наши паспорта, Айка же выстрелила в тётку таким лютым взглядом, что я подумал – сейчас вырвет у неё обратно из рук свой паспорт и даст дёру.

– А я думала, что во дворце бывают только торжественные регистрации, – лепечет Айка, озираясь по сторонам и спотыкаясь через каждую ступеньку. И смотрит на меня такими несчастными глазами, будто я её конвоир.

– Наверное, для нас сделали исключение, – я весело подмигиваю, и ещё раз, но уже не весело – похоже, нервный тик. И крепче прижимаю к себе мою испуганную девочку, и поглаживаю тонкую талию, успокаивая Айку и себя заодно. Нам бы полчаса продержаться!.. И хер с ней, с ранней сединой.

Прошедшая неделя для нас обоих выдалась нервной. Айка активно наводила порядок в агентстве и навёрстывала упущенные возможности, я мотался между скалодромом и кофейней и, как шпион, шифровался, чтобы не столкнуться нос к носу с Айкой. Она и так уже заинтересовалась, что это там так динамично строится по соседству с её офисом. Даже Рябинина пытала, но тот ответил, что это будущая пиццерия и она никак не угрожает её бизнесу, и Айка угомонилась.

Для меня было наслаждением каждый вечер возвращаться в нашу лесную избушку и тискать мою визжащую малышню. Мне понравилось читать им книжки, я полюбил купать и кормить моих девчонок. И даже, согнувшись в три погибели, следовать за неугомонной Кирюшкой, которая пытается ходить ножками, и бережно придерживать крошечные пальчики, и задыхаться от нежности и любви. А какой же кайф, когда мои принцессы, наконец, засыпают! И тогда можно оставить Стефанию охранять их сон и утащить Айку в лес дышать чистым воздухом – дышать учащённо, шумно, жарко и долго!.. Потому что с ней, моей Айкой, не надышишься.

Я просто уже не могу без всего этого! Я легко привык к Айкиным сёстрам, да я уже полюбил их, как родных. За то как они любят мою Айку и наших детей, за их сплоченность и готовность сражаться друг за друга, за их непохожесть и обезоруживающую искренность! За ту невероятную атмосферу счастья, любви и домашнего тепла, что они сотворили. Они показали мне, что значит настоящая дружная семья, и за это я люблю всех пятерых. Я подружился со всеми животными, кроме ревнивого кота Бегемота. Я даже проникся уважением к дубу Ричарду за то, что он быстро растёт и радует мою Айку. Мне нужно всё это! Я больше не хочу по-другому!

– Присаживайтесь, пожалуйста, – приятный женский голос заставил меня вернуться к действительности.

– Кир, ты мне уже всю фигуру поломал, – тихо прошипела Айка, пытаясь высвободиться из моих цепких лап.

– Прости, малыш…

Мы послушно присели, подтвердили свои личные данные, и я даже с готовностью расписался в указанном месте (надеюсь, это не дарственная в пользу загса на всё мое имущество). Зато Айка оказалась не настолько доверчивой – она внимательно прочитала документ и свирепо спросила:

– Это что?!

– Ваше согласие на брак с Ланевским Кириллом Александровичем, – ответила интеллигентная дама и покосилась на Гора, застывшего позади Айки. Похоже, он тоже приготовился её ловить, если что.

– Это я и сама вижу! – фыркнула Айка. – А у меня Вы даже не спросите?

Дамочка оторопела, пробубнила что-то про неторжественный случай и снова уставилась на Гора.

– У вас не торжественная регистрация, забыла?! – рявкнул тот, явно теряя терпение. – Или ты что, уже передумала?!

– Нет… просто я думала, что новобрачных должны спросить… Ну, мало ли… А вдруг я мимо загса проходила по своим делам, а тут вдруг меня попросили в качестве понятой расписаться… Вот так пойдёшь людям навстречу и-и… трындец! – выйдешь из дома Скрипкой, а вернёшься Контрабасом каким-нибудь. А потом дели с ним своё непосильно нажитое… А что вы все на меня так смотрите?.. Я ж не про Кира… просто пример привела.

– Аика Валентиновна Скрипка, – траурным голосом начала регистратор, – согласны ли Вы…

– Ой, да конечно, согласна! – прервала её Айка и, придвинув к себе бумаги, быстро расписалась.

А у меня по вискам пот градом и ни платка, ни салфетки… и речевой аппарат отказал напрочь.

– Дорогие Кирилл и Аика! Примите свидетельство о браке, как самый дорогой и памятный…

– Кир, ты чего? – запричитала Айка, не обращая внимания на поздравление, и, выдернув из своей сумочки какой-то лоскут, принялась промокать мне лицо. – Глупый, ты что?.. Ты подумал, что я против? Да только попробовал бы ты отказаться! А то целый детский сад понаделал… Или ты так разволновался от того, что тебя заарканили?! – Айка уже смеётся, а по её щекам текут слёзы. Она обнимает меня, целует, смеётся, плачет и шепчет жарко: – Любимый мой… я же не могу без тебя! Ты мой герой!.. Ты моё солнце… сердце моё… моё счастье!..

А я прижимаю её к себе, и по херу, о чём так проникновенно над ухом вещает тётка. Я счастлив, как никто в этом мире!..

– Спасибо! – резко прерывает Гор увлекшуюся поздравлением регистратора. – Мы уже можем идти?

Уже на улице он молча вручил Айке букет и, крепко пожав мне руку, выразил своё искреннее сочувствие. В этом месте мне следовало бы возмутиться, но, глядя на насупившуюся Айку, меня разобрал смех.

– Трындец как весело! – проворчала моя молодая жена и, повернувшись к Гору, капризно пропищала: – Ты мне этим букетищем весь свадебный наряд испортил!

– Вот! – он усмехнулся и многозначительно задрал палец. – Стоит их окольцевать, и характер поганится, как по волшебству. Заметил?

Чёрт! Окольцевать!

Мы с Айкой уставились друг на друга…

– А как же кольца? – пробормотала она, чуть не плача. – Да в задницу такую регистрацию! Гор, почему эта квочка не напомнила нам про кольца? Это её работа! Мы-то с Киром не в себе были… А ты где был?!.

– Прошу обменяться кольцами! – очень громко и торжественно прорычал Гор, а я уже извлёк из внутреннего кармана заветную и забытую всеми коробочку с обручальными кольцами, кляня себя на чём свет стоит.

Айка с выпяченной губой наблюдает, как я надеваю ей на пальчик кольцо. Себе я сам нахлобучил – нервы сдали. Идиот! Зачем я повёлся на Айкины уговоры сделать всё по-тихому и устроить для всех сюрприз?! Донести бы его! А ещё мой сюрприз для Айки, о котором знают все, кроме неё!.. И Гор какого-то хрена молчит о том, чего не знает никто, кроме нас с ним. Не выношу сюрпризы!

– Ай, ты не волнуйся, ладно? – беру это дело в свои руки. – Мы ведь можем устроить нормальную полноценную свадьбу… С платьем, гостями, кольцами… ну, и с чем там ещё…

– Стоп! Это мои слова, – проснулся Гор. – Следуйте за мной, молодожёны!

И мы следуем. Я – злой, как сто чертей, а Айка – резко повеселевшая.

– Кир, да зачем нам этот балаган?! Я же просто на эту тётку разозлилась… – она запнулась, ощупала вибрирующую сумочку и извлекла из неё мобильник. – Трындец! Мама, похоже, задницей чувствует, что без неё вершатся великие дела, – Айка сбросила вызов и пояснила: – Два месяца не звонила, а тут опомнилась.

– А она что, внучек не навещает? – спрашиваю, скорее, для приличия, потому что такую бабку я на пушечный выстрел не готов подпустить к девчонкам.

– Да ты что? – смеётся Айка. – Какие внучки?! Мама тебя загрызёт только за одно это слово. Она и видела-то их только раз.

– Я не знал…

И откуда бы мне это знать? Айка же так «много» о себе рассказывает! Спасибо Сашке, которую пару дней назад пробило на откровенность – мы с ней почти до утра проговорили на кухне и даже с лютой тоски приговорили сорокаградусный стратегический запас. Вот только про Мастера Сашка ничего не знала. Зато у Айки всё просто легко и весело…

Кто такой Мастер? Очень хороший человек и друг. Как познакомились? Да побирались вместе в переходе – вот и познакомились. А побирались для развлеченья – молодые были, глупые… А потом бомжи хотели отнять выручку у маленькой девочки, а Мастер с Пушком не позволили – вот и подружились. И дружили, пока Мастер не приболел. Попросил за Пушком присмотреть, а Айка не досмотрела – в этом и вся печаль.

Очень информативно! Особенно про бомжей. Если когда-то Айка во всём и признается, то её исповедь будет развлекательной.

– Ой, а что это? – Айка принимает из рук Гора большую круглую коробку и раскрывает. – Ой!

– Хрень какая-то, – поморщился Гор, тоже засунув нос в коробку. – У мужа своего спроси, моё дело доставить.

Содержимое похоже на бело-розовую пену – это платье, стоившее мне триллионы нервных клеток. Надеюсь, оно того стоит.

– Кир, это… платье? – очарованно шепчет Айка, поглаживая воздушную ткань, и я киваю. Но Гор быстро закругляет просмотр:

– Дома разглядишь. Итак, четыре дня вам на сборы, и чтобы в воскресенье были у меня в «Антракте». Форма одежды парадная, гостей – не больше восьмидесяти голов. Выездная регистрация в два, банкет – в пять, между ними покатушки с фото, видео и всякой ненужной хернёй. Кажется, я всё сказал… А, вот ещё что – я здесь не при делах – это подарок Мастера и твоего мужа.

Айка сияет от радости и жмётся ко мне, я тоже улыбаюсь, но без сияния.

– А вот эта грамота от меня, – Гор всучил Айке пластиковую папку и, постучав по ней пальцем, пояснил: – Здесь двадцать соток, что вокруг твоей избы. Раз уж ты забрала моего кобеля, я должен обеспечить ему достойные условия.

– Спасибо, Гор, это как раз то, что нужно, – Айка приняла его подарок с таким спокойным достоинством, как будто для неё это в порядке вещей.

Наверное, я слишком громко скрипнул зубами, потому что Гор тут же отозвался:

– Без обид, брат, это всего лишь земля, а ты на ней хоть золотую башню воздвигни.

– Я подумаю.

– Ну, вы тогда думайте, а я погнал.

И без лишних расшаркиваний Гор погрузился на заднее сиденье своего броневика, где без него уже соскучились два мордоворота, и отчалил. А я подумал, что ни Рябинин, ни мой отец пока не знают о предстоящей свадьбе, и нам ещё предстоит достойно пережить их подарки.

– Кир, ты знал… про всё это? – Айка заглядывает мне в глаза.

– Про землю – нет, – отвечаю спокойно, хотя до спокойствия мне далеко. – А свадьба… ну, ты же не против? Тем более это подарок самого Мастера.

– Ревнивец! – Айка поднесла мою ладонь к лицу и потёрлась о неё щекой. – Он мне, как… брат или отец, а ты – мой любимый муж. Ты хоть представляешь, Кир?.. Поедем домой, я хочу срочно померить платье…

– Только по пути заскочим в одно место.

– И тебя я очень хочу…

– Это мы тоже решим по пути.