Лиловые блики от закатного солнца на одеждах гостей, отсветы костров, ритмичные удары барабанов, протяжный плач флейты, опьяняющие ароматы курений, — все это вводит в транс и создает ощущение нереальности.

Я выхожу замуж? Это сон или реальность? А может быть, это не игра, и все будет по-настоящему? Завтра все покинут Орис, а я останусь здесь, в этом диком мире скотоводов. Чем я тут буду заниматься? Рожать Ситару золотоволосых карапузов и вышивать праздничные скатерти? По утрам ходить в лес за белыми цветами таниса, чтобы успеть к моменту пробуждения своего мужа заварить утренний чай? К обеду я буду торопиться приготовить полный стол еды, чтобы Ситар не разгневался на меня? К вечеру я опять буду колдовать на кухне и готовить сытный уаш из мяса коров и зелени, ежедневное вечернее блюдо для мужской силы. А потом, пока Ситар играет с соседом в тинуру, игру в кости, я побегу к своим подругам, чтобы обменяться сплетнями. Как там Тиаша? Ее все же вернули родителям. И хозяйка она плохая, и не беременеет уже третий год. Да уж, подсунули Дроку подарочек. А внешне как была хороша! Но оказалась пустышкой.

О, боги! Это что, мои мысли?

Я потрясла головой, чтобы протрезветь. Огляделась по сторонам. Я стою в середине поляны, застеленной расшитыми коврами. Вокруг поляны шумит толпа гостей. Меня вывели за руки минут десять назад две девушки, какие-то дальние родственницы Ситара, заменяющие мне на празднике родню.

Меня целый день готовили к брачному обряду. Мыли, умащивали маслами, делали массаж, причесывали и рассказывали о первой брачной ночи. Успокаивали и заверяли, что мне не стоит бояться первой боли, это совсем не страшно. Зато потом, если я буду послушной женой, то смогу заслужить ласку от мужа. А это настоящее блаженство.

Да… Вспомнился мой первый раз с Луиджи. Так, ничего особенного. Какой-то явной боли я не почувствовала, равно как и блаженства. Ни в первый раз, ни потом. Это теперь, с зорганцем, я испытала это самое блаженство.

В обед меня сытно накормили и уложили спать в мягкую постель под пологом. Девушки разожгли какие-то курения, от которых я быстро провалилась в сон. Проспала я три часа. Проснулась бодрая и посвежевшая. Кожа на лице стала красивого персикового оттенка без красных пятен, исчезли круги под глазами.

Потом мне дали на перекус молока с печеньем и еще раз обмыли. И начали обряжать к празднику.

Свадебный наряд мне очень понравился. Светло голубое платье, перетянутое золотой лентой под грудью. Подол у него расшит синими и белыми цветами с золотыми листьями и вьющимися стеблями, в серединках цветов вклеены сверкающие гранями голубые камни. В уши мне продели серьги с длинными подвесками из тех же голубых камней, шею украсили ожерельем в том же стиле. На руки нанизали множество браслетов из блестящего золотого металла. Ноги обули в мягкие сандалии из множества тонких ремешков. В волосы вплели золотые шнурки, оканчивающиеся белыми и голубыми бусинами. А на голову мне накинули прозрачное покрывало, по краю расшитое золотой нитью. От меня сейчас исходил тончайший аромат эфирных масел, которыми меня натерли перед одеванием.

И вот я стою под прицелом тысяч глаз и жду выхода жениха. По местным традициям первой на поляну выходит невеста, чтобы гости перед обрядом могли успеть напутствовать ее в новую жизнь, дать совет и пожелать счастливой жизни.

И вот он наконец идет.

Если бы можно было ослепнуть от вида неземной красоты, то я бы ослепла. И я сейчас не на Земле. Но и на Орисе нет больше таких мужчин. По крайней мере, я еще не встречала.

На Ситаре из одежды только штаны из темно-коричневой кожи, плотно облегающие его крепкие стройные ноги. Обнаженный торс натерт маслом, и каждая мышца его атлетического тела бликует, отражая яркие огни костров.

Ситар идет босой, на щиколотках позвякивают маленькие колокольчики, прикрепленные к кожаным ремешкам. Запястья украшены массивными золотыми браслетами, на шее ожерелье из белых цветов. Волосы забраны в высоких хвост, а в пряди вплетены синие нити с белыми бусинами на концах. В одно ухо вдета серьга с подвеской в виде большой прозрачной синей капли.

Ситар медленно ступает по ковру, неизбежно приближаясь ко мне. В его глазах горит огонь предвкушения, а на губах играет блаженная улыбка. Он счастлив.

На мгновение меня прошивает чувством вины. Но я тут же себя успокаиваю. Так надо. Ему все равно на этом планете не жить нормальной жизнью. Он здесь изгой. А я заберу его отсюда и брошу к его ногам целый мир. Пусть я его сейчас обманываю. Но зато потом я все это компенсирую, дав ему возможность учиться и заниматься любимы делом. Но сегодня ночью юношу ждет большое разочарование. Как нам пройти через это? О, боги, дайте мне мудрости и сил.

Я чувствую на себе чей-то прожигающий взгляд. Я поворачиваюсь по его направлению и вижу зорганца. Он сидит в первом ряду почетных гостей, вальяжно развалившись на плетеном стуле и сложив руки на груди. На нем черные джинсы и кожаный жилет на голое тело, его цепочки и браслеты на месте, как и в день нашего знакомства, и он опять босой. Это что еще за демонстративный выход в свет? Я опять смотрю в его глаза. И читаю в них надпись, выведенную огненными буквами: «Я тебя убью, если ты проведешь эту ночь по всем правилам».

Я отвожу взгляд в сторону, по спине пробегает холодок, руки начинают дрожать. Мне страшно.

Но, Ниса, возьми себя в руки! Ты хотела объявить Дэрку войну. Он тебе не хозяин. Ты сама по себе и можешь делать, что захочешь. Даже провести брачную ночь с Ситаром по всем правилам. Хоть ты и не станешь этого делать. Но право такое у тебя есть!

Свадьба длилась очень долго. Самым нудным был продолжительный обряд с жрецом, который проделывал над нами с Ситаром целую массу всевозможных манипуляций. То ходил вокруг нас и, поднимая руки к небу, распевал какую-то убаюкивающую песню. Я чуть не уснула стоя. Потом он нас несколько раз осыпал зернами какого-то злака. Затем поднес нам чашу с кровью жертвенной коровы, и меня сразу же стошнило и вывернуло на глазах у всех гостей.

Это был настоящий кошмар! В толпе поднялся гвалт, люди вопили и истерически причитали о дурном знаке. Я даже расслышала, что причина случившегося в том, что жених — безумен, а невеста — инопланетянка, поэтому боги не приняли этот брак. И проклятье падет на все племя.

Спас положение жрец, который рявкнул на толпу и ударил посохом по огромному бубну. Все сразу же стихли. Жрец громко провозгласил, что по древним повериям, если невесту тошнит от жертвенной крови, то это означает, что она понесет в первую же брачную ночь. И тут толпа взорвалась громкими ликующими криками. Все дружно поздравляли Ситара и нахваливали его мужскую силу.

Уж не знаю, есть ли такое поверье на самом деле, но жрец выкрутился профессионально. Недаром ему отвалили целый короб драгоценных камней и отогнали на его подворье двадцать голов отборных молочных коров. Я слышала утром, как девушки, готовившие меня к обряду, обсуждали оплату услуг жреца.

Потом начался долгоиграющий пир с танцами вокруг костра. Были еще устроены всевозможные гадания. А в самый разгар веселья заявилась какая-то немытая, одетая в рванье, женщина без возраста и предсказала на следующий год засуху, а потом будто бы последуют десять плодородных лет, да таких, что люди не будут знать, куда девать мясо, кожи и меха.

И вот после полуночи нас с Ситаром наконец-то под скулеж местных певиц проводили в брачный шатер, установленный на дальнем краю поляны, недалеко от озера.

Мы вошли под полог шатра держась за руки. Ситар буквально светился радостью. Я же чувствовала себя измотанной и растерянной. Я не знала, как быть дальше.

Мы остановились в центре шатра на коврике с высоким ворсом. Ситар встал напротив меня и посмотрел с высоты своего двухметрового роста мне в глаза, я для этого вынуждена была высоко задрать голову. Его взгляд лучился нежностью, а в уголках губ затаилась добрая чистая улыбка, без примеси вожделения.

Парень опустился на колени, потом низко наклонился и перецеловал по очереди все пальца на моих ногах. Я смутилась.

— Ситар, не надо, — мой голос дрогнул от волнения.

Он поднял голову и в его глазах отразился испуг.

— Я сделал тебе неприятно? — спросил он встревоженным голосом.

— Нет, что ты, — я ему тепло улыбнулась. — Нам сначала нужно поговорить.

— Поговорить? — переспросил парень, весь его вид в этот момент выражал растерянность и непонимание.

Я знаю, что по традициям орисианцев полагается делать мужчине в первую брачную ночь. И Ситар это знает, не такой он уж и наивный дурачок.

Молодая жена стоит на вот этом пушистом коврике, на котором сейчас стою и я. Новоиспеченный муж опускается на колени, целует сначала пальцы ног, затем ноги, постепенно поднимаясь до колен, при этом медленно задирая подол платья. Дальше идут бедра. Потом платьице летит в сторону, на девушке под платьем традиционно ничего нет, кроме плетеного из разноцветных бусинок пояска. Символа невинности. Муж рвет этот поясок, тем самым обозначая, что девушка теперь стала женщиной. Вернее станет ею в ближайшие минуты.

А дальше уже нет никаких точных правил. Все происходит по обоюдному согласию. И на что хватит фантазии молодоженов.

Поясочек из бусинок на мне тоже сейчас одет. И Ситар, поцеловав пальцы моих ног, приступил к исполнению обряда первой брачной ночи. А я его взяла и остановила, предложив о чем-то там поговорить. Ясное дело, что парень недоумевает. Он не может понять, что он сделал не так.

— Ситар, ты только не волнуйся. Все в порядке. Давай сядем вон за тот столик и сначала поговорим. У нас так принято, — решила я ему соврать, чтобы он не переживал.

Он кивнул, соглашаясь, поднялся с колен и проследовал вслед за мной к низенькому столику, на котором были расставлены напитки, блюдо с жаренным мясом и овощами, ваза с фруктами и целая гора хрустящих лепешек. Есть мне хотелось невыносимо. Я даже сглотнула слюну. Материнский организм требовал питания, а на празднике мне поесть не удалось. Жениху и невесте есть во время пира не полагается. Еда по традиции нас ожидала в шатре.

Мы уселись на мягкие подушки, и я сразу же начала объяснять Ситару суть проблемы:

— Милый мой, Ситар, я должна тебе кое-что разъяснить.

Парень напрягся, но промолчал.

— Дело в том, что по законам империи, откуда я прибыла на Орис, ты еще маленький мальчик, несовершеннолетний.

Глаза Ситара округлились, и он чуть ли не вскочил с места. Он выкрикнул с возмущением:

— Я мужчина, а не мальчик!

— Успокойся, пожалуйста, — я взяла его за руку и крепко сжала его теплые пальцы. Он тут же затих.

— Я знаю. По вашим законам ты уже мужчина. Но по законам империи, куда мы завтра с тобой отправимся, ты еще не взрослый. Тебе еще расти три года. Понимаешь? Чтобы стать взрослым мужчиной, тебе должен исполниться двадцать один год.

Ситар сидел и таращился на меня ошалевшими глазами. Он ничего не понимал.

— Мне нельзя с тобой жить как с мужем, пока тебе не исполнится двадцать один год. Иначе там, куда мы завтра улетаем, меня накажут.

— Накажут? — изумился Ситар и побледнел.

— Да. Потому что ты еще считаешься ребенком. А я взрослая и не имею права к тебе прикасаться как к мужчине.

— Не имеешь права прикасаться? — переспросил он тихо. Потом отвел взгляд и задумался.

И вдруг он улыбнулся и посмотрел на меня сияющим взглядом, который бывает у людей, наконец-то разгадавших сложную загадку.

— Тебе будет разрешено ласкать мое тело только через три года? Я не дурак. Я понял, почему тебя могут наказать. У нас на Орисе за такое виноватому отрубают руки.

Я поперхнулась соком, который в этот момент отпивала из чаши. Не знала о таком законе. О, боги! Жестоко, но зато действенно.

— Тебе тоже отрубят руки, если ты будешь меня ласкать? — поинтересовался Ситар взволнованным голосом.

Мне стало нехорошо при этой мысли, но я решила его не разубеждать.

— Да, мой хороший. Так и будет.

— И что же нам теперь делать? — тяжело вздохнул Ситар.

— Мы просто будем вместе жить, общаться. Каждый будет заниматься любимым делом. Ты что любишь?

— Я люблю звезды, — мечтательно ответил Ситар и просиял довольной улыбкой.

— Я слышала, тебе наблюдатели в прошлом году подарили телескоп.

— Да! — обрадовался парень. — Хочешь я тебе его покажу?

— Очень, — я рада была уцепиться за любую возможность, чтобы закрыть эту тягостную тему брачной ночи.

— Только как нам уйти? — резонно заметил Ситар. — Все увидят, что мы куда-то пошли. Это позор, уйти из шатра в брачную ночь.

И правда. Что делать? Выход из шатра смотрит как раз на поляну с пирующими гостями. Праздник в самом разгаре. Доносятся песни, громкая музыка, вопли парней и девушек.

Ага! А задняя часть шатра стоит вплотную к берегу озера. Я подошла к стенке и потянула за край шкуры. И о счастье. Открылся проход.

— Ситар! Давай выберемся через этот лаз, за шатром на берегу, кажется, никого нет.

И мы вдвоем, на полусогнутых ногах, в ночной тьме пробирались окольными путями до обсерватории Ситара. Она была устроена на краю поселения, на самой высокой вершине примыкающей к поселку горной гряды.

Мы до самого рассвета рассматривали звезды и разговаривали. Ситар пересказал названия всех созвездий, которые можно наблюдать с Ориса. Я ему перечислила самые известные созвездия Земли. Потом мы посмеялись над всякими житейских историях из своего прошлого. Одним словом, мы очень продуктивно провели первую брачную ночь.

Также, почти ползком, мы вернулись в шатер. На поляне еще продолжалось веселье, правда, уже почти затихшее.

Мы с Ситаром с наслаждением растянулись на широкой мягкой лежанке и провалились в сладкий сон. После таких насыщенных событиями дня и ночи настоящим блаженством мог стать только обычный здоровый сон. И более ничего!

* * *

Дэрк перехватил меня на пути к лагерю наблюдателей. После обеда я шла к женскому доктору, чтобы она меня осмотрела пред полетом.

— Ниса, постой!

— Что вам нужно, молодой человек, — я стряхнула его руку, которой он схватил меня за локоть. — И не стоит трогать чужую жену, могут быть неприятные последствия.

— Милая, прекрати этот глупый концерт. Что за муха тебя с утра укусила? И никакой он тебе не муж.

— Почему ты в этом так уверен? Эту ночь я провела в брачном шатре.

— Ниса, — усмехнулся зорганец, — вот только не надо меня выводить на ревность. То, что у тебя с этим пацаном ничего не было, я уверен на все сто процентов.

— С чего так? Он красавчик, тебе с ним не сравниться, — съязвила я.

— Я и не равняюсь. Но то, что ты не позволила бы себе переспать с несовершеннолетним, это я точно знаю. Я не прав?

Теперь уже усмехнулась я:

— А чего это ты тогда вчера мне угрожал, чтобы я не вздумала переспать с Ситаром, если был так уверен, что я этого не сделаю?

— Ну, мало ли. Звук барабанов, языки костров, дурман благовоний, таинство ночи, златокудрый сладкий мальчик в кожаных штанах и голым торсом. Тут кто угодно поплывет и не такая фиалочка как ты.

— Ты, конечно, прав, я не способна на такую низость, как использовать невинного мальчика. Не просто мальчика, а наивного представителя отсталой планеты. И ты не представляешь, как мне было тяжело доказывать этому мальчику, что не он какой-то не такой, а это я какая-то не такая. Этот парень серьезно хотел брачной ночи и не получил ее. С ним просто поиграли, подло и жестоко! А что, он же не человек. Он дикарь! Его чувства не в счет. Ими можно и пренебречь. И сколькими жизнями вы еще поиграете, великосветские интриганы, пока будете спасать империю? Какова цена?

— Ниса, какая еще цена? Всего один мальчишка, которому на самом деле крупно повезло свалить с этой убогой планеты, потому что ему здесь не место. Подумаешь, красивая тетя с сексом обломала. Перетопчется! Зато взамен он получит возможность жить в цивилизованном мире. Оформишь над ним опеку, и пусть живет как твой братишка. Дашь ему образование, раз в скотоводстве он полный ноль. Пусть звезды свои изучает. Обживется, привыкнет к нормальной жизни, а потом встретит себе девчонку по возрасту. Ну не с такой же занудой как ты ему жить. Так что не волнуйся. Тут никого не обделили, а, наоборот, дали шанс на лучшую жизнь.

— Знаешь, все-то у тебя просто, Дэрк. Никаких моральных заморочек.

— А я тебе говорил об этом, Ниса. Эмоции заводят не туда. Ты в растрепанных чувствах представляешь один негатив, а я на трезвую голову — открывающиеся перспективы. Как видишь, разница налицо.

— Вот ответь мне, полковник Кэстэр, в чем был смысл этого брака? Винтер и Дарис сказали, что это необходимо. Но не сказали, зачем.

— Узнаешь все в свое время, подожди, осталось недолго. И все прояснится. А сейчас беги, тебе к доктору нужно успеть.

Дэрк прижал меня к себе и потянулся за поцелуем. Но я его оттолкнула.

— Для тебя, конечно, это все игра, но вот для жителей племени Циор все было по-настоящему. И я — жена Ситара. Не надо проявлять пренебрежение к местному населению. Они люди! И у них есть чувства!

Дэрк примирительно поднял руки и улыбнулся.

— Ты права. Все, пока мы здесь, я не буду переходить границу. Но знай, что я тебя люблю. Очень!

Я не стала ничего ему отвечать. Обида на него не прошла, а только глубже пустила корни.

Я уже отошла на несколько шагов, как вслед услышала вопрос:

— И как тебе звезды планеты Орис? Особенно, если их разглядывать через телескоп. Красиво, наверное?

Я остановилась и оглянулась. Зорганец стоял, заложив руки в карманы и насмешливо улыбался.

Так он следил за мной этой ночью. Скорее всего, стоял у шатра и подслушивал. Вот мерзавец!

Я испепелила его яростным взглядом и пошла своей дорогой.

Через пару часов я и адъютант Дэрка, отданный в мое полное распоряжение еще со вчерашнего дня, поехали за Ситаром.

Вещей у парня с собой было немного. Небольшой плетеный короб и кожаная сумка с книгами. Он очень расстроился, что мы не берем с собой его телескоп. Но времени на демонтаж и погрузку не было, поэтому я успокоила его тем, что на Земле куплю ему более современную модель.

Провожать парня вышли только трое. Его отец, старая нянечка, которая его вырастила, и девушка из служанок. Она была вся в слезах и со злостью на меня смотрела. Так, а вот и его несчастная поклонница. Надеюсь, что не любовница, которая раньше грела ему постель. Но все может быть. Спрашивать ничего не буду. Все! Я уже по горло сыта всякими тайнами и интригами. Это меня не касается. Я тут не при чем.

Мы погрузили вещи в багажник внедорожника и на большой скорости помчались на космодром.

— Представляете, госпожа Радински, — весело затараторил никогда не умолкающий Рик. — Сегодня при погрузке оборудования один из контейнеров сорвался с платформы и разлетелся вдребезги. Его так и списали сразу. Не стали хлам собирать.

— А в этом контейнере, случайно, не геодезическое оборудование находилось, — поинтересовалась я на всякий случай.

— Да! — удивился Рик. — Так и до вас уже слухи дошли.

— Нет. Просто это был какой-то невезучий контейнер.