— Бон, — представился охотник и протянул руку, когда я подошёл ближе. — Из гильдии, прислали на монстра.

— Кир, — ответил я на его рукопожатие. — Бывший наёмник.

— Как тебя вообще сюда занесло? — лицо Бона посветлело, и он растянулся в улыбке. — В вольных баронстствах сражался или с монстрами тоже довелось? А в войнах каких участвовал? Может, с демонами…

— А ну переставай сыпать вопросами, парень! — прервал словесный поток молодого охотника Бертран. — Только в деревню вернулся, а уже всё ему расскажи. Лучше ответь, где отец задержался?

Бон отпустил мою руку, и улыбка немного сошла с его лица.

— А вам дядя Свен не сказал? — шмыгнул носом он. — Погиб батя этой весной. Демоны из Анклава село на севере пожгли, вот его барон и вызвал в дозор. Ну а там…

Парень оборвался на полуслове. Было понятно, что столкновение с демонами Анклава его отец не пережил.

— Жаль это слышать, — покачал головой Бертран.

Фрол снял шапку, а я произнёс привычную у охотников на демонов фразу:

— Да примет его тишина.

Бон покосился на меня и вновь шмыгнул носом. Было видно, что эта тема для него не из приятных.

— Так, парень, — хлопнул молодого охотника по плечу Бертран. — Пойдём-ка зайдём в гости к Свену, а то что-то он тебя принимать не торопится. Заодно и по зверю потолкуем.

Фрол остался караулить у ворот, а мы двинулись в деревню. Охотник шагал рядом и не отставал. По сторонам оглядывался с любопытством, но без той жадной оглядки, с которой городские глазеют на деревенскую экзотику.

— Давно не был в Хольце? — спросил я Бона, чтобы немного разрядить обстановку.

— С прошлой осени, — ответил он. — Отец говорил, дядя Свен всё звал с запасами помочь. Да руки не доходили.

— С запасами сейчас и правда туго, — произнёс Бертран. — Но я рад, что ты пришёл. Втроём оно сподручнее будет.

— Ну а как я не приду, если у вас беда? — Бон покосился взглядом на дом знахарки, мимо которого мы прошли. — Негоже родную деревню без защиты оставлять.

Мы подошли к избе старосты. Свен сидел на крыльце. Его меховая шапка лежала рядом, а палку он облокотил на крыльцо.

— Дядь Свен! — расплылся в улыбке молодой охотник.

— Бон! — на лице старосты проступила улыбка, и он насколько мог быстро поднялся с места. — Я уж заждался тебя. Совсем стариков не уважаешь!

Бон и Свен крепко пожали руки, и староста похлопал его по плечу.

— Да бросьте, дядя Свен, — хохотнул Бон. — Какой же вы старик? С той осени и не поменялись вовсе.

По лицу Свена и его тяжёлой походке было видно, что он не совсем согласен с молодым охотником, но настаивать он не стал.

— Дана о тебе всё спрашивала, — хитро прищурился Свен.

— А она ещё здесь? — заметно смутился молодой охотник. — Я думал, её знахарка в Шторрен-форт увезла.

— Куда там увезла, — махнул рукой Свен. — Померла она от чахотки. Вот и Дана в деревне осталась.

Улыбка на лице Бона стала ещё немного шире.

— Полно языком бестолку чесать, — вмешался в разговор Бертран. — Успеете ещё наговориться. Нам бы дело обсудить.

— Точно, — спохватился Бон и повернулся к нам. — Дядя Свен и не сказал ничего толком, только что вы на монстра наткнулись. Что там за тварь такая?

Я пересказал всё, что мы нашли с Бертраном в лесу: следы, обрывок рубахи, кровь, топор в дереве в самой чаще. И тварь, которую мы увидели между деревьев. Бон внимательно слушал и иногда переспрашивал.

— Ты говоришь, ростом на голову выше человека? — уточнил он.

— В холке, — поправил я. — Если на задние лапы встанет, то и того больше.

— Ага, — кивнул Бон, улыбка с лица которого медленно сползала по мере моего рассказа.

— И быстрая, зараза, — добавил Бертран. — Как из чащи выскочила, мы и моргнуть не успели.

— А скорость у неё какая? — спросил уже посерьёзневший Бон. — Как у оленя или как у медведя?

— Сложно сказать, — ответил я. — Но десяток метров преодолела в несколько мгновений. Если бы она на другой звук не ушла, нам с Бертраном пришлось бы туго.

— Ушла, значит, — задумался Бон. — А звук какой?

— Волчий вой, — объяснил я. — Как услышала, так и рванула в ту сторону.

Охотник кивнул головой и помолчал, постукивая древком копья по земле. Потом посмотрел на меня.

— А ты уверен, что это был волк?

— Уверен, — произнёс я.

Бон тяжело выдохнул и поджал губы. Он покрепче сжал рукоять копья и задумчиво разглядывал крыльцо избы.

— Ты знаешь, что это за тварь? — спросил его Свен.

Бон поднял голову. Теперь на Свена он смотрел без задорного огонька в глазах, а как наёмник смотрит на своего нанимателя.

— Лесной Костолом, — сказал он. — Редко бывает меньше пятого уровня. А если не повезёт, так и того больше.

Свен слегка побледнел. Он наклонился, поднял свою палку от крыльца и опёрся на неё.

— Справишься? — спросил он у охотника.

— А куда деваться, — шмыгнул носом Бон. — Но в одиночку на такого идти это верная смерть. Тут группу собирать надо…

Свен поморщился, едва услышал о группе.

— Я не прочь поучаствовать в охоте, — пришёл на выручку Бону я. — Да и Бертран, думаю, не откажется.

Частично во мне говорил азарт охотника. Но я также понимал, что отправлять молодого паренька одного на встречу с монстром от пятого до седьмого уровня это просто безумие. Даже втроём шансов у нас было мало.

— Я знал, что вы не откажетесь помочь Хольцу в трудный час, — тут же закивал головой Свен. — Что скажешь, Бон, втроём-то сладить сподручнее будет?

Бон посмотрел на меня и на Бертрана и снова улыбнулся.

— Если втроём, то шансы имеются, — сказал он. — Сейчас надо всё обсудить и подготовить. Выходить будем в полдень. Чем меньше эта тварь рядом с деревней шастает, тем лучше.

— На том и порешим, — стукнул палкой о землю Свен. — А пока давай…

— Ты ничего не забыл? — обратился к нему я.

Свен прервался и посмотрел на меня недоумённым взглядом.

— Ты о чём, Кир?

Впервые за долгое время Свен назвал меня по имени. почему-то именно сейчас он старательно избегал слова «наемник», которое всегда использовал в моём отношении.

— Я наёмник, Свен, — по-простому ответил я. — Задаром не работаю.

Свен посмурнел и цокнул языком.

— Может, тебе зерна отсыпать, наёмник? Или древесины? — вкрадчиво спросил он. — Тебе деревня мало дала?

— С охотником ты переговоры также вёл? — поддел старосту я.

Свен поморщился.

— Дядь Свен… — попытался вмешаться Бон, но его прервали.

— Не лезь, — строго произнёс староста.

— Мне твоё зерно ни к чему, — холодно произнёс я. — Чужого брать не привык. Возьму долю от трофеев, если мы эту тварь одолеем.

Свен перевёл взгляд на Бертрана и попытался найти в его лице поддержку. Но бывший стражник лишь пожал плечами, а я решил окончательно добить Свена:

— Бертран тоже голову подставляет. Так что если победим монстра, то и ему доля положена.

— А ты теперь за других… — хотел возмутиться Свен, но тут подал голос Бон.

— Дядя Свен! — громко произнёс он. — В гильдии тоже так заведено, как Кир говорит. Коли они со мной в охоту идут, то не меньше моего рискуют.

Свен сверкнул глазами из-под опущенных бровей и какое-то время молча обдумывал наши слова.

— Ладно, — пожал плечами он. — Получите по десятой части. Это ещё если монстра завалить выйдет.

— По рукам, — согласился я.

Но руку тянуть Свену не стал. Вид у него сейчас был такой, словно он мог бы мне её и откусить похлеще любого монстра.

— Согласен, — кивнул Бертран.

Напрягшийся Бон облегчённо выдохнул.

— Ну и славно, — несмело улыбнулся он. — Тогда встретимся в полдень у лесопилки и обсудим план. А там…

Бон резко оборвался и посмотрел в сторону избы знахарки. Я проследил за его взглядом. Оттуда шла Дана, щурясь от утреннего солнца.

— Бон! — воскликнула она, в её голосе смешались удивление и радость. — Ты вернулся!

Она подошла ближе и остановилась рядом со мной.

— Вернулся, — произнёс Бон и на секунду опустил глаза вниз. — Только ненадолго. Я здесь по работе.

— По работе… — протянула Дана и посмотрела на Свена. — Вы его хоть с дороги накормили-напоили?

Староста на секунду замялся. Дана упёрла руки в бока.

— Всё у вас у мужчин не по-людски, — строго сказала она. — Бона надо накормить, а не у крыльца держать.

— Накормим, — тут же отозвался Свен. — Он у меня после охоты заночует. Потолкуем и о делах, и о деревне.

Бон молчал и периодически несмело поглядывал на Дану.

— Никаких дел, — наказала она Бону и повернулась ко мне. — А тебя я вообще всё утро жду. Так что быстро на перевязку!

Я выпрямился и прижал кулак к груди, как обычно оруженосцы приветствуют рыцарей.

— Как прикажете, — не смог сдержать улыбку я. — Изволите идти прямо сейчас?

— Да, — немного смутилась Дана. — И накормите Бона, прежде чем в лес погоните.

Дана взяла меня за руку и решительно повела прочь от избы Свена. Перевязка не заняла много времени, но в этот раз Дана протянула мне сверток с походной медициной: мазью, спиртовой жидкостью и чистыми тряпками.

— Кир… — неуверенно позвала меня Дана, когда я уже собирался уйти. — Ты только будь осторожнее. Ладно?

— Куда ж я денусь? — улыбнулся я.

Девушка покачала головой, но мои слова немного ее успокоили.

К полудню мы с Бертраном ждали у колодца. Я точил меч. Занятие было почти бессмысленное: Кирк держал свой клинок в надлежащем состоянии. Бертран сидел на срубе и крутил в пальцах сухой прутик.

Бон вышел из избы Свена и выглядел бодрее, чем утром. То ли отдохнул, то ли разговор со старостой выдался для него легким. Он подошёл и присел на край сруба, щурясь от солнца.

— Ладно, давайте к делу, — деловито произнёс он и оглянулся на избу старосты. — Дяде Свену главное знать, что мы справимся. Он мне еще раз подтвердил, что каждому из вас достанется по десятой части от трофеев. А уж как мы справимся… В общем, «планы наши он слушать не будет, только нервы себе трепать».

Последняя часть фразы явно была прямым пересказом слов Свена. Я кивнул. В чём-то я даже понимал старосту. Как в плане охоты, так и в плане платы за охоту. Эта тварь могла спокойно нарушить всю подготовку к долгой тяжёлой зиме. Не говоря о том, что вслед за Михеем могли утащить и других лесорубов.

— Ты сказал, что монстр это Костолом, — я отложил меч в сторону. — Расскажи поподробнее.

Бон подобрал с земли палку и повертел в руках.

— Редкая тварь, — начал он, водя палкой по утоптанной земле. — Одиночный монстр, в стаи никогда не сбивается. Поэтому обычно держится подальше от шумных мест. Ну а если ей доведётся утащить человека…

Бон ненадолго запнулся.

— То охотиться она начнёт только на людей, — закончил за него предложение я.

— Верно, — кивнул Бон. — Лапы у него мощные, когти длиной с ладонь. Челюсти это отдельная песня, хватает и держит крепко. Но мозгов у твари мало, и логово она обычно делает там же, где питается.

— Михея она утащила к дереву с топором… — задумчиво протянул Бертран.

Бон нарисовал круг и несколько линий на земле.

— План такой, — он добавил к рисунку несколько пометок: деревня, чаща, ягодники. — Выходим так, чтобы подойти к чаще засветло. Я поставлю ловушки и положу приманку. Если приманки будет мало, то вы пошумите и заставите Костолома выползти из логова. Будем гонять его между ловушками. Я бью из самострела, а вы поддержите с двух сторон.

— И за сколько болтов ты собираешься её убить? — спросил я.

— Тварь крепкая, — пожал плечами Бон. — Но у меня с собой два зачарованных болта имеется, их отец из Аббатства привёз в том году.

— Ну-ка, разреши, — сказал я и перехватил палку у Бона.

Я добавил на схему Бона несколько новых пометок, включая дерево, где мы нашли топор, а затем стрелками показал направление, откуда пришёл зверь.

— Он выходил отсюда, — я ткнул в точку на схеме. — Если логово рядом с деревом, где Михеев топор торчит, то можно поставить меня и Бертрана друг напротив друга, шагах в десяти. А ты за деревом спрячешься и сможешь нормально прицелиться.

— Добро, — Бон присмотрелся и кивнул. — Тогда силки поставлю перед деревом с топором. А чуть поодаль еще ловушки, если вдруг тварь прорвется.

Мы ещё раз прошлись по схеме и уточнили места отхода на случай, если тварь окажется слишком шустрой. Бон объяснял толково. Чувствовалось, что он уже уже заметно поднаторел в охоте на монстров.

Дальше мы проверили снаряжение. Бон выложил на лавку своё добро: два мотка крепкой верёвки, железные крючья, тонкую проволоку для силков и плотно замотанный мешочек.

— Приманка, — объяснил молодой охотник. — Костоломы падки на запах свежей крови, особенно когда их голод мучает.

Мы распределили поклажу и двинулись к выходу. Солнце поднялось уже высоко, когда мы собрались у ворот. Нас вышла проводить чуть ли не половина деревни. Свен хмуро смотрел на нас из-под кустистых бровей, опираясь на палку. Дана не отводила от меня взгляд, а её рыжие локоны были растрепаны. Даже Марфа стояла чуть поодаль, опираясь на одну из женщин. За несколько дней она сильно постарела и осунулась, но её глаза были наполнены надеждой.

— К ночи вернёмся, — объявил я.

— Куда ж вы денетесь, — пробурчал под нос староста и добавил уже громче: — Да благословит вас Верея.

Бертран за спиною усмехнулся и хлопнул Бона по плечу.

— Пошли. иначе до ночи не успеем.

Мы вышли за частокол. Лес встретил нас трещанием жуков и далеким пением птиц. Бон шёл первым, за ним Бертран, я замыкал строй. В скором времени лес сомкнулся за спиной и скрыл от нас Хольц. Осталась только тропа, двое спутников и зверь, который ждал нас в чаще.

В этот раз путь до дальней делянки мы проделали быстрее. Больше не было нужды вглядываться в каждый след и вслушиваться в каждый шорох по сторонам от тропы. Когда мы сошли с протоптанной дорожки и наткнулись на первый след, Бон замедлил шаг.

Он то и дело останавливался, щупал пальцами землю и всматривался в провалы между деревьями. Мы молча двигались за ним и старались не шуметь. Мне пришла мысль, что ещё несколько седмиц назад я сам мог бы вести эту охоту, но я тут же отогнал ее и поправил клинок на поясе.

— Это точно Костолом, — одними губами прошептал Бон, когда мы добрались до следов волочения глубоко в чаще.

Бон больше не издал ни звука, пока мы шли до широкого дерева с топором. Мы обошли широкий ствол по дуге, аккуратно переставляя ноги по прелой листве. Наконец, Бон подал сигнал «стой».

Мы остановились перед корнями старого дуба, наполовину ушедшего в землю. Прямо среди корней чернел провал. Нора была широкой, с рваными краями, словно когти и клыки твари расширяли проход несколько лун подряд. От норы тянуло сыростью и запахом разложения, а на самом краю виднелись следы свежей крови.

Бон огляделся, прикинул что-то в уме и показал рукой, что нам с Бертраном нужно занять позиции с разных сторон в десяти шагах от норы. Сам охотник начал обустраивать ловушки. Бертран скрылся за старой сосной у края оврага, а я присел за кривым корнем дуба, торчащим из земли на добрый сажень.

Мы вовсю разглядывали окружавший нору лес и прислушивались к звукам, но твари слышно не было. Казалось, что время длится бесконечно долго. На самом же деле Бон очень быстро поставил силки, обустроил две ловушки в стороне и выложил на землю приманку. Действовал он бесшумно. Было видно, что учил его хороший охотник.

Бон отошёл к дереву с топором и прислонил к нему копьё. В руках он уже держал заряженный светящимся болтом самострел. Мы прождали чуть ли не сотню ударов сердца, но зверь не спешил реагировать на приманку. Бон поднял руку и поочерёдно кивнул мне и Бертрану. Пора приводить план в действие.

Я постучал рукоятью меча по корню. Раз-два-три. Бертран последовал моему примеру и несколько раз ударил по дереву, за которым скрывался. Звук разлетелся по лесу.

Мы немного подождали, но со стороны норы было тихо. Бон махнул рукой ещё раз, и мы вновь застучали по дереву, добавив несколько тихих выкриков.

Вновь тишина.

Я перевёл взгляд на Бона. По спине пробежали мурашки. В десятке саженей за ним, прямо откуда мы пришли, горели кроваво-красные глаза.

— Бон, сзади!

Мой выкрик совпал с низким рычанием и хрустом веток.